От осени до зимы прошло всего полсезона, а Резиденция Лю изменилась до неузнаваемости. Перед главным залом возвели новую стену-экран, украшенную изящной росписью с пейзажами, что смотрелось весьма утонченно. Садовую горку, за которой раньше скрывалась тайная комната, убрали, а на её месте вырыли целый пруд. В воду опустили множество чанов с лотосами, меж которых теперь лениво плавали разноцветные карпы. Здания остались прежними, но таблички на дверях, парные надписи, цвет колонн и узоры на оконных занавесях — всё заменили на первоклассные материалы.
Вся усадьба превратилась из места, кричащего о показном богатстве, в образец сдержанной роскоши.
— Господин, прошу подождать здесь, — управляющий проводил Цзян Куо в боковую гостиную рядом с главным залом, а сам отправился приглашать нового градоначальника.
Цзян Куо в душе усмехнулся, оценив пронырливость этого чиновника. Лю Цзю не успел еще остыть, а это доходное местечко Премьер-министр Цуй уже отдал своему человеку. Впрочем, раз тот носит фамилию Цуй, наверняка он приходится Премьеру племянником, что куда лучше, чем быть в родстве с таким беспринципным человеком, как Лю Цзю.
За дверью послышались шаги. Помимо управляющего, вошли мужчина и женщина.
Мужчина сам откинул занавесь и вошел внутрь, одарив гостя легкой улыбкой:
— Должно быть, это и есть господин Цзян. Много наслышан, много наслышан.
Мужчина выглядел как знатный аристократ, улыбался доброжелательно, без той надменной чиновничьей спеси, что обычно присуща людям его круга. Его облик располагал к себе. Пока он говорил, он сложил ладони в приветственном жесте, выказывая предельную вежливость.
Цзян Куо, не ожидавший подобного приема, ответил тем же жестом и произнес:
— Господин Цуй.
— Моя фамилия Цуй, имя Лянь, а второе имя — Юаньшу. Раз уж господин Цзян отныне будет часто бывать в нашей резиденции, можете называть меня братом Юаньшу, — мужчина улыбнулся еще шире, при этом невозмутимо оглядывая Цзян Куо с ног до головы, особенно долго задержав взгляд на его лице.
Это было уже чересчур любезно. Цзян Куо, не один год проживший в мире боевых искусств, тут же почувствовал, что характер у Цуй Ляня вовсе не такой сдержанный, как кажется, и, судя по всему, тот падок и на мужчин, и на женщин.
Похоже, работёнка предстоит не из легких.
— Супруг, Хуань-эр совсем разбуянился, я уже не могу его удержать, подержи его, — в комнату вошла изящная молодая женщина, держа на руках ребенка. Её голос был настолько мягким, что казалось, из него вот-вот закапает вода.
Цуй Лянь, услышав это, тут же переключил внимание. Он с нежностью принял ребенка из рук супруги и начал тихо нашептывать слова утешения.
Человек еще не вошел, а голос уже был слышен.
Цзян Куо показался этот голос знакомым. Он обернулся и, увидев женщину, понял, что не ошибся.
Надо же, в Цзиньлине и не такие чудеса случаются.
Прекрасная, грациозная женщина совершенно не походила на ту жестокую убийцу, которую он помнил. Вся в шелках и атласе, увешанная жемчугом и нефритом, с пушистым мехом лисы на плечах, она была точь-в-точь как избалованная барышня из знатного дома в Цзяннани.
Сейчас в ней не было ни капли сходства с той отравительницей, что пыталась прикончить его с помощью Гоувэнь и Бегонии Семи Звезд, но он был уверен: это именно она. Женщина сохраняла полное спокойствие, сначала ласково успокоила ребенка, а затем, словно только сейчас заметив Цзян Куо, отвесила легкий поклон и мягко проговорила:
— А вот и господин Цзян, приглашенный отцом. Приветствую вас. В будущем прошу вас позаботиться о безопасности моего супруга.
Цуй Лянь, чье внимание было на миг отвлечено, вновь обернулся к гостю. Он передал ребенка управляющему, велев отнести его кормилице.
— Слушаюсь, второй господин, — эти слова управляющего помогли Цзян Куо окончательно прояснить статус Цуй Ляня: он был тем самым зятем невезучего Лю Цзю, младшим сыном в доме Премьер-министра Цуя.
Цуй Лянь подошел к Цзян Куо, взял его за руку и тихо произнес:
— Тань-эр права. Впереди еще много дней, и мне придется рассчитывать на вашу заботу, господин Цзян.
Цзян Куо передернуло от отвращения. Он что-то пробормотал в ответ, не глядя на мужчину, и перевел взгляд на женщину, стоявшую в стороне. Та смотрела на происходящее с видом человека, наслаждающегося представлением. К счастью, вскоре пришел управляющий и поспешно увел Цуй Ляня. Хун Тань вызвала служанку, чтобы та проводила Цзян Куо в гостевую комнату на южной стороне.
Комната была просторной и удобной. Хун Тань предложила приставить к нему пару слуг, но Цзян Куо отказался.
Он уже решил, что на этом балаган закончился, как вдруг Хун Тань закрыла входную дверь и выставила служанок за порог. Цзян Куо, почувствовав неладное, положил руку на рукоять своего меча, насторожившись.
Хун Тань, заметив это, усмехнулась — с невероятным обольщением. Опершись на дверь, она без обиняков произнесла:
— Братец, не будь таким настороженным. Теперь я жена господина Цуя, градоначальника Цзиньлиня, а не та женщина-убийца, что гналась за тобой по пятам по всем горам.
Цзян Куо нахмурился. Премьер-министр Цуй отдал место своего свата собственному сыну — поистине, добро не должно уходить на сторону. Но он видел портреты дочери Лю Цзю, и эта женщина была на неё ничуть не похожа. Безжалостная убийца вдруг превратилась в жену градоначальника, да еще и обзавелась сыном.
Такое не придумают даже в самых невероятных пьесах.
— Я знаю, что тебя удивляет, поэтому и отослала всех прочь, чтобы рассказать правду. А ты, оказывается, злопамятный, — женщина села, сама налила себе чаю, пригубила из чашки и продолжила: — Меня зовут Хун Тань, я была убийцей, которую содержал дом Премьера. А теперь я ношу фамилию Лю, я жена Цуй Ляня, второго сына Премьер-министра, и дочь бывшего градоначальника Лю Цзю. Месяц назад я родила сына.
Если бы не тот факт, что именно Цзян Куо нанес той убийце удар ножом в живот, он бы почти поверил в эту байку.
Хун Тань насмешливо улыбнулась:
— Знаю, ты не веришь, но это чистая правда.
Цзян Куо тщательно обдумал всё, что произошло, и, почувствовав легкий холод внутри, посмотрел на Хун Тань уже куда серьезнее.
Она поняла, что он во всем разобрался, и прямо ответила на его невысказанный вопрос:
— Да, настоящая мисс Лю, разумеется, мертва.
Она допила чай, вытерла губы платком, и её улыбка стала холодной и загадочной:
— Ты уже видел моего мужа и должен знать его натуру. Он действительно был влюблен в мисс Лю, но разве он когда-нибудь ограничивался одной женщиной? Премьер-министр знал о его слабости. Оставить мисс Лю в живых было нужно лишь ради ребенка в её утробе.
— А раз ребенок родился, то кто именно будет его матерью — не имеет никакого значения, — Хун Тань посмотрела на Цзян Куо, и в её глазах мелькнул ледяной блеск.
Разве мог такой человек, как Премьер-министр Цуй, не разгадать замыслы Лю Цзю? Вот почему он позволил мисс Лю войти в свой дом. Пусть её положение было низким, но ради ребенка ей дали статус законной жены. А как только она родила, её последняя гарантия безопасности исчезла. И мало того, скорее всего, именно Премьер-министр Цуй был тем, кто заказал уничтожение семьи Лю.
Учитывая натуру Цуй Ляня, он не станет ссориться с семьей из-за какой-то мисс Лю — скорее всего, он мгновенно найдет ей замену, например, в лице этой самой Хун Тань. Это грандиозное представление шло своим чередом, Премьер-министр и его сын были вполне довольны игрой, а теперь, когда к ним добавилась Хун Тань, это стало поистине великолепной пьесой о подмене наследника.
http://bllate.org/book/37881/4741019
Готово:
