Подобно волку на охоте, терпеливо поджидающему мгновение, когда добыча окажется у него во рту, мужчина с каждым шагом всё ярче вспыхивал возбуждением в глазах. Шэнь Яньянь задрожала всем телом и прижалась к стене, будто её вот-вот поглотит бездна страха.
— Не подходи! Мой дом совсем рядом — я закричу!
Ноги её подкашивались, и, ухватившись за стену, она изо всех сил старалась говорить громко и твёрдо.
Он даже не дрогнул.
— Я вызову полицию! Если ты подойдёшь ещё ближе… тебя посадят! Обязательно посажу!
Он продолжал приближаться. Шэнь Яньянь в ужасе распахнула глаза и отчаянно закричала.
Но мужчину это нисколько не тронуло.
— Да я псих! Мне всё сойдёт с рук! Девочка, будь сегодня умницей — может, я и поосторожнее с тобой буду.
Он уже не мог сдерживаться. Шэнь Яньянь была очень красива, и вид испуганной, дрожащей красавицы будто подливал масла в огонь его возбуждения.
Всё кончено…
Она уже ощущала отвратительный запах перегара, исходящий от него, и чувствовала, как вот-вот провалится во тьму бездны.
Внезапно руки соскользнули со стены, и она рухнула в угол.
— Вот и славно, так гораздо лучше. Цып-цып, совсем как белый крольчонок… даже руку жалко поднимать.
Слюни чуть не потекли из его рта, тело тряслось от нетерпения. Он протянул руку, чтобы коснуться её лица.
Шэнь Яньянь с ужасом смотрела на эту грубую, покрытую шрамами ладонь и зажмурилась.
Но через мгновение рука так и не коснулась её.
Робко открыв глаза, она остолбенела от увиденного.
Когда именно он появился — она не знала. Перед ней стоял Чжао Хань, надев только чёрную майку. Его мощная рука уже прижимала мерзавца к стене.
— Да я псих! Ты чё, не боишься? Я тебя убью, убью, сука…
Мужчина яростно вырывался, но лицо Чжао Ханя оставалось совершенно спокойным.
Потом его челюсть напряглась, и в следующее мгновение он с силой швырнул того на землю.
Затем последовал мощный удар ногой в живот.
Мужчина завыл от боли и катался по земле, обхватив живот.
— Те, кто осмеливаются называть себя «я» в моём присутствии, ещё не родились.
Без тени эмоций Чжао Хань вновь с размаху пнул его.
— А если и родились — я их обратно в утробу загоню.
Он медленно поднял ногу и в следующий миг наступил на лицо мужчины:
— Так ты псих, да?
От боли тот весь покрылся потом, лицо побелело, и страх вытрезвил его окончательно.
— Н-нет… я не псих…
— А, не псих? — холодно усмехнулся Чжао Хань, глядя на него, как на крысу в канаве. — Ничего, для психов у меня полно способов сделать тебя настоящим.
Автор говорит:
Хань-гэ — просто богатырь!
Дорогие читатели, если вам нравится эта история, не забудьте добавить её в закладки! Заранее благодарю!
Чжао Хань бил без пощады. Уроду не оставалось и шанса на сопротивление.
Его страдальческие вопли долго раздавались в узком переулке.
В конце концов, избитый до полусмерти мерзавец, всхлипывая и роняя слёзы, несколько раз ударил лбом в землю перед Шэнь Яньянь. Лишь тогда Чжао Хань остался доволен.
А Шэнь Яньянь всё это время была в оцепенении.
Глядя на убегающую, спотыкаясь, фигуру насильника, она растерянно прошептала:
— Так просто отпустили? Разве его не надо в полицию отвезти?
Чжао Хань тоже вспотел от драки. Он вытер пот со лба и подошёл к своей одежде, брошенной у стены.
Он никогда не позволял себе пачкать одежду во время драки — это было его давним правилом.
Хотя Шэнь Яньянь говорила очень тихо, он явно услышал, но не ответил.
Небрежно натягивая рубашку, он застёгивал пуговицы длинными пальцами, и на лице его читалась холодная отстранённость — будто только что это не он был тем безудержным, дерзким и яростным человеком.
Когда одежда была на месте, он медленно подошёл к Шэнь Яньянь.
Он опустил взгляд на неё:
— На улице с ним проще разобраться.
Тон был совершенно обыденный, но от этих слов по спине Шэнь Яньянь пробежал холодок.
Это объяснение звучало ещё страшнее, чем молчание!
— Ты не ранена?
Увидев, что она молчит, Чжао Хань спросил глухо.
До сих пор находясь в шоке, Шэнь Яньянь отвечала с опозданием.
Но через мгновение она медленно покачала головой:
— Нет… Спасибо тебе сегодня.
— Просто случайно мимо проходил.
Кратко ответив, Чжао Хань уже собрался уходить.
— Подожди… можно тебя попросить?
Она тихо произнесла, и на лице её появилась горькая улыбка.
Чжао Хань обернулся, в глазах мелькнуло недоумение.
— Помоги мне встать… Я сама не могу.
Ей было неловко до боли. Она несколько раз пыталась подняться из угла, но от страха ноги не слушались.
Сейчас они всё ещё дрожали и не держали её.
Чжао Хань ничего не сказал, просто наклонился и протянул руку.
— Спасибо… Правда, спасибо.
Она искренне благодарна ему. Хотя раньше она думала, что они больше никогда не пересекутся, сегодня он буквально спас ей жизнь!
Она не из тех, кто забывает добро. Но как отблагодарить за спасение?
Опершись на его руку, она наконец-то дрожащими ногами поднялась.
Ноги всё ещё подкашивались, и она поспешно выдернула ладонь из его руки, ухватившись за стену.
— Боишься меня?
Чжао Хань заметил, что она всё ещё опущенно смотрит в пол и не решается взглянуть на него. В уголках его губ мелькнула лёгкая, искренняя улыбка.
Он и раньше это видел — в тот день, когда предложил расстаться.
Раньше она смело заигрывала с ним, но с того момента, казалось, действительно стала его бояться.
Шэнь Яньянь инстинктивно хотела покачать головой, но через мгновение тихо «мм» — подтвердила его догадку.
— Бояться меня — нормально. Не стыдно.
Его улыбка стала шире. Взгляд невольно скользнул к её животу.
Хотя она смотрела вниз, она почувствовала его взгляд.
Как не понять, о чём он думает?
Нахмурившись, она неловко прикрыла живот рукой.
Хорошо, что сегодня на ней свободный свитер — иначе он бы точно заметил, что живот всё ещё плоский, и тогда пришлось бы раскрывать правду!
— От такого шума ребёнок не пострадал? Если болит живот — скажи прямо.
Чжао Хань осознал, что его взгляд был неуместен, и быстро перевёл глаза на стену, кашлянув пару раз.
Шэнь Яньянь не знала, что ответить.
У неё ведь вообще нет ребёнка! Так ей болеть или не болеть?
Пока она мучительно думала, Чжао Хань, видя её молчание, добавил:
— Раз уж ребёнок есть, береги себя. А тот… он что, совсем не заботится?
Что Чжао Хань проявляет заботу — это уж точно чудо. Но Шэнь Яньянь понимала причину.
По натуре он не злой, просто обстоятельства заставили его стать лидером банды.
Раньше, когда он согласился встречаться с прежней хозяйкой этого тела, Шэнь Яньянь думала: скорее всего, он увидел в ней отражение собственного прошлого и захотел помочь.
И сейчас всё то же самое.
— …Тот… очень переживает за ребёнка.
Она даже не поверила, что у неё хватило наглости снова и снова врать на эту тему.
Одна ложь требует сотни других, чтобы прикрыть её. Теперь она это поняла на собственном опыте.
Услышав это, Чжао Хань немного успокоился.
— Дети без родителей — это ужасно. Мы с тобой это отлично знаем. Раз уж решилась на этот шаг — старайся быть хорошей матерью.
Эти слова исходили из самых глубин его души.
Хотя Шэнь Яньянь всего восемнадцать, теперь, когда у неё будет ребёнок, он надеялся, что она повзрослеет и перестанет жить, как раньше — без цели и смысла.
— Я… послушаюсь тебя.
Она не представляла, как тяжело далось ей произнести эти слова.
Врать своему спасителю… Неужели за это последует кара?
Чжао Хань тем временем заметил, что она ещё ниже опустила голову, и в её поведении не было и намёка на материнскую осознанность.
Он тихо вздохнул.
Поразмыслив, он вынул из кармана триста юаней и снова сунул ей в руки.
— Купи себе что-нибудь вкусненькое, подкрепись. Надеюсь, родишь здорового малыша.
Шэнь Яньянь в изумлении сжала деньги и смотрела на удаляющуюся спину Чжао Ханя. Его образ в её глазах стал вдруг огромным, окружённым ослепительным сиянием!
Не родственник, не друг — а он каждый раз щедро даёт ей деньги. Такая щедрость заставляла её почти забыть, что он сейчас лидер банды, а в будущем станет великим злодеем!
«Разве не похоже на Шаньцайцзы? Неужели Чжао Хань вдруг решил отречься от мира и накопить заслуги?»
Ничего не понимая, она всё же быстро спрятала деньги в сумку.
Это место она не хотела задерживаться ни секунды дольше. Шэнь Яньянь бросилась бежать.
А Чжао Хань тем временем остался в этом переулке ещё надолго после того, как начался весенний дождь.
Лишь спустя несколько часов, когда небо окончательно потемнело, он наконец сдался.
Промокший до нитки, он даже не обратил на это внимания.
В переулке уже зажглись фонари.
Внезапно он остановился.
Через некоторое время он достал из кармана листовку, уже размокшую от дождя, чернила расплылись, и надписи стали нечитаемыми.
«Раз не нашёл — значит, девушка в безопасности».
Горько усмехнувшись, он почувствовал, будто сегодня сошёл с ума.
Автор говорит:
Хань-гэ, твой недоразумение вышло огромным!
Чжан Пин в итоге не подвёл Шэнь Яньянь — он выделил десять тысяч юаней в качестве стартового капитала.
На такие деньги в то время можно было купить квартиру в самом оживлённом районе города.
Он ничего не сказал, но Шэнь Яньянь знала: он отдал почти все свои сбережения.
За такое доверие она навсегда запомнила его доброту.
Подписав контракт, Чжан Пин занялся поиском подходящего помещения, а Шэнь Яньянь — проектированием и оформлением музыкальной студии.
Если бы речь шла просто об обучении игре на пипа, не стоило бы так много хлопот. Но Шэнь Яньянь мечтала создать не просто студию, а целый центр, где можно было бы не только обучать игре на различных инструментах, но и организовывать обмен опытом в области народной музыки.
Пусть это и сложно, но как узнать, получится или нет, если не попробовать?
Сначала поставим скромную цель — «заработать миллиард»!
С тех пор дни Шэнь Яньянь проходили в бесконечной суете: днём она временно преподавала пипа в музыкальном магазине Чжан Пина, вечером проверяла ход ремонта студии, а дома погружалась в книги.
От такой жизни хрупкая девушка ещё больше похудела.
Каждую ночь, видя, что в её комнате ещё горит свет, Чэнь Мэйчжи сжималась от жалости.
Она знала, что не может помочь делом, поэтому старалась каждый день готовить разные вкусности и питательные супы, уговаривая Шэнь Яньянь обязательно всё съесть.
В этот редкий день ученица Шэнь Яньянь, тётушка, которая брала у неё уроки пипа, отменила занятие, и у неё появилось свободное время на целый день.
Купив пирожные и газировку, она поспешила в университет Миньда.
Несмотря на безумную занятость, Шэнь Яньянь никогда не забывала о своём обещании помочь Чэнь Мэйчжи открыть чайную.
В библиотеке она взяла множество книг по теме «чай» и, словно студентка перед экзаменом, усердно делала записи.
Её коса была перевязана лентой цвета павлиньего синего, а без макияжа она выглядела ещё нежнее и чище.
В тишине библиотеки многие юноши то и дело поднимали глаза, робко и застенчиво поглядывая на неё.
Шэнь Яньянь, конечно, замечала эти взгляды, но продолжала упорно склонять голову над тетрадью.
http://bllate.org/book/3809/406391
Готово:
