Действительно, Чжоу Луньцзюй, схватив её за руку, прошёл несколько шагов и вдруг насторожился:
— Беда! Это звук оружия! Неужели эта маленькая демоница вновь сговорилась с каким-нибудь злодеем и замышляет недоброе против наставника?
А Цзинъэр вздохнула:
— Наставник Чжоу, вы всегда так мрачно смотрите на мир. Вам, наверное, очень тяжело живётся?
Чжоу Луньцзюй фыркнул:
— Погоди, сейчас увидим, кому на самом деле будет тяжело, когда предстанешь перед наставником.
Он тут же потащил А Цзинъэр за собой, а за ними следом поспешили семь-восемь старших учеников. Все вышли из деревянных ворот и, в отличие от А Цзинъэр, которая спокойно спускалась по ступеням, просто прыгнули вниз.
Чжоу Луньцзюй тоже рванул А Цзинъэр и легко спрыгнул на землю. Но едва они приземлились, как он услышал крайне тревожный шум и закричал:
— Наставник!
И бросился вперёд. Из-за того, что он тащил за собой А Цзинъэр, его движения замедлились, и другие ученики обогнали его. Обогнув скальный уступ, они увидели, как Цинь Ляо отлетел назад и врезался в каменную стену, изо рта хлынула кровь.
Ученики в ужасе замерли. Затем перевели взгляд на противоположную сторону — и остолбенели: меч в руках держал наставник Линь.
Все растерялись, не зная, что происходит.
В этот момент появился Чжоу Луньцзюй, всё ещё держащий А Цзинъэр под мышкой. Увидев наставника Линя с мечом напротив Цинь Ляо, он громко рассмеялся:
— Ага, наставник Линь! Так вы и вправду сговорились с этой маленькой демоницей? Я давно говорил, что вы ведёте себя подозрительно!
Ученики, до этого растерянные, теперь засомневались.
Чжоу Луньцзюй, торжествуя, обратился к Цинь Ляо:
— Наставник, я столько раз вам твердил, но вы не верили! Теперь убедились? Берите этого Линь Мяо под стражу!
А Цзинъэр, которую он до сих пор зажал под мышкой, чуть не задохнулась от вонючего запаха, исходившего от него, и зажала нос, задержав дыхание.
Но тут она не выдержала и крикнула:
— Да посмотрите же хорошенько! Этот Цинь Ляо — не человек! Он убил всех служанок бессмертного! Он сам — демон!
Некоторые ученики уже заметили на земле высохшие кости служанок и в ужасе подпрыгнули.
Чжоу Луньцзюй на миг опешил. А Цзинъэр же, которую едва не вырвало от зловония, вырвалась и встала на ноги, но всё ещё чувствовала себя плохо.
Вдруг в воздухе разлился лёгкий аромат сандала — такой чистый и спасительный по сравнению с вонью Чжоу Луньцзюя.
А Цзинъэр инстинктивно двинулась в ту сторону и произнесла:
— Он даже пытался убить меня…
Она хотела сказать «наставник Линь», но, обернувшись, увидела, что именно к нему и приближается.
Чжоу Луньцзюй тоже это заметил и схватил её за плечо:
— Ты с ним заодно! Вы оба замышляли убийство наставника, поэтому и защищаешь его! Эти трупы — вы их и убили, а теперь пытаетесь свалить вину на наставника! Ты, демоница…
— Воняешь ужасно! Отпусти меня, грязный урод! — не выдержала А Цзинъэр, зажимая рот и нос.
Этот смрад не был физическим — он исходил от самого сердца Чжоу Луньцзюя. А Цзинъэр от рождения обладала особым даром: она ощущала зловоние, исходящее от порочного сердца.
Тем временем двое учеников, убедившись словами Чжоу Луньцзюя, выступили вперёд с мечами:
— Наставник Линь, опустите меч и просите прощения у наставника!
Все спорили, но наставник Линь лишь смотрел на Цинь Ляо и молчал.
Двое учеников переглянулись:
— Раз так, простите за дерзость!
И бросились на него. Их клинки уже почти коснулись Линь Мяо, когда тот резко взмахнул своим мечом. Волна энергии отбросила обоих учеников назад.
Остальные ученики изумились силе «наставника Линя». Чжоу Луньцзюй тоже нахмурился:
— Откуда у него такая мощь?
Пока ученики собирались напасть вновь, Цинь Ляо вдруг изменился.
Он издал протяжный вой, вытянул руки — и те стали удлиняться на глазах. Его тело выросло, шея искривилась, а из-под рёбер вырвались несколько щупалец, похожих на руки и когти, блестящих и острых.
Ближайшие ученики застыли в ужасе, кто-то даже выронил меч и упал на землю.
Наставник Линь крикнул:
— Бегите!
Но было уже поздно.
— А-а-а! — раздался вопль. Острое щупальце пронзило грудь одного из учеников и подняло его в воздух.
Прежний благообразный наставник горы Фаньгуй исчез. Перед ними стоял гигантский паук ростом с двух человек, но с головой Цинь Ляо. Он с высоты смотрел на всех и злорадно хохотал.
А Цзинъэр, всё ещё прикрывая рот и нос, повернулась к Чжоу Луньцзюю:
— Господин Чжоу, ваша заветная мечта сбылась — появился настоящий демон! Вперёд, уничтожьте его!
Глаза Чжоу Луньцзюя чуть не вылезли из орбит. Он всегда громче всех кричал «демоница!» и «злодей!», но теперь, столкнувшись с настоящим чудовищем, дрожал как осиновый лист и молился, чтобы тот его не заметил.
Пока чудовище ревело, двое учеников попытались бежать, но из паука вырвались белые нити, опутавшие их по пояс и втянувшие обратно. Сначала они кричали, но вскоре затихли.
Одна из нитей метнулась прямо к Чжоу Луньцзюю. Тот, не раздумывая, схватил А Цзинъэр и швырнул её вперёд, сам же, как сумасшедший, бросился бежать.
Белая нить уже почти обвила А Цзинъэр, превращая её в кокон, как вдруг — «клинк!» — засверкало золотое сияние, и она резко зажмурилась.
Нить оказалась перерубленной.
Там, где только что стоял наставник Линь, теперь возник высокий юноша необычайной красоты. На нём был светло-бирюзовый плащ поверх белых даосских одежд — чистый и изящный.
Его чёрные волосы были собраны в узел на макушке и закреплены нефритовой диадемой. Глаза — как у феникса, губы — алые, а на переносице — знак Дао, но не красный, как обычно, а чёрный.
А Цзинъэр, всё ещё дрожа от страха, смотрела на упавшие нити паука. Но даже вид Цинь Ляо в облике чудовища не вызвал у неё такого потрясения, как появление этого юноши.
Он тихо произнёс:
— Цзинъэр, спрячься за мою спину.
В пещере Даньдин горы Фаньгуй внезапно явился юноша, чьё лицо было точной копией Цюйшуй Цзюня.
Разве что знак Дао на переносице, будто выцветший от времени или случайно испачканный сажей, стал не алым, а чёрным.
Это ничуть не умаляло его несравненной красоты — напротив, придавало ей лёгкую, соблазнительную загадочность.
А Цзинъэр не могла понять, действительно ли это Цюйшуй Цзюнь.
По идее, он не должен был спускаться в мир смертных.
Но на небесах и под землёй не существовало второго лица, подобного этому.
К тому же он назвал её «Цзинъэр» — голос звучал прекрасно, а выражение лица… было чуть соблазнительно.
Это было немыслимо.
Цюйшуй Цзюнь всегда обращался к ней с холодной сдержанностью вдовца, будто бы монах, хранящий верность умершей супруге миллион лет.
Он строго и почтительно называл её «Госпожа Дворца».
Слово «Цзинъэр» никогда не срывалось с его уст — даже в самых смелых её мечтах.
Вспомнив их прошлые сражения на небесах, А Цзинъэр почувствовала опасность и насторожилась.
Но когда он сказал: «Спрячься за мою спину», её тело отреагировало быстрее разума.
Она сама не заметила, как уже бежала к нему за спину.
Было неловко.
Но перед лицом смертельной опасности неловкость казалась ничтожной.
А Цзинъэр была гораздо ниже его ростом — даже встав на цыпочки, доставала лишь до его лопаток. Сейчас же она инстинктивно пригнулась, прячась.
Если паучьи нити полетят снова, он будет щитом.
Цинь Ляо уже убил большую часть учеников. Остались лишь двое: один в обмороке, другой истекал кровью и кричал от боли.
Цинь Ляо, поглотив нескольких учеников, ещё больше разъярился и злобно рассмеялся:
— Кто ты такой? Твой меч… кажется, я его где-то видел…
А Цзинъэр выглянула из-за спины юноши, чтобы взглянуть на клинок, но бирюзовый край его плаща щекотнул ей нос, и она чихнула.
Цинь Ляо вдруг воскликнул:
— Это же меч «Ляньянь»!
А Цзинъэр даже не успела увидеть клинок, но одно лишь название уже звучало подозрительно.
Юноша спокойно ответил:
— Ты угадал.
И взмахнул мечом. Золотой свет устремился к Цинь Ляо.
Гигантский паук отпрыгнул назад, выпустив сотни нитей, но золотой луч пронзил их и вонзился в одну из лап. Раздался оглушительный вопль — паучья нога была отрублена наполовину.
— «Ляньянь»… Значит, ты — Государственный Наставник империи Даньфэн, Бэймин Цзюнь! — закричал Цинь Ляо.
А Цзинъэр остолбенела.
Бэймин Цзюнь невозмутимо ответил:
— Раз наставник знает, почему бы не сдаться?
Паук отступил ещё на несколько шагов, его когти скребли по камню, издавая жуткий звук.
— Бэймин Цзюнь! — прошипел он. — Зачем ты, не покидая столицы, вдруг явился сюда? Только ради «небесного правосудия»?
— Как думаешь? — парировал Бэймин Цзюнь.
— Ты… как и тот маленький демон ночью, пришёл за этим!
Бэймин Цзюнь стоял спиной к А Цзинъэр, и она не видела, как он приподнял бровь.
Но прежде чем он успел ответить, Цинь Ляо зарычал:
— Тяньцзи Дин находится здесь! Если осмелишься — забирай!
А Цзинъэр, услышав это, снова выглянула и увидела, как из брюха паука появился крошечный котёл размером с кулак — ничем не примечательный на вид.
Цинь Ляо зловеще прошептал:
— Твоей плотью и кровью я питаюсь, твоей душой и духом — орудую. Умри!
Из Тяньцзи Дина вырвался клуб чёрного дыма, который устремился прямо в паучью пасть.
В тот же миг одежда Бэймин Цзюня развевалась без ветра, его меч завыл, и золотые лучи, словно тысячи стрел, полетели в паука. Но стоило им коснуться чёрного дыма — как они исчезли, будто вода в песок.
Плащ Бэймин Цзюня развевался, волосы развевались назад, и даже А Цзинъэр затаила дыхание, стараясь стать как можно меньше.
— Такова ли сила Тяньцзи Дина?.. — прошептал он и вдруг взмыл в воздух, устремившись к Цинь Ляо с мечом в руке.
Паучьи нити метнулись в ответ, но теперь в них вился чёрный дым. Бэймин Цзюнь взмахнул «Ляньянь», но мягкие нити обвили клинок и сковали его.
А Цзинъэр мгновенно лишилась защиты и в ужасе перекатилась в сторону. Подняв голову, она увидела, что Бэймин Цзюнь запутался в паутине.
Цинь Ляо злорадно расхохотался:
— Ну что, Государственный Наставник? Ты так далеко пришёл, а теперь, кажется, останешься здесь навсегда!
Бэймин Цзюнь, хоть и оказался в ловушке, не выглядел испуганным:
— В этом мире сильный пожирает слабого. Если ты действительно способен одолеть меня, я умру без обиды.
А Цзинъэр уже собиралась бежать, но, взглянув на спокойное лицо Бэймин Цзюня, вдруг вспомнила Цюйшуй Цзюня.
И в этот момент колебаний к ней метнулась паучья нить и мгновенно обвила её, превратив в кокон.
А Цзинъэр не успела даже вздохнуть, как Цинь Ляо воскликнул:
— Отлично! Ещё одна приманка!
А Цзинъэр обернулась — и обомлела. Перед ней стояли Чжань Чунь и несколько служанок бессмертного. Они с ужасом смотрели то на паука, то на разбросанные повсюду обезображенные тела и лужи крови.
Оказывается, когда Чжоу Луньцзюй бежал, он боялся, что Цинь Ляо погонится за ним. Увидев, что служанки поднимаются на гору, он нарочно впустил их внутрь, надеясь, что они задержат чудовище и дадут ему шанс спастись.
Служанки ворвались в пещеру и увидели кошмарную картину: повсюду трупы, кровь, а посреди — гигантский паук с головой наставника.
На миг воцарилась тишина, а затем все завизжали. Несколько человек тут же потеряли сознание.
Чжань Чунь тоже была среди них. Не найдя А Цзинъэр, она решила, что та уже погибла:
— Цзинъэр! Цзинъэр!
Она кричала, но ноги не слушались. Внезапно она споткнулась о что-то и, взглянув вниз, увидела высохший скелет служанки, отброшенный в сторону во время боя.
Лицо Чжань Чунь побелело, глаза закатились — и она упала в обморок.
А Цзинъэр, которую едва не вырвало от вони паучьих нитей, услышала, как Чжань Чунь зовёт её, и почувствовала облегчение.
Эта глупышка, хоть и не слишком сообразительна, в минуту смертельной опасности всё равно думала о ней. Не зря она так старалась спасти эту девчонку — теперь, похоже, сама погибнет.
http://bllate.org/book/3810/406435
Готово:
