Потом, говоря и говоря, она вдруг замолчала… Её тело ещё хранило тепло, но дыхания уже не было.
Чжоу Жань любила Чжоу Жуй всем сердцем, но та жестоко погибла у неё на руках.
— Руэй… — Линь Цзиньжань подошла ближе и осторожно коснулась холодного надгробия. Она долго смотрела на фотографию, будто девушка на ней была жива и стояла прямо перед ней.
— Тебе не одиноко здесь, совсем одна? — голос Линь Цзиньжань прозвучал тихо, почти беззвучно. Она опустила голову и прижала лоб к камню. — Всё моя вина… Я не осталась с тобой. Ты… злишься на меня?
Ветер усилился, короткие волосы Линь Цзиньжань, доходившие до плеч, трепетали на порыве. Никто не ответил ей. Та, что покоилась под землёй, никогда уже не ответит.
Линь Цзиньжань слабо улыбнулась и заговорила сама с собой:
— А давай так: я буду приходить к тебе каждый год, приносить твои любимые лакомства и покупать игрушки, которые ты любишь… Ах, да… Я ведь даже не знаю, нравятся ли тебе теперь такие игрушки. Моя Руэй, наверное, тоже подросла бы к этому времени.
— Хрусть.
Раздался звук упавшего предмета.
Линь Цзиньжань вздрогнула и резко обернулась.
Небо потемнело, ветер усилился, и с неба начали падать первые капли дождя. Медленно выпрямившись, Линь Цзиньжань перевела взгляд на мужчину в белом, стоявшего неподалёку.
Он смотрел на неё прямо, и в его взгляде, казалось, отражалось разбитое стекло. Лицо его оставалось бесстрастным, но Линь Цзиньжань ощутила тяжёлое давление.
Он сделал шаг вперёд, и тогда коробка, упавшая на землю, раскрылась ещё сильнее — на мокрый асфальт выкатились несколько шоколадных конфет. Линь Цзиньжань опустила глаза: это был тот самый шоколад, который она раньше очень любила.
— Что ты здесь делаешь? — его голос прозвучал пусто, будто эхо ветра, полный недоверия и потрясения.
Линь Цзиньжань знала: он всё услышал.
Обычно она бы разволновалась, но сейчас чувствовала неожиданное спокойствие. Возможно, с того самого момента, как вчера переступила порог того дома, она уже была готова к этому.
— Как и ты — пришла навестить старого друга.
— Какого друга?! — Чжоу Чжэнсянь вдруг схватил её за руку. Линь Цзиньжань почувствовала, как его пальцы дрожат. Она подняла глаза и увидела, что его обычно ясные глаза покраснели от боли.
Он почти сквозь зубы спросил:
— Кого ты только что… звала?
Линь Цзиньжань опустила взгляд.
— Ответь мне!
— Ты же слышал, — холодно произнесла она.
— Что я услышал? — Чжоу Чжэнсянь сжал её руку ещё сильнее. — Я услышал, как ты звала «Руэй»? Я услышал, как ты сказала, что ты её сестра? Это же… абсурд!
— Но ты ведь уже поверишь, не так ли? — Линь Цзиньжань тихо рассмеялась и подняла на него глаза. — Чжоу Чжэнсянь, ты боишься узнать, кто я на самом деле?
Сердце Чжоу Чжэнсяня будто сжали чьи-то руки и начали медленно рвать на части — дышать становилось всё труднее.
Только что он вернулся к машине за шоколадом, который любила Чжоу Жань. Чжоу Янь и Чжоу Мин, желая дать ему немного личного пространства, остались в стороне.
Он и представить не мог, что увидит у могилы чей-то силуэт. Чем ближе он подходил, тем сильнее становилось чувство тревоги. Он невольно замедлил шаги и подошёл совсем близко.
Он услышал её слова…
Внезапно он вспомнил их первую встречу — тот мимолётный привычный оттенок в её взгляде, который он тогда проигнорировал, ведь мысль о таком была немыслима.
Он вспомнил, как она рассказывала, что тот, кто учил её чайной церемонии, уже умер, и её странный, почти насмешливый взгляд. Конечно, ведь если бы он спросил, кто её учитель, это было бы глупо — ведь она сама и была тем учителем.
И ещё — в день рождения У Цзи Туна, когда она напилась и спросила:
— Ты потом вернулся меня искать?
Тогда он не понял ни слова, а теперь всё стало ясно. Она и есть она. Просто он этого не замечал.
Неудивительно, что последние дни она вела себя странно, и неудивительно, что вчера так резко допрашивала Чжоу Мина. Всё объяснялось.
Ветер на вершине холма бушевал всё сильнее. Капля дождя упала Линь Цзиньжань на лицо, за ней последовали другие.
— Чжоу Янь идёт, — сказала Линь Цзиньжань, заметив приближающегося человека.
Но Чжоу Чжэнсянь не двинулся с места. Он продолжал смотреть на неё, будто пытаясь пронзить взглядом.
Горло Линь Цзиньжань пересохло.
— Чжоу Чжэнсянь, я не хочу, чтобы он узнал, кто я. Я хочу остаться просто Линь Цзиньжань. Обещай мне это.
Чжоу Чжэнсянь резко вздрогнул. Он понял, о ком она говорит, и понял, что значит «остаться Линь Цзиньжань».
Значит, она и вправду… Чжоу Жань.
Та самая Чжоу Жань, которую он считал мёртвой почти десять лет.
— Молодой господин! — Чжоу Янь подбежал с зонтом и раскрыл его над ними. — Цзиньжань, ты как здесь оказалась? Я тебя не заметил. Ладно, не будем сейчас об этом — дождь усиливается, давайте в машину!
— Молодой господин… Эй? Куда вы? Возьмите зонт!
Чжоу Чжэнсянь вдруг схватил Линь Цзиньжань за руку и быстро потащил вниз по склону. Он шёл так быстро, что она едва поспевала за ним.
— Что ты делаешь?
Он молчал. Дождь лил как из ведра, и он вёл её прямо к машине, открыл дверцу и втолкнул внутрь.
Когда Чжоу Янь добежал до них, Чжоу Чжэнсянь уже уезжал.
— Эй! А меня?! — крикнул он вслед.
Чжоу Мин вышел из своей машины.
— Чжоу Янь, что случилось?
— Не знаю, — покачал головой тот. — Молодой господин вдруг схватил Цзиньжань и уехал. И даже зонт не взял под таким ливнём! Что, если молодой господин заболеет?
Чжоу Мин посмотрел вдаль по дороге, хотя машины уже не было видно. Он нахмурился и похлопал Чжоу Яня по плечу.
— Садись в машину, поговорим там.
— Хорошо.
Машина мчалась с огромной скоростью. Линь Цзиньжань молча смотрела, как дождевые капли яростно стучат по окну. Он молчал, и ей не хотелось говорить.
— Бииип!!! — раздался сигнал: Чжоу Чжэнсянь ехал слишком быстро, и сбоку приближалась чёрная машина. Линь Цзиньжань резко сжала зрачки.
— Свист! — в последний момент Чжоу Чжэнсянь вывернул руль и увернулся от столкновения. Он проехал ещё немного и остановился у обочины.
Линь Цзиньжань нахмурилась. Если бы он не свернул, сейчас их обоих уже не было бы в живых.
— Ты сошёл с ума.
— А ты нет?
Руки Чжоу Чжэнсянь, сжимавшие руль, побелели от напряжения.
— Мне всё равно, умру я или нет, — сказала Линь Цзиньжань, глядя на него. — Но с тобой всё иначе. Ты не можешь умереть.
Чжоу Чжэнсянь замер, затем с силой ударил по рулю. Линь Цзиньжань удивилась: за всю свою жизнь она никогда не видела его таким вспыльчивым.
— Линь Цзиньжань! — он резко повернулся к ней, сверля её взглядом, но его ярость постепенно угасла под её холодным взглядом. Он закрыл глаза, и голос его стал хриплым: — Почему ты не вернулась?
Линь Цзиньжань будто тихо рассмеялась.
— А зачем мне возвращаться?
Этот вопрос заставил его замолчать. Конечно. Ведь он косвенно причинил ей боль — ту боль, в которой погибла самая близкая ей человек. Какое право он имел требовать её возвращения?
— Я искал тебя, — сказал Чжоу Чжэнсянь, откинувшись на сиденье и глядя на дождевые потоки за стеклом. — Говорили, что пропавших много, и шансов выжить почти нет. Я приказал копать, перерыть всё… Хотел хотя бы тело найти и забрать тебя домой.
Руки Линь Цзиньжань, лежавшие на сиденье, медленно сжались в кулаки.
— Ты нашёл Жуй.
— Да, — ответил он. — Но тебя так и не нашёл. Я искал тебя очень долго, но твоего следа не было…
Он не договорил, но Линь Цзиньжань и так поняла, что было дальше. После того землетрясения столько людей осталось под завалами, столько исчезло без следа. Он искал её годами и в конце концов смирился с тем, что она мертва.
— Меня спас мой нынешний отец, — сказала она. — Он участвовал в спасательной операции. Я сказала всем, что мои родители погибли, притворялась сумасшедшей… лишь бы вы меня не нашли.
— Чжоу Чжэнсянь, я не виню тебя, — Линь Цзиньжань слабо улыбнулась. — Но смерть Жуй… я не могу этого простить. Поэтому… сделай вид, будто сегодня ничего не произошло, хорошо?
— А твоё лицо? — вдруг спросил он, пристально глядя на неё. В его глазах уже мелькало понимание, но он всё ещё не мог поверить.
— Как видишь, — ответила она беззаботно. — Раньше было изуродовано, пришлось сделать много операций, чтобы стало таким. Но вроде сносно выглядит.
Её лёгкий тон резко контрастировал с болью, которую он чувствовал. Чтобы лицо стало таким, сколько страданий она перенесла…
— Ты весь промок, — сказала она, глядя на его мокрую одежду. — Переоденься. Но… высади меня где-нибудь по дороге. Сейчас я не смогу сдержать эмоции, если вернусь домой…
Не успела она договорить, как он вдруг приблизился и обнял её. Его голос был тихим:
— Куда ты ещё хочешь пойти?
Линь Цзиньжань слегка упёрлась ему в плечо и замерла.
— Я…
— Если не хочешь возвращаться, мы не вернёмся, — сказал Чжоу Чжэнсянь, крепче обнимая её. Его голос звучал твёрдо и чуть резко: — Но уйти тебе не дам.
* * *
В итоге он всё же не позволил ей уйти одной.
Дождь не прекращался. Когда Линь Цзиньжань вышла из машины, по коже пробежали мурашки. Хотя на дворе был май, промокшая одежда и ветер заставили её задрожать от холода.
— Надень, — Чжоу Чжэнсянь набросил ей на плечи пиджак. Линь Цзиньжань подняла глаза — он уже отвернулся. На нём была тёмная рубашка, слегка подсохшая в машине, но всё ещё явно мокрая.
— Чем могу помочь? — вежливо улыбнулась администратор.
Чжоу Чжэнсянь оглянулся на Линь Цзиньжань:
— Один номер.
— Двухместный, — тут же сказала Линь Цзиньжань.
Администратор удивилась:
— А?
— Слушайся меня, — Линь Цзиньжань подошла к стойке. — Двухместный.
Девушка моргнула и посмотрела на Чжоу Чжэнсяня, но тот не заметил её вопросительного взгляда — он смотрел только на Линь Цзиньжань.
— Господин?
Чжоу Чжэнсянь обернулся:
— Делайте, как она просит.
Администратор растерялась:
— А… хорошо.
Эта пара, наверное, поссорилась. Такой красавец-бойфренд, а она всё равно требует раздельные кровати. Цок-цок.
— Покажите, пожалуйста, паспорта.
…
Обычно Чжоу Чжэнсянь останавливался только в пятизвёздочных отелях. Но на этот раз они просто зашли в ближайший, чтобы скорее переодеться в сухое.
Лифт медленно поднимался. Линь Цзиньжань взглянула на него:
— Может, тебе всё-таки лучше вернуться?
— Хочешь, чтобы я простудился насмерть?
— …
Она хотела сказать, что Чжоу Янь и другие будут за него переживать.
— Ты что, собираешься ночевать здесь? — спросила она.
— А куда ещё? — Чжоу Чжэнсянь опустил на неё взгляд и вдруг усмехнулся. — Ты же сама настояла на двухместном номере. Неужели не для того, чтобы остаться со мной?
— …
Линь Цзиньжань на миг растерялась. Да, точно… Зачем она вообще спорила? Если бы он хотел остаться, можно было просто снять два номера, а не спорить о кроватях…
Чжоу Чжэнсянь, заметив её замешательство, лёгким движением погладил её по голове:
— Приехали. Пойдём.
— …
— Пи-и-ик.
Дверь открылась.
Чжоу Чжэнсянь сначала повысил температуру в кондиционере, потом снял с неё пиджак.
— Иди прими душ.
http://bllate.org/book/3725/399796
Готово:
