Эта старая лавка находится на Чаннинской улице. Улица очень узкая, на ней с трудом могут разъехаться две машины. По обеим ее сторонам растет множество старых кленовых деревьев, им уже по несколько десятков лет, и летом их листва густо зеленеет, а осенью алеет. Стояло лето, и когда налетал горячий ветер, кленовые листья шелестели и покачивались.
Чжун Вэнь пришел сюда пешком от автобусной остановки весь в мыле. Он остановился у входа и с первого же взгляда заметил Линь Цзинъюя, который, склонившись над стойкой, усердно счищал стекловолоконной щеткой ржавчину с циферблата.
В магазине он был совершенно один.
Чжун Вэнь подошел и тоже прислонился к стойке:
— Цзинъюй.
Линь Цзинъюй не заметил его и от испуга даже вздрогнул, но среагировал быстро: он чуть приподнял стекловолоконную щетку, не задев часы. Не поднимая головы, он бросил:
— Чего это ты пришел?
— Разве я не могу прийти, когда свободен? — Чжун Вэнь поджал губы и окинул взглядом лавку. — А старик Линь не пришел?
Линь Цзинъюй на мгновение замолчал, а затем ответил:
— Он ушел на почту отправлять жалобу.
Услышав это, улыбка на лице Чжун Вэня застыла. Помолчав немного, он сменил тему и бодрым тоном произнес:
— Дин Го нашла тебе подработку репетитором, плата — двести в час. Какая халява...
Линь Цзинъюй замер на секунду и поднял голову:
— Правда?
— Правда, она скоро приедет, — сказал Чжун Вэнь. — В следующий раз, когда у старика Линя будут дела, оставляй лавку на меня.
Линь Цзинъюй посмотрел на него, и в его темных глазах мелькнули слезы. Он искренне сказал:
— Чжун Вэнь, спасибо тебе.
— Да за что тут благодарить, мы же братья. — Чжун Вэнь похлопал его по плечу и уже хотел сказать что-то еще, как снаружи раздался автомобильный сигнал.
Тут же из окна машины выглянула Дин Го и поманила Линь Цзинъюя:
— Цзинъюй, иди сюда.
Линь Цзинъюй немного замялся.
Чжун Вэнь приподнял подбородок, подгоняя его. Линь Цзинъюй поджал губы, быстро собрал часовой механизм обратно, протянул его Чжун Вэню и произнес:
— Ну я побежал.
— Давай-давай, удачи! — улыбнулся Чжун Вэнь.
Дин Го отвезла Линь Цзинъюя в элитный жилой комплекс под названием Международный цветочный сад у реки. Дома здесь выходили прямо на реку Линьюй, и пейзаж был невероятно красивым. К тому же система безопасности и защиты конфиденциальности в комплексе была на высоте, так что по всем признакам это было жилищеню отнюдь не простых людей.
Линь Цзинъюй шел следом за Дин Го, и они, поплутав по закоулкам, добрались до небольшого особняка, а затем на лифте поднялись на третий этаж. Он немного нервничал, ладони у него то и дело покрывались потом.
Дин Го нажала на дверной звонок.
Звонок прозвенел, и следом дверь отворилась. Линь Цзинъюй поднял глаза и встретился взглядом с хозяином. Это был мужчина чуть за тридцать, а может, и моложе, одетый в плотно прилегающий черный костюм. У него были четко очерченные черты лица, выразительные брови и глубокий взгляд. На вид он казался типичным ученым интеллигентом, но от всей его фигуры веяло каким-то холодом и невольно внушающим трепет превосходством.
Взгляд мужчины задержался на Линь Цзинъюе, после чего он вежливо улыбнулся Дин Го:
— Мисс Дин, пожалуйста, проходите.
Дин Го кивнула ему:
— Господин Тан.
Тан Муши пригласил их в дом. Внутри было невероятно чисто — пожалуй, даже кристально чисто, доходящее до какой-то неестественной стерильности. Пока Тан Муши беседовал с Дин Го, Линь Цзинъюй украдкой огляделся, но когда снова поднял глаза, то заметил, что мужчина легко и непринужденно смотрит прямо на него:
— Мисс Дин, это тот самый юный учитель, которого вы пригласили? Выглядит совсем молодо.
Дин Го улыбнулась:
— Цзинъюй всегда учится в первой пятерке класса, это очень надежный мальчик, я уверена, что он сможет подтянуть Хаохао.
— Вот как? — Тан Муши перевел взгляд на Линь Цзинъюя и с улыбкой спросил: — По каким предметам ты силен больше всего?
Хотя стоявший перед ним мужчина улыбался, в глубине его глаз не было и следа веселья, а от него самого исходил тяжелый, подавляющий настрой.
Линь Цзинъюй взял себя в руки:
— Относительно хорошо знаю математику, физику и английский.
Тан Муши улыбнулся:
— Что ж, весьма неплохо.
Дин Го тут же добавила:
— В конце концов, это же моя рекомендация.
Услышав это, Тан Муши искренне улыбнулся и сказал:
— Раз мисс Дин настаивает, я, разумеется, доверяю ее выбору. Правда, Хаохао на этой неделе уезжает, так что Цзинъюй может приходить со следующей, хорошо?
Линь Цзинъюй кивнул:
— Хорошо.
— Каждую субботу с восьми до десяти вечера, а по воскресеньям — с восьми до десяти утра. Школьная математика и английский, справ S*Wишься? — Тан Муши посмотрел на Линь Цзинъюя.
Тан Муши твердо ответил:
— Справлюсь.
Когда подворачивается столь легкая и прибыльная подработка, почему бы и нет?
Подумал он.
Уик-энд у старшеклассников всегда пролетает незаметно.
Едва началось утреннее чтение в понедельник, как Чжан Сяоли объявила, что в начале июня пройдет третий пробный экзамен. Говорили, что это будет общегородское тестирование, имеющее огромную важность. Она даже пригрозила, что если весь класс сможет войти в сотню лучших по городу, она попросит руководство школы организовать коллективную поездку.
Стоило ей это произнести, как весь класс взорвался. С тех пор как они попали в этот класс, все испытывали колоссальное давление, и теперь, когда появилась такая прекрасная возможность расслабиться, ученики, естественно, обрадовались.
Однако, если попадание большей половины класса в первую сотню еще казалось реальным, то заставить абсолютно всех учеников войти в топ-сотню города было крайне сложно, особенно для таких ребят, как Сюй Минюань, которого собственный отец запихнул в этот класс насильно.
Таким образом, вся тяжесть ответственности легла на плечи отстающих учеников и Сюй Минюаня.
Казалось, во время всего утреннего чтения все только и делали, что обсуждали эту новость. Среди громких поэтических строк вроде «Весной четвертого года Цинли Тэн Цзицюй был сослан правителем в уезд Балин», «Ночью у пристани на реке Сюньян провожаю гостей, клены и полынь шелестят под осенним ветром» или «Прежний округ Юйчжан, ныне носящий имя Хунду» неизменно слышался чей-то шепот. И лишь Сюй Минюань казался совершенно равнодушным — все утреннее чтение он проспал.
Как только прозвенел звонок с утреннего чтения, староста Чжоу Цзыянь, сидевшая прямо перед Чжун Вэнем, тихонько кашлянула и поднялась на подиум. Это была очень мягкая, миловидная девушка, которая всегда говорила тихо и нежно. Однако дела свои она вела решительно, четко и обладала большой хваткой. По выражению Сюй Минюаня, от нее веяло прохладным цзяннаньским дождем, и она была воплощением его идеала богини.
Она кашлянула, бросила взгляд на Чжун Вэня и произвела:
— Пожалуйста, тише.
Класс мгновенно затих.
Чжоу Цзыянь обвела взглядом одноклассников, и ее глаза наконец остановились на все еще спавшем Сюй Минюане. Заметив ее взгляд, Чжун Вэнь тут же толкнул Сюй Минюаня локтем в бок:
— Сюй Минюань.
http://bllate.org/book/38167/4782479
Готово:
