Этот кладбище было огромным. Пэй Хэцзин какое-то время шёл под палящим солнцем и почувствовал раздражение. К счастью, впереди обнаружились два больших дерева с густой кроной, отбрасывавших широкую тень, и он направился туда, чтобы укрыться от зноя.
По мере того как он сокращал расстояние, Пэй Хэцзин услышал молодой мужской голос. Тот говорил, и эмоции в его словах были далеки от спокойствия.
— Сейчас мне очень хорошо, папа, тетя и старший брат относятся ко мне просто невероятно!
— В миллион раз лучше, чем когда я был рядом с тобой!
— Хм, ты всю жизнь гнался за деньгами: родил меня ради денег и бросил тоже ради денег. Кто бы мог подумать, что в конце концов разбогатев, ты так и не сможешь этим насладиться и ляжешь вот так.
— Ха-ха, почему же ты меня не подождал? Когда бы я вырос, я бы смог зарабатывать!
— Я знаю, что ты меня не любил. Ничего страшного, смотри на меня с небес: в будущем я, Тао Сию, стану очень богатым, а мои слёзы будут литься исключительно Prada Prada Dior.
Пэй Хэцзин стоял в тени деревьев и молча слушал, как незнакомец пересчитывает свои детские невзгоды: как он недоедал, как его обижали и всё в таком духе.
Что он вообще пытался этим выразить? Пэй Хэцзин на миг отвлёкся на раздумья: изливать душу перед могилой — это проявление обиды или сожаления?
Прямо как Шэнь Лин. На словах у него вроде бы кто-то есть, но при этом он продолжает тосковать по давно ушедшему белому лунному свету. В годовщину смерти он прибегает сюда и выговаривает целые горы бессмысленных слов, которые тот, кто в земле, всё равно не услышит.
При этой мысли налетел порыв ветра, принеся с собой лёгкую прохладу.
Пэй Хэцзин сделал два шага в сторону. Метрах в десяти по левую руку от него у надгробия стоял молодой человек и непрерывно жестикулировал обеими руками.
Стояла палящая жара, незнакомец сильно вспотел, и воротник его рубашки на спине намок, образовав тёмные пятна причудливой формы. Однако казалось, что жара его ни капли не волнует, и он продолжал бормотать что-то себе под нос.
Сначала сыпались всяческие обвинения, затем следовало хвастовство своей нынешней прекрасной жизнью, а по мере дальнейшего разговора тон начал меняться.
— Ладно, не стоит мне тебя ненавидеть. Если в тебе осталось хоть немного совести, благослови меня с небес на бурную и страстную любовь.
— Я хочу любви.
Пэй Хэцзин приподнял бровь. Перед ним было зелёное, прекрасное лицо, выглядевшее совсем юным. Наверное, именно из-за юности он и жаждал этих призрачных, совершенно бесполезных чувств.
Ветер стих. Пэй Хэцзин больше не стал тратить время на прослушивание бормотания этого парня и, шагнув вперёд, удалился.
Порой людям выпадает шанс встретиться за всю жизнь лишь единожды, однако вскоре Пэй Хэцзин снова столкнулся с тем самым болтливым и наивным юнцом.
Тот, кто жаждет истинной любви, разве станет добровольно являться на устроенную на потребу дня вечеринку в честь дня рождения, словно какой-то товар на выставке?
Поэтому, сам не зная почему, тогда Пэй Хэцзин вскинул руку и указал на сидевшего в самом углу Тао Сию.
Теперь же казалось, что то решение, возможно, было ошибочным: Тао Сию не отличался особой покладистостью и хлопот доставлял немало.
Проснувшись, Тао Сию обнаружил, что уже два часа дня. Он был чист с головы до ног, кто-то переодетел его в свежую одежду, а караулил его всё это время Сяо Гао.
— Господин Тао проснулся? — заметив, что Тао Сию открыл глаза и озирается по сторонам, вовремя подал голос Сяо Гао. — Эту одежду вам дал генеральный директор Пэй.
Поразитесь же, юноша! Это же сам Пэй Хэцзин! Должно быть, избалованный с малых лет богатством молодой господин никогда и никому раньше не помогал одеваться? Лицо Сяо Гао оставалось невозмутимым, но в душе он уже предвкушал потрясающее выражение на лице Тао Сию.
Однако, к его удивлению, лежавший на кровати парень дважды перевёл взгляд, внезапно обхватил себя за плечи, скорбно насупил брови и изрёк с видом полной безнадёжности:
— Я больше не чист…
Сяо Гао: «……»
Сколько людей умоляли о такой милости, но не получали её, а Тао Сию выглядел таким удручённым, словно столкнулся с бессовестным подлецом. Он велел Сяо Гао выйти за дверь, пока он сделает звонок.
— Пэнпэн, я больше не чист… — сжав телефон в руке и закутавшись в одеяло, проговорил Тао Сию, вспоминая события минувшей ночи: сильные пальцы и холодное лицо Пэй Хэцзина.
Перед глазами всё плыло, и невозможно было игнорировать накатившее наслаждение.
— Что ты несёшь? — Сян Пэнпэн только что проснулся после полуденного сна и потёр глаза. — Разве ты не взлетел на ветку и не превратился в феникса, с чего вдруг такие расстройства?
— Ой! — горестно простонал Тао Сию. — Разве ты сам всё не знаешь? Я же просто подыгрывал человеку. До этого я целыми днями дрожал от страха, боясь, что свадьба моего брата ещё не уладится, а Пэй Хэцзин уже вышвырнет меня под зад коленкой. А теперь… я даже не знаю, что и делать! Произошла… ну, очень такая вещь!
— Какая вещь? — Сян Пэнпэн наконец-то проявил некоторый интерес, с трудом приподнялся на кровати, одеяло соскользнуло, обнажив сине-красные следы на плечах.
Тао Сию на другом конце провода ничего об этом не знал и затараторил, выкладывая всё, что произошло вчера, попутно издавая вопли вроде: «Ой, я не могу, у меня в голове одни руки Пэй Хэцзина», «Спасите-помогите», «Что же делать, что же делать?».
Сян Пэнпэн с трудом дослушал и яростно выругался:
— Черт побери этого Чжан Вэньляна, он хуже животного!
Тао Сию остолбенел:
— ?
Разве сейчас это главное, братец?
— А разве нет? — Сян Пэнпэн развёл руками в пояснении. — Ваши отношения с молодым господином Пэем, если говорить красиво — это сотрудничество, а если грубо — ты просто инструмент. Спроси я тебя: если бы в их изначальном договоре шло условие переспать, ты бы согласился?
Об этом Тао Сию думал с самого начала. Хотя план по поиску истинной любви пришлось временно свернуть, но… но Пэй Хэцзин был чертовски хорош собой, так что в убытке он бы точно не остался…
— Да ты просто знатный любитель красивых тел, ха-ха! Лучше включи мозги! Раз уж он дотронулся до тебя, значит, ты ему как минимум не противен?
Сян Пэнпэн воодушевлённо вещал:
— Насколько мне известно, за Пэй Хэцзином никогда не тянулся шлейф каких-либо любовных скандалов. К тому же семья даже устраивала для него смотры невест и женихов, а это значит, что они не против однополых отношений! Сам он красив и богат, о таком мечтают миллионы, а ты находишься ближе всех к воде и первым встречаешь луну! Раз уж хочешь завести роман, почему бы сразу не закрутить его с главным боссом? Замути прямо с Пэй Хэцзином!
Глава 15
Слова Сян Пэнпэна всё же утешили Тао Сию. На самом деле ничего страшного не произошло, просто он, будучи совершенным новичком в этом деле, отреагировал слишком бурно.
К тому же Пэй Хэцзин всего лишь воспользовался рукой.
Что же касается заведения романтических отношений… Положив трубку, Тао Сию молча фыркнул: разве любовь — это то, что можно закрутить по одному лишь желанию?
Не говоря уже о том, что он всего лишь маленькая пешка в чужих руках, которую рано или поздно смахнут с доски. А Пэй Хэцзин — это явно тысячелетний нетающий глыб льда, чьё сердце, пожалуй, не растопит даже спустившийся с небес бессмертный.
К тому же, даже будь у Пэй Хэцзина хоть десять тысяч достоинств, ни одно из них не задевало струн в сердце Тао Сию, а значит, он всё равно не смог бы его полюбить. Ему не нужны были те вещи, за которыми гонялись все остальные; то, чего он искал — это особое чувство.
Впрочем, всё это пока можно было отложить на потом: сейчас ему предстояло отправиться с Сяо Гао в больницу на медицинское обследование.
По дороге Тао Сию поинтересовался у Сяо Гао о местонахождении Чжан Вэньляна, на что Сяо Гао загадочно ответил:
— Временно изолирован.
— Ого, ребят, так нельзя. Вдруг он подаст на вас в суд за незаконное лишение свободы? — Тао Сию испуганно выпрямился. — Может, мне лучше самому заявить в полицию? Лучшая защита — нападение!
— Сначала съездим в больницу на обследование, — покачал головой Сяо Гао. — Если в твоем организме не обнаружат никаких следов препаратов, то от обращения в полицию не будет никакого толку.
В этом был смысл. Дальнейшее развитие событий полностью оправдало ожидания Сяо Гао: никаких проблем в организме Тао Сию выявлено не было.
У входа в больницу Тао Сию снова принялся костерить предков Чжан Вэньляна до седьмого колена, а Сяо Гао, завершив отчётный звонок, повёл его к Пэй Хэцзину.
Благодаря Тао Сию Пэй Хэцзин провёл на ногах целый день. Едва закончив разбираться с делами дочерней компании и слегка размяв уставшее запястье, он с бесстрастным лицом нажал кнопку вызова лифтов.
Даже в минуты ожидания он не терял времени: подобно неутомимому роботу-трудоголику, Пэй Хэцзин листал на экране телефона различную рабочую информацию.
В воздухе коридора отеля витал едва уловимый аромат кедрового благовония, шаги по плотному ковру раздавались почти бесшумно. Пэй Хэцзин слегка опустил голову, шагая ровной поступью.
Холодный свет экрана телефона ложился тонким инеем на резкие брови мужчины; высокий прямой нос преломлял половину луча, отбрасывая резкую тень на изгиб губ. Когда уголки рта чуть сжимались, линия подбородка натягивалась жесткой, суровой дугой.
— Старший брат Хэцзин, — раздался вдруг мужской голос сзади. — Это правда вы?
Пэй Хэцзин повернулся и увидел неподалеку молодого человека с ослепительной улыбкой на лице.
Юй Лян быстрым шагом приблизился, и от него повеяло свежим фруктовым ароматом, окатившим Пэй Хэцзина.
— Вы меня не помните? Я Юй Лян, я сейчас снимаюсь здесь в одном шоу. Какое совпадение — встретить вас в таком месте!
Пэй Хэцзин опустил взгляд, с прохладцей оглядывая стоящего перед ним человека. Разумеется, он помнил Юй Ляна — того самого, которого Пэй Юань навязывал ему.
Столкнувшись с леденящим душу взглядом Пэй Хэцзина, Юй Лян вытянулся по струнке, а уголки его губ изогнулись с точностью до миллиметра, словно по линейке; даже в уголках глаз читалось нарочитое, послушное смирение.
Подобные взгляды Пэй Хэцзин видел каждый день и уже успел от них устать.
Эти люди всегда были столь глупы: даже понимая, что Пэй Хэцзин, скорее всего, насквозь видит их намерения, они всё равно лезли напролом, словно мотыльки на огонь, в надежде доказать, что именно они станут тем самым избранным исключением.
В случае успеха — огромный куш, в случае провала — ничего не теряешь. Но у Пэй Хэцзина не было ни времени, ни желания смотреть на их тщательно разыгрываемые сцены подобострастия и кротости.
Поэтому Пэй Хэцзин равнодушно отвёл взгляд, пропустил мимо ушей все слова Юй Ляна и развернулся, чтобы уйти.
— Эй, брат Хэцзин! — видя, что Пэй Хэцзин собирается уходить, Юй Лян с тревогой сделал пару шагов вперед, неотступно следуя за ним. — Сегодня вы наверняка устали на работе. Говорят, плавание отлично помогает от бессонницы, не хотите сходить вместе?
Словно назойливая муха, которая всё жужжит над ухом, Пэй Хэцзин помрачнел ещё сильнее.
Юй Лян заметил это, но поделать ничего не мог: Пэй Хэцзин был слишком недоступен, и он не смел упускать столь прекрасную возможность.
Как раз когда Юй Лян собрался сказать что-то ещё, к ним донеслись торопливые шаги.
Пэй Хэцзин только успел развернуться, как какая-то фигура с разбегу врезалась ему в объятия.
— Брат Хэцзин, ты наконец-то освободился! — Тао Сию обнял Пэй Хэцзина за талию и, задрав личико, капризно протянул: — Какая бяка, привезти меня в командировку и бросить заниматься делами, а ведь Сяо Гао катал меня целый день! Сейчас же будешь как следует меня баловать в качестве компенсации!
С этими словами Тао Сию, словно только что заметив стоявшего рядом человека, широко распахнул глаза и округлил рот буквой О, после чего с наигранным удивлением обратился к Юй Ляну:
— Ой, да это же суперзвезда! Какое совпадение, надо же!
Веки Юй Ляна судорожно дёргнулись, и ему оставалось лишь выдавить из себя натянутую улыбку:
— И правда, совпадение.
http://bllate.org/book/38032/4761904
Готово:
