И с абсолютно невинным видом посмотрел на Шань Чэ.
— Поставь то, что у тебя в руках, точно так же на место и воткни как было.
Шао Янь послушно всё исполнил, после чего снова уставился на Шань Чэ в ожидании нового приказа:
— И что теперь? Что мне еще нужно сделать?
— Нажми красную кнопку включения на рисоварке.
— Угу, а потом?
— Иди в гостиную. Ничего не делай.
— Чэ-гэ, давай я тебе помогу...
Шао Янь сделал шаг вперед, но в следующее мгновение Шань Чэ его остановил:
— Не нужно, спасибо.
Шао Янь так и остался сидеть тихо-мирно на диване, глядя в телевизор.
Шань Чэ вдруг подумал, что мир прекрасен.
Время обеда подошло к концу.
Оба застыли перед раковиной, полной посуды.
— Мой посуду.
— Я... — Шао Янь хотел отказаться, но не успел договорить, как Шань Чэ его перебил:
— В качестве платы за обед.
Шань Чэ сунул Шао Яню в руки тряпку и средство для мытья посуды, после чего развернулся и ушел.
Шао Янь посмотрел на гору тарелок и палочек перед собой: на самом деле их было не так уж много, но в нем проснулся инстинктивный отказ мыть посуду.
Тогда Шао Янь бросил тряпку и средство для мытья на пол, подошел к Шань Чэ, вытащил из щели дивана свои последние пятнадцать юаней и протянул ему:
— Плачу наличными, прошу об освобождении от мытья посуды.
Шань Чэ на мгновение замолчал, подумал — ладно, сойдет, взял деньги Шао Яня, сунул в карман, вернулся на кухню, надел перчатки и принялся за дело.
Шао Яню стало немного неловко, и в конце концов он закатал рукава, направился на кухню и встал рядом с Шань Чэ.
Тот покосился на стоявшего рядом Шао Яня и слегка отодвинулся в сторону.
И вот они оба молча принялись мыть посуду.
Шань Чэ отвечал за первый проход, а Шао Янь — за второй, хотя его движения выглядели крайне неуверенно, к тому же он действовал одной рукой.
— На дне тарелки пена, ты можешь делать это хоть немного внимательнее? — Шань Чэ протянул руку, останавливая Шао Яня, который уже собрался ставить тарелку в сушилку.
— Ты что, не знаешь, что микробы дохнут в грязи?
возразил Шао Янь, но послушно ополоснул тарелку чистой водой.
Услышав это, Шань Чэ машинально подхватил с края раковины флакон со средством для мытья посуды, помахал им перед носом Шао Яня и предложил:
— Держи, тут еще полбутылки осталось, выпей.
— Ты меня отравить хочешь? — Шао Янь отмахнулся и продолжил: — Я же уже заплатил пятнадцать юаней! Я из добрых побуждений помогаю тебе мыть посуду!
— Вот и мой нормально, пену не оставляй.
Поставив моющее средство на место, Шань Чэ случайно заметил, что Шао Янь закатал рукав только на левой руке, а правый уже наполовину промок, и сказал:
— Рукав мокрый, почему не закатал?
Шао Янь, казалось, даже не обратил внимания и бровью не повел:
— Ничего страшного, высохнет, не обращай внимания.
Но это вообще-то моя одежда, подумал про себя Шань Чэ, однако вслух говорить не стал.
— Я потом постираю ее для тебя, — добавил Шао Янь.
Шань Чэ кивнул, закрыл кран, снял перчатки, повернулся к Шао Яню и бросил:
— Домывай остальное сам.
— Ага.
Шань Чэ вытер руки бумажной салфеткой и вышел из кухни, но, сильно переживая, что его и так небогатый набор посуды может не досчитаться пары тарелок, встал рядом с Шао Янем, наблюдая за процессом.
Рукав тот так и не закатал, он уже вымок почти до локтя, но Шао Яня, похоже, это ничуть не волновало.
Шань Чэ не вынес зрелища, подошел ближе к Шао Яню и попытался сам закатал ему рукав.
Но стоило ему коснуться правой руки Шао Яня, как тот рефлекторно дернулся назад, левой рукой намертво прижал запястье, отступил на пару шагов и врезался спиной в стоявший позади холодильник, отчего тот даже покачнулся.
— Брясь!
Одна из тарелок выскользнула из рук и разбилась вдребезги.
— Ты... — начал Шань Чэ, но растерялся, не зная, что и сказать.
— Прости, — выдавил из себя Шао Янь.
— Я всего лишь хотел закатал тебе рукав. Ты что, не замечал, что он насквозь мокрый?
Шао Янь немного перевел дух, совладал с собой, расплылся в улыбке и заявил:
— Да я знал. Просто этот молодой господин любит ходить с мокрыми рукавами, нельзя что ли?
— ...... — Шань Чэ потерял дар речи.
— Как эффектно — закатал рукав только с одной стороны! Сколько стоит разбитая тарелка, я возмещу.
— Пятнадцать юаней уже ушли в оплату обеда, и чем же ты собираешься расплачиваться? Продашь себя в рабство или пустишься во все тяжкие по актерской части? — Шань Чэ сунул руки в карманы и посмотрел на Шао Яня.
Шао Янь тоже отодвинул стул, уселся напротив и предложил:
— Давай так: я пока останусь должен, а как появятся деньги, отдам всё разом, годится?
— Нет.
— Тогда нам с тобой и вовсе не о чем договариваться.
— А знаешь что? — Шань Чэ оперся локтями о стол и наклонился к Шао Яню. — Собирай свои вещи и вали отсюда прямо сейчас, тогда я забуду обо всем.
Шао Янь замер, потер нос, подался ближе к Шань Чэ и понизил голос:
— Чэ-гэ, можно кое о чем договориться?
— Говори, — ответил Шань Чэ.
— А может, я просто останусь у тебя жить? Сам видишь, мы ведь с тобой так хорошо сошлись характерами...
— В каком это месте мы сошлись характерами? — Шань Чэ перебил Шао Яня, поднялся и направился на балкон, намереваясь взять веник и собрать осколки, но боковым зрением случайно зацепил пару горшков с цветами на балконе и почувствовал, что что-то здесь не так.
Он бросил веник и уставился на цветочные горшки.
Заметив движение Шань Чэ, Шао Янь тут же подбежал к нему с угодливым видом и ткнул пальцем в горшок:
— Вот взять хоть это! Чэ-гэ, у тебя в горшке вылезли совсем крошечные сорняки, наверное, у тебя просто не было времени их выдернуть, но я сегодня, как проснулся, заодно от них и избавился.
Шань Чэ молчал.
А Шао Янь продолжал щебетать над ухом:
— Видишь! Разве это не показатель того, что мы сошлись характерами? Как же здорово мы подходим друг другу для совместной жизни!
— Ты их все выдернул? — переспросил Шань Чэ.
— Ага, все до единого.
— Прекрасно, какая работоспособность.
Выдернул все до последнего кустика перца, которые твой Чэ-гэ растил больше полумесяца.
http://bllate.org/book/38433/4822472
Готово:
