В носу словно снова защекотал тот едва уловимый, почти призрачный аромат, сопровождавший его вчера, — от этой мысли холодные брови Цюй Чжиланя нахмурились, а в тоне, когда он заговорил, невольно проскользнуло раздражение:
— Возможно, он не умер.
У Юань Су на лбу выступил холодный пот. Он широко распахнул свои янтарные глаза, но всё же решил продолжить притворяться дурачком:
— Ч-что?
В конце концов, в тот момент никто не подошел, чтобы проверить состояние Цинь Чжао; все лишь предположили, что он мертв, увидев, как тот с грохотом повалился на землю. К тому же перед этим Цинь Чжао пил воду, а стакан подготовил Юань Су, так что подозрение в отравлении пало на него.
Но даже самый глупый человек не стал бы травить кого-то в стакане, который был у всех на виду! Это же раскрылось бы при первой же проверке.
Цюй Чжилань отвел взгляд от этого красивого лица, застывшего в выражении искреннего изумления.
— Ничего. Забудь.
Вскоре они добрались до общей столовой базы. После наступления апокалипсиса ресурсов не хватало, особенно продовольствия, поэтому частные закусочные были редкостью. В каждом жилом секторе базы открыли столовые, где еду можно было приобрести за баллы.
Было уже за час дня — самый разгар обеда. В столовой толпилось множество людей, и очереди к каждому окошку выстроились невероятно длинные.
— Поднимемся наверх, — произнес Цюй Чжилань.
На втором этаже еда была относительно дороже, а людей меньше. Юань Су не стал отказываться, потому что… заметил, как много взглядов устремлено на него.
Пытливые, полные отвращения, алчные… Хотя он давно привык, что на него смотрят, от этих неприкрыто злобных взоров ему стало не по себе.
Заметив, что настроение юноши заметно ухудшилось, мужчина, казалось, всё понял. Его черные, как холодные звезды, глаза метнулись по сторонам. Он стоял на лестнице, возвышаясь над остальными, и взгляд его был полон мрачной угрозы.
Те, кто переполнялся злобой, в мгновение ока притихли и, понурив головы, поспешили отвести глаза.
Юань Су этого не заметил, но система 341 всё видела.
Когда они заняли столик на втором этаже, Цюй Чжилань спросил:
— Есть какие-то предпочтения в еде? Или то, что ты не ешь?
— Я не ем кинзу и не люблю рыбу, — ответил Юань Су.
Похож на кота, а рыбу не любит.
Длинные, черные, как тушь, глаза мужчины слегка изогнулись — улыбка появилась и тут же исчезла. Цюй Чжилань сделал заказ, и только когда на столе почти расставили блюда, Юань Су осознал, что что-то не так.
Разве не я должен был угощать? Почему Цюй Чжилань ведет себя как хозяин положения?
К тому же, Юань Су не знал, то ли он слишком чувствителен, то ли от Цюй Чжиланя исходило какое-то странное, неуловимое ощущение. У него были друзья-натуралы, и он точно знал: разве нормальный парень может быть таким заботливым? Да и сам он вроде бы стал не таким суровым, как раньше…
Юань Су с сомнением спросил систему:
— Натуралы правда могут так себя вести?
Хотя… он всё равно чувствовал, что тут что-то нечисто.
341: [А почему это не может быть просто хорошим воспитанием?]
Юань Су: «…»
Юань Су с утра ничего не ел, поэтому сильно проголодался. Еда была довольно вкусной, хотя, судя по нынешним ценам, стоила, должно быть, целое состояние.
Пока Юань Су пытался узнать у системы о своем финансовом положении, раздался знакомый голос с усмешкой:
— Какая встреча.
Юань Су поднял голову и тут же встретился взглядом с парой игривых, полных чувственности глаз.
Мужчина окинул Юань Су чересчур агрессивным взглядом, в котором, однако, не было ни капли искренности. Чу Вэньхэ бросил мимолетный взгляд на ледяного, словно изваяние, Цюй Чжиланя и, глядя на Юань Су с выражением легкого сожаления, спросил:
— Ты отказал мне из-за него?
Глава 6
Как он мог встретить Чу Вэньхэ именно здесь…
Юань Су мысленно проклял свою удачу. Заметив взгляд собеседника, он невольно напрягся, его шея одеревенела, и он с трудом проглотил кусок еды.
Он выдавил из себя фальшивую улыбку:
— Полковник Чу, вы шутите.
Чу Вэньхэ наверняка еще не успел проверить оружейный склад, о котором говорил оригинал, поэтому Юань Су не удержался и спросил систему:
— Я дал ему правильный адрес?
341: [Конечно, ты же сам пытался его охмурить.]
Юань Су: «…»
У него по коже бегали мурашки, особенно учитывая, что напротив сидел Цюй Чжилань, который подозревал его в предательстве Гильдии Дикой Охоты. Его узкие, острые глаза холодно впились в Юань Су, не скрывая подозрительности.
Если Юань Су хоть немного оступится, их отношения, которые только начали налаживаться, скорее всего, снова сойдут на нет.
Юноша закусил губу, его мозг лихорадочно заработал.
В любом случае, Цюй Чжилань не должен узнать, что на самом деле они с Чу Вэньхэ в хороших отношениях.
Он хотел поскорее выпроводить Чу Вэньхэ, ведь чем больше говоришь, тем больше совершаешь ошибок.
Да почему этот человек появляется из ниоткуда, как призрак?!
Юань Су почувствовал раздражение, и в его голосе проскользнули сердитые нотки:
— Полковник, не стоит говорить такие вещи, которые могут привести к недопониманию.
Юноша крепче сжал столовые приборы, у него не было никакого желания проявлять светскую вежливость и приглашать того присоединиться к трапезе. Он просто смотрел на него своими влажными глазами, надеясь, что Чу Вэньхэ сам догадается попрощаться и уйти.
Юань Су всё еще помнил, что этот тип хотел сделать его своим любовником. Он терпеть не мог людей, которые заглядываются на его задницу!
Хотя Юань Су не выразил свои чувства на лице, Чу Вэньхэ всё же уловил его замешательство и неловкость.
Напряженные, сжатые в кулаки тонкие белые пальцы, слегка опущенные хрупкие плечи… Внешне он казался спокойным и естественным, но его глаза, прозрачные, словно чай, подрагивали, напоминая поверхность чашки, по которой от серебряной ложечки пошли круги ряби.
В глубине его взгляда, словно в туманной дымке, читалась просьба. Он как будто просил о чем-то…
— О чем же он просит?
Чу Вэньхэ не считал это игрой воображения. Почему он никогда не видел, чтобы Юань Су смотрел так на Цюй Чжиланя?
Мужчина внешне оставался невозмутимым, но в душе смаковал этот взгляд снова и снова, и на языке даже возникло странное сладковатое послевкусие.
Отношения между военными и Гильдией Дикой Охоты были довольно тонкими. На этой базе выжившие больше доверяли Гильдии Дикой Охоты, созданной Цинь Чжао, чем правительственным военным.
Цинь Чжао погиб совсем недавно. Если Юань Су будет слишком близок с ним, в гильдии к нему могут начать относиться с неприязнью.
Когда Чу Вэньхэ осознал это, первой мыслью была вовсе не забота и не сочувствие.
Это было… своего рода злое желание увидеть, как Юань Су попадет в беду.
Было бы неплохо, если бы этот парень, пытающийся отгородиться от него, оказался в настолько плачевном положении, что ему пришлось бы самому прийти и молить о защите.
— Разоблачить его прямо сейчас?
Юань Су чувствовал себя как на иголках под обжигающим, почти осязаемым взглядом мужчины и невольно закусил губу.
— Он не собирается специально подстроить мне какую-нибудь гадость? — Юань Су предчувствовал неладное и спросил систему.
341: [Такая вероятность есть.]
Юань Су: «…»
Чу Вэньхэ уже собирался что-то сказать, как вдруг почувствовал, что его край одежды дважды несильно дернули. Он едва заметно помедлил и, опустив взгляд, увидел ту самую белую руку, чьи пальцы всё еще мелко дрожали.
Это проявление покорности, граничащее с попыткой выслужиться, задело скрытые в самой глубине души мужчины порочные желания. В горле у него родился низкий, тихий смешок.
Чу Вэньхэ поднял руку, и его широкая ладонь легла на плечо юноши. Он почувствовал, как человек под его рукой заметно вздрогнул.
Эта чувствительная реакция доставила мужчине огромное удовольствие.
Рука, словно помимо его воли, слегка сжала плечо, и в голове осталась лишь одна мысль: какая хрупкая кость.
Юань Су почувствовал щекотку, да и не нравилось ему, что у него за спиной навис высокий мужской силуэт, почти заключая его в объятия.
Он слегка дернулся, пытаясь отстраниться, в его глазах вспыхнул гнев.
Чу Вэньхэ заметил это, но подумал, что эти похожие на стекло глаза выглядят в гневе совсем как у котенка.
Это удовольствие длилось недолго: холодный, колючий взгляд впился в него, словно острие копья. Чу Вэньхэ естественным образом убрал руку.
— Шучу, не принимай близко к сердцу.
— Всякий раз, когда я вижу тебя, я вспоминаю Цинь Чжао и мне становится жаль. Он всегда отвечал за транспортировку и сбор ресурсов, он был героем в глазах всей базы.
— Он пожертвовал собой ради базы, а ты — его спутник, поэтому база обязана обеспечить твою безопасность.
Чу Вэньхэ снял фуражку, уголки его губ сохраняли изящный изгиб. Его агрессивные черты лица смягчились из-за улыбки, а голос стал мягким:
— Я просто беспокоюсь, что тебя здесь обидят.
На слове «обидят» он сделал особый акцент.
Закончив, он перевел взгляд на Цюй Чжиланя и, увидев его ледяное выражение лица и пугающий взгляд, улыбнулся еще шире.
Чу Вэньхэ не рассердился, а лишь насмешливо хмыкнул, намекая на нечто большее:
— Но, кажется, вы неплохо ладите. Должно быть, это я лезу не в свое дело.
— Если возникнут трудности — обращайся, я приложу все усилия, чтобы помочь. — Сказав это, Чу Вэньхэ широким шагом направился к лестнице, а затем обернулся и бросил на них многозначительный взгляд.
Юань Су проводил его спину взглядом и недовольно пробормотал:
— Чего он на меня пялится?
341: […Метать бисер перед свиньями.]
Увидев, что человек наконец ушел, Юань Су с облегчением опустил плечи. Ему было глубоко плевать, стрелял ли Чу Вэньхэ глазками или у того просто глаз дергался.
— Жаль, что он ушел?
Холодный, как ледяная река, голос заставил Юань Су вздрогнуть. Юноша опомнился и поднял глаза на пару черных, слегка раскосых глаз.
Цюй Чжилань без тени эмоций произнес:
— Ты готов был глазами его раздеть.
Юань Су остолбенел. Он изо всех сил затряс головой, мысленно крича, что это несправедливо!
Но в глазах Цюй Чжиланя читалось неприкрытое подозрение и какая-то скрытая, мрачная эмоция, которую Юань Су не мог расшифровать.
— Ты не так понял, — юноша потыкал палочками рис, перемешанный с соусом, и обиженно пробормотал: — Я просто испугался…
Он опустил голову, его красивое, бледное лицо выглядело таким подавленным, что он казался жалким созданием, готовым спрятаться в чьих-то объятиях в поисках утешения.
Агрессивные слова, вертевшиеся на языке, невольно застряли в горле у Цюй Чжиланя. Когда он снова заговорил, голос его стал хриплым, а выражение лица — недовольным:
— Он что, приставал к тебе?
— А? — Юань Су не сразу понял, о чем речь.
Цюй Чжилань, который видел сопротивление, страх и робость юноши, насмешливо бросил:
— Бесстыжий старик.
Старик? Старик?
Чу Вэньхэ вроде бы всего двадцать восемь лет? По сравнению с Цюй Чжиланем он, конечно, постарше, но если бы не конец света, Цюй Чжилань в это время должен был бы учиться в университете.
341 вставило свои пять копеек: [Молодой парень, можно сказать.]
Юань Су: «…Я вообще-то тоже.»
Цюй Чжилань заметил, что Юань Су снова о чем-то задумался. Он выглядел отстраненным, его взгляд постоянно блуждал по углам, а цепочка, которую так часто носил Цинь Чжао, выбилась из-под воротника и постоянно напоминала всем о статусе Юань Су.
http://bllate.org/book/37218/4636015
Готово:
