Следующим утром его разбудил домашний слуга.
Ему, генеральному директору крупной компании, приходилось вставать в восемь утра, чтобы ехать на совещание в офис.
Чем это вообще отличалось от пар первой пары в универе?
Ах да, разница всё же была: теперь он выступал в роли преподавателя, а сотрудники были студентами.
Когда слуга пришёл напоминать уже в третий раз, Юй Вэй наконец-то с неохотой вылез из-под одеяла, с закрытыми глазами на ощупь добрался до ванной и кое-как умылся, только после этого сумев приоткрыть глаза.
На первом этаже уже был готов завтрак. Ни отец, ни мать Юй дома не находились — судя по всему, покончив с едой, они отправились прогуляться.
Сделав пару укусов, Юй Вэй вышел из дома, забрался на заднее сиденье машины, бросил короткое «доброе утро» и снова закрыл глаза, погружаясь в дремоту.
С тех пор как он попал внутрь книги, больше всего времени ему приходилось проводить на совещаниях.
Отыграв несколько рабочих встреч сегодняшним утром, он наконец-то получил передышку в обеденный перерыв. Во второй половине дня его ждало ещё одно совещание, связанное с новым разрабатываемым препаратом. Пообедав, он принялся изучать в кабинете материалы по заказчику, с которым ему предстояло встретиться.
Здравый Смысл — так называлась крупнейшая аптека в городе. Корпорация Юйяо прежде уже неоднократно сотрудничала с этой сетью, и та числилась в списке их крупных клиентов.
Портить отношения с этими людьми было нельзя.
Однако заказчик носил фамилию Линь — Линь Хао. Юй Вэй подсознательно вспомнил про Линь Юйчи.
Поискав в интернете, Юй Вэй не нашёл никаких полезных зацепок и, подумав немного, позвонил секретарю, велев тому зайти.
В качестве генерального директора он имел в своём распоряжении целых девять секретарей.
Дождавшись, пока тот войдёт, Юй Вэй попытался скопировать холодных и безжалостных властных генеральных директоров из сериалов и отдал приказ:
— Проверь членов семьи Линь Хао.
— Слушаюсь.
Секретарь не стал возражать, и Юй Вэй мгновенно обрёл уверенность, нарочно напустив на себя суровый вид:
— Чем быстрее, тем лучше.
Командовать людьми оказалось донельзя приятно. Проводив секретаря, Юй Вэй прижал руку к забивавшемуся от волнения сердечку и не удержался от восторженного вздоха:
— Сериалы не соврали!
Он попал сюда совсем недавно и ещё не успел привыкнуть к новому статусу. Все эти дни он вёл себя предельно осторожно — даже когда ему хотелось пить, он наливал чай сам, не доверяя никому, и ещё толком не прочувствовал прелесть жизни богатого наследника.
Но сегодня он наконец сполна ощутил этот вкус.
Ощущения оказались вполне неплохими.
В половине четвёртого пополудни Линь Хао ровно по расписанию появился в переговорной. Ему было сорок восемь лет, но выглядел он на удивление молодо, и по внешности никак нельзя было сказать, что скоро ему стукнет полвека. Едва переступив порог, он с жаром притянул Юй Вэя к себе и с десяток минут болтал о пустяках с избыточным дружелюбием. Юй Вэй от испуга мог лишь кивать, качать головой и в ответ натянуто улыбаться, поддакивая собеседнику.
Судя по всему, отношения с прежним хозяином тела у него были далеко не рядовые. По крайней мере, связь между тем и неким Жоуцзэ, которого упоминал Линь Хао, явно носила особый характер.
Опираясь на реплики вроде вы так давно не виделись, надо будет встретиться на выходных, Юй Вэй предположил, что они друзья.
С улыбкой отговорившись, Юй Вэй незаметно перевёл разговор на рабочие рельсы.
Переговоры прошли на редкость гладко, и степень удовлетворения Линь Хао новым препаратом была видна невооружённым глазом. По окончании двухчасовой встречи Юй Вэй лично проводил его до выхода.
Линь Хао хлопнул его по плечу, и его лицо собралось в сеточку мелких морщинок от улыбки:
— Давай выберем благоприятный день и подпишем контракт.
— Я тут же прикажу составить договор и в назначенный день доставлю его лично.
Проводив взглядом отъезжающую машину, Юй Вэй улыбался до тех пор, пока автомобиль полностью не скрылся из виду, и только тогда улыбка сошла с его лица.
Он проулыбался всю вторую половину дня, и ему казалось, что лицо просто онемело.
Яростно растерев щеки, он позвонил Ван Югуану.
Тот быстро подогнал машину к главному входу в компанию. Забрав у него ключи, Юй Вэй бросил:
— Я тут кое-куда съезжу сам.
Рабочее время ещё не закончилось, и Юй Вэй впервые уходил раньше положенного, испытывая смутное чувство вины. Быстро усевшись на водительское сиденье и заведя мотор, он стремительно сорвался с места и исчез от входа в офис.
Раз уж с делами было покончено, стоило проведать застрявшего в больнице Бедрышко. Припарковавшись у больницы, Юй Вэй вошёл внутрь и прямиком направился на третий этаж. Прошлым вечером врач говорил, что Ши Цыяю требуется несколько дней карантина, так что сегодня ему достаточно будет взглянуть на состояние парня издалека, через стекло.
Коридоры третьего этажа кишели людьми, палаты были заполнены до отказа. И лишь карантинная палата, где лежал Ши Цыянь, пустовала.
Его перевели в обычную палату?
Не задерживаясь, Юй Вэй спустился на первый этаж к стойке регистрации и обратился к медсестре:
— Подскажите, пожалуйста, в какой палате лежит Ши Цыянь?
Медсестра даже головы не подняла:
— Кем вы приходитесь пациенту?
Какое это вообще имеет отношение к визитам?
Озадаченный Юй Вэй всё же ответил:
— Я старший брат его соседа по комнате, пришёл навестить.
— Мы не имеем права разглашать эту информацию. По поводу визитов можете связаться с пациентом напрямую.
Юй Вэй не унимался:
— Неужели совсем нельзя сказать?
В сериалах ведь всё показывали иначе. Разве не должны были выдать ответ по первому же вопросу?
Медсестра безжалостно отрезала:
— Нельзя. Рекомендуем позвонить ему или написать в WeChat.
Юй Вэй горько усмехнулся. Сейчас он знал лишь имя и пол Ши Цыяня — откуда ему было знать его контакты?
Внезапно его осенило: он вытащил телефон и отправил сообщение Цю Лэю. Если бы он стал спрашивать контакты Ши Цыяня у Юй Суна, тот, пожалуй, снова бы взбесился, да и на уговоры ушло бы немало времени. Спросить Цю Лэя было гораздо надежнее.
Посидев немного в машине, он дождался ответа. Цю Лэй тоже не имел понятия, как связаться с Ши Цыянем. В первый день учёбы столько всего произошло, у кого вообще нашлось бы время обмениваться контактами.
Юй Вэю оставалось только сдаться. Похоже, придётся ждать, пока Ши Цыянь выпишется из больницы, и только тогда приносить извинения. Но он никак не ожидал, что это ожидание затянется на целую неделю.
В пятницу, сразу после того как Юй Вэй пообедал, Цю Лэй прислал ему сообщение с вопросом, нужен ли ему ещё номер Ши Цыяня.
Цю Лэй: Куратор собирает списки студентов и разослал общую таблицу для сверки данных. В чате WeChat Ши Цыяня найти не удалось, но в таблице указан его номер телефона.
Юй Вэй: Нужен-нужен, скинь мне.
Ши Цыянь исчез на целую неделю: в школе он не появлялся, в больнице информацию не давали. Будь эта больница хоть капельку меньше, он бы обошёл её и оборвал стуком каждую дверь.
Заполучив номер, Юй Вэй тут же позвонил, но в ответ шли лишь длинные гудки. Тогда он скопировал цифры, вбил их в поиск WeChat и отправил заявку в друзья. Весь остаток дня телефон промолчал, и лишь около девяти часов вечера пришло уведомление об успешном добавлении в контакты.
...
— Завтра утром организуйте мне обычную палату.
Сидя на диване и управляясь с телефоном одной рукой, Ши Цыянь бросил взгляд на Чэнь Люя, который как раз брал у него кровь.
— Разве твой период гона не закончился? Опять ты за своё, с ума сошёл?
Ши Цыянь даже не обратил внимания на упрёк и продолжил своим чередом:
— Завтра он придёт в больницу искать меня.
Чэнь Люй закатил глаза. О ком именно шла речь, можно было не уточнять — Ши Цыянь и без имён подразумевал Юй Вэя. В конце концов, не прошло и двух часов с момента окончания периода гона, как Чэнь Люю пришлось услышать имя Юй Вэя раз эдак с десяток.
Период гона у Ши Цыяня длился целых семь подавляющих дней, причём ни успокоительные, ни блокаторы особого эффекта не возымели, так что пережить это время было поистине непросто.
Два часа назад, стоило Ши Цыяню прийти в себя, он тут же позвонил Чэнь Люю и заставил приехать лишь затем, чтобы выспросить, каким ароматом обладал феромон Юй Вэя.
Узнав, что пахло цветущей сливой, Ши Цыянь выглядел глубоко разочарованным:
— А я-то думал, у него, как у меня, фруктовый запах.
— Сам-то как думаешь, ты уже поправился или стало только хуже? — Чэнь Люй, как врач, всё же беспокоился о его здоровье. Мужчины и женщины как представители первичного пола рождались уже со своими признаками, однако вторичный пол альф и омег, способных развивать железы и источать феромоны, проявлялся постепенно с наступлением пубертата.
— Как думаешь, ему понравится мой запах феромонов? — неторопливо листая ленту в телефоне, вдруг поинтересовался Ши Цыянь.
— Ты что удумал? Источать феромоны перед лицом представителя противоположного пола — это неэтично, таким заниматься нельзя.
Выделение феромонов перед лицом человека противоположного пола ничем не отличалось от раздевания с целью соблазнения, при условии, что уровень совместимости феромонов был высок. Если же совместимость оказывалась низкой, то и омеги, и альфы испытывали к чужим феромонам лишь отвращение.
В любом случае распускать феромоны перед непарным полом считалось нарушением этики.
Впрочем, Чэнь Люй всё равно недоумевал:
— Какое зелье он тебе подлил, что ты так свихнулся?
Совместимость феромонов Ши Цыяня и Юй Вэя составляла всего пятьдесят шесть процентов, так что взаимного притяжения между ними возникать было не должно.
Но нынешняя ситуация заставляла Чэнь Люя схватиться за голову.
После прохождения пубертата железы Ши Цыяня вырабатывали слишком мало феромонов. Обычно, даже не используя специальные пластыри-блокаторы, окружающие едва ли могли уловить его запах. Да и периоды гона протекали исключительно мирно, а объём выделений едва ли дотягивал до одной пятой от нормы обычного альфы. Это приводило к гормональному дисбалансу и даже могло отразиться на половой функции.
Именно поэтому он всё уговаривал Ши Цыяня подыскать омегу с высокой совместимостью феромонов. Феромоны высокосовместимых омег способны легче подталкивать таких альф, как Ши Цыянь, к выбросу собственных секретов.
Но на этот раз период гона обрушился на него с невиданной яростью: обычный альфа управляется за три дня, а Ши Цыянь, чтоб его, сходил с ума целую неделю.
То ли сказался какой-то скрытый триггер, то ли Ши Цыянь слишком долго сдерживался, и всё накопившееся выплеснулось за один раз. На все расспросы Чэнь Люя тот отвечал глухим молчанием, безмятежно переписываясь с кем-то в WeChat.
Омега с пятидесятипроцентной совместимостью никакой пользы ему принести не мог.
Даже если сам он ещё мог стерпеть низкую совместимость чужих омежьих феромонов, ещё не факт, что Юй Вэй оценит его собственный запах.
К тому же, если бы эти двое сошлись, низкая совместимость означала бы не только дисгармонию в интимном плане, но и крайне низкий шанс на продолжение рода.
— Никакого зелья, — вспомнив, как Юй Вэй выглядел в его воспоминаниях, протянул Ши Цыянь, словно распробуя вкус на языке. — Рядом с ним мне было очень хорошо.
Он собирался воплотить в реальности каждый сон из тех семи дней.
События следующего утра начались с того, что Юй Вэй получил информацию о палате Ши Цыяня. Сперва он съездил на работу и разобрался с делами, а наскоро пообедав пару ложками еды, поспешил в больницу.
Входя в палату с корзиной фруктов в руке, он обнаружил, что, кроме лежащего на койке Ши Цыяня, там никого нет. Заметив гостя, тот с трудом приподнялся, прислонившись спиной к изголовью, и произнёс слабым, лишённым сил голосом:
— Ты пришёл.
Юй Вэй опустил корзину на тумбочку и помог ему поудобнее устроиться. Больничная роба сидела свободно, ворот широко распахнулся, и Юй Вэй мельком заглянул внутрь: на коже не было видно никаких следов побоев, да и лицо выглядело чистым.
То ли Юй Сун нанёс ему внутренние повреждения, то ли раны на теле уже успели зажить?
В любом случае, чтобы загреметь из-за него в больницу, Юй Сун приложил немало усилий.
Усадив Ши Цыяня повыше, Юй Вэй подложил подушку ему под поясницу, чтобы тому было комфортнее. Сам же он придвинул стул и сел рядом, расспросив о самочувствии и, услышав, что ничего страшного нет, наконец с облегчением выдохнул.
Попутно обсуждая, как прошла прошедшая неделя, Юй Вэй окинул взглядом комнату и поймал себя на чувстве какого-то странного диссонанса. Палата была одноместной, но обставленной крайне скудно — личных вещей Ши Цыяня почти не наблюдалось, да и тумбочка у изголовья зияла пустой пустотой, не оставляя и следа ощущения, что здесь кто-то жил.
http://bllate.org/book/38374/4813584
Готово:
