Лу Сююань сделал вид, что собирается бросить ломтики рыбы прямо в кашу, а сам в это время молча вел обратный отсчет в уме.
Три, два, один.
— Постой.
Едва успев произнести это, Су Чжиюй тут же ощутил досаду — как он мог проявить такую несдержанность…
А Лу Сююань, только этого и ожидавший, тут же замер и обернулся к Су Чжиюю с легким выражением недоумения на лице, хотя в глубине его глаз затаилось едва уловимое предвкушение.
Су Чжиюй, заметив его взгляд, замялся, перевел глаза на ломтики рыбы и медленно произнес:
— Трехпалую рыбу нельзя просто так бросать в котел.
События развивались в точности по сценарию Лу Сююаня. Теперь он вел себя совсем иначе, чем в прошлый раз, и смотрел на собеседника с неподдельной искренностью:
— Старший брат Су, у тебя есть какие-то дельные советы?
Услышав это, Су Чжиюй собрался было забрать нож из его рук, но, сделав два шага, внезапно опомнился и подозрительно посмотрел на Лу Сююаня:
— Разве не ты пригласил меня на трапезу?
Почему же всё идет к тому, что работать придется ему?
Раскусил? Лу Сююань едва заметно нахмурился.
Вздохнув, он с печалью в голосе проговорил:
— Вчера я обрабатывал мясо духовного зверя, следуя твоим наставлениям, старший брат, но каша получилась совсем не такой вкусной, как у тебя.
Говоря это, он исподтишка поглядывал на реакцию Су Чжиюя. — Я с детства слышал, что трехпалая рыба — редкое лакомство, и решил угостить ею тебя, но кто же знал, что…
— Хорошо, я сам это сделаю, — неожиданно сказал Су Чжиюй.
Лу Сююань, уловив скрытый смысл его слов, мгновенно отбросил притворную печаль и прямо спросил:
— Каковы будут условия, старший брат?
— Я еще не решил, — Су Чжиюй вскинул подбородок. — Но ты уже должен мне два желания.
Долг платежом красен, подумал Лу Сююань, кивнул и принялся наблюдать, как Су Чжиюй берется за дело. Сначала тот длинной нефритовой иглой извлек из рыбного филе мелкие косточки.
— Хотя кости трехпалой рыбы съедобны, эти мелкие осколки в каше лишь испортят вкус. Достаточно оставить только центральный хребет.
Пока Су Чжиюй готовил, он попутно объяснял Лу Сююаню свои вчерашние ошибки при разделке мяса духовного зверя.
— Вот оно что! — Лу Сююань слушал с самым прилежным видом, что заметно подняло настроение его наставнику.
Затем Су Чжиюй на мгновение опустил филе в воду холодного источника, вовремя вынул его и, не отправляя в котел, разложил ломтики на дне чаши, залив их сверху горячей кашей из духовного риса.
В тот же миг свежий аромат, запертый в рыбном мясе, смешался с тонким благоуханием духовного риса, и горячий пар наполнил помещение, вызывая нестерпимый аппетит.
Вымыв руки, Су Чжиюй посмотрел на Лу Сююаня и заметил, что тот смотрит вовсе не на кашу, а… на полоску кожи на его руке, обнажившуюся, когда он закатал рукава.
— Старший брат Су… — Лу Сююань, глядя на это место, спросил: — Это родимое пятно?
Теперь, когда они стояли ближе, метка на запястье Су Чжиюя стала видна отчетливее: она была сероватого цвета и по форме отдаленно напоминала причудливый диск.
Су Чжиюй, собираясь опустить рукав, замер и сам взглянул на отметину, которая была с ним с самого рождения:
— Разумеется, родимое пятно. А что, по-твоему, это еще может быть?
Лу Сююань погрузился в задумчивость. Взяв чашу с кашей, он как бы невзначай бросил:
— Просто кажется, что я где-то уже видел нечто подобное.
Сказав это, он вышел с двумя порциями каши, оставив Су Чжиюя стоять в легком смятении из-за его невзначай брошенных слов.
Как и ожидалось, каша, стоившая одного желания, оказалась бесподобной. Лу Сююань проглотил ложку и довольно прищурился: нежное рыбное мясо идеально сочеталось с духовным рисом, а легкое похрустывание косточек придавало блюду особый шарм.
— У тебя дар, старший брат Су! — не переставал хвалить он.
Су Чжиюй, видя его восторг, тоже остался доволен, и на его лице впервые за долгое время появилась улыбка.
Лу Сююань, продолжая трапезу, мысленно прокручивал в голове движения Су Чжиюя на кухне. Его взгляд на мгновение стал острее: этот заклятый враг не любит культивацию, но при этом обладает столь глубокими познаниями в кулинарии…
Действительно, весьма странно.
***
Глава секты Цинлань Си Чжэнцин, который несколько тысяч лет не принимал учеников, взял себе в наставничество последователя с небесным корнем духа. Эта новость, подкрепленная разосланными приглашениями, быстро разлетелась по всему Восточному континенту.
Главы других сект, узнав об этом, провели тщательное расследование и лишь тогда убедились: Си Чжэнцин действительно взял ученика.
— Он правда принял ученика?
— Тогда глава секты обязан лично взглянуть, что это за гений такой, раз смог заставить человека, не бравшего учеников тысячи лет, изменить свое решение!
Такие реакции были еще нормальными, а вот другие…
— А я слышал, что новый ученик главы Си не ладит с внуком Верховного старейшины секты Цинлань…
— Неужели?
— Подруга кузины мужа сестры моего старшего брата — ученица секты Цинлань, они сами видели, как те ссорились!
— Я не лажу со старшим братом Су? — Лу Сююань, опуская глаза и поправляя одежду, с изумлением выслушал слухи. — С чего бы это?
Он и сам был не в курсе таких новостей.
Лу Циян, увидев реакцию двоюродного брата, сразу понял, что всё это ложь, но все равно озадаченно спросил:
— Я услышал это от старшего брата по секте. Говорят, несколько внутренних учеников видели, как вы с Су Чжиюем разругались в пух и прах и чуть не подрались. Они так уверенно рассказывали, что я уже было поверил.
Лу Сююань нахмурился:
— …
Вспомнив вчерашний день, он понял, что, должно быть, другие ученики увидели, как по дороге на пик Цинлань он расспрашивал Су Чжиюя, почему тот не любит культивировать, вот слух и разросся до таких масштабов.
— Не стоит упоминать об этом при старшем брате Су, — наказал Лу Сююань.
Лу Циян кивнул.
Ученики секты Цинлань носили темно-синие одеяния, на которых не было иных украшений, кроме узора из бледно-золотых облаков, тянущегося от ворота до подола и манжет. Исключение составляли лишь наряды учеников высокого ранга, чьи мастера были особо почитаемы — их одежда изготавливалась из ценных материалов, тогда как большинство остальных носили простые ткани.
Поэтому в обычное время ученики редко надевали единую форму, и секта Цинлань относилась к этому весьма снисходительно.
http://bllate.org/book/38334/4807907
Готово:
