— Ваше Высочество! — Мо И перемахнул через окно. — Ци Дэнвань, зайдя в Ихунлоу, отделался от толпы слуг и сейчас находится в переулке в ста метрах отсюда. Тот паренек, что вломился ранее, с ним.
— Мм? — Чу Наньфэн слегка приподнял бровь. — Я ведь раньше присмотрелся, у этого малого телосложение и навыки самые обычные?
— Необычные~ — раздался звонкий голосочек Чжао Линэр. — От старшего братца пахнет!
Чжао Чэнцзи услышал это и ошеломленно посмотрел на нее, явно сомневаясь в ее словах, ведь Линэр была еще совсем крошкой едва за десять.
Уголки губ Чу Наньфэна тронула улыбка:
— О? И чем же пахнет?
— Хм-м-м… — Чжао Линэр погладила себя по подбородку. Маленькая девчушка, похожая на пушистый снежный комочек, забавно делала такое движение, какое обычно совершают старики. Нахмурившись, она попыталась подобрать слово, чтобы описать уловленный ею аромат: — Вкусно… немного похоже на… на… Точно… похоже на те сахарные бабочки, что готовит братец Бай.
— Что еще за сахарные бабочки? — Чу Наньфэн посмотрел на Чжао Чэнцзи.
Чжао Чэнцзи снова поклонился:
— Сахарные бабочки, о которых говорит Линэр, — это сладость, которую готовит молодой господин Бай. Говорят, главный ингредиент там — пчелиные соты.
Чу Наньфэн слегка кивнул, показывая, что понял, а про себя усмехнулся: с чего это у Бай Яньцина вдруг нашлось свободное время, чтобы стряпать сладости для этой девчонки?
— Фошэн? — позвал он. — Каковы твои планы на будущее?
Фо Шенлянь покачал головой:
— Никаких.
Он продолжил:
— Изначально я хотел обойти Четвертого молодого господина Ци и отправиться в храм Усян, как раз мой наставник находится там, сможем поддержать друг друга.
— Твой наставник? — Чу Наньфэн с некоторым сочувствием посмотрел на него. — Твоего наставника сейчас в храме Усян нет, он в Башне Десяти Тысяч Цзюней в Юннине.
С чего бы этому старому лысому ослу Цзан Юэ смирно сидеть в храме Усян? Чу Наньфэн отправлял людей искать его в храме Усян, но из десяти раз девять неизменно никого не находили. Настоящий почтенный монах не сидит в обители, распевая сутры и вознося молитвы о благополучии, а вместо этого повсюду сует нос в дела цзянху — пожалуй, на всем свете найдется только один такой монах, как Цзан Юэ.
Чу Наньфэн бросил взгляд на Мо И, и тот подхватил:
— В Башне Десяти Тысяч Цзюней случился пожар, мастер Цзан Юэ отправился проводить заупокойные молитвы по усопшим и еще больше десяти дней назад двинулся в сторону Юннина со всей утварью для проведения ритуалов.
Услышав это, Фо Шенлянь замер, после чего незаметно скосил глаза на окно и нерешительно произнес:
— Не будет ли Вашему Высочеству в тягость взять меня с собой в дорогу?
Чу Наньфэн подумал немного и кивнул:
— Вовсе нет. Куда ты направляешься? В Юннин?
— Нет. — Фо Шенлянь покачал головой. — Наставнику сейчас не до меня. Не сочтет ли Ваше Высочество за труд взять меня с собой за пределы Государства Чу?
— Гора Цюлун подойдет?
— Благодарю Ваше Высочество.
В этот момент в постоялом дворе стало постепенно оживленно. Чу Наньфэн легко улыбнулся:
— Закажем еды? Чэнцзи ведь не заставит нас отправиться в путь на голодный желудок?
— Слушаюсь. — Чжао Чэнцзи снова поклонился, после чего потащил Линэр вниз, велев приготовить еду, повозки и лошадей.
Когда он ушел, Чу Наньфэн потрепал себя по подбородку:
— Понятия не имею, как у него сформировался такой характер. Не прошло и много времени, а он уже столько раз отвесил поклоны! Я ведь совсем не похож на тех старых консерваторов, что зациклены на правилах приличия…
— В конце концов, мы в отъезде, а ваше положение обязывает, ему всегда лучше проявлять осторожность. — Мо И поставил перед ним на стол блюдце с пирожными.
— Мм? — Чу Наньфэн опешил. — Откуда это у тебя?
Этот вопрос застал Мо И врасплох. Помявшись с секунду, он пробормотал:
— Только что ваш слуга увидел, как парнишка-служка из постоялого двора несет наверх тарелку с выпечкой, ну и перехватил ее.
Чу Наньфэн посмотрел на пирожное, зажатое у него в пальцах, затем перевел взгляд на Фо Шенляня, который как раз уплетал такую же выпечку, и его тут же заболела голова:
— Ладно. Передай Чэнцзи, пусть выяснит, у какого столика вы отобрали еду, и компенсирует им всё еще одной тарелкой.
— …Слушаюсь.
Уплетая пирожное, Чу Наньфэн вдруг кое о чем вспомнил:
— Мо И.
— Я здесь.
— Мне тут кое-что в голову пришло. — Он снова откусил кусочек. — Ци Дэнвань всё еще торчит в том переулке?
— Кажется… да? — Мо И и сам не был до конца уверен. С того момента, как он вернулся на постоялый двор, прошло уже полчаса, а Ци Дэнвань — как-никак молодой господин из знатной семьи, неужели он будет до победного прятаться в переулке со своим слугой?
— Сходить проверить?
— Мм, сходи взгляни, как раз вернешься к обеду.
— Слушаюсь.
К всеобщему удивлению, Ци Дэнвань действительно просидел со своим подчиненным по имени Му Чжу в переулке целых полчаса, и когда Мо И пошел проверить, он как раз застал их в нелепом положении: банда нищих, обосновавшихся в этом переулке надолго, окружила их со всех сторон.
Когда Мо И вернулся на постоялый двор и рассказал об этом Чу Наньфэну, все находившиеся в комнате попадали со смеху. Фо Шенлянь, хоть и сохранял свой утонченный облик небожителя, в глазах его явно плескалось веселье.
Лишь спустя долгое время Чу Наньфэн наконец нахохотался, и уставшие с самого утра путники смогли приступить к еде. Чжао Чэнцзи приготовил не слишком много завтрака, но зато изысканного. Пока Чу Наньфэн и остальные трапезничали, он сам руководил подготовкой в заднем дворе постоялого двора: упряжки меняли одну за другой, внутри кареты постелили коврик из лисьего меха и установили низкий столик для мелочей, а в потайных отделениях экипажа аккуратно разложили целые коробки с лекарствами — от мазей с золотым порошком для заживления ран до жаропонижающих и выводящих токсины пилюль, было абсолютно всё.
Когда Чу Наньфэн и остальные закончили сборами и вышли наружу, они увидели, как Чжао Чэнцзи складывает в карету сверток. Крошечный снежный комочек Чжао Линэр сновала туда-сюда у него под ногами, а заметив вышедшего Чу Наньфэна, залилась звонким смехом, и ее переливчатый голосок разнесся далеко вокруг.
Чу Наньфэн подошел и легко ущипнул ее за носик:
— Я уезжаю. А когда встречу твоего братца Бая, передам ему, чтобы обязательно приготовил тебе сахарных бабочек!
— Ура! Спасибо, Ваше Высочество!
Девчушка выглядела очень счастливой, однако Чу Наньфэн почувствовал некоторое недоумение: казалось, с каких-то пор окружающие стали слишком сильно упирать на правила приличия, отчего в каждом их слове сквозила какая-то чужая, напускная дистанция.
— Ваше Высочество? — заметив, что Чу Наньфэн замер на месте, озадаченно окликнул его Чжао Чэнцзи.
http://bllate.org/book/38200/4787074
Готово:
