Чэнь Син казалось, что она проспала большую часть ночи, и проснулась в каком-то полумраке. Сходив в туалет, по возвращении она уже почти окончательно пришла в себя. Взглянув на время, она поняла, что было всего половина третьего.
Она полежала какое-то время, но так и не смогла уснуть, поэтому наконец нашарила телефон. Глянув на экран, она замерла.
Диалог с Сун Хаo висел в самом верху. Открыв его, она увидела два пропущенных голосовых вызова.
После того недавнего полуправдивого-полушуточного свидания вслепую Сун Хао уже несколько раз писал ей в WeChat, но все их беседы были поверхностными и ни к чему не обязывали, так что по ним ничего нельзя было понять. И теперь она хмуро смотрела на эти пропущенные вызовы.
Пока она погрузилась в задумчивость, диалоговое окно снова завибрировало.
— Ты спишь?
Эти три слова вызвали у Чэнь Син сильнейшее отвращение. Вздрогнув, она отбросила телефон подальше. Полежав еще немного и так и не уснув, она перетащила к себе ноутбук, нашла какой-то фильм и, сама не заметив, как долго смотрела его, провалилась в сон.
На следующий день она проснулась очень поздно и перекусила чем попало.
На улице царило оживление, в телефоне пестрели всевозможные праздничные поздравления, но даже в этот первый день Нового года ее собственный мир оставался все тем же прежним миром.
Никуда не выходя, она продолжила досматривать тот фильм, движимая лишь мыслью покончить с этим как с обязанностью.
Время неторопливо докатилось до вечера.
Она думала, что нужно продержаться лишь до восьмого дня первого месяца, перетерпеть еще недельку — и можно будет выйти на работу. Сейчас ей хотелось только одного — на работу.
Когда она взяла в руки телефон и открыла WeChat, то к своему неожиданному удивлению обнаружила новый запрос на добавление в друзья.
— Кузина, это я, мяу-мяу-мяу!
Чэнь Син озадаченно поджала губы и тут же улыбнулась: у этой ее кузины действительно было какое-то кокетливое и милое очарование.
Она приняла запрос.
— Кузина, с Новым годом, — первой написала та, и, подумав немного, Чэнь Син добавила пару избитых праздничных фраз.
Уж это приличие и соблюдение приличий она проявила сполна, подумала про себя Чэнь Син.
— Кузина, чем занимаешься?
Чэнь Син приподняла брови: ну надо же, с чего вдруг такой бессмысленный вопрос, и как на него отвечать?
Шэнь Цзяинь: Кузина, не кажется ли тебе, что отмечать Новый год — это просто ужасно скучно?
Чэнь Син недоумевала: разве они были настолько близки? Она ответила: — Да, я тоже так думаю.
Шэнь Цзяинь: Я тут со скуки умираю, сегодня опять приходится возиться со всей этой большой родней.
Чэнь Син моргнула.
Шэнь Цзяинь, казалось, и впрямь воспринимала ее как человека, которому можно выговориться, и застрочила сообщения одно за другим: — Шумно донельзя, и целыми днями только и делают, что пилят по поводу замужества. Эх, кузина, тебя тоже донимают разговорами о замужестве?
Чэнь Син подперла подбородок, ее лицо скривилось от непонимания происходящего.
— Мои папа с мамой еще ладно, не давят, но дедушка с бабушкой, старшие дяди и тети, младшие дяди и тети... Боже мой, меня уже укачало от их нравоучений.
Чэнь Син действительно прониклась сочувствием: — Моя мама тоже меня пилит.
— Вот именно, эх, и не говори! Неужели они сами не устают? До чего же надоели. Говорят, мне уже исполнилось 30 лет. Ничего подобного! Пока день рождения не прошел, мне всё еще 28.
Чэнь Син улыбнулась, сжав губы.
— Ой, но, кузина, у вас там с замужеством, наверное, еще сильнее донимают? В конце концов, у вас вокруг все женятся очень рано, да?
Улыбка вмиг исчезла с лица Чэнь Син.
— Кузина, такая ты умница и красавица, неужели у тебя совсем нет поклонников вокруг? — мысленно фыркнула она, а ее пальцы запорхали по экрану.
Стоило ей это отправить, как на том конце тут же воцарилась тишина.
Чэнь Син снова поджала губы, слегка засомневавшись: ой, а не слишком ли ядовито получилось?
Вскоре Шэнь Цзяинь ответила: — Эх, да есть они, слишком много. Только вот среди них нет никого, кто бы мне приглянулся.
Чэнь Син не удержалась и прыснула со смеху.
— К тому же я сама состою в отношениях, просто пока не хочу, чтобы семья знала об этом.
Брови Чэнь Син взлетели вверх, а вместе с ними подпрыгнуло и уже начавшее складываться в голове предположение, и она даже растерялась, не зная, что и ответить.
Собеседница на том конце тоже замолчала.
Этот странный, ни к чему не обязывающий диалог так и завершился на полуслове.
-
На второй день нового года она тоже не поехала домой, и никто из домашних ей не позвонил. Чэнь Син спрятала затаившуюся в сердце горечь и повторяла себе, что в этом тоже заключается свобода.
Вечером ей позвонила Хэ Цянь, старшая сокурсница по университету, и пригласила развеяться в Сямэнь. Других планов у Чэнь Син не было, и она согласилась.
Она собрала комплект одежды, закинула его в рюкзак и на следующий день отправилась на вокзал. Чуть больше двух часов пути пролетели незаметно, и, выйдя из здания вокзала, она сразу увидела ту, что приехала ее встречать.
У Хэ Цянь была аккуратная короткая стрижка, под черными изящными бровями сияли яркие, лучащиеся улыбкой глаза. Стоя возле новенького японского автомобиля, она весело махала ей рукой.
Чэнь Син с улыбкой направилась к ней, и они обнялись.
— Ого, ты машину купила?
— Да нет, дело не в машине, просто получить эти автомобильные номера — такая морока, — с чувством произнесла Хэ Цянь. — В Пэнчэне сдать на права и зарегистрировать машину — страшное дело, очередь огромная. Я столько времени прождала, и вот, когда наконец удалось сдать, выкроила денег и выкупила номер. Говорят, потом будут разыгрывать по лотерейному принципу, не знаю, правда это или нет.
Эта тема была далека от Чэнь Син, поэтому она просто улыбнулась: — А я-то думала, ты и в этом году домой на Новый год не поедешь!
Хэ Цянь была местной, из Сямэня, училась на два курса старше нее, и в университете они обе состояли в поэтическом кружке, так что ладили очень хорошо. Однако после окончания учебы она не осталась в Сямэне, а уехала в Пэнчэн и по распределению устроилась преподавать в одну из пэнчэнских старших школ.
После начала работы она крайне редко возвращалась домой на праздники, поэтому Чэнь Син и поддразнила ее при встрече.
— Подумала, что уже года три-четыре не возвращалась, и если не приеду в этот раз, то будет совсем уж неловко, — улыбнулась Хэ Цянь.
— Поздравляю, ты ведь получила официальное место в штате! — искренне произнесла Чэнь Син.
Хэ Цянь улыбнулась и вздохнула: — Слава богам, спасибо хоть, что преподаю не основные предметы.
— Место преподавателя в Пэнчэне славится тем, как трудно на него устроиться, зато потом можно не о чем не беспокоиться.
Разговаривая, они сели в машину, и Хэ Цянь завели двигатель: — Раньше, пока не устроилась, я вообще носу сюда не казала. Каждый раз во время звонка отец меня отчитывал, а мама только вздыхала и охала. Мне от этого так тошно становилось, что не хотелось ни звонить, ни тем более возвращаться домой.
— Зато теперь ты вернулась в полном блеске! — усмехнулась Чэнь Син.
Хэ Цянь шутливо зыркнула на нее: — Только и умеешь, что подшучивать надо мной.
Они весело болтали, а зелень за окнами автомобиля постепенно меркла. На краю неба крупными хлопьями распускались оранжевые краски заката, и сумерки становились всё гуще.
На мгновение Чэнь Син погрузилась в оцепенение и даже не услышала, что говорит Хэ Цянь, а когда та ее толкнула, лишь удивленно протянула: — А?
— Ты чего зависла?
— Да так. О чем ты меня спрашивала?
— Спрашивала, как ты? Как работа? Как на личном фронте?
— Работа по-старому, а остальное...
— Ты что, до сих пор в девственницах ходишь?!
Чэнь Син: — ...
— Впрочем, неудивительно. В нашей сфере мужчин изначально кот наплакал, да и круг общения узкий, трудно кого-то найти.
Чэнь Син бросила на нее косой взгляд: — А сама-то ты нашла кого?
Хэ Цянь осеклась.
Чэнь Син посмотрела на нее с игривой улыбкой: — М?
На лице Хэ Цянь промелькнуло некоторое замешательство.
— Если нет, тогда нечего смеяться над тем, кто от тебя недалеко ушел, — поддразнила ее Чэнь Син.
Однако Хэ Цянь тяжело вздохнула.
Настроение у Чэнь Син и без того было не из лучших, а этот вздох заставил и ее тяжело вздохнуть в ответ.
— У тебя сейчас и место стабильное, и машина есть, чему ты еще вздыхаешь?
— У меня тоже свои трудности... Если бы не мама здесь, я бы и возвращаться не стала.
Эти слова попали в самое больное место Чэнь Син. Она снова посмотрела на заходящее солнце, и в ее груди тоже вырвался тихий вздох.
Хэ Цянь искоса взглянула на нее: — У тебя лица нет. Что-то случилось? Из-за семьи или еще что?
Чэнь Син отрешенно смотрела на закат. Последние лучи солнца скользили по ее волосам, ветер гладил виски, и в ней вдруг поднялся какой-то неожиданный порыв. Она спросила: — А в вашей школе случайно нет вакансии учителя китайского языка для старших классов?
Глава 12. Связь
На девятый день первого месяца в старшей школе уже начались занятия. Чэнь Син завертелась в заботах, и ее душевное состояние немного выровнялось.
Порыв был — но оказался лишь временным. Когда накатила привычная рутина, ее мысли, словно испугавшиеся солнца ночные создания, дали задний ход.
То, что знакомо, кажется безопасным, в то время как неизвестность, пусть даже манящая обещанием свободы, пугает.
С началом учебы вся школа вернулась к привычному шуму и гамме. Первый месяц подошел к концу, атмосфера праздника развеялась, и шестеренки судеб миллионов людей продолжили свое вращение.
Чэнь Син с головой погрузилась в будни: подготовка к урокам, сами занятия, перемены, вечный треугольник «школа — столовая — общежитие».
Ранневесеннее солнце грело слабо, и в перерывах между работой одолевала апатия.
Каким бы плотным ни был график, он не мог заполнить пустоту в душе.
Однажды во время большой перемены она почему-то выглянула со второго этажа.
Толпы энергичных молодых людей на большой спортивной площадке махали руками и вышагивали в ногу — зрелище было донельзя милым.
С легкой улыбкой на губах она перевела взгляд на ведущую гимнастику девушку, стоявшую на возвышении.
Аккуратно заплетенный хвост, высокий и стройный стан, плавные и красивые движения.
Чэнь Син на мгновение отвлеклась, достала телефон и сняла несколько секунд видео.
Небеса отливали бледно-голубым, по ним плыли клочья белых облаков, а впереди мелькала смутно знакомая девичья спина.
Вглядываясь в экран, она неожиданно поддалась порыву и отправила этот короткий ролик Се Цинли.
Стоило сообщению уйти, как ее встревоженные мысли немного успокоились, и она допечатала: — Старшая, не кажется ли тебе, что в этом есть что-то до боли знакомое?
Сделав это, она покрепче прижала к груди папку с планами уроков и быстрым шагом вернулась в кабинет.
Выпила воды, привела в порядок конспекты, разложила вещи на столе, бросила взгляд на экран — ответа не было.
Сходила в туалет, попила воды, посмотрела в зеркало, проверяя внешний вид, и перед тем как задвинуть телефон в ящик стола, взглянула еще раз.
Всё еще пусто.
Чэнь Син глубоко вздохнула, собралась с духом и пошла вести урок.
Проведя занятие и ответив на кучу вопросов учеников во время перемены, она вернулась назад только через час.
Немного повозившись на месте, она уже нащупала пальцами край ящика стола, но демонстративно одернула руку, размяла шею, потянула плечи, пытаясь переключить внимание на болтовню с коллегами. На самом деле она совершенно не вникала в то, о чем они говорили, просто ее мозг подсознательно старался дать человеку на том конце чуть больше времени на ответ.
Когда прозвенел звонок на следующий урок и в учительской наконец стихло, она глубоко вздохнула, медленно вытащила телефон и со звериной быстротой бросила на него взгляд.
http://bllate.org/book/38116/4772578
Готово:
