Капитан Лу от злости сделал глоток воды, но поделать с ним ничего не мог.
Сам распинался до хрипоты, а этот парень всё сидел с таким видом, будто внимал каждому слову — на первый взгляд послушный до невозможности, а на деле и ухом не вел, небось, о своем думал.
Сяо Юй не убрал выражение лица и откинулся назад: Капитан Лу, я очень искренне принимаю критику, слушаюсь вас, в будущем буду беспрекословно подчиняться приказам и следовать вашим указаниям.
Хватит тебе, — капитан Лу стукнул кружкой о стол и плюхнулся на стул рядом с больничной койкой. — Перед своим отцом ты разыгрываешь из себя паиньку, неужели думаешь, я в это поверю? Только твой отец такой наивный, что границ не видит.
Я буду жаловаться, — Сяо Юй улыбнулся так безобидно, как только мог.
Давай, только после этого твой отец узнает, кто именно вызвался быть моим фотороботчиком, причем таким, который не слушает приказов и чуть не сложил голову в деле.
Капитан Лу одним махом нащупал его ахиллесову пяту.
Старый прохиндей, — проворчал про себя Сяо Юй, и улыбка тут же сошла с его лица.
Выслушав еще полчаса нотаций и пообещав написать пятитысячное объяснение, он наконец добился того, что тему закрыли.
Сяо Юй, — капитан Лу вздохнул и доверительно добавил: — Ты ведь уже не мальчик, подумай хорошенько, чего ты хочешь от жизни. Я подал запрос выше: за этот год в отделе ты проявил себя неплохо, постараюсь выбить тебе место в штате. А там, глядишь, и девушку встретишь, женишься, остепенишься.
Дядя Лу, как только у вас внуки появились, откуда у вас взялась эта дурная привычка всех женить?
В палате никого не было, и раз уж речь зашла о личном, Сяо Юй перестал официально величать его капитаном Лу. Его отец и капитан Лу были побратимами, хотя Сяо Юй устроился в отдел художником на общих основаниях, пройдя все положенные проверки. А причиной, по которой он взялся за то дело, стали неоконченный портрет и двое погибших, которых не удалось спасти.
На всё ушел целый год, и теперь, когда последний беглец пойман, история наконец завершилась.
Не отвлекайся. Если бы не твоя везучесть, если бы ты чудом не выбрался из гор Дамяо, случись там хоть малейшая осечка, мне пришлось бы просить твоего отца забирать твое тело.
Капитан Лу хлопнул по столу, окончательно принимая вид старшего наставника.
Это не чудо, — Сяо Юй нашел в себе силы поспорить. — Нас спас человек, он же по доброте душевной вывел нас оттуда, иначе вам и впрямь пришлось бы меня хоронить.
Одни только встреченные цзян-ши чего стоили — это было просто невероятно. И если он остался жив, то не благодаря своей удаче, а потому, что судьба свела его с хорошим человеком.
Что за человек?
Капитан Лу был в недоумении: разве не только он и Сяо Ван вывели беглецов?
Полагаю, из местных жителей гор Дамяо, зовут Лу Сэнь.
Такой человек вообще существует? — капитан Лу удивился еще больше. — Я сначала допросил Жань Пина, потом Сяо Вана, оба твердят, что вы сами вышли к дороге в горах Дамяо.
Откуда взяться какому-то Лу Сэню?
Как такое возможно? Мы с Жань Пином упали в ущелье, нас спас молодой человек по имени Лу Сэнь, он же потом спас Сяо Вана. Но он не говорит по-китайски, и я не знаю, где он живет, — с сожалением добавил Сяо Юй.
Капитан Лу нахмурился, искренне не понимая: Погоди, почему ваши показания не сходятся?
Из слов Сяо Вана и Жань Пина выходило, что они долго блуждали по горам Дамяо и лишь чудом вышли к выходу. Ни о каком Лу Сэне они не упоминали. И уж тем более не видели никаких цзян-ши.
Трое людей, а версии случившегося кардинально разнятся.
В заключении врача значилось: лишь у Сяо Юя наблюдается травма головы, возможно, повлекшая специфический бред, либо же это следствие психологического давления, требующее коррекции. Доказательством служило то, что двое других участников событий не имели ни малейших воспоминаний о Лу Сэне и противоречащих науке цзян-ши.
При этом о том, как они попали в горы Дамяо, как преследовали беглецов, как были схвачены и как выбирались, их рассказы почти полностью совпадали. И только воспоминания Сяо Юя разительно отличались от всех остальных. Даже когда Сяо Юй нарисовал портрет Лу Сэня, никто из них не узнал этого человека, а проверка по базам данных показала, что такого лица не существует.
Это лишь подтверждало: болен Сяо Юй.
Я понимаю, ты не хочешь, чтобы твой друг погиб зря, и наложил на себя слишком много ответственности. Теперь, когда преступники пойманы, расслабься, — капитан Лу пытался его вразумить и одновременно напомнить о субординации: — Твои бегающие и прыгающие мертвецы существуют только в кино. Твердый материалист не верит в призраков и богов, ты должен понимать: в реальном мире такого нет.
Для человека с высшим образованием это действительно звучало как нечто невозможное. Когда пришли результаты сверки данных, даже сам Сяо Юй начал сомневаться, не страдает ли он на самом деле манией.
Если не вдаваться в детали, принцип большинства всегда имеет изъяны. Но если бы их было хотя бы на одного меньше, выводы не были бы сделаны так легко. Люди привыкли верить большинству.
Сяо Юй пролежал в больнице неделю; физические травмы давно затянулись, но его перевели в психиатрическое отделение. Когда раздался телефонный звонок, он как раз вышел из кабинета врача: Папа…
У твоего брата в следующем месяце день рождения, купи билет и возвращайся домой через пару дней.
На заднем плане слышались посторонние шумы, отец звучал очень занятым. Сяо Юй понял, что это не просьба, а распоряжение. Он открыл рот, чтобы объяснить: Я уже вернул…
Хорошо, я занят, не буду больше отвлекать.
Телефон отключился, и Сяо Юй не успел закончить фразу о том, что он уже давно вернулся. На самом деле он приехал из-за границы еще год назад, но по ряду причин до сих пор так и не переступил порог родного дома.
http://bllate.org/book/38404/4818417
Готово:
