— Только приехал — и уже хочешь меня прогнать? — с загадочной усмешкой произнёс он. — Не волнуйся, ближайшие пять дней я проведу здесь.
— Пять дней?! — вырвалось у Вэнь Шу Юй.
— Моя вина, забыл упомянуть, — приподнял бровь Лян Янь Синь. — «Лянши» сотрудничает с несколькими европейскими компаниями, так что в ближайшее время мне предстоит частая командировка.
— Частая? — Она остолбенела. — Ты что, злоупотребляешь служебным положением?
Но мужчина лишь невозмутимо улыбнулся:
— Раз уж возможность сама идёт в руки, зачем ею не воспользоваться?
Вэнь Шу Юй онемела — его слова застопорили любую попытку возразить.
Лян Янь Синь с ленивой уверенностью наблюдал за ней. Его светло-карие глаза в этом ракурсе казались темнее, а в глубине взгляда читалась непоколебимая решимость — он точно знал, чего хочет.
Слова его будто намекали на долгую игру, но взгляд выдавал нетерпение.
Вэнь Шу Юй прекрасно понимала: она и есть та самая рыбка, которую он прицельно загоняет в сети.
Она несколько мгновений растерянно смотрела ему в глаза, но, заметив, как он вдруг двинулся к ней, будто собираясь приблизиться, резко очнулась и, быстро развернувшись, выдавила:
— Я… я пойду переоденусь.
Дверь спальни тихо захлопнулась.
Через десять минут она снова открылась.
Из комнаты вышла стройная девушка, но сейчас она выглядела скорее юной девочкой. На ней было молочно-белое платье с пышными рукавами-бутонами, длинные волосы мягко рассыпались по плечам, а пряди у лица подчёркивали невинность и кротость её миндалевидных глаз с чуть приподнятыми уголками.
Лян Янь Синь прищурился.
Он вдруг вспомнил, как пять лет назад видел её в Шаньмэньском клубе — тогда она тоже была в белом платье.
Образы наложились друг на друга, сливаясь в одно целое.
— Дядюшка Лян.
Он резко напрягся, пальцы, лежавшие на спинке стула, сжались.
— Дядюшка Лян, можно идти, — моргнув, сказала она, стараясь не смотреть на него, и перевела взгляд на входную дверь гостиной.
Этот звук — «дядюшка» — снова и снова раздавался в его ушах, заставляя сердце томительно щемить и зудеть.
Она нарочно его мучает?
Лян Янь Синь горько усмехнулся про себя: её выходка вызвала у него даже лёгкое чувство вины, будто он и вправду какой-то развратник, соблазняющий наивную девочку.
Правда, это чувство вины мгновенно испарилось.
Он сглотнул, горло дрогнуло, и он вдруг усмехнулся:
— Дядюшка?
Медленно подойдя к ней, он наклонился и, почти касаясь уха, с хрипловатой усмешкой произнёс:
— Какой дядюшка будет с тобой так обращаться?
Так?
Вэнь Шу Юй тут же вспомнила все его «злодеяния», щёки её вспыхнули, и она, развернувшись, толкнула мужчину, а затем, сердито сопя, схватила сумочку и ключи и выскочила из квартиры.
Лян Янь Синь, всё ещё улыбаясь, снял с вешалки ветровку и последовал за ней.
У подъезда стоял автомобиль, за рулём сидел незнакомый водитель. Вэнь Шу Юй предположила, что он, вероятно, специально прикомандирован к Лян Янь Синю во время его пребывания в Великобритании.
Она шла за мужчиной, и когда тот открыл заднюю дверцу, он естественным движением прикрыл ей голову, пока она садилась.
Устроившись на заднем сиденье, Вэнь Шу Юй, пока он обходил машину, чтобы сесть с другой стороны, незаметно запустила пальцы в волосы и потрогала горячие уши.
…
В супермаркете Вэнь Шу Юй чувствовала себя странно.
Как так получилось, что она теперь спокойно гуляет по магазину вместе с Лян Янь Синем?
Это должно быть расслабляющим и приятным занятием, но сейчас, идя впереди мужчины с тележкой, она будто забыла, как вообще ходить.
Они прошли мимо отдела снеков, и её взгляд невольно скользнул по любимым лакомствам. Однако, вспомнив, кто идёт позади, она лишь вздохнула про себя и не остановилась.
Подойдя к холодильным витринам, она замедлилась, чтобы взять йогурт и другие продукты, но обнаружила, что мужчина уже остановился и внимательно изучает полки. А в тележке, когда она заглянула, уже лежала целая гора снеков — почти все с клубничным вкусом.
Нахмурившись, он принялся перебирать йогурты.
Вэнь Шу Юй едва сдержала улыбку: он сейчас выглядел точь-в-точь как заботливый отец.
— Ты когда это всё взял? — спросила она, перебирая упаковки в тележке. И почему именно клубничные?!
Неужели он запомнил, как Вэнь Чжи Эр случайно проболтался, что она обожает клубничный молочный коктейль?
— Только что, — ответил он, поднимая на неё взгляд.
— Я же не говорила, что хочу снеки… — пробормотала она.
— Не нравится? — Он положил руку на тележку и пристально посмотрел на неё. — Вернём обратно?
Вэнь Шу Юй натянуто улыбнулась:
— Раз уж взяли, пусть остаются. Возвращать — лишняя суета.
Лян Янь Синь едва заметно усмехнулся, наблюдая за её покрасневшими щеками и ушами. Ему вдруг захотелось дотронуться до неё.
Сжав и разжав кулак, он взялся за ручку тележки:
— Ещё чего-нибудь хочешь?
Она колебалась, но, увидев его насмешливую бровь, слегка кашлянула и, моргнув, сказала:
— Хочу эклеров и торта.
Раз уж столько снеков уже набрали, парочка сладостей не повредит.
— Пошли, — кивнул он.
Она тут же последовала за ним, стараясь скрыть радость, но та всё равно проступала в уголках глаз и на губах.
Остановившись у нужной полки, Лян Янь Синь уже собрался брать пирожные, но вдруг нахмурился.
Он повернулся и задумчиво посмотрел на девушку, которая не отрывала глаз от витрины:
— У тебя такой маленький аппетит… Неужели ты постоянно ешь только снеки и пропускаешь нормальные приёмы пищи?
— Конечно нет! Ты что, считаешь меня ребёнком?! — возмутилась она. — Я сама планирую, сколько и когда есть.
Видя, как она вот-вот взорвётся, он мягко провёл рукой по её волосам:
— Ну, хорошо, моя хорошая.
Тон был настолько снисходительный и ласковый, что у неё дрогнуло сердце, и вся злость мгновенно улетучилась.
Убирая руку, Лян Янь Синь вдруг замер, затем опустил взгляд и, усмехнувшись, произнёс с лёгкой иронией:
— Я за тобой ухаживаю или воспитываю дочку?
В этот момент кто-то окликнул её сбоку:
— Вэнь?
Вэнь Шу Юй, как раз собиравшаяся отмахнуться от его руки, вздрогнула и быстро обернулась. Узнав стоящего перед ней человека, она подавила смущение и неловкость и улыбнулась:
— Гэвин, какая неожиданность.
У парня с серыми глазами на лице отразилось удивление, но больше — радость:
— Ты вернулась раньше срока?
— В клубе возникли дела, пришлось помочь…
Гэвин кивнул и перевёл взгляд на мужчину рядом с ней:
— Это твой парень?
— Конечно нет! — Вэнь Шу Юй тут же отрицательно замотала головой. — Это мой… мой старший брат.
Выражение молодого человека смягчилось:
— Наверное, я и сам должен был догадаться — он выглядит намного старше тебя.
Азиатские женщины всегда кажутся моложе, а эта девушка и вовсе была совсем юной, особенно в сегодняшнем наряде.
«Видимо, старший брат», — подумал Гэвин.
Едва он это произнёс, Лян Янь Синь нахмурился.
Вэнь Шу Юй с трудом сдержала улыбку, тайно радуясь его реакции.
Внезапно Гэвин снова заговорил:
— Кстати, Вэнь, я сейчас учу китайский. Может, попробую поздороваться с твоим братом?
Он задумался на мгновение:
— Дай вспомнить… Как будет «старший брат» по-китайски?
После недолгих размышлений он произнёс с сильным акцентом:
— Возможно… «шу-шу»? Правильно?
Гэвин смущённо улыбнулся и с энтузиазмом посмотрел на Лян Янь Синя:
— Дядюшка Вэнь, здравствуйте.
Автор примечает: Гэвин: Китайский слишком сложен.
Лян Дядюшка: Даже по-английски ты меня раздражаешь. Лучше вообще молчи.
Сегодня будет вторая глава! На этот раз точно до полуночи!
Благодарю ангелочков, которые поддержали меня с 30 мая 00:54:52 по 30 мая 17:59:37!
Спасибо за гранату: Тан Цянь — 1 шт.
Спасибо за питательный раствор: Вайолет — 10 бутылок.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Буду и дальше стараться!
Вэнь Шу Юй опешила, а затем, отвернувшись, судорожно прикусила губу, чтобы не расхохотаться.
…Нет, она сейчас точно не выдержит…
Лян Янь Синь мрачно посмотрел на неё. Девушка делала вид, что изучает пол, но всё её тело дрожало от сдерживаемого смеха.
«Негодница», — мысленно процедил он, вновь бросив ледяной взгляд на британца.
Улыбка Гэвина померкла:
— Вэнь, я что-то не так сказал?
— Ну… наверное, — выдохнула она. — На самом деле не «дядюшка», а «старший брат».
— А что значит «шу-шу»?
— Это «дядюшка». В китайском обращения действительно более детализированы, их сложно запомнить.
— Ах да! Правильно! Надо сказать «гэ»! Просто я запомнил неправильно.
Лян Янь Синь слушал, как английское и китайское «дядюшка» бесконечно кружат у него в голове, и висок у него пульсировал всё сильнее.
— Простите! Я ошибся! — Гэвин искренне извинился. — Вэнь, твой старший брат, простите, я не хотел вас обидеть. Просто мой китайский пока слишком плох. В следующий раз, если не буду на сто процентов уверен, лучше вообще не буду говорить по-китайски.
Вэнь Шу Юй бросила быстрый взгляд на Лян Янь Синя и, опасаясь, что он скажет что-нибудь резкое, поспешила сгладить ситуацию:
— Он ведь не специально перепутал обращение. Он просто хотел с вами поздороваться.
— Кстати, Вэнь, — парень набрался смелости, — завтра мы собираемся у меня дома посмотреть фильм. Хочешь присоединиться?
Она уже собиралась отказаться, но тут вмешался мужчина рядом:
— Нет, боюсь, у неё нет на это времени.
Его голос был низким, бархатистым, с лёгким британским акцентом, звучал сдержанно и немного высокомерно.
Хотя интонация и была приятной, слова прозвучали крайне грубо.
Вэнь Шу Юй поспешила смягчить отказ:
— Мне нужно провести время с семьёй. Извини.
Гэвин расстроился, но тут же вспомнил, что Вэнь почти никогда не ходит на такие частные встречи без близких друзей, и успокоился.
Попрощавшись, он ушёл с тележкой.
Лян Янь Синь холодно проводил его взглядом, потом саркастически усмехнулся и обернулся к Вэнь Шу Юй:
— «Не обидится»? Кто сказал, что я не обижаюсь?
Она с трудом заставила себя посмотреть на него:
— Он ведь не специально. Просто хотел с тобой поздороваться.
— «Хорошие намерения»? Сначала говорит, что я выгляжу старше тебя, потом так «удачно» путает обращения… И ещё приглашает тебя на фильм.
— Он пригласил, но я ведь не собиралась соглашаться, — возразила она. Она знала, что Гэвин неравнодушен к ней, поэтому всегда держала дистанцию. — А насчёт возраста… Ты ведь и правда старше меня на десять лет.
Лян Янь Синь замер.
В голове вновь всплыло это тревожное чувство — и теперь оно стало сильнее, чем раньше. За такое короткое время рядом с ней уже появился один, а то и два человека. А что будет, когда его не будет рядом?
Цинь Сюй, Хэ Чжань, теперь ещё этот Гэвин.
Рядом с ней постоянно будут появляться сверстники — их будет только больше. Их жизненные круги и интересы сейчас очень разные, а она в самом расцвете юности — вполне может показаться, что ей интереснее общаться с ровесниками.
Он всегда думал, что она испытывает к нему симпатию, даже влюблена. Но теперь вдруг засомневался: насколько глубоко это чувство и не является ли оно просто мимолётным увлечением.
Такое «самосомнение» в его жизни случалось крайне редко, но сейчас оно стало ощутимым и вызывало раздражение.
Лян Янь Синь слегка опустил глаза, скрывая в них тревогу, и, подняв их снова, будто всё вернулось в обычное русло.
— Ну и что с того, что на десять лет? — Он оперся рукой рядом с ней. — Кто раньше так мило звал меня «старший брат»?
— Тогда… тогда я была маленькой.
— Не увиливай, — он поднял ей подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Скажи «старший брат» — и я тебя отпущу.
http://bllate.org/book/3843/408885
Готово:
