Линь Чжиюй сказала: — Ну ладно, новый модель сможет подстегнуть вдохновение, хочешь, я поищу кого-нибудь для тебя?
— Хорошо, — согласился Лу Сюэмин. Поболтав с Линь Чжиюй еще пару минут, он повесил трубку. Когда он опустил телефон, настроение, которое с таким трудом удалось выровнять, снова вылезло наружу и принялось портить ему нервы. Он бросил взгляд на гидромассажную ванну, где вода все еще слегка колебалась, но желания продолжать процедуру уже не осталось. Поэтому он просто постоял под душем и вышел.
Прошлой ночью он перепил, да к тому же увидел в незнакомце лицо Линь Сяо, из-за чего его настроение упало ниже некуда. К счастью, рядом была Лу Юньни, и даже когда он напился до беспамятства, никаких эксцессов не произошло, вот только он не был уверен, не наговорил ли чего лишнего.
Впрочем, зная характер Лу Юньни, если бы она действительно узнала, что он предпочитает мужчин, вряд ли позволила бы ему так спокойно спать до самого полудня.
Перебирая в голове весь этот бред, Лу Сюэмин переоделся, взял телефон и постучал в соседнюю дверь.
Лу Юньни отперла дверь и, увидев его полностью одетым, спросила: — Протрезвел? Голова не болит?
Лу Сюэмин покачал головой: — Пойдем поедим где-нибудь.
Лу Юньни чуть отступила в сторону, давая ему заметить стопку документов и ноутбук на журнальном столике: — У меня сегодня вечером нет времени, возникли проблемы с площадкой для следующей выставки, поешь сам.
Её работа вообще не предполагала нормальных выходных, поэтому Лу Сюэмин предложил: — Принести тебе что-нибудь на вынос?
Лу Юньни не успела ответить — зазвонил лежавший на столике телефон. Бросив на ходу пару фраз, она захлопнула дверь, и Лу Сюэмину пришлось в одиночестве вызывать лифт.
Ожидая, пока кабина поднимется, он достал телефон, чтобы проверить расписание. В этот раз он приехал в Биньло всего на шесть дней: завтра и послезавтра — участие в академическом симпозиуме в Биньлоском художественном университете, потом еще две пары, в последний день — поход на выставку в городской музей искусств, и можно возвращаться в Фанчжоу.
При мысли о том, что по возвращении, помимо учебы и работы в студии, придется заново готовиться к сдаче экзамена на квалификацию скульптора, у него снова заболела голова. Желание идти куда-то пропало, и он решил поужинать в западном ресторане на сорок шестом этаже отеля.
Официант проводил его за столик у окна. Время было как раз половина восьмого вечера, посетителей набралось немало, поэтому он не заметил сидевшего на два ряда позади Линь Сяо, а Линь Сяо был занят ответами на электронные письма и тоже не сразу обратил на него внимание.
Лу Сюэмин заказал каре ягненка и бутылку крепкого алкоголя, а когда официант удалился, принялся смотреть в окно.
Биньло был приморским городом, протянувшимся вдоль побережья, и море виднелось практически из любого здания повыше. Отель Бернард Тайм, в котором он остановился, располагался на верхнем этаже башни А из знаменитых башен-близнецов, служивших визитной карточкой города. Оттуда открывался не только превосходный обзор, но и вид на весь остров Шулань, лежавший напротив.
Кампус Биньлоского художественного университета находился как раз на острове Шулань.
Это был очень атмосферный, полный художественного духа остров. Весной там повсюду цвели фиолетовые ирисы, летом распускались золотистые подсолнухи, а осенние багряные клены создавали прекрасный пейзаж сменяющих друг друга времен года. Хотя на острове жили и коренные жители, из-за двух учебных заведений — художественного университета и консерватории — там на каждом шагу встречались студенты и множество привлеченных славой туристов из других мест.
Взгляд Лу Сюэмина унесся вдаль, к острову Шулань. Окутанный ночным полумраком Шулань сиял мягкими огнями — некогда этот пейзаж был ему ближе всего, вызывал трепет и казался местом, где он хотел бы прожить всю жизнь.
Вспомнив себя в те годы, когда он, притащив того человека на морской берег, зажигал керосиновую керосинку и загадывал звездам желание быть вместе вечно, он невольно захотел горько усмехнуться. Как он мог быть настолько наивным? Как он не разглядел, что тот человек просто подыгрывал ему?
Голос официанта вернул блуждающие мысли в реальность, и Лу Сюэмин перевел взгляд на стол: принесенные импортный алкоголь и закуски уже стояли перед ним.
Он налил себе бокал и, хоть аппетита не было, принялся потихоньку есть. Когда официант подал баранину, сидевшие за соседним столиком за его спиной гости расплатились и ушли, а Линь Сяо в этот момент как раз размял затекшую шею и увидел перед собой знакомую спину.
Хотя вчерашней кепки на парне не было, они прожили вместе больше года, и Линь Сяо сразу узнал Лу Сюэмина.
Вспомнив вчерашние две случайные встречи, Линь Сяо снова нахмурился.
За те два дня, что он провел в Биньло, он столкнулся с Лу Сюэмином уже трижды. Если бы не тот факт, что во всех трех случаях он приходился на место первым, он бы всерьез заподозрил, что Лу Сюэмин узнал о его возвращении и специально подстраивает эти случайные встречи.
В конце концов, когда Лу Сюэмин добивался его в прошлом, он постоянно использовал именно этот трюк.
Однако, вспомнив поведение Лу Сюэмина при расставании и то, что после этого они больше не поддерживали связь, он понимал: Лу Сюэмин вряд ли стал бы заниматься подобным вновь.
Выходит, и впрямь просто совпадение.
Линь Сяо сделал глоток стоявшей рядом содовой, но взгляд его замер на Лу Сюэмине. В отличие от вчерашнего дня, когда тот лишь пил и копался в телефоне, сегодня Лу Сюэмин неотрывно смотрел в окно. Проследив за направлением его взгляда, Линь Сяо понял, что тот смотрит в сторону острова Шулань.
В студенческие годы они оба жили на острове Шулань, и он прекрасно знал те места. Вспомнив слова Чэнь Сяхе о том, что после выпуска Лу Сюэмин уехал из Биньло, он снова задумался о причине появления здесь Лу Сюэмина — неужели тот вернулся по работе?
Он продолжал неотрывно смотреть на человека впереди и забросил разбор почты. Лишь когда Лу Сюэмин отлучился в туалет, а вернувшись, расплатился и ушел, Линь Сяо, помассировав виски, тоже поднялся и направился в уборную. Ей стоило только толкнуть дверь, как на краю раковины он заметил кольцо.
Это было чисто серебряное колечко, похожее на изделие ручной работы, в виде самого обычного ободка. Подумав, что кто-то из посетителей забыл его здесь, Линь Сяо уже собирался вынести его официанту, как вдруг заметил, что на внутренней стороне кольца выгравировано английское слово snow.
Это знакомое слово заставило его мгновенно сообразить, что кольцо принадлежит Лу Сюэмину.
Прикинув размер украшения, он решил, что оно предназначено для мизинца. Подумав, не вернется ли Лу Сюэмин, обнаружив пропажу, он передал кольцо официанту, а сам вернулся за свой столик продолжать работу с почтой.
Однако на этот раз он просидел до десяти часов, и хотя ресторан уже собирался закрываться, Лу Сюэмин так и не появился.
Рассчитавшись и рассудив, что если Лу Сюэмин не вспомнит, где оставил кольцо, то уже не сможет его найти, он объяснил всё официанту и забрал украшение себе.
http://bllate.org/book/37165/4628727
Готово:
