Любой совет, выданный им мимоходом, мог полностью перевернуть ситуацию при дворе!
Он был любимым учеником своего наставника, который часто занимался с ним тет-а-тет, и он ни за что не поверил бы, что не сможет одолеть какого-то семнадцатилетнего пацана.
Тан Янь переоделся в тщательно подобранную одежду и выбежал к парадному входу, когда старший брат Тан как раз привел этого настоящего молодого господина — его кровного брата — через сад.
На мгновение их взгляды встретились.
— Старший брат. — Сначала Тан Янь с улыбкой поприветствовал старший брат Тан, а затем медленно перевел взгляд на этого настоящего молодого господина, окинув его каким-то небрежным, оценивающим взглядом.
Первое впечатление, которое настоящий молодой господин произвел на Тан Яня, заключалось в том, что он был немного высоковат.
Семнадцатилетний Тан Янь был ростом всего около метра семидесяти трех, но этот парень, казалось, стремился к метру восьмидесяти пяти. Даже в застиранной белой футболке и джинсах его чистый, как бамбук, и холодный, как снег, температурант ни в чем не уступал старшему брату Тану, собаку съевшему на бизнес-рынках.
Черты лица незнакомца напоминали старшего брата Тана на добрую половину: высокие надбровные дуги, высокий нос, резкие и глубокие, выдававшие в нем человека с крайне агрессивной натурой.
Войдя в роскошную усадьбу прямо из трущоб, этот парень сохранил во взгляде абсолютное спокойствие и невозмутимость — с первого взгляда было очевидно, что он наделен природным умом.
— Ты и есть Пэй Цзюэхань?
Тан Янь легко усмехнулся, прислонившись к перилам у входа и глядя на собеседника свысока, пытаясь создать атмосферу невозмутимого давления крутого мафиози.
Если, конечно, не принимать во внимание тот факт, что он только что выбежал сюда в спешке, запыхался, раскраснелся, а в его глазах так и плясало возбуждение.
Однако этот просто одетый настоящий молодой господин замер на секунду, в его глазах наконец мелькнула рябь, но всего на мгновение, после чего она тут же скрылась.
Соперник, казалось, и впрямь был ошеломлен.
После долгого молчания он лишь тихо ответил на вопрос Тан Яня:
— Угу.
Видя, что его стратегия сработала, Тан Янь еще красивее изогнул брови и уголки глаз:
— Мои папа и мама наказали мне заботиться о тебе должным образом.
Он говорил так искренне, будто они и вправду собирались жить в братской любви и согласии.
Но на самом деле —
Он улыбался, замышляя недоброе!
Тан Янь испытывал небольшую гордость: это был лучший из его тридцати шести стратагем!
— Но раз уж соблюдается очередность, и ты хочешь войти в этот дом, ради сохранения будущего семейного лада мне всё же нужно озвучить свои правила!
— Я привык задирать нос и верховодить в этом доме, и даже твое появление вряд ли изменит мой нрав, так что сразу приношу свои извинения.
Затем Тан Янь поднялся на ступеньки и парой слов спровадил старшего брата Тана, отправив того в дом раньше времени, а самого настоящего молодого господина оставил один на один с собой.
Стоило старшему брату Тану уйти, как Тан Янь тут же сменил выражение лица: на его красивой мордашке проступили отчетливые следы свирепости, и он принял крайне воинственный вид.
— С этого момента я — главный, а ты — подчиненный, я старший, а ты младший, усек?
Взгляд Пэй Цзюэханя снова упал на лицо Тан Яня — тяжелый, словно он пытался что-то в нем разглядеть.
Глядя на молчащего Пэй Цзюэханя, Тан Янь решил, что тот ничего не понял, и сделал еще один широкий шаг вперед.
Этот шаг вышел у Тан Яня чересчур резким, и он в мгновение ока очутился прямо перед соперником, так что его нос чуть ли не касался чужого кадыка.
Однако он не придавал этому никакого значения, наступил на начищенные белые кеды парня и свирепо бросил:
— Называй меня старшим братом!
Пэй Цзюэхань почти не чувствовал веса Тан Яня, а услышав эти слова, лишь слегка приподнял брови.
Но Тан Янь ничего этого не заметил и всё так же свирепо ждал ответа.
— ...Брат.
Настоящий молодой господин произнес это против своей воли.
Чистый и холодный голос, под стать его юношескому температуру, звучал весьма приятно для слуха, и на столь близком расстоянии от него уши невольно начинали гореть.
— Не просто брат, а старший брат!
Тан Янь не чувствовал за собой никакой неправоты, придирчиво и едко поправляя ошибку.
От мягкого окончания двух слов, продемонстрированных Тан Янем, у Пэй Цзюэханя затрепетали ресницы.
— Угу... старший брат.
Холодный голос Пэй Цзюэханя стал еще тише и хриплее, словно он был маленьким беднягой, подвергшимся величайшему унижению и подписавшим неравноправный договор.
Это чувство унижения и покорности привело Тан Яня в полное восхищение. Сдержанно кивнув, он повернулся и знаком показал, что тот может заходить в дом.
В тот самый момент, когда Тан Янь отвернулся, он мысленно прокрутил в голове только что разыгранную сцену, и его глаза радостно изогнулись.
До чего же он был великолепчен!
Образ непостижимого и грозного авторитета удался на славу!
Он тут же вытащил телефон, чтобы похвастаться победой перед своими шапочными знакомыми, которые неустанно следили за событиями в его семье.
Янь-янь: [Я вернулся с победой!]
Дружки-приятели: [Чего-чего, давай выкладывай подробности!]
Тан Янь с восторгом расписал все в красках: начиная со своего эффектного появления и заканчивая унижением новичка.
Особенно он напирал на момент привлечения старшего брата на свою сторону, на использование родителей для создания атмосферы изоляции и отчуждения, а также на полное злобы извинение — каждую из этих деталей он с особым усердием повторил по нескольку раз.
Янь-янь: [Это же тридцать шесть стратагем, а именно — раздор! Да еще и цепной, сложность MAX!]
Перед родителями и старшим братом он — невинный цветочек чайного дерева, а перед настоящим молодым господином — заносчивый злой тиран, который гнобит новичка так, что тому не у кого искать защиты и приходится смиренно подчиняться!
Янь-янь: [Короче говоря, при моем давлении и жестких методах вышвырнуть меня из дома абсолютно невозможно! Я завоевываю всеобщую любовь благодаря собственным талантам!]
Янь-янь: [Добьюсь того, что он сможет влачить жалкое существование только под моим началом! Котёнок выпускает когти.jpg]
Даже по одним лишь сообщениям друзья могли представить, как Тан Янь задирает нос от гордости и изрекает громкие речи, поэтому тут же принялись наперебой его расхваливать.
Пэй Цзюэхань шел позади Тан Яня и, глядя на его счастливую спину — казалось, тот был готов подпрыгивать от радости, — задумчиво опустил взгляд.
Первое сражение завершилось победой, и Тан Янь провел молчаливого Пэй Цзюэханя в просторный зал, где их уже поджидали несколько слуг.
— Юные господа.
Одна из служанок приветствовала их и уже хотела подойти, чтобы забрать школьный портфель у Пэй Цзюэханя, как вдруг Тан Янь громко кашлянул.
Служанка уловила намек, поняла, что между двумя молодыми господами явно пробежала черная кошка, и на мгновение растерялась, не зная, как поступить.
http://bllate.org/book/38092/4769335
Готово:
