Только ступив на Пик Юйхуэй, Юань Цзябао неожиданно встретил вовсе не тот цветок-тиранку, а старейшину Сужоу. От этого он даже слегка вздохнул с облегчением.
Хотя истинный возраст старейшины Сужоу был неизвестен, выглядела она лет на двадцать с небольшим. Её лицо было скрыто под слоем белой вуали, но стоило взглянуть на её гибкий, изящный стан и открывшиеся прекрасные глаза, напоминавшие мягко мерцающий чёрный агат, как сразу становилось понятно — перед ним бесспорная красавица.
Однако сколь бы хороша она ни была, у Юань Цзябао не возникало на её счёт никаких иных мыслей, кроме глубокого уважения. Помимо того факта, что он предпочитал мужчин, глаза Учителя были куда красивее её глаз, а уж если добавить к ним всё остальное лицо — та просто-напросто оставляла её далеко позади!
— Старейшина Сужоу, — Юань Цзябао подошёл ближе и отвесил поклон.
Сужоу отозвалась:
— Мм, зачем ты пожаловал на Пик Юйхуэй?
— Старейшина, у вашего ученика есть одна дерзкая просьба. Надеюсь, вы позволите.
— Говори, послушаем.
— Ученику нужны два плода Юйхуэй. Не разрешите ли вы мне их сорвать?
Сужоу бросила на него взгляд:
— Зачем они тебе?
Если не считать случаев, когда Юань Цзябао находился перед собственным Учителем, в общении со всеми остальными он всегда сохранял бесстрастное выражение лица, полагая, что это придаёт ему солидности и выглядит более строго.
— Ученик перед Учителем сгоряча пообещал приготовить ему кое-какую еду в честь его успешного выхода из затворничества.
Услышав, как Юань Цзябао упомянул Учителя, Сужоу на миг прищурилась, а затем улыбнулась:
— С тех пор как этот мой второй старший сородич взял ученика, он сам сильно изменился. Кто бы мог подумать, что теперь он изъявит желание отведать стряпни. Ступай и сорви сколько нужно, а если не хватит, можешь приходить за ними в любое время, больше спрашивать моего разрешения не требуется.
— Слушаюсь, ученик запомнил.
Юань Цзябао уже собирался откланяться, как запоздавшая Юй Яо решительно направилась прямо к нему и преградила дорогу.
Сужоу бросила взгляд в сторону Пика Цяньхуэй, а затем перевела прекрасные глаза на Юй Яо:
— Юй Яо, ты видишь старшего брата и не кланяешься? Разве я так учила тебя манерам?
Услышав это, Юй Яо заметно сникла и, явно против воли, отвесила Юань Цзябао поклон.
Старший брат.
Юань Цзябао кивнул ей:
— Вторая младшая сестра.
Сужоу, о чём-то задумавшись, произнесла:
— Юй Яо, ступай сорви немного плодов Юйхуэй. Запомни, выбирай самые лучшие.
Юй Яо на мгновение замерла, посмотрела на Юань Цзябао, закусила губу и развернулась.
…Черт! Да она же посмела наступить господину Юаньбао на ногу!
Ладно, стерпим. Кто бы мог подумать, что какой-то кролик заставит её затаить обиду на столь долгое время.
— Что именно ты собрался приготовить для Бессмертного Цзин Чжо?
Услышав это, сердце Юань Цзябао тревожно ёкнуло: с чего это старейшина Сужоу так заинтересовалась едой Учителя? Беспокоится, что у него не хватит кулинарного мастерства, или же у неё на уме что-то другое?
Внешне Юань Цзябао остался совершенно невозмутим, но в душе у него уже всё переворачивалось.
Конец! Если эта старейшина Сужоу и впрямь положила глаз на Учителя, разве не случится великая беда?! У неё есть и красота, и уровень культивации, а главное — они сородичи по секте и наверняка знакомы гораздо дольше него! И чувства у них точно крепче! Как ему вообще с ней тягаться?! При любом раскладе его просто раскатают в лепёшку!
Погодите… с чего это у него вообще возникли такие мысли?
Заметив, что Юань Цзябао молчит, Сужоу решила, что он толком ничего не умеет готовить, и вздохнула:
— Бессмертный Цзин Чжо в детстве любил сладкую выпечку, вкус он предпочитает лёгкий, запомни: вкус ни в коем случае не должен быть слишком насыщенным.
— Слушаюсь, ученик запомнил.
Ха-ха, приходится признать — словосочетание в детстве и впрямь нанесло ему тяжелейший удар. Оказывается, Учитель и старейшина Сужоу были знакомы ещё скультятами.
— Если ты не умеешь готовить выпечку, я могу научить тебя.
Не утруждайте себя, старейшина, выпечку ученик делать не умеет, это слишком хлопотно и тонко. Ученик уже решил, что приготовит для Учителя. Никто не просит вас учить! Подумаешь, умение стряпать выпечку! Ну и что с того, что он сам не умеет?!
— О? Расскажи-ка.
…Совсем не хочется рассказывать. Хотя в мыслях он так и думал, не ответить было нельзя:
— Суп.
— Суп, значит.
Сужоу призадумалась, и её прекрасные глаза озарились улыбкой:
— Вполне неплохая идея. Твой Учитель тоже любит похлебать суп.
…Ха-ха, мне абсолютно неинтересно догадываться, что именно вы там себе представили.
Хотя в голове крутились именно такие мысли, внутренний человечек уже грыз носовой платок и рыдал, колотя кулаками по полу: все эти прекрасные воспоминания Учителя о ком-то другом были для него поистине невыносимы!
Сохраняя непроницаемое выражение лица и пряча в глубине души израненное сердце, Юань Цзябао вернулся на Пик Цяньхуэй. Он полностью проигнорировал даже злобный взгляд, которым одарила его Юй Яо, когда со злостью сунула ему в руки с десяток превосходнейших по качеству плодов Юйхуэй.
Пусть таращится сколько влезет, он всё равно решил больше никогда не соваться на этот Пик Юйхуэй — это же чистой воды самоистязание!
Глядя на плоды Юйхуэй в своих руках, Юань Цзябао тяжело вздохнул.
Увидев, что после возвращения у хозяина не самый лучший вид, Сяо Цзинь с беспокойством спросил:
— Хозяин, неужели старшая соученица Юй Яо снова доставила тебе неприятности?
Юань Цзябао пришёл в себя и посмотрел на Сяо Цзинь:
— Нет. Эти плоды Юйхуэй она даже выбирала сама лично, и каждый из них невероятно хорош собой.
— Тогда почему хозяин вздыхает?
— Так, пустяки, Сяо Цзинь, тебе не о чем беспокоиться. Поди сюда, глянь, суп уже готов.
…
Цзин Чжо посмотрел на стоявшую перед ним пиалу с на вид очень лёгким бульоном, взял её под пристальным, полным надежды взглядом Юань Цзябао. Взяв в правую руку ложку, он зачерпнул белесую субстанцию, в которой уже невозможно было разобрать исходные ингредиенты, и отправил в рот.
Никакого вкуса.
Цзин Чжо озадаченно замер — пахло весьма приятно, почему же на вкус оказалось совершенно пресно?
Наверное, просто попалось место, которое не пропиталось бульоном.
Подумав так, Цзин Чжо зачерпнул ещё ложку и поднёс к губам.
— По-прежнему ни малейшего вкуса.
Похоже, дело вовсе не в отдельных непропитавшихся участках. В определенном смысле суметь стряпать на таком уровне — это уже проявление своего собственного уникального стиля.
— Учитель, каково на вкус?
Встретившись с сияющими, полными ожидания глазками своего ученика, Цзин Чжо ничего не ответил — лишь молча, ложка за ложкой, допил до дна весь безвкусный суп.
— Учитель?
Юань Цзябао думал, что Учитель сделает от силы пару глотков, но тот выпил всё до последней капли! Тоскливое настроение, принесённое с Пика Юйхуэй, в мгновение ока унеслось за девять небес.
Хэ, подумаешь, знакомы с пелёнок? Подумаешь, друзья детства? Сколько времени прошло, а они всё ещё одиноки!
Цзин Чжо опустил ложку и пиалу, немного подумал и обронил:
— Сносшо.
Услышав это короткое слово, Юань Цзябао едва не взлетел от счастья.
Сяо Цзинь в стороне молча закрыл лицо руками: когда он пробовал супчик, приготовленный хозяином на кухне, он отлично понял, каков он на вкус.
Просто, видя полные надежды глаза хозяина, он покривил душой и выдал: Очень вкусно. Кто бы мог подумать, что Бессмертный Цзин Чжо поступит так же…
То ли у Бессмертного Цзин Чжо столь своеобразный вкус, то ли он, как и он сам, просто не решился расстраивать хозяина?
Заметив, что его ученик снова принял глуповатый вид, Цзин Чжо бросил взгляд на Сяо Цзинь.
Получив чёткое послание проваливай, Сяо Цзинь незамедлительно поспешил ретироваться.
Сяо Цзинь больше не тот невинный Сяо Цзинь, хозяин. Сяо Цзинь научился льстить, Сяо Цзинь теперь умеет угодничать.
Юань Цзябао, совершенно не подозревая о душевных терзаниях Сяо Цзиня, в этот момент пребывал в плену собственных фантазий: если не считать лёгкого подпорченного настроения на Пике Юйхуэй, сегодняшний день выдался просто чудесным! Учитель согласился называть его по имени, причём совсем недавно уже назвал так, а теперь ещё и похвалил суп за великолепный вкус (?)…
У него даже слегка закружилась голова. Неужели от переизбытка счастья?
Глядя на то, как его глупый ученик зажал щёки руками и блаженно улыбается, Цзин Чжо сдержался, но не удержался — и легко шлёпнул того по затылку.
Погружённый в океан счастья и потерявший счёт реальности Юань Цзябао инстинктивно схватил его за руку.
Стоило пальцам сомкнуться на чужой ладони, как оба замерли.
Ощутив тёплое прикосновение руки, сжимавшей его собственную, Цзин Чжо почувствовал, как сердце неожиданно пропустило удар, а дыхание на мгновение сбилось.
Осознав, что именно он натворил, Юань Цзябао полностью оцепенел. Хоть разум и подсказывал, что надо немедленно разжать пальцы, но… глядя на эту красивую руку Учителя, которая была чуточку крупнее его собственной, Юань Цзябао чувствовал, что его сердце едва не останавливается. Ощущение распирающей изнутри полноты грозило разорвать его грудную клетку, а в ушах стоял громкий стук собственного пульса, заставляя отвести взгляд и не сметь смотреть Учителю в глаза.
Внезапно в носу сильно защипало, и оттуда вот-вот готовая хлынуть струйка тепла заставила Юань Цзябао в панике оттолкнуть руку Цзин Чжо и стрелой вылететь из комнаты.
Цзин Чжо с мгновенным замешательством посмотрел на отдёрнутую руку, но Юань Цзябао, страшно боясь показаться смешным перед Учителем, даже не обернулся, чтобы взглянуть на его выражение лица. Влетев в собственную комнату, он тут же захлопнул дверь на засов.
Прислонившись спиной к стене, Юань Цзябао был в полном шоке: шутки… шутки в сторону! Неужели он собрался пустить кровь носом от вида красоты Учителя? Неужели он настолько пал духом и превратился в фетишиста, таящегося от одного вида красивых рук?!
Он поднял руку и потёр переносицу — никакой подозрительной жидкости там не оказалось, и Юань Цзябао наконец облегчённо выдохнул.
Слава богу, до позорного кровотечения из носа дело не дошло.
А в это время в покоях Цзин Чжо.
Цзин Чжо казалось, что он переживает опыт, с которым ещё никогда не сталкивался.
Внизу живота разлилось лёгкое тепло, странное ощущение нарастало волна за волной, и стоило ему вспомнить лицо ученика, как грудь начинало жечь всё сильнее. Крепко сжав руку, которую только что держал ученик, и вспоминая то тепло, Цзин Чжо поймал себя на том, что его взгляд начал рассеиваться, а дыхание сделалось частым.
Осознав, о чём именно он сейчас размышляет, Цзин Чжо резко пришёл в себя.
Он столько лет хранил сердце чистым и свободным от мирских страстей, с чего бы ему сегодня вести себя столь неподобающе?
Нахмурившись, он бросил взгляд на стол, где по-прежнему стояла пиала с недопитым супом.
Если подумать, хотя этот супчик и не имел никакого вкуса, когда от него исходил пар, в аромате отчётливо угадывались нотки плодов Юйхуэй.
Разве… разве суп, сваренный на плодах Юйхуэй, способен давать такой эффект? Плоды Юйхуэй высшего качества даже практики на стадии Золотого Ядра употребляют в пищу только в сочетании с успокаивающими сердце и проясняющими разум духовными травами, чтобы избежать возгорания внутреннего огня и затуманивания рассудка. А его ученик… этот Юаньбао взял и заварил их в суп, да ещё и заставил его выпить?!
http://bllate.org/book/37904/4744718
Готово:
