Такая жгучая красота.
Вэнь Сюйцзэ вовсе не был тихим и покладистым человеком.
Ему нравилось затевать ссоры и провоцировать конфликты; чем сильнее другие испытывали дискомфорт, тем бодрее и веселее он себя чувствовал. Если выражаться прямо — он страдал склонностью донимать людей.
Эта его вредная привычка ярче всего проявлялась в мире бизнеса.
Возможно, в самой природе таких людей крылась какая-то брешь, и неведомо почему, стоило стоявшему неподалёку юноше бросить на него мимолётный взгляд, как в груди словно образовалась пустота, отчаянно требующая чем-нибудь заполниться.
Убедившись, что сегодня больше не предвидится интересных деловых возможностей, он покинул мероприятие загодя и у выхода заметил озирающегося по сторонам паренька с чересчур утончённой внешностью.
Тот выглядел немного простоватым, но его личико отличалось удивительной живостью. Создавалось впечатление, что с виду он — безобидный белый кролик, а на самом деле — прожжённый хитрый лис.
Поддавшись любопытству, Вэнь Сюйцзэ вернулся назад, увязался за парнем по пятам, словно какой-то извращенец, а в кромешной тьме ещё и принялся отпускать сальные шуточки, намеренно задирая его.
Запах алкоголя на одежде и едва заметная тупая боль доказывали, что его догадки полностью оправдались.
Перед ним вовсе не был наивный простачок, однако именно этот контраст разжигал его интерес всё сильнее. Аппетит разыгрался в одно мгновение, и в голове вертелось лишь это смазливое личико с ноткой упрямого нрава.
Вэнь Сюйцзэ никогда прежде не испытывал подобных чувств: ускользающих, но не вызывающих отторжения, и даже до странного притягательных.
Он сделал ещё пару шагов, и тень от его рослой фигуры накрыла юношу, который поднял на него взгляд. В то же самое время на него упал ещё один тяжёлый взгляд, полный недовольства и предупреждения.
Лу Фусю зажал зубами ленту, а другой рукой поддерживал гладкие пряди волос. Неторопливо приведя причёску Юй Фу в порядок, он ловко завязал на ней красивый бант.
Любуясь своей работой, как произведением искусства, он помолчал немного, после чего тихо спросил: — Ты согласен?
Поведение Лу Фусю казалось ещё более неожиданным: переложить право выбора на простого обслуживающего персонала было верхом безумия. Ведь другим человеком перед ним стоял влиятельный магнат, чьё имя гремело наравне с его собственным.
А может, героям с древних времён было суждено пасть перед чарами красавиц, тем более что этот красавец и впрямь редко встречался в подлунном мире. Такое драматичное зрелище, как борьба двух гигантов за прекрасного юношу, никак нельзя было пропустить, и некоторые нетерпеливые зрители заняли лучшие места, чтобы насладиться этим противостоянием.
Юй Фу поднял взгляд на Лу Фусю. За стёклами очков глаза Лу Фусю казались холодными и отрешёнными, а его нрав — мягким и чистым, словно вода.
Затем Юй Фу перевёл взгляд на Вэнь Сюйцзэ.
Теперь-то он узнал, кто перед ним: не просто тот самый уличный ханжа, что лапал его и распускал руки, но и инвестиционный хищник Вэнь Сюйцзэ, вечно ищущий выгоду и входящий в число трёх крупнейших финансовых гигантов.
Лу Фусю, умевший искусно скрывать свои эмоции под маской безразличия, был куда сложнее для понимания и неизмеримо опаснее другого — языкастого и напористого собеседника.
Появление ещё одного участника могло сделать всё только интереснее. И Юй Фу кивнул: — Какова ставка?
— Как сказал господин Лу, независимо от исхода, эта карта останется у меня. А вы? — Юй Фу искоса взглянул на Вэнь Сюйцзэ. — Что поставит на кон генеральный директор Вэнь?
Брови под оправой очков слегка сошлись на переносице: Лу Фусю ожидал, что Юй Фу откажет Вэнь Сюйцзэ.
Предоставив выбор Юй Фу, он надеялся, что тот отвергнет Вэнь Сюйцзэ, а вовсе не позволит ему ввязаться в эту игру. У него была сильнейшая мания чистоты — как в эмоциональном плане, так и во всём остальном, и он категорически не терпел вмешательства третьих лиц.
— Да что вообще значат деньги? — с усмешкой скривил губы Вэнь Сюйцзэ и презрительно покосился на Лу Фусю, словно молчаливо высмеивая его прижимистость. Шагнув ещё ближе, он небрежно бросил на кону невероятно соблазнительную приманку: — Акции одной компании.
Одно дело — банковская карта, зависящая от чужой милости, и совсем другое — акции, способные приносить прибыль. К тому же компания, которую приметил и в которой закрепился Вэнь Сюйцзэ, уж точно не могла оказаться убыточной.
Особенно когда он добавил: — Все убытки беру на себя.
На вечно холодном и сдержанном лице Лу Фусю наконец проступила трещина. Он холодно поднял глаза, и во взгляде за стёклами очков бурлил остаточный гнев от пережитой дерзости.
— Умеешь играть? — Вэнь Сюйцзэ, не привлекая лишнего внимания, вытянул Юй Фу из объятий Лу Фусю, подвёл к бильярдному столу и напоказ продемонстрировал мастерство: — Если нет, я научу.
— Не хочу. — Юй Фу слегка нахмурился и отвернулся. Казалось, такое пренебрежительное отношение задело его, но сопротивляться он не стал.
Эти слова поначалу собирался произнести Лу Фусю.
Но теперь их опередил другой безрассудный дурак.
Тонкие стёкла очков не могли скрыть леденящего холода. Пальцы Лу Фусю по бокам постепенно сжались в кулаки, но прекрасное воспитание удержало его от непристойных поступков и уж тем более от попыток силой вернуть Юй Фу в свои объятия на глазах у всех.
Это было бы слишком грубо.
Он не собирался опускаться до уровня дикого зверя, движимого лишь эмоциями, — в этом нет никакой разницы с отбросом.
Однако эти двое стояли слишком близко друг к другу. Другой мужчина небрежно поиграл прядями волос, которые он только что уложил, а в следующее мгновение резко дёрнул их, разметав по плечам рассыпавшимся белым снегом, и это окончательно заморозило эмоции Лу Фусю до предельной точки.
— Генеральный директор Вэнь, руки чешутся? — Юй Фу поднял глаза, не выражая ни капли любезности.
Тон звучал почтительно, но в самих словах не было и следа уважения, а в сочетании с этим бледным личиком это выглядело неожиданно капризно и мило.
Вэнь Сюйцзэ опешил от внезапно зародившейся мысли, хотя на деле Юй Фу ничего особенного не сделал — лишь окольным путём обругал его, но Вэнь Сюйцзэ почему-то всё равно счёл его невероятно милым.
Заметив, что выражение лица Юй Фу становится всё мрачнее, он попытался исправить положение и замириться: — Я завяжу тебе всё обратно, не сердись.
Ему просто не нравилось, что эту причёску соорудил Лу Фусю, к тому же вышло у него неказисто. Пусть лучше доверится ему — уж он-то точно справится намного лучше.
Когда волосы снова были собраны, последние крохи терпения Юй Фу испарились. Он внезапно обернулся и бросил взгляд на Лу Фусю: — Я не слишком силен в этой игре, можно сыграть по-моему привычному способу?
Лу Фусю на мгновение замер и ответил: — Можно.
Он никак не ожидал, что под привычным способом Юй Фу подразумевает именно это.
Юй Фу не спеша подошёл к нему и склонился над бильярдным столом. В полумраке зала центральный прожектор вспыхнул ярким светом; юноша закинул одну ногу, уперевшись кошеленкой о край бильярдного стола, а затем, оттолкнувшись, полностью взгромоздился на него.
http://bllate.org/book/38370/4812942
Готово:
