Что ж, Вэй Цзянсюэ, нужно хорошенько пожить. А в остальном пусть Вэй Цзянсюэ бесится сколько душе угодно.
Ми Жуйань немного постояла у двери Вэй Цзянсюэ, покачала головой и ушла из комнатушки.
В спальне, отделенной от коридора лишь одной дверью, Вэй Цзянсюэ при помощи Системы 233 настраивала оборудование. Стоило завтра забрать еще одну партию курьерской доставки, и она смогла бы официально начать стримить.
— Только что Ми Жуйань простояла у твоей двери очень долго, о чем она думала? Неужели ты в тот день чем-то ее разозлила и она теперь затаила обиду? — с беспокойством произнесла 233.
Система 233 вовсе не предавалась излишней панике — просто положение Вэй Цзянсюэ действительно было крайне неудобным. Мало того что она ничего не видела, так если бы главная героиня вздумала заранее отомстить Вэй Цзянсюэ, одной лишь силы Системы не хватило бы для ее защиты.
— Может быть. Но неужели она действительно настолько злопамятна? Мне почему-то кажется, что она не сердится из-за того случая, — равнодушно ответила Вэй Цзянсюэ.
Хотя прошлая жизнь и была довольно бедной, большинство людей, встречавшихся на пути Вэй Цзянсюэ, отличались невероятной добротой. Пожилая соседка, когда бабушка уходила подрабатывать на полставки, звала Вэй Цзянсюэ и ее младшую сестру Вэй Мэн к себе пообедать; тетушка из маленького магазинчика на первом этаже многоквартирного дома часто с улыбкой дарила им снеки, у которых истекал срок годности; школьные учителя тоже уделяли пристальное внимание успехам Вэй Цзянсюэ и Вэй Мэн в учебе...
Осиротевших Вэй Цзянсюэ и Вэй Мэн вырастила бабушка. Теперь, когда Вэй Цзянсюэ ценой невероятных усилий поступила в престижный университет и могла по выходным и праздникам подрабатывать, чтобы помогать семье, а Вэй Мэн уже училась в старшей школе и обычно почти не доставляла хлопот, жизнь, казалось, наконец начала налаживаться. Но тут бабушка внезапно тяжело заболела.
Вэй Цзянсюэ понимала: организм бабушки больше не справлялся. Чтобы накопить на лечение, она бралась за любую доступную работу, оформила у куратора студенческий кредит и пособия, а также взвалила на собственные плечи всю ответственность за заботу о сестре, лишь бы бабушка могла спокойно лежать в больнице.
А та автокатастрофа произошла как раз тогда, когда Вэй Цзянсюэ собиралась отвезти сестру навестить бабушку, чтобы пожилая женщина убедилась: у них все хорошо. Кто же знал, что на полпути случится авария...
Система 233 рассказывала, что после того, как Вэй Цзянсюэ объявили погибшей, многие из их знакомых — например, соседка, куратор, тетушка из магазинчика и школьные учителя — приходили на помощь.
Вэй Цзянсюэ считала, что неплохо разбирается в людях, к тому же ей везло всегда встречать добрых людей.
Даже зная сюжет, о котором Система поведала заранее, Вэй Цзянсюэ полагала, что Ми Жуйань не столь мстительна — по крайней мере, на данный момент Вэй Цзянсюэ еще не успела по-настоящему задеть ее. Поэтому то, что Ми Жуйань только что постояла у порога, вряд ли объяснялось одной лишь злобой; возможно, у нее были какие-то другие мысли.
Услышав столь разумное объяснение, Система перестала тревожиться и беззаботно раскачивалась на качелях в голове Вэй Цзянсюэ:
— Ладно, я буду поглядывать за ней. А твои глаза... просто невероятно! Дай-ка я попробую подать запрос и заранее выдать тебе часть вознаграждения, иначе как ты будешь справляться с некоторыми заданиями в дальнейшем...
Вэй Цзянсюэ слабо улыбнулась:
— Спасибо тебе, добрая 233!
— О чем ты говоришь, мы же друзья! — Система польщенно приняла ее благодарность, и мысль помочь Вэй Цзянсюэ вернуть зрение укрепилась в ней еще сильнее.
Раздавшийся у двери стук прервал их разговор. Вэй Цзянсюэ на мгновение удивилась, а от 233 узнала, что перед ее дверью стоит Ми Жуйань, в руках у которой, судя по всему, был большой пакет.
На ощупь отыскав путь, Вэй Цзянсюэ открыла дверь и уловила исходящий от Ми Жуйань легкий лекарственный запах, в который вплетались тончайшие струйки аромата роз.
Хотя Вэй Цзянсюэ не понимала, зачем главная героиня пришла к ней, она всё же решила встретиться с ней лицом к лицу. Сохраняя холодный тон, она поддержала созданный образ:
— Что нужно? Разве я не говорила не докучать мне?
Она услышала, как омега тихо усмехнулась:
— Прости, что побеспокоила. Но я заметила, что ты почти не выходишь из комнаты, и подумала, что тебе трудно передвигаться, поэтому купила немного снеков. Раз уж мы теперь соседи, то в случае трудностей можешь обратиться ко мне за помощью.
Глава 3
Вэй Цзянсюэ, только что произнесшая столь нелюбезные слова, разом онемела. Растерянно придерживаясь рукой за косяк двери, она шевельнула губами:
— ...
Однако Ми Жуйань не ведала, что в этот самый момент Вэй Цзянсюэ мысленно уподобилась плачущему котику вместе с Системой 233: Не может быть, ты же не говорила, что главная героиня такая хорошая, я просто ужасна...
При мысли о том, что в этот период Ми Жуйань еще и вынуждена принимать лекарства, подавляющие выделение собственных феромонов, Вэй Цзянсюэ почувствовала себя еще более виноватой, хотя это и не имело к ней никакого отношения.
И вот ей предстояло источать столь незаслуженную злобу по отношению к столь жалкому и невинному главному персонажу. Стоило Вэй Цзянсюэ лишь представить это, как она начинала чувствовать себя чудовищно греховной, а потому могла лишь мысленно просить у Ми Жуйань прощения, напускным же образом возвращая лицу холодное выражение.
— Не нужна твоя фальшивая доброта! Хотя я ничего не вижу, у меня есть руки и ноги, я сама могу о себе позаботиться. А вот ты — следи за порядком в арендованной квартире, не приводи кого попало. Я буду наблюдать за тобой, и смотри у меня: пожалуюсь арендодателю, что ты мешаешь другим жильцам, и тебя выгонят! — свирепо пригрозила Вэй Цзянсюэ, не выказав и намека на благодарность Ми Жуйань.
Ми Жуйань, к ее удивлению, даже не рассердилась — ее голос остался ровным и мягким:
— Вот как? Значит, я зря беспокоилась. Прости, что потревожила.
По тихому подсказу Системы 233 Вэй Цзянсюэ захлопнула дверь прямо перед носом у Ми Жуйань.
Встревоженно вернувшись к постели, она нащупала свою чашку с водой и сделала глоток, чтобы успокоиться:
— Как я только что сыграла? Не испортила образ?
— Отлично! А я уж думала, ты не сдержишься и поблагодаришь главную героиню, но ты справилась просто безупречно! Именно так и должна вести себя заносчивая, возомнившая о себе пушечная мясо!
233 была поражена ее мгновенной реакцией.
— Кстати, я снова почувствовала запах феромонов Ми Жуйань. Ты же вчера рассказывала, что омеги всегда тщательно прячут свои феромоны, чтобы не волновать проходящих мимо альф и не вызывать у них преждевременное наступление периода восприимчивости? — Если память не изменяла Вэй Цзянсюэ, она уже несколько раз улавливала аромат роз в съемной квартире.
Она помнила, что болезнь главной героини Ми Жуйань заключалась в невероятно агрессивных феромонах: любой альфа или омега, ощутивший их, испытывал недомогание — от легкого головокружения и тошноты до полной слабости в конечностях и потери дееспособности. Бета же избегали этой участи, так как были неспособны чувствовать феромоны. Когда Ми Жуйань только пробивалась сама, ее доверенными лицами становились исключительно талантливые беты, столкнувшиеся с трудностями в реализации своего потенциала.
Эффект этих феромонов можно было назвать поистине чудесным, и Вэй Цзянсюэ могла придумать множество способов использовать феромоны Ми Жуйань в качестве оружия. Но в этом странном Мире Омегаверс подобные способные навредить окружающим феромоны совершенно не приветствовались, тем более что Ми Жуйань сама была омегой, из-за чего от нее и требовалось принимать спецпрепараты для подавления собственных феромонов, что в итоге приводило к ее болезненности.
Будь Ми Жуйань альфой, слова родных и врачей, пожалуй, зазвучали бы совсем иначе.
Подумав об этом, Вэй Цзянсюэ сочла это упущением. На самом деле ей даже нравились феромоны Ми Жуйань — звучало круто, словно появление какого-нибудь могущественного мастера из фэнтези-романа, сопровождающееся собственным давлением, перед которым смиренно склоняются все слабые.
Но почему же тот аромат роз казался Вэй Цзянсюэ совершенно не раздражающим? Неужели потому, что она — альфа, модифицированная Системой? Разве подавлению подвергаются лишь чистокровные альфы и омеги?
— То, что ты чувствуешь — всего лишь духи, которые Ми Жуйань распыляет на себя. Не забывай, она же маскируется под бету, ей никак нельзя открыто демонстрировать свой омежий запах. В этом «деревенском» городке все-таки небезопасно, так что будь осторожна, хоть ты и альфа. — Система опровергла догадки Вэй Цзянсюэ.
Оказывается, все эти дни ароматом служили лишь духи Ми Жуйань: та неизменно тщательно маскировала истинный запах феромонов.
Как поясняла Система, феромоны вызывали у Вэй Цзянсюэ физическую реакцию — это могло быть чувство настороженности, неприязни или даже симпатии, все зависело от того, кем являлся обладатель: альфой или омегой. Между омегами и альфами также существовало понятие под названием «уровень совместимости».
Проще говоря, чем выше совместимость, тем сильнее партнеры подходят друг другу, а чем ниже — тем меньше они совместимы. Но разве можно легко рассуждать о любви в этом мире? Поэтому существовало немало пар с низкой совместимостью, все равно решивших быть вместе. Когда же уровень совместимости достигала ста процентов, таких людей официально признавали идеальной парой — сужденными самой судьбой возлюбленными.
— А что насчет тех пар с низкой совместимостью, о которых ты говорила ранее? Что, если в один прекрасный день они встретят человека со стопроцентной совместимостью? И что тогда делать их нынешним вторым половинкам? Разве это не неловко... — Вэй Цзянсюэ нахмурила брови, ее лицо выражало крайнее недоумение и раздражение. — На моем месте я бы ни за что не поверила в эту чертову совместимость.
Заметив, что та рассердилась из-за подобных рассуждений, Система тут же принялась успокаивать девушку — хотя разгневанная красавица тоже выглядела очаровательно, расстраивать подопечную не хотелось:
— Ну, тут все зависит от человека. Кто-то, как и ты, твердо держится за истинную любовь, а кто-то поддается влиянию феромонов и выбирает того, у кого совместимость выше. Согласно заложенным настройкам, при встрече с феромонами объекта с более высокой совместимостью альфы или омеги гораздо легче поддаются влиянию периода восприимчивости или течки.
— А я? У меня тоже бывает этот период восприимчивости? И появится ли омега с высокой совместимостью с моими феромонами? — поинтересовалась Вэй Цзянсюэ.
— Период восприимчивости у тебя, конечно, будет, но с ним легко справиться: достаточно отдохнуть дома или сделать ингибитор. Что же касается совместимости, можешь не переживать — я специально подобрала для тебя редкую комбинацию последовательности феромонов. Ты не встретишь слишком много людей в этом мире, мы закончим задание и вернемся назад, так что никто не сможет обладать с тобой столь высокой совместимостью. В повседневной жизни тебе будут попадаться лишь низкоуровневые альфы или беты, а омеги сидят либо по домам, либо в учебных заведениях.
— Разумеется, за исключением главной героини Ми Жуйань: она, пожалуй, станет омегой наивысшего уровня, с которой ты сможешь столкнуться в рамках этого задания.
Выслушав слова Системы, Вэй Цзянсюэ немного успокоилась.
Она вовсе не желала, чтобы ее разумом управляли феромоны. К счастью, этот статус альфы был устроен Системой и мог быть аннулирован после выполнения миссии — вернись она с ним в свой родной мир, это стало бы сущим кошмаром.
Поразмыслив над этим, Вэй Цзянсюэ даже прониклась жалостью к обитателям Мира Омегаверс, особенно к Ми Жуйань. Согласно рассказанному Системой сюжету оригинального произведения, дядя-антагонист Ми Фэн постоянно подгонял Ми Жуйань, требуя найти высокосовместимого альфу из знатного и влиятельного рода для заключения брака. Если бы Ми Жуйань вовремя не выяснила, что Ми Фэн замышляет использовать ее в брачных союзах ради извлечения максимальной выгоды, то, пожалуй, до сих пор оставалась бы на лечении в реабилитационном центре, спонсируемом Группой компаний «Миши».
http://bllate.org/book/38263/4798353
Готово:
