Никаких записей.
Может, заметил что-то странное за пределами машины? Но по внешнему периметру нет никаких следов… Вряд ли он был до такой степени небдителен.
Среди множества домыслов Линь Сяо молча смотрел на Юй Цзинланя через круглый стол. Он был одним из немногих, кто знал подробности событий десятилетней давности. Как и Юй Цзинлань, едва прочитав сводку, он сразу понял, почему Янь Чжуну вышел из машины. С одной стороны, Линь Сяо злился на то, что Янь Чжуну не смог отпустить сердечные дела, с другой — не мог не тревожиться о душевном состоянии Юй Цзинланя.
В памяти Линь Сяо Юй Цзинлань и Янь Чжуну порой всё еще казались подростками или даже совсем детьми, вместе с ними был и Фан Син. Троих детей, взращенных Янь Цисю, с самого зарождения Альянса носила из стороны в сторону среди бушующего пламени войны. Тогда все думали лишь о том, что, когда это поколение вырастет, жизнь непременно станет лучше.
Почему же спустя двадцать лет они всё еще продолжают вкушать горечь?
Я хочу в ближайшее время съездить на место происшествия, — неожиданно произнес Юй Цзинлань, заставив всех вздрогнуть.
Ши Тантин посмотрел на него и лишь спустя долгое время заговорил: Я понимаю ваши чувства, Лоуренс…
Вы ничего не понимаете, господин Президент, — без всяких церемонок возразил Ши Тантину Юй Цзинлань.
Выражение лица Ши Тантина непрерывно менялось. Он и так обладал на редкость редким терпением, но, помолчав добрую половину минуты, перевел взгляд на Линь Сяо, призывая того отговорить Юй Цзинланя от этой затеи.
Линь Сяо же откашлялся: И какова причина? Полагаешь, там остались какие-то упущения или подозрительные моменты?
Находясь в машине, Чжуну пытался связаться со мной, но в тот момент я был на другом совещании. Я предполагаю, что в этой поездке в Таси он мог добыть некие секретные сведения. Раз в момент нападения его не было в салоне, у него было время, и он наверняка попытался бы передать информацию иным способом.
Юй Цзинлань опустил глаза на столешницу, и его монотонный голос звучал так, будто говорил робот.
Тогда давайте поручим людям из Гуаньху, 3 заняться этим, — предложил Линь Сяо.
Юй Цзинлань тут же хотел было возразить, но, встретившись взглядом с Линь Сяо, резко осекся. Он закрыл глаза и силой проглотил слова, застрявшие в горле, вместе со всеми вспышками гнева и раздражения.
Лоуренс, не хочешь отдохнуть пару дней? — осторожно предложил Ши Тантин, страшно боясь, что Юй Цзинлань поймет его слова как-то не так.
Если ехать обязательно, охрану я организую сам, — внезапно переменил решение Линь Сяо и, пока Ши Тантин смотрел на него, сделал жест, призывающий сохранять спокойствие.
Никто не заметил, что Линь Сяо выпустил феромоны, совершенно не вяжущиеся с атмосферой совещания: пользуясь положением, выходящим за рамки служебных обязанностей, он выказывал беспокойство о Юй Цзинлане.
Я понимаю твои чувства, Цзинлань, — Линь Сяо постучал по столу, побуждая Юй Цзинланя поднять на него взгляд. — Понимаешь ли ты тревоги всех присутствующих?
Плечи Юй Цзинланя опустились. Он окинул взглядом каждого из коллег за круглым столом: и впрямь, каждого окутывало беспокойство. Даже вечно непреклонный Ши Тантин впервые выказал слабые сомнения в политике, которую так упорно проводил.
Попросите Гуаньху, 3 провести повторный осмотр места происшествия… особенно возле могилы Фан Сина. Министр Линь должен знать точное место, — вымолвил Юй Цзинлань, идя на попятную. — Пожалуйста, займитесь и хлопотами вокруг похорон, я не буду участвовать в обсуждении.
С этими словами Юй Цзинлань оперся о стол и поднялся на ноги. Его неудержимо качнуло из стороны в сторону, и лишь спустя несколько мгновений к нему вернулись силы, позволив выйти из конференц-зала.
Как и после любого другого совещания, Цзянь Ючжи немедленно шагнул ему навстречу, а когда Юй Цзинлань приблизился, замедлил шаг на полкорпуса и молча последовал позади.
Когда Фан Син уходил из жизни, Янь Цисю сказал Янь Чжуну: те, кто живут, должны обуздать себя.
Янь Чжуну потребовалось несколько месяцев, чтобы справиться с этим. Нынче же Юй Цзинлань считал, что ему следует уложиться в еще более короткий срок.
Господин Министр.
Эти четыре слова заставили гнев Юй Цзинланя вспыхнуть с новой силой. Он резко обернулся и с высоты своего положения окинул Цзянь Ючжи взглядом. Без всяких на то причин у него возникло отторжение к той неизменной ответственности, с которой Цзянь Ючжи относился к возложенной на него задаче.
Янь Чжуну был поистине наивен: разве могут люди выстраивать эмоциональную связь с кем-то исключительно на почве феромонов?
Феромоны способны порождать лишь желания — худшую из человеческих слабостей. Таков был и Цзянь Ючжи, чьи желания постоянно вращались вокруг заботы о Юй Цзинлане.
Прошу вас, держитесь, — тихо произнес Цзянь Ючжи.
Юй Цзинланю послышалось, будто феромоны Цзянь Ючжи нашептывают: я понимаю вас, господин Министр.
Глава 17
Похороны Янь Чжуну состоялись спустя три дня после того, как Президентская канцелярия объявила в Сюаньчжоу чрезвычайное положение. Кое-кто в кабинете министров опасался, что в столь критической обстановке проводить церемонию неуместно, но стоило Линь Сяо упомянуть имя Янь Цисю, как у всех сразу пропали возражения.
В те годы Янь Цисю пал смертью храбрых на Северном фронте, и, чтобы обеспечить отступление войск, его тело осталось на северном побережье.
Линь Сяо изрек: когда человек уходит, его предают земле, чтобы душа обрела покой. К тому же сейчас не военное время, и уж тем более нет причин заставлять Янь Чжуну ждать.
Не военное время. Все находили это абсурдным, но и возразить никто не мог.
Ровно в шесть утра гроб с телом Янь Чжуну тронулся из Гуаньшаньлу, 2 в направлении Гуаньшаньчжунлу, 190. Благодаря доброй славе семьи Янь, заслуживаемой десятилетиями, вдоль дороги собралось немало простых людей, пришедших проводить его в последний путь. Было там и несколько хилых групп демонстрантов: из-за внезапного нападения они гневно клеймили некстати жесткую политику Ши Тантина и требовали его отставки.
Лишь когда траурный кортеж углубился на территорию Гуаньшаньчжунлу, 190, вокруг воцарилась тишина. Натягивавшие нервы до предела охранники наконец смогли перевести дух — большую часть из них задержали на внешнем периметре, позволяя наблюдать за камерной церемонией лишь издалека.
Цзянь Ючжи крайне удивился тому, что у Янь Чжуну практически не осталось родственников. Поколения семьи Янь целиком посвящали себя государственному строительству, и к моменту Янь Чжуну не набралось даже достаточного числа людей, чтобы нести гроб. Не ожидал Цзянь Ючжи и того, что отношения между Юй Цзинланем и Янь Чжуну были гораздо ближе, чем он предполагал. После речи Ши Тантина Юй Цзинлань отступил с первого ряда, встал на самое почетное место по левую руку от гроба Янь Чжуну и лично понес его.
За эти дни Цзянь Ючжи уже успел привыкнуть к переменчивому настроению Юй Цзинланя. Посторонним, общавшимся с ним нечасто, вряд ли удавалось это заметить, но Цзянь Ючжи, проводивший с ним бок о бок каждый день, чувствовал всё отчетливо.
Цзянь Ючжи полагал, что само его присутствие рядом с Юй Цзинланем в качестве постоянного спутника отчасти служило причиной нестабильного состояния последнего. Объективно говоря, омегам по природе своей свойственно острее ощущать нехватку безопасности, а занимая пост Юй Цзинланя, приходилось ежесекундно сталкиваться с кризисами. И вот теперь неожиданно погиб близкий друг, а рядом неизменно вынужден находиться незнакомый альфа — вряд ли кто-то смог бы сохранять хладнокровие в подобной ситуации.
Правда, после некоторого общения принимать саму идею управляемого системой альфы казалось не совсем логичным: Юй Цзинлань совсем не походил на человека, готового во всем подчиняться кабинету министров или президенту. Он вовсе не нуждался в постоянном успокоении со стороны альфы и, судя по всему, относился к числу тех, кто считает систему феромонов смехотворной.
Ему следовало бы отыскать альфу, равного ему по силе и подходящего по духу, а не какого-то безымянного человека вроде самого Цзянь Ючжи, чья жизнь состояла лишь из двух понятий — жизни и смерти.
О чем вы снова думаете, капитан?
Цзянь Ючжи поднял голову и через зеркало заднего вида встретился взглядом с Юй Цзинланем. Поборовшись с собой, он все же задал вопрос: Вы владеете телепатией, господин Министр?
Юй Цзинлань вгляделся в жаждущие знаний глаза Цзянь Ючжи, пытаясь еще усерднее разобрать, какой именно смысл кроется за только что промелькнувшим на лице спутника замешательством. Но с солдатом, чья железа прошла столь успешную тренировку, уловить хоть малейшие отголоски чувств было уже величайшим достижением, да и то лишь благодаря тому, что тот сам ненадолго ослабил контроль. Пытаться же проникнуть глубже было все равно что упереться в глухую стену.
Не дождавшись ответа, Юй Цзинлань просто ответил молчанием и холодно отвернулся к окну.
Два дня назад он ознакомился с результатами вскрытия Янь Чжуну. В отчете упоминалось, что на правом запястье покойного кинжалом были выцарапаны буквы. Учитывая, что Янь Чжуну от природы был левшой, возникло предположение, будто эта цепочка букв — весточка, которую он попытался оставить перед смертью.
После восстановления судебным медиком удалось отчетливо разобрать слово альфа, однако дописать остальное он не успел, и никаких других разборчивых букв обнаружить не удалось.
Кабинет министров вновь созывал совещания, но никто не мог разгадать замысел Янь Чжуну. Альф, требующих бдительности и осторожности, насчитывались тысячи — с какой стати выделять кого-то отдельно, да еще в столь критический момент?
Выдвигались и предположения, не завел ли Янь Чжуну какую-то новую сердечную привязанность, но прежде чем Юй Цзинлань успел что-то сказать, Линь Сяо пресек эти домыслы на корню: у Янь Чжуну не было ни времени, ни настроения заводить романы; даже если бы и завел, вряд ли в подобную критическую минуту он стал бы оставлять столь обрывочное послание. Желай он поручить кому-то заботу о ком-то, он написал бы полезные сведения, а от слова альфа никто не поймет, что к чему.
Однако на сердце у Юй Цзинланя скребли кошки.
Если допустить, что это послание — продолжение той сорвавшейся телефонной беседы, то под этим альфой, пожалуй, подразумевался именно Цзянь Ючжи. Неужели Янь Чжуну, проезжая мимо могилы Фан Сина, вновь вознамерился убедить его наладить отношения с альфой?
Нет, у Янь Чжуну не было столько свободного времени.
Подождите, господин Министр.
Машина остановилась у входа в Министерство иностранных дел. Снаружи дежурило несколько репортеров: они так и не получили в официальных сводках ответов на множество вопросов касательно нападения на Янь Чжуну и потому уже несколько дней караулили у Гуаньшаньчжунлу, 5 в надежде услышать от Юй Цзинланя хоть какие-то новые подробности.
Там же толпились протестующие граждане, выражавшие недовольство действующей дипломатической политикой.
Дождавшись, пока Цзянь Ючжи обойдет машину и откроет дверцу снаружи, Юй Цзинлань вышел и, укрываемый фигурой Цзянь Ючжи, быстрыми шагами направился к парадному входу.
Господин Юй! — раздался за спиной пылкий оклик.
Юй Цзинлань скосил глаза и заметил яркую женщину, судя по всему, омегу, которую Цзянь Ючжи с легкостью перехватил за талию. Ее каштановые волосы развевались на ветру, и даже оттесняяемая Цзянь Ючжи назад, она улыбалась, махала Юй Цзинланю рукой, посылала воздушные поцелуи, а затем изобразила жест звонка по телефону.
Войдя в вестибюль, Юй Цзинлань бросил взгляд на Цзянь Ючжи, но тот остался совершенно невозмутим.
Вскоре они поднялись в лифте, и Юй Цзинлань снова обернулся: Что за вещь тебе передала та женщина?
Цзянь Ючжи на мгновение задумался, после чего извлек из кармана записку, которую только что насильно сунула ему та дама, и в нерешительности протянул Юй Цзинланю.
Сложенная вдвое бумажка раскрылась, являя номер телефона.
Она сказала, что является вашей поклонницей, и просила вам позвонить, — опустив голову, произнес Цзянь Ючжи.
Перед глазами Юй Цзинланя вновь проплыла сцена с воздушным поцелуем. Нахмурившись, он сунул записку обратно в руку Цзянь Ючжи.
В прошлом Янь Чжуну то и дело доводилось сталкиваться с подобным: даже нося обручальное кольцо, он неизменно оставался мечтой множества омег. В почтовом ящике Министерства внутренних дел то и дело появлялись любовные послания, адресованные Янь Чжуну — чем дольше он хранил одиночество и верность прежней любви, тем больше сердец он покорял.
http://bllate.org/book/38138/4776478
Готово:
