Вернувшись с горячей водой, Сунь Наньсин подошла к Цзян Чжоу:
— Если Лу Вэньи проснется, будь добра, попроси ее спуститься с кровати и принять лекарство.
Цзян Чжоу замерла на секунду, а затем кивнула. Глядя на то, как Сунь Наньсин суетится, она почувствовала в душе нечто странное. Кажется, шансы были невелики.
— Эй, подожди, — окликнула она уже собиравшуюся уходить Сунь Наньсин. Вытерев руки полотенцем, она достала из кармана телефон. — Давай добавлю тебя в WeChat, чтобы мы могли связаться, если что.
Сунь Наньсин остановилась, развернулась и, подняв телефон, показала QR-код своей страницы. После того как они добавили друг друга в друзья, Цзян Чжоу сказала:
— Всё, порядок. Дождь скоро закончится, пойдем обратно вместе.
— Хорошо, — ответила Сунь Наньсин.
Вернувшись в строй, они обнаружили, что инструктор перевел их группу на край учебного корпуса, где было немного суше и не приходилось стоять в лужах, после чего тренировка продолжилась.
***
Когда Лу Вэньи проснулась, она уже не понимала, который сейчас час. Нащупав под подушкой телефон, она открыла его — тусклый свет ударил в глаза.
Ровно шесть вечера.
В WeChat накопилось несколько сообщений: все спрашивали о ее самочувствии, стало ли ей хоть немного лучше. Перед тем как уйти на больничный, Лу Вэньи опубликовала пост в ленте с немного бледным селфи. Откликов пришло много, но вот от Сунь Наньсин — ни одного.
Неизвестно почему, но Лу Вэньи редко общалась с Сунь Наньсин в сети. Каждый раз, когда она вспоминала об этом, ее внимание переключалось на что-то другое, и мысль отходила на второй план.
Пришло сообщение от Цзян Чжоу: Не забудь принять лекарство.
Только тогда Лу Вэньи сбросила одеяло и спустилась с лестницы. Ступни коснулись пола, и она наконец ощутила твердую почву под ногами. Тело было слабым, сил совсем не осталось. Обычно Лу Вэньи болела редко, но если уж случалось, то проявлялись сразу все симптомы, однако через два-три дня она поправлялась.
Взгляд упал на стикер. Взяв его в руки, она перечитала полные заботы слова. Почему она так добра к ней? Сердце Лу Вэньи запекло, внутри разлилось тепло. Она вдруг поняла: Сунь Наньсин всегда больше делала, чем говорила — приносила завтрак, заботилась, носила горячую воду.
Вечерняя заря прокралась в комнату, коснувшись ресниц Лу Вэньи. Перед глазами всплыли события сегодняшнего дня. Тот поспешный, избегающий взгляд, словно перед ней была смертельная опасность. А ведь вскоре после этого она повернулась обратно, и в ее глазах не было ни ряби, ни волнения.
Но подсознание подсказывало Лу Вэньи: все было не так. Сунь Наньсин напрягала плечи, точно звереныш, который, будучи раненым, отчаянно пытается спрятаться, но при этом добровольно обнажает мягкое брюшко, лишь бы не получить новый удар. Она терпела до последнего, скрывая какую-то невыразимую тайну.
***
Прошла неделя после начала военной подготовки. Однокурсники уже почти освоились, и время от времени кто-то заговаривал с Сунь Наньсин. На плацу она часто видела Лу Вэньи — та больше не выглядела бледной, видимо, простуда отступила.
Около семи вечера первокурсники собрались на площадке для тимбилдинга. Садовые фонари заливали всё вокруг оранжевым светом, атмосфера была дружелюбной. Инструктор взял на себя инициативу и объявил начало творческих номеров. Он оглядел сидящих кругом студентов, держа в руках микрофон и собираясь выбрать кого-то наугад. Сунь Наньсин затаила дыхание; свет падал на нее, создавая причудливую игру теней. Ее черты лица казались размытыми, выражение было не разобрать.
Чэнь Сыюэ постаралась опустить голову ниже и прошептала:
— Капец, если вызовут меня, что мне показывать? У меня же нет никаких талантов.
Соседка по комнате усмехнулась:
— Покажешь строевую стойку?
Сунь Наньсин предложила:
— Споешь?
— У меня нет слуха.
Едва слова были произнесены, как прозвучал голос инструктора:
— Пусть будет эта студентка.
Это прозвучало как внезапный удар грома.
— Я? — улыбка Чэнь Сыюэ застыла. Она осторожно встретилась с ним взглядом и указала на себя. Получив подтверждение, она едва заметно сузила глаза и, нерешительно поднявшись, начала медленно, кадр за кадром, двигаться к центру.
Чэнь Сыюэ вышла в круг. Она была общительной, но в данный момент ничего не приходило в голову, и она нервно теребила край брюк. Через мгновение хлопнула себя по лбу:
— Ребята, расскажу-ка я вам шутку!
Когда выбирают кого-то, всегда срабатывает странный закон подлости: если вызвали кого-то рядом, то следующий на очереди — ты сам. Сунь Наньсин подтянула колени к груди, прикрыв ее ладонью, и почувствовала, как бешено колотится сердце.
Опустились сумерки, зажглись звезды. Повеяло ночной прохладой, прядь волос выбилась из прически и упала на шею, запутавшись в других волосах. Чэнь Сыюэ рассказала анекдот, который потонул в тишине ночи, и лишь спустя долгое время раздались чьи-то одинокие хлопки. Остальные студенты подхватили их, захлопали, но, как только всё стихло, Чэнь Сыюэ с улыбкой поспешила обратно на свое место.
— Давайте, ребята, дерзайте! — Чэнь Сыюэ сложила кулаки в знак приветствия. — Моя миссия выполнена.
Инструктор подхватил:
— Хотя шутка была не самой смешной, храбрости у студентки не занимать. Теперь пусть выйдет тот, кто сидит рядом с ней.
Так и есть. Сердце Сунь Наньсин пропустило удар. Она была девушкой с утонченной внешностью, правильными чертами лица и светлой, чистой кожей. Раньше, в старшей школе, она только и делала, что училась, носила мешковатую сине-белую форму, не умела ухаживать за собой и была неразговорчива. Из-за этого ее присутствие было почти незаметно — затеряйся она в толпе, никто бы и не отличил.
Теперь, поступив в университет, она начала следить за одеждой и выглядеть опрятно. Под прицелом десятков пар глаз Сунь Наньсин наконец дошла до центра круга. Возможно, в глазах однокурсников и не было злобы, но она чувствовала себя крайне неловко. Взгляд ее метался по сторонам, не находя места, куда приземлиться.
— Есть какой-нибудь творческий номер? — прищурившись, спросил инструктор.
— Спою, — ответила Сунь Наньсин.
Услышав это, инструктор протянул ей микрофон. Сунь Наньсин взяла его, лицо ее побледнело, отдавая серым оттенком. Она крепко сжала устройство — алюминиевый корпус еще хранил тепло предыдущего владельца, а ладонь, вспотевшая от волнения, оставила на нем влажный след.
http://bllate.org/book/38359/4811859
Готово:
