По сравнению с ними этот угол казался чересчур тихим. Му Ся окинул взглядом окрестности: на футбольном поле, казалось, больше никого не было.
— Кажется, скоро будет самоподготовка, — заговорил Му Ся, пытаясь завязать разговор, иначе его взгляд просто невозможно было отвести.
Мягкое тепло солнечных лучей приятно согревало. Ю И закинул голову назад, погрузившись в задумчивость, и когда Му Ся окликнул его, не сразу пришёл в себя. В его взгляде, обращённом к нему, читалось некоторое замешательство, и лишь спустя полминуты он отрешённо отозвался:
— Да.
Му Ся снова спросил:
— Ты пойдёшь или собираешься прогулять?
Не ожидая столь прямого вопроса, Ю И задумался над ним со всей серьёзностью, однако его ответ не имел с вопросом ничего общего:
— По-твоему, я похож на человека, которому нравится прогуливать уроки?
Му Ся опешил и на уровне инстинктов выдал чистую правду:
— Ну да, в первый же день ты сбежал.
Ю И без церемоний взмахнул рукой и щёлкнул его по лбу. Расстояние было слишком близким, а удар — слишком резким, так что Му Ся даже не успел среагировать и увернуться, приняв на себя этот фирменный щелбан. Прикрыв лоб ладонью, он уставился на обидчика в ответ. Ему хотелось рявкнуть: ты что творишь?, но в то же время он чувствовал, что выяснять отношения с этим взбалмошным чудаком, чьё настроение менялось по сто раз на дню, — ниже его достоинства.
Поэтому Му Ся просто сверлил Ю И взглядом. Спустя какое-то время, всё ещё кипя от возмущения, он закатил глаза и бросил ему в ответ те же слова, что тот сказал ранее:
— Проехали.
— Вчера меня вообще-то силком утащили стричься, какое ты имеешь право меня упрекать? Ты ведь и сам сегодня опоздал, — проговорил Ю И, подтянув ноги к груди и обхватив колени руками. Он опустил на них подбородок — поза вышла на редкость расслабленной.
Му Ся не нашёлся, что ответить, и процедил сквозь зубы:
— Ого, и что с того?
Ю И принялся с жаром доказывать свою правоту:
— Давай рассуждать здраво, брат Ся, я всё-таки почти не пропускаю занятия. У тебя ко мне предвзятое отношение.
Му Ся не желал пускаться в дискуссии о том, есть ли у него предрассудки на этот счёт, и, чувствуя, что собеседник наверняка не договорил, терпеливо стал ждать. Однако Ю И, промолчав добрую половину вечности, вновь перевёл разговор на него:
— Откуда ты перевёлся?
— С севера, — неопределённо ответил Му Ся. Ему не слишком хотелось вспоминать город, где он отучился два года. — Зимой здесь, должно быть, не бывает снега.
Ю И, казалось, что-то припоминал, и лишь помолчав, ответил:
— В самые холода выпадает. Ты ведь не местный? Если так, то останешься на зимние каникулы дома — кто знает... Летом здесь чертовски жарко, а зимой точно холодно. Почему ты сменил школу?
На месте Му Ся любой другой человек наверняка отмахнулся бы от подобных расспросов, но сегодня он проявил удивительное терпение и стал отвечать на вопросы Ю И один за другим:
— У отца на работе что-то изменилось, мама за меня переживала и притащила с собой, привязав к маминой юбке.
Ю И заметил:
— В старших классах редко кто переводится.
Му Ся небрежно бросил:
— Успеваемость хромает, так что везде одинаково.
Эта фраза заставила Ю И расхохотаться. Его смех звучал звонко и открыто, источая неподдельную радость и кипучую жизненную энергию. Му Ся неожиданно для себя заразился этим настроением, и лишь опомнившись, заметил, что уголки его губ чуть заметно приподнялись.
Он тут же постарался подавить эту странную улыбку, напустил на себя невозмутимый вид и непринужденно поинтересовался:
— Чего смеешься?
Ю И смахнул уголок глаза:
— Да так. Просто впервые слышу, чтобы кто-то с таким железобетонным спокойствием заявлял о своей плохой успеваемости. Брат Ся, ну ты и кадр... Слушай, а в каком месяце ты родился? Надеюсь, ты звал меня братом не ради того, чтобы за мой счёт потешить своё самолюбие.А ты разве тоже не зовешь Линь Чжаня братом? — в ответ спросила Му Ся.
Ю И пояснил: Я родился в ноябре, а братишка Чжань — в июне, разница аж в полгода.
Глаза Му Ся изогнулись дугами, и на этот раз улыбка была искренней: Тогда я тебя не обделил, я майский.
Ю И протяжно промычал о, легонько повел глазами и произвел догадку: Спорим, ты родился в день начала лета? Иначе с чего бы тебе так зваться?
Тот действительно угадал, хотя тема была не сказать чтобы сложная. Му Ся кивнул в знак согласия, и лицо Ю И тотчас расплылось в довольной улыбке. Он отвинтил крышку бутылки с колой, сделал еще пару глотков и только собрался заговорить, как кто-то громко окликнул его издалека.
Оперевшись ладонью о землю, Ю И вскочил на ноги, сунул бутылку с колой прямо в объятия Му Ся и одарил того сияющей улыбкой: Подержи-ка, меня зовут играть в баскетбол!
Му Ся с выражением полной обреченности прижал к себе наполовину пустую бутылку, и уголки его губ дернулись.
От ветра в майке стало прохладно, и он пересел в другое место — устроился под раскидистым баньяном у баскетбольной площадки, подперев подбородок рукой, и принялся разглядывать игроков. У Му Ся были отличные навыки скетчинга, и когда под рукой не было бумаги и карандаша, он привыкал всматриваться в детали, запоминая их, чтобы потом, перенеся на бумагу, воссоздать множество упущенных из виду мелочей.
Ю И, Мэн Цзюйжань и еще один незнакомый парень играли в одной команде, отчаянно борясь за мяч с командой Линь Чжаня.
В баскетбол он играет тоже чертовски красиво, — подумал Му Ся, и у него неожиданно запылали уши. Он протянул руку, потер их, а затем провел ладонью по лицу.Излишняя общительность приносит не только близость и непринужденность. Для Му Ся отсутствие какой-либо дистанции с самого начала было не таким уж хорошим знаком. Из-за частых переездов и смен школ он предпочитал уединение, его социальные навыки были развиты слабо, он не умел правильно разговаривать и поддерживать беседу, легко принимал чужую доброту за скрытую проверку и потому попросту не умел открывать свое сердце.
Раньше он думал, что ему вовсе не нужны друзья, но, глядя на то, как Мэн Цзюйжань дает пять Ю И, а Ю И строит рожицы Линь Чжаню, он все же невольно испытывал жалостливую, жалкую зависть.
Ближе к концу урока Ю И закончил играть, расстегнул воротник школьной формы, направился к нему и протянул руку. Му Ся протянул ему кока-колу.
— Эй, да это же Му Ся! — Мэн Цзюйжань шел следом за Ю И и с ухмылкой поздоровался: — Новичок, меня зовут Мэн Цзюйжань, привет-привет.
Му Ся лишь хмыкнул в ответ. Мэн Цзюйжань не собирался заводить с ним долгих разговоров; он закинул руку на плечо Ю И и с хитроватым, вороватым видом кивком указал в определенную сторону: — Ю И, смотри, это случайно не ребята из первого года, класс два? Кажется, я заметил ту младшеклассницу.
Ю И растерянно огляделся по сторонам, и когда его взгляд упал на нескольких девушек у площадки для бадминтона, его лицо мгновенно покраснело — но вовсе не от смущения. Он стряхнул руку Мэн Цзюйжаня и широким шагом направился к учебному корпусу, под конец перейдя на легкий бег, и вскоре скрылся из виду, словно спасаясь бегством.
А затеявший всё это безобразие Мэн Цзюйжань с вредной ухмылкой многозначительно произнес: — Всё-таки еще зелен.
http://bllate.org/book/37855/4737219
Готово:
