Цю Мин издалека наблюдал за фигурой человека.
Неужели это Шестая принцесса?
В глубине души всколыхнулась жаркая волна — то ли тоска из прошлой жизни, то ли страх из нынешней. И размытый силуэт под дождём в Храме Линьюань, и изящная фигура в снегах дворца Юннин — она была до боли похожа на его собственную сестру…
Двенадцатый лунный месяц на Северных Границах был гораздо суровее, чем в Шанцзине. В пределах Яньчжоу на тысячи ли тянулись пески, а вокруг, словно надгробья, высились безлюдные, промерзшие скалы. По длинной узкой дороге, под звуки торжественной музыки и стройный ритм церемониального эскорта, медленно двигался кортеж Шестой принцессы.
Цю Мин приподнял занавеску кареты. Пустыни Северных Границ были пейзажем, которого он прежде никогда не видел.
— Надо же было забраться в такую глушь, где даже птицы не садятся, — ворчал Сун Цзыци. — Если бы не толки о том, что на Северных Границах полно редких лекарств, я бы ни за что сюда не поехал.
Лекарь Сун не питал тёплых чувств к Яньчжоу. Его отец-предатель провёл здесь немало времени, да и сам Сун Цзыци родился в этих краях. Назвать это место родиной было можно, но любви к ней он не испытывал — скорее, отвращение.
— Мы здесь только ради поисков, надолго не задержимся, — Цю Мин не смотрел вглубь кареты, его взгляд был прикован к воинам Императорской гвардии Юйлинь, сопровождавшим кортеж. С самого выезда из столицы он не видел Ся Яня.
Он обернулся к Сун Цзыци:
— Разве ты не боишься сплетен из-за того, что лекарь из Императорской медицинской палаты так сблизился с Внутренней стражей?
— Заместителю главы ведомства не о чем беспокоиться, — Сун Цзыци хлопнул себя в грудь. — Я всем сказал, что ты служишь при дворе день и ночь, истощил жизненные силы и нуждаешься в присмотре, иначе Его Величество будет недоволен.
Какая жалкая и нелепая отговорка…
— Ах да, я навёл справки о Дуань Шоуе, которого ты упоминал, — Сун Цзыци развёл руками. — Он позволил себе лишнее при обсуждении государственных дел, прогневал Императора, в девятый год правления Цзинъань был лишён должности и сослан в Цзяочжи, а пару лет назад скончался от малярии.
— Умер, значит… — Цю Мин сжал рукава. Эта ниточка оборвалась.
Десять лет — слишком долгий срок. Время пролетело незаметно, и всё, что было связано с делом о Цзыцзинь, кануло в Лету.
Сун Цзыци хлопнул его по плечу, пытаясь утешить:
— Эх, не падай духом. Вернёмся — я ещё поспрашиваю. Не могли же исчезнуть абсолютно все люди из прежнего окружения.
Цю Мин промолчал. Он поднял глаза: небо темнело, закатное зарево окрашивало горизонт. Никаких преград для взгляда — лишь бескрайние пески, погружающиеся в сумерки, печальные и одинокие.
Кортеж Шестой принцессы прибыл к месту ночлега, и все принялись обустраиваться. У Цю Мина было немного вещей, он надеялся лечь спать пораньше. Но внезапно во дворе за соседней стеной вспыхнуло пламя, а следом за ним посыпались горящие стрелы, осветив небо ярче полудня.
— Убийцы! Защищайте особу императорской крови!
Глава 13
Звон мечей слился в хаотичный гул, крики дворцовых служанок и приказы гвардейцев Юйлинь раздавались отовсюду.
Сун Цзыци, в доме, растрёпанный и без головного убора, высунул голову наружу:
— Что происходит?!
— Лянь Чэнь, в дом! — голос Цю Мина оставался спокойным, хотя он пристально следил за огнём вдалеке.
— А? — Сун Цзыци не владел боевыми искусствами, но трусом не был. — Кто-то покушается на принцессу!
Со свистом пролетела зажигательная стрела. Цю Мин среагировал молниеносно, сбив её Клинком, Раскалывающим Кровь. Сун Цзыци от испуга плюхнулся на пол, стрела же вонзилась прямо между его ног, полыхая ярким пламенем.
— Ты чуть не лишил меня мужского достоинства!
— В дом! — Цю Мин, не слушая возражений, втолкнул его внутрь.
Он сделал глубокий вдох, резко поднял глаза, в три прыжка взлетел на стену и перемахнул через неё, совершив всё одним плавным движением.
Едва приземлившись, он увидел, что двор объят пламенем, а в воздухе стоит оглушительный вой.
Воины Жунди, облачённые в меха соболя, носились на своих огромных конях, с кривых клинков которых струилась кровь. Копья гвардейцев Юйлинь не могли сдержать яростный натиск. Один из воинов Жунди, выкрикивая что-то на своём совершенно непонятном языке, занёс клинок над головой юного солдата, готовясь снести ему голову.
Зажигательная стрела опалила волосы Цю Мина. Укрывшись в тени, он выждал момент: как только клинок опустился, он метнул свой артефакт. Лошадь взвилась на дыбы, заржав от боли, а воин Жунди рухнул на землю, тяжело ударившись. В ту же секунду Цю Мин подскочил и нанёс удар прямо в горло — смертельный, без шансов на спасение.
Он подбежал к упавшему солдату, чтобы помочь ему подняться, и заметил, что руки у того подозрительно тонкие.
— Ты в порядке?.. — последнее слово застряло в горле.
Юный солдат, которого он поднял, обладал изящными чертами лица, а испачканные сажей щёки выглядели по-детски мило. Взглянув чуть ниже, под неуклюжим, слишком широким доспехом он увидел дворцовый колокольчик на запястье.
Какой же это солдат?
Это была Шестая принцесса!
— Шестая принцесса? — Цю Мин застыл в оцепенении. Как она здесь оказалась?!
Шестая принцесса тоже замерла, вгляделась в лицо Цю Мина и широко раскрыла глаза, словно всё поняв.
— О-о, так это ты…
— Осторожно!
Не успела она закончить, как поверженный воин Жунди снова встал. Его могучая фигура, похожая на горную заставу, загородила свет. С оскаленными клыками и свирепым блеском в глазах, он вытер кровь с шеи, не обращая на неё ни малейшего внимания.
Цю Мин, не раздумывая, оттолкнул принцессу, но не успел заблокировать удар — враг пинком отшвырнул его на несколько метров.
— Кхе! Кхе! — грудь пронзила острая боль. Цю Мин с трудом поднялся, сплёвывая кровь.
Он забыл: Клинок, Раскалывающий Кровь мог мгновенно оборвать жизнь, но телосложение обитателей Центральных Равнин сильно уступало варварам. Как бы ни был быстр его клинок, силы удара не хватало, чтобы нанести им смертельную рану.
— Эй! Ты жив? — закричала Шестая принцесса, ползком пробираясь к нему.
— Не подходи!
Цю Мин не хотел, чтобы она пострадала. Было ли это чувство долга за спасение жизни или зов прошлого — он не знал, да и времени думать не было.
Воин Жунди наступал, поигрывая клинком и насмешливо глядя на Цю Мина, выкрикивая грубые ругательства. Цю Мин, сжимая воротник, сцепил зубы и выпрямился. Его тело слегка дрожало. Взвесив всё, он обнажил длинный меч.
Он не был мастером фехтования, да и в силе уступал врагу. Но времени на раздумья не оставалось — против этого гиганта он выдержит от силы три удара. Но за эти три удара он должен дать принцессе возможность уйти.
— Уходи… — выдохнул Цю Мин.
Шестая принцесса с изумлением смотрела на него, но не двигалась с места.
— Уходи!
Собрав последние силы, Цю Мин выпаднул мечом. Варвар попытался перехватить его ладонью, но Цю Мин резко уклонился и полоснул его по колену. Брызнула кровь, враг отшатнулся, с удивлением и интересом глядя на него.
Верно, он был прав: варвары не отличаются скоростью.
Ещё один выпад — теперь в верхний уровень. Враг среагировал мгновенно, сжал лезвие меча огромной пятернёй и усмехнулся. Цю Мин, используя этот захват как опору, подпрыгнул, перевернулся в воздухе и метнул Клинок, Раскалывающий Кровь, чтобы ослепить противника.
Но варвар обладал чудовищной силой: он протянул руку и намертво вцепился Цю Мину в горло.
Меч со звоном упал на землю. Цю Мин задыхался, слыша хруст собственных позвонков. Ещё немного — и враг легко свернёт ему шею. Кровь заполнила рот, бесконтрольно вытекая наружу.
В этот миг, сквозь шум битвы, ему почудился крик ворона.
Цю Мин, борясь с тьмой, поднял глаза и увидел, как чёрная тень, словно видение, ворвалась в бой. Человек запрыгнул на плечи варвару, и в воздухе повеяло холодом. Один взмах клинка — и кровь ударила фонтаном. Другая тень стремительно скользнула по земле, перерезая варвару сухожилия.
Хватка на горле ослабла, и Цю Мин рухнул на землю, захлёбываясь кашлем.
Он вытер рот и поднялся на ноги. Человек перед ним был до боли знаком.
Спустя долгое время он, с оттенком досады и беспомощности, выдохнул имя:
— Ся Янь…
Человек перед ним был облачён в золочёный сизо-серый доспех, на лице брызги крови, длинные волосы развевались в отсветах пожара. А тот, кто только что скользил по земле, был его верным слугой, Жун Фэн.
Ся Янь стоял, сжимая в руке меч Лянь Чэнь, покрытый инеем и кровью. Он даже не взглянул на Цю Мина, лишь кивнул в сторону:
— Жун Фэн, присмотри за ними.
Ся Янь в один прыжок взлетел на крышу горящей кареты и, взмахнув мечом, прокричал на всё поле боя:
— Всем отрядам Юйлинь — слушать приказ!
Воины, теснимые конницей Жунди, обернулись.
— Двое в паре — бейте в уязвимые точки! Кто бросит доспехи и встанет на колени — казнить на месте! Шестнадцатый левый отряд — за мной! Мы ударим в тыл и сожжём их логово!
Битва разгорелась с новой силой. Цю Мин, прижимая руку к груди, при поддержке Шестой принцессы и Жун Фэна вернулся в дом. Как только они вошли, Сун Цзыци, решив, что это прорвались враги, с диким воплем начал размахивать кухонным ножом, но Жун Фэн одним движением пригвоздил его нож к полу, пробив плитку.
Сун Цзыци только собрался начать скандал, как увидел, что Цю Мин снова сплёвывает кровь, и пришёл в ярость:
— Ты опять лезешь на рожон?! — он тут же схватился за пульс друга.
— Это ты ещё его ругаешь! — Шестая принцесса была в ярости даже больше лекаря. — Ты же лекарь! Живо неси кровоостанавливающее!
— Шестая принцесса?.. — глаза Сун Цзыци стали размером с блюдца. Он ничего необычного в пульсе не почувствовал, но, пробормотав что-то невнятное, поспешил в соседнюю комнату.
Цю Мин действительно был в порядке — никакой старой болезни, лишь последствия того самого пинка. Он подвигался: серьёзных травм не было, только пара царапин на руках.
Когда Сун Цзыци примчался с порошком, чтобы перевязать раны, Шестая принцесса выхватила лекарство у него из рук.
— Эй, девушка, я вообще-то лекарь, — Сун Цзыци, чьё самолюбие было уязвлено, стукнул по своей бирке.
— И что с того? Техниками Императорской медицинской палаты я тоже владею.
Сун Цзыци покраснел от негодования, но, заметив, как Цю Мин подмигивает ему, закатил глаза и с трудом выдавил:
— Хорошо, Ваше Высочество, прошу вас. Только перевязывай аккуратнее, чтобы он не умер, а то мне возиться с трупом не хочется.
Он перевёл взгляд на Жун Фэна и, приобняв его за плечи, потянул к выходу:
— Эй, господин, у тебя лицо красное, глаза горят, жар внутри — явный застой энергии. Пойдём, я тебя осмотрю.
Жун Фэн холодно отстранился, его голос был столь же безэмоционален, как и лицо:
— Приказ молодого господина — присматривать за вами.
— Так присматривай снаружи, какая разница? Не переживай, я тебя не залечу до смерти, — и он вытащил его за дверь.
http://bllate.org/book/37094/4618639
Готово:
