Он с дрожью взял в руки телефон и взглянул на экран.
На треснувшем, похожем на паутину экране смутно проступили два крупных иероглифа:
【Борьба】
Отправитель: Сяо Цюэ
Борьба...
Сы Цзюэ бросил взгляд на свою одежду...
Я буду биться с тобой насмерть!
Сотрудник просунул голову в приоткрытую дверь, ошеломленно замер и, протупив добрую половину минуты, выдавил:
— Сы Цзюэ, твоя очередь, иди на сцену.
Следом за этим донеслось тихое «ох ты ёлки».
Когда Сы Цзюэ поднялся на ноги, взгляд сотрудника следовал за ним, а зрачки то сужались, то расширялись.
Сы Цзюэ прятался за кулисами, украдкой поглядывая на зрительный зал.
Игроки, вдоволь налюбовавшись на божественную красоту любимого персонажа, смертельно заскучали и теперь планировали где-нибудь перекусить или поскорее закончить игру, чтобы вернуться к роли бессловесных лошадей и волов, пашущих на капиталистов.
Им было совершенно неинтересно, какую именно культурологическую программу покажет персонаж с нулевым процентом выбора.
Сы Цзюэ медленно глубоко вздохнул и покрепче сжал в руке складной веер:
— Не бойтесь, Сы Цзюэ, в свое время вы поступили в Центральную академию театрального искусства с лучшим результатом по всей стране. С тех пор все предметы вы сдавали с отрывом, оставляя второго призера далеко позади. Вы — сокровище в глазах преподавателей и эталон для сокурсников.
Проведя очередной сеанс самовнушения, Сы Цзюэ расправил плечи и сделал решающий шаг.
Судьи, которые от скуки играли в телефонах и следили за котировками акций, вдруг услышали мощную, подобную взмаху меча фоновую музыку и дружно подняли головы.
В следующую секунду потрясение, словно брошенный в озерную гладь камень, пустило расходящиеся кругами круги ряби, отразившись в их остолбенявших глазах.
Собиравшиеся уходить игроки бросили случайный взгляд на сцену, и их наполовину поднявшиеся тела так и замерли на месте.
Музыка на сцене звучала грандиозно и мощно, наполняя всё вокруг непреклонной волей.
Однако во всем зале воцарилась такая тишина, будто можно было услышать падение иголки.
Существо на сцене, отдаленно напоминающее мужчину, было облачено в новое китайское ципао с высоким разрезом, в которое органично вплелись элементы классического готического стиля. Наряд сохранял традиционный для ципао полукруглый воротник с застежкой, а в области груди красовалась фигурная вырезная сетка-маркизет. Удвоенный подол платья подчеркивал его тонкую изящную талию, а линии силуэта были плавными и безупречными.
За основу был взят черный натуральный шелк, по которому переливалась жаккардовая вышивка — столкновение бледно-серого и ярко-алого. Лишенный строгой сдержанности и утонченности традиционных ципао, этот наряд излучал мощную энергетику и четко транслировал дерзкий характер.
Словно полыхающее среди глухой ночи пламя, способное испепелить всё небо и землю.
— Ох ты ёлки!!! — выдали высшую оценку неграмотные зрители.
Все в зале невольно поднялись на ноги, вытянули шеи и подались вперед, желая рассмотреть всё получше.
Сы Цзюэ не был профессиональным танцором, но в свое время на вступительных экзаменах в ЦАТИ он покорил экзаменаторов танцем «Одиноко плыву к орхидее», занял первое место и с огромным отрывом опередил всю страну.
Просто позже, из-за плотного графика съемок, он больше не танцевал. И вот теперь, доверившись мышечной памяти, он плавно поднял руку, подстраиваясь под ритм музыки: качнул бедрами, подал таз вперед и после короткой паузы грациозно раскинул руки.
Выброшенная вперед рука была сдержанной и гибкой, сила вливалась в самые кончики пальцев, а когда веер резко раскрылся, рассекаемый воздух издал жутковатый шелестящий звук.
Плавные, закрученные движения напоминали глубинного водяного дракона, где мягкость удивительным образом сочеталась с мощным внутренним напряжением.
Ципао с высоким разрезом распахивалось в такт движениям, обнажая точеные ноги, затянутые в черные чулки.
Игроки невольно раскачивали телами в такт его движениям, вытянув шеи изо всех сил, в надежде разглядеть таинственные прелести, скрывающиеся за высоким разрезом.
Судьи в жюри раскрыли рты в форме буквы О: — Боже мой, на нем же каблуки сантиметров десять.
— Мамочка моя, не думал, что от этой поездки будет такой неожиданный бонус.
Зрители-игроки были так взволнованы, что едва не плакали. Сложив ладони рупором возле ртов, они завопили во всю мочь:
— Жёнка!!! С сегодняшнего дня ты моя единственная жёнка!!!
— Сценаристы наконец-то постарались! Этот персонаж что, переделали? Вроде не было патчноутов... Аааа, плевать, жёнка, посмотри на меня! Жёнка, я готов отдать тебе все свои сбережения!
Музыка смолкла. Сы Цзюэ резко развернулся спиной, завел руку назад, и складной веер сочным, чистым звуком «хлоп» мгновенно захлопнулся под воздействием мощного усилия.
Вместе с застывшим движением качнулся подол платья, возвращаясь на место и скрывая бедра.
Сы Цзюэ глубоко вздохнул, выравнивая дыхание, бросил взгляд на бурлящий, словно океан, зал и приподнял бровь.
Видите? Двадцать тысяч — дело в шляпе.
Игроки в зале были готовы сойти с ума:
— Сраные сценаристы! Если бы вы с самого начала так прописали персонажа, онлайн в игре вырос бы еще на пару миллионов, а?!
— Уууу, наше Сяо Цюэ и его ножки... Они длиннее, чем жизнь сценариста!
Зрительские ряды взорвались воплями, едва не снося крышу.
Яркий свет залил сцену, занавес опустился.
Сы Цзюэ выдохнул остатки сбитого дыхания.
Хотя те навыки, что вложил в него учитель, еще не полностью стерлись из памяти, долгий перерыв в танцах всё же дал о себе знать — с дыханием пришлось повозиться.
За кулисами.
Сы Цзюэ сбросил туфли на каблуках и рухнул на стул, чтобы перевести дух.
Впереди оставалось последнее испытание — проверка на искренность. Но он ведь профессиональный актер и прекрасно знал, как донести истинные мысли через один лишь взгляд.
Двадцать тысяч были у него в кармане.
Сы Цзюэ расслабился, широко раскинул руки и сладко потянулся.
— Тук-тук. — раздался стук в дверь.
Сы Цзюэ запахнул ципао, прикрывая бедра, плотно сдвинул ноги и настороженно бросил:
— Войдите.
Дверь медленно отворилась, и внутрь просунулась лоснящаяся круглая голова.
Раздался фривольный смешок:
— Малыш Цзюэ-бао～ А вот и я～
Сы Цзюэ прищурился и увидел незнакомого мужчину средних лет: круглая голова, круглое лицо, круглое брюхо. На макушке у него красовалось несколько жалких волосков — неизвестно, сколько лака для волос на них вылили, но они жутко блестели и не шелохнулись бы даже при урагане.
— Ты еще кто? — жестко бросил Сы Цзюэ, понизив голос.
— Ой, я же забыл представиться. Моя фамилия Хуан, я главный организатор этого конкурса на звание лучшего бойфренда. Можешь звать меня муженьком. — Мужчина потер руки, расплывшись в улыбке так, что глаз совсем не было видно.
Сы Цзюэ мысленно хмыкнул: Можешь звать меня Папиком.
Он порылся в шкафу, извлек оттуда белую футболку, подозрительно похожую на половую тряпку, и холодно произнес:
— Проваливай, я буду переодеваться.
Директор Хуан скопировал гифку с потирающимися от похоти мухами: *потирает руки*.
— Все мы мужики, чё стесняться-то? Переодевайся прямо здесь, я же обещаю не смотреть.
Директор Хуан прикрыл глаза рукой, но растопырил пальцы шире некуда. К счастью, глаза у него были маленькие, иначе эти два шарика от пинг-понга сегодня непременно выкатились бы метра на три вперед.
Он жадно окинул взглядом длинные ноги Сы Цзюэ под ципао и сладострастно проговорил:
— Цзюэ-цзюэ, ну у тебя и ножки... Только вот интересно, а кожа под черными чулками такая же белая и нежная?
Сы Цзюэ встряхнул футболку и небрежно бросил:
— Ага, ноги длинные, бегаю быстро. Отсюда до ближайшего отделения полиции всего три минуты.
— Ой, да ладно тебе, я же ничего такого не сделал. — Директор Хуан перевел взгляд и тихонько подступил ближе. — Малыш Цзюэ-бао, твой дебют на сцене просто лишил меня дар речи. Я, Хуан Дагуй, за всю жизнь не встречал такой писаной красавицы... то есть красавца! У Гэ-гэ денег куры не клюют, пойдешь со мной — гарантирую роскошную жизнь, о которой ты и не мечтал～
Сы Цзюэ прикрыл рот рукой, сглотнув подступивший к горлу позыв.
Он зажал футболку в руке, решительно направился к выходу. Глядя прямо перед собой, он шел твердой, полной скрытой ярости походкой:
— Свои гроши прибереги на похороны, закажешь себе нормальный гроб.
Едва он дошел до двери, как его схватили за руку.
Сы Цзюэ яростно выдернул руку, нахмурился и повысил голос на октаву:
— Ты чего удумал?
Видя, что по-хорошему с этим парнишкой не договориться, Хуан Дагуй решил действовать грубо.
Шутливая улыбка исчезла с его лица, густые брови сошлись на переносице, а голос стал хриплым и угрожающим:
— Предупреждаю: не хочешь по-хорошему — будет по-плохому. Я здесь главный организатор, и этот приз достанется тому, кому я скажу. Если не хочешь со мной, то с кем собрался? Наверное, любишь пить целебный отрыго-бульон богатых тетенек, да?
Сы Цзюэ медленно обернулся, вонзив в него взгляд, острый, как лезвие кинжала.
— Ой-ёй, красавчик, не злись ты так. Подумаешь, двадцать тысяч! Будешь моим — и я не то что двадцать, хоть два миллиона готов на тебя спустить. Но если ты продолжишь строить из себя недотрогу, Гэ-гэ рассердится, а последствия будут очень серьезными.
Сы Цзюэ сжал ладони в кулаки. И верно, как и предсказывал ИИ, зажатая в его руке футболка действительно превратилась в жалкую половую тряпку.
— Вот как? — уголки рта Сы Цзюэ изогнулись в опасной усмешке. — Мне аж самому интересно посмотреть, что ты мне сделаешь.
С этими словами он развернулся и зашагал прочь.
Сы Цзюэ крепко закусил губу, очертив жесткую линию рта.
Пусть держался он стойко и бросал громкие фразы, на самом деле у него внутри всё дрожало.
Его происхождение гарантировало, что он никогда не столкнется с изнанкой шоу-бизнеса и грязными интрижками, но теперь, когда он даже не принадлежал собственному телу, он наконец на практике прочувствовал смысл фразы: «Когда тигр спускается с горы, собаки над ним измываются».
Он и представить не мог, что однажды будет так убиваться из-за каких-то сраных двадцати тысяч.
— Эй? Цзюэ-цзюэ? Игроки ждут тебя в холле, хотят сфо...
Проходивший мимо NPC попытался остановить Сы Цзюэ, но тот проигнорировал его и прибавил шагу.
Стоило ему добраться до выхода через черный ход, как кто-то снова схватил его за руку.
Он резко вырвал руку и сурово предупредил:
— Отпусти! Еще раз полезешь — устрою так, что твоя семья до седьмого колена жизни не увидит!
— Что случилось? — раздался низкий голос.
Сы Цзюэ замер, медленно повернул голову и уперся взглядом в черные солнцезащитные очки.
Его искаженное злостью лицо в ту же секунду мгновенно разгладилось, а красивые брови помимо воли поползли вниз.
Сяо Цюэ забрал у него из рук футболку, приобнял за талию и мягко произнес:
— Поговорим в машине.
В тесном пространстве салона Сы Цзюэ, выбежавший туда босиком, сжался в комочек на заднем сиденье, нервно поджав под себя босые ноги.
Дверь открылась, Сяо Цюэ протянул ему стакан горячего кофе и сам устроился рядом.
— Только что всё было хорошо, кто тебя разозлил? — спросил Сяо Цюэ.
Сы Цзюэ двумя руками обхватил стакан с горячим кофе, и хотя на дворе стояла самая макушка лета, его тело продолжало мелко дрожать.
Он был уверен, что после того, как он оскорбил Хуана Дагуя, о двадцати тысячах можно было забыть — того гляди, этот тип еще и потребует с него компенсацию.
— Ничего страшного. — Сяо Цюэ сделал глоток кофе, отделавшись дежурной фразой.
Он не хотел об этом говорить. Он не желал, чтобы кто-то посторонний узнал, что он потерял самообладание из-за какого-то урода и выглядел при этом столь жалко.
— Это тот самый Учитель Сяо, о котором ты говорил? Опять вывел тебя из себя? — поинтересовался Сяо Цюэ.
Сы Цзюэ бросил на него косой взгляд, задрал подбородок и с напускной гордостью произнес:
— Я же говорил: человек, способный вывести меня из эмоционального равновесия, еще не родился. Просто я устал.
http://bllate.org/book/38072/4766605
Готово:
