Роман «Обратный захват злодея» — произведение, созданное автором Цзюнь Хоу Ю Тянь. Ресурс «Ляньшан и» обновляет главы в режиме реального времени и предоставляет возможность чтения без назойливой рекламы. Мнение читателей, публикуемое на сайте, не отражает позицию администрации ресурса.
1. Повседневность первого злодея. Часть первая
На снегу расцветали алые пятна, подобные цветам сливы.
На земле лежало больше десятка трупов. В сердце, в горло — в любую смертельную точку вонзился метательный нож. Капли крови разлетались в стороны, и казалось, что во всем мире остались лишь эти пугающие цвета: ослепительная белизна и пронзительная краснота.
Юноша, тяжело раненный, не в силах держаться, повалился на землю. Его длинные волосы разметались, слипаясь от снега, а лицо стало бледнее самой зимней стужи. Видя, как приближается один из главарей банды — Бу Ба, чьи руки были смазаны ядом, юноша смотрел на него глазами, подобными лазурному озеру, в которых читались отчаяние, досада и смирение. В конце концов, в них не осталось ничего, кроме спокойствия — спокойствия человека, ожидающего смерти.
На пустой, безмолвной Ханьданьской дороге звук пронзающего плоть клинка прозвучал пугающе резко.
Глаза юноши расширились. В его зрачках отразилось искаженное яростью лицо врага, который внезапно захлебнулся собственной кровью. Юноша опустил взгляд на серебряное копье, пронзившее его грудь, губы его дрогнули, но он не успел произнести ни слова. Тело обмякло, и он тяжело рухнул на землю, открывая того, кто стоял позади.
Это был высокий статный мужчина в темно-синем атласном халате с неброским узором, накинувший поверх накидку из меха серебристой лисицы. Его волосы были собраны нефритовой заколкой. Мужчина обладал благородными, мужественными чертами лица, а в его взгляде читалась непоколебимая прямота и строгость. Его облик, исполненный справедливости и достоинства, невольно внушал глубокое уважение.
Никто не знал, когда он появился. Не знал Ли Сюньхуань, не знал Бу Ба. Потому Бу Ба был мертв, а он — жив.
— Ты в порядке? — низкий, размеренный голос донесся из его горла.
Сердце, сжатое в груди, болезненно дрогнуло, словно радуясь спасению. Ли Сюньхуань попытался унять волнение и ответить, что все хорошо, но лишь сдавленно охнул. Ледяной ветер пробирал до костей, и все раны, большие и малые, отозвались такой нестерпимой болью, словно их грубо рвали и резали тупым ножом. Лицо юноши стало белым, как бумага. Ли Сюньхуань криво усмехнулся и прошептал:
— Не в порядке.
В следующий миг перед его глазами возникла крепкая мужская ладонь.
Ли Сюньхуань на мгновение замер, сразу поняв намерение незнакомца. Он уже собрался опереться на руку, чтобы встать, но мужчина нахмурился, взглянул на залитую кровью грудь юноши и, помедлив секунду, подхватил его на руки.
Ли Сюньхуань: «...»
Столь нежное и заботливое обращение вызвало у него смущение. Лицо юноши вспыхнуло, и он неловко произнес:
— Достаточно было бы просто нести меня на спине.
Мужчина опустил взгляд и строго отрезал:
— Не капризничай.
Он говорил так, словно перед ним был неразумный ребенок.
Ли Сюньхуань: «...»
С тех пор как отец и старший брат покинули этот мир, никто не смел так с ним разговаривать.
В душе Ли Сюньхуаня вдруг возникло странное чувство: этот человек казался ему воплощением строгого отца, хотя выглядел всего лишь на четыре-пять лет старше. Впрочем, будучи раненым, Ли Сюньхуань послушно подчинился и притих в теплых, надежных объятиях.
К счастью, долго так ехать не пришлось.
В сотне шагов стоял привязанный гнедой конь. Мужчина усадил его в седло, и не успел Ли Сюньхуань перевести дух, как тот вскочил следом, двигаясь с невероятной легкостью. Мужчина бережно смахнул снег с волос и плеч юноши, а затем укутал его в широкую накидку. Ли Сюньхуаня охватило тепло: широкая грудь спасителя прижималась к его спине, надежно защищая от ледяного ветра.
Мужчина был внимателен и нежен.
Ли Сюньхуань медленно выдохнул. Его скованное болью тело, словно тающий лед, обмякло, и он откинулся назад, доверяя этому человеку не только свою жизнь, но и саму судьбу. Его самого поражало, что он так легко доверился незнакомцу, но интуиция подсказывала — этот человек достоин доверия.
— Я Ли Сюньхуань. Благодарю вас за спасение.
— Малый Ли с летящими ножами? — послышался удивленный голос мужчины.
Ли Сюньхуань улыбнулся:
— Вы слышали обо мне?
Мужчина помолчал:
— Слышал.
Ли Сюньхуань усмехнулся:
— Должно быть, вы слышали о том, что в нашей семье семь ученых мужей, а отец и сыновья трижды становились танхуа.
Прослужив два года чиновником, Ли Сюньхуань осознал, что государственная служба — это рассадник пороков. Всюду царили интриги и партийная борьба, а честных людей почти не осталось. После того как его попытались оклеветать, он, разочаровавшись, подал в отставку. В мире боевых искусств его часто называли Малый Ли Танхуа, но самому Ли Сюньхуаню это прозвище не нравилось, он даже испытывал к нему неприязнь.
— Тебе не место среди чиновников, — холодно произнес мужчина. — Твоя судьба — цзянху.
Ли Сюньхуань вздрогнул, словно прозрев, и беззаботно рассмеялся. Вся тяжесть на душе исчезла. Его глаза, подобные лазурным волнам, смотрели вперед, но из-за потери крови зрение постепенно затуманивалось.
...
Лунь Сяоюнь находился в этом мире уже три года. Сначала он думал, что видит странный сон, но сон затянулся, и ему пришлось смириться с тем, что он попал в другой мир.
Оригинального персонажа звали так же, как и его — Лун Сяоюнь. Сначала он не придал этому значения, но услышав имена легендарных героев — Старика Цяньцзи, Малого Ли с летящими ножами, Бай Сяошэна — понял, что оказался в мире романа «Многогранный мечник, безжалостный меч». И он был тем самым подлым злодеем, который заставил главного героя отдать свою невесту, а потом отплатил добром за зло, пытаясь убить своего «лучшего друга».
Изучив память оригинала, Лун Сяоюнь попытался понять, в какой версии сюжета он оказался. Оказалось, что оригинал еще не совершил никаких подлостей, он просто странствовал по свету, совершая добрые дела, и не имел никаких личных счетов с Ли Сюньхуанем. Это его успокоило. Он решил сосредоточиться на совершенствовании мастерства и продолжать путь героя.
Сегодня, проезжая по Ханьданьской дороге, он заметил следы битвы в лесу. Любопытство взяло верх. На снегу лежали тела, в том числе двое из «Трех злодеев заставы». Лун Сяоюнь мельком взглянул на них: типичный пример неудачной засады. Эти люди заслуживали смерти. Но кто же был тем, на кого они напали?
Его взгляд упал на метательный нож, и зрачки расширились. В мире боевых искусств лишь один человек владел этим оружием в совершенстве — Ли Сюньхуань. Убив Бу Ба, Лун Сяоюнь лишь подтвердил свою догадку и понял, что сюжет запущен.
Он читал этот роман очень давно и почти забыл детали, поэтому не знал, где именно должны были встретиться Ли Сюньхуань и Лун Сяоюнь. Он лишь вздохнул: даже если душа в теле оригинала сменилась, встреча была предопределена судьбой.
Лун Сяоюнь не одобрял решение Ли Сюньхуаня отдать невесту, но уважал его человеческие качества. Он отвез его к лучшему лекарю и заботился о нем. Ли Сюньхуань же проникся к своему спасителю глубокой симпатией, считая его не только благодетелем, но и близким другом.
Через полмесяца они стали побратимами.
...
В снегопад карета медленно двигалась по дороге. Кучер, подгоняя лошадей, выдыхал клубы пара. Внутри юноша, укутанный в лисью шубу, грел руки у жаровни, закрыв глаза.
Лун Сяоюнь приподнял край занавески:
— Снег перестал.
Юноша открыл глаза, выглянул наружу, и в его глубоких глазах мелькнула улыбка:
— Мы почти у поместья Ли.
— Доставлю тебя домой, и моя миссия будет выполнена, — сказал Лун Сяоюнь.
Улыбка Ли Сюньхуаня погасла:
— Брат, неужели ты не останешься на несколько дней?
— Нет, — ответил Лун Сяоюнь.
В поместье жила Линь Шиинь, и Лун Сяоюнь боялся, что под влиянием сюжета влюбится в нее с первого взгляда, как в оригинале, и создаст мучительную ситуацию для Ли Сюньхуаня. За полмесяца он привязался к Ли Сюньхуаню как к брату и не хотел причинять ему боли.
Ли Сюньхуань нахмурился:
— Ты не хочешь даже ступить в мой дом? Неужели ты не считаешь меня братом?
Именно потому, что считаю, и не хочу, подумал Лун Сяоюнь. Он не мог объяснить истинную причину и лишь ответил:
— Боюсь тебя стеснить.
Ли Сюньхуань рассмеялся:
— Раз мы братья, то даже если ты меня стеснишь, это будет оправдано.
Противиться было трудно, и Лун Сяоюнь согласился. «Что бы ни случилось, — думал он, — я должен держать себя в руках и не заглядываться на невесту брата. Если почувствую, что сюжет берет свое — сбегу из поместья, даже если придется ползти».
Карета остановилась у ворот. Управляющий, заранее предупрежденный, вышел встречать их. Они прошли через сливовый сад.
В конце дорожки стояла красавица, чья внешность и грация не поддавались описанию. Казалось, она долго стояла на холоде, ее лицо было бледным, как у призрака. Увидев их, она слабо улыбнулась и нежно позвала:
— Кузен.
Ли Сюньхуань мягко ответил:
— Кузина.
Линь Шиинь перевела взгляд на мужчину в богатых одеждах:
— А это...
— Я Лун Сяоюнь.
Хотя красота Линь Шиинь поразила его, это была лишь естественная реакция мужчины на прекрасное. Никаких иных чувств он не испытал, и Лун Сяоюнь вздохнул с облегчением.
Линь Шиинь выглядела удивленной: у Ли Сюньхуаня было много знакомых, но он редко приводил кого-то домой.
— Это мой названый брат, — пояснил Ли Сюньхуань.
Линь Шиинь замерла:
— Названый брат?
Ли Сюньхуань вкратце рассказал о нападении. Лицо Линь Шиинь стало еще бледнее, в глазах отразился испуг:
— Кузен, ты не ранен?
— Пустяки, легкие раны, — успокоил он ее.
Линь Шиинь перевела взгляд на Лун Сяоюня, полный благодарности, и почтительно поклонилась.
Вещи выгрузили. Управляющий спросил:
— Молодой господин, поселить героя Луна в гостевой комнате?
Ли Сюньхуань не задумываясь ответил:
— В павильоне Холодного аромата.
Управляющий опешил:
— Но...
Павильон был личными покоями Ли Сюньхуаня, там никто никогда не жил, даже его кузина. По мнению Ли Сюньхуаня, остальные были недостойны, а Линь Шиинь хоть и была его будущей женой, но это касалось лишь времен после свадьбы.
— Есть вопросы? — холодно спросил Ли Сюньхуань.
Он всегда настаивал на своем. Управляющий покачал головой:
— Сейчас все устрою.
Никто не заметил, как взгляд Линь Шиинь стал холодным.
2. Повседневность первого злодея. Часть вторая
Вечером Линь Шиинь устроила пир в честь гостя, чтобы отблагодарить его за спасение кузена.
Лун Сяоюнь, как почетный гость, принял приглашение. Линь Шиинь, будучи женщиной, не могла долго находиться в обществе чужого мужчины, поэтому, выпив с ним чашу вина, грациозно удалилась.
Лун Сяоюнь проводил ее взглядом, и в памяти всплыли ее холодные глаза. От этого взгляда у него по спине пробежал холодок.
— Брат? — позвал Ли Сюньхуань, заметив, что тот задумался.
— Вино превосходное, — Лун Сяоюнь сделал глоток, решив, что ему просто показалось. Линь Шиинь была холодна, но не враждебна.
Ли Сюньхуань, с тех пор как был ранен, находился под строгим надзором Лун Сяоюня и не пил ни капли. Теперь, когда Лун Сяоюнь не возражал, он с удовольствием наполнил чашу и осушил ее:
— Это вино из цветков персика, которое приготовила кузина. Даже мне нечасто удается его попробовать. Сегодня я пью его благодаря тебе.
Лун Сяоюнь усмехнулся:
— Это я пью его благодаря тебе.
Линь Шиинь сама не пила — для кого же было приготовлено это вино? Лун Сяоюнь искренне надеялся, что без его вмешательства у Ли Сюньхуаня и Линь Шиинь все сложится хорошо.
— Давай выпьем за встречу, — предложил Ли Сюньхуань.
К третьей чаше Лун Сяоюнь почувствовал легкое опьянение. Он с удивлением смотрел на Ли Сюньхуаня, чьи глаза становились все ярче. Тот, казалось, мог пить до самого рассвета.
Но именно этот человек, который, казалось, не мог опьянеть, внезапно обмяк.
Лун Сяоюнь толкнул его, но тот не отозвался. Он хотел было позвать управляющего, но его собственное сознание вдруг помутилось, голова отяжелела, и он рухнул на стол.
...
Жар. Невыносимый жар.
Тело словно горело в огне, каждая клеточка требовала выхода этой энергии. Лун Сяоюнь пребывал в полузабытьи. Он хотел открыть глаза, но конечности налились свинцом.
Это было похоже на сонный паралич.
Из курильницы вился тонкий дымок, наполняя комнату странным ароматом.
Нежные прикосновения к подбородку, губам, носу. Кто-то целовал его, проникая в рот. Лун Сяоюнь хотел пнуть этого наглеца, ворвавшегося в его комнату, но тело не слушалось.
Неизвестно, сколько прошло времени. Наконец, Лун Сяоюнь обрел контроль над собой. Он хотел ударить незваного гостя, но вместо этого его руки обвили того, кто был рядом. Словно демон управлял его телом: он рвал одежду на мужчине, впивался в его губы, кусал за шею, слушая стоны боли. Поток жара, подобно извержению вулкана, захлестнул его...
За окном снова пошел снег.
На белой бумаге окна мелькнула стройная тень. Она смотрела на происходящее в комнате и холодно усмехнулась:
— Не вини меня. Ты сам меня вынудил...
В холодном ветре, с развевающимися волосами, тонкая фигура удалилась, не оглядываясь.
...
Лун Сяоюнь никогда не чувствовал себя так хорошо. Ноги словно ступали по облакам, тело купалось в неге.
Эта ночь напомнила ему прошлую жизнь. Ночь перед тем, как он ушел в армию, после того как провалил экзамены. Его лучший друг, с которым они выросли вместе, приготовил ужин, чтобы проводить его. Лун Сяоюнь тогда еще думал: такой красавец, да еще и готовит, кому же достанется такая удача?
Потом он напился и уснул на диване.
Сквозь сон он чувствовал нежные прикосновения к лицу, губам. Его дыхание сбилось, он сам ответил на поцелуй...
На следующее утро, осознав, что произошло, он сбежал.
За два года в армии он пересмотрел свои взгляды. Он больше не шарахался от людей, думая, что это болезнь. Он постоянно думал: почему его друг любил его? Не обидело ли его то, что он ушел, не попрощавшись?
Лун Сяоюнь считал себя видным парнем, но его друг Ли И был еще лучше. С детства он получал мешки любовных писем. Он был красивее моделей и звезд.
В спорте Ли И тоже был лучше. В характере — нежнее и внимательнее.
Единственным преимуществом Лун Сяоюня было более мощное телосложение...
Так что же его друг нашел в нем?
В любом случае, Лун Сяоюнь решил, что если встретит его снова, обязательно извинится. Даже если он не любит мужчин, он не хотел, чтобы у того осталась психологическая травма.
Позже, когда он работал инструктором в университете, он снова встретил его. Ли И стал студентом медицинского факультета, мечтая стать врачом. Он стал еще популярнее, его фотографии попадали на первые полосы газет, его называли «национальным кумиром».
Лун Сяоюнь гордился своим другом и размышлял, как же им поговорить о чувствах.
http://bllate.org/book/38474/4829544
Готово:
