Например, этот остывший сэндвич с хлебом из муки и риса: он целиком засунул оставшуюся маленькую половинку в рот, и по текстуре при жевании это напомнило кожу старухи.
Он подозревал, что хозяйка этого заведения находится в каких-то личных счетах с Цзян Му. Контроль качества в её лавке всегда был на высоте, и лишь в те два раза, когда Цзи Буцзи сталкивался с Цзян Му, ему становилось от еды откровенно тошно.
Цзи Буцзи доел хлеб, в уголке рта у него всё ещё оставались крошки, и он поднялся, собираясь уходить. Цзян Му указала на его губы, он с безразличием смахнул крошки и зашагал прочь, а полы его одежды вычеркнули в воздухе плавную дугу.
Цзян Му пробормотала себе под нос: Да они же оба еще дети...
Вернувшись в общежитие, Цзи Буцзи вскоре получил сообщение от Цзян Му.
Похороны Ши Эньцы решили провести в парке. Цзян Му заранее связалась с администрацией этого парка и зарезервировала там участок.
Цзи Буцзи не стал отвечать на присланные ею координаты: он всё равно не собирался туда идти, к тому же на этот день была запланирована благотворительная ярмарка от детского дома.
Двое его соседей по комнате уже уехали, а последний как раз собирался с вещами. Судя по его вчерашнему телефонному разговору с домашними, он собирался отправиться с девушкой в спонтанное выпускное путешествие.
Цзи Буцзи «счастливилось» уйти на второй год из-за несданных зачетов, и ему предстояло отучиться еще один семестр, чтобы пересдать долги, поэтому он покидал стены университета на несколько месяцев позже остальных. Приближались летние каникулы, но, хотя его дом находился в том же городе, возвращаться он не планировал — рассчитывал найти подработку неподалеку от кампуса, чтобы хоть как-то покрывать расходы на жизнь.
Побродив от нечего делать по сайтам с вакансиями пару дней и то и дело заходя в сеть, чтобы пообщаться со своей подопечной Небесной Принцессой, он и не заметил, как настали выходные.
В этот раз они собирались душным, полным зноя днем. Дети уже пообедали, и, завидев их прибытие, заметно освоились и перестали так сильно дичиться. Несколько ребятишек с жизнерадостными и восторженными улыбками бросились к двум девушкам.
— Кто из детей пойдет с нами на ярмарку сегодня после обеда? — потрепав по головке какого-то малыша, девушка повернулась к воспитательнице.
Эта воспитательница одновременно преподавала в учебной группе. Под ожидающими взглядами детей она извлекла блокнот и, глядя на свои записи, произнесла:
— Те, кто в прошлый раз не сдал домашнее задание, не идут.
Несколько детей тут же разочарованно и недовольно поморщились, пытаясь выпросить еще один шанс, но, стоило учительнице бросить на них взгляд, тут же замолчали.
Тщательно взвесив положение каждого ребенка, воспитательница отобрала четверых. Среди них были мальчик с легкой формой ДЦП, слепой ребёнок, ребёнок с задержкой умственного развития, а также еще один с явными признаками синдрома Дауна. Самому младшему было лет шесть-семь, а старшему — чуть больше десяти.
Перед уходом воспитательница задержала студентов и тихо наказала:
— Хоть это и непросто, но постарайтесь относиться к ним как можно более равноправно, общайтесь с ними на равных, как с друзьями, и не испытывайте ни жалости, ни благотворительного высокомерия.
Девушка с общительным характером хлопнула себя по груди:
— Можете на нас положиться!
Местом для их благотворительной ярмарки выбрали участок улицы неподалеку от детского дома. Напротив находился крупный рынок, и местные жители отоваривались там повседневно — пожалуй, это было самое оживленное место в старом районе.
Из-за близкого расстояния воспитательница велела этим четырем студентам самим отвести детей, а сама осталась в приюте присматривать за остальными.
Все эти дети принадлежали к особой категории. У мальчика с легкой формой ДЦП были повреждены двигательные нервы, его конечности двигались раскоординировано, и он шел очень медленно. Воспитательница специально предупредила, чтобы они позволяли ему идти самостоятельно и ни в коем случае не брали на руки. Поэтому студенты подстроились под темп ребенка и со скоростью черепахи поплелись под палящим солнцем.
Один из детей, то и дело постукивавший белой тростью, без умысла задел его. Хотя мальчик испытывал трудности при передвижении, умственно он развивался нормально и тут же выпалил:
— Цюань Фэнфэн, ты меня задел, извиняйся!
Слепой мальчик Цюань Фэнфэн на мгновение замер:
— Извините.
— Ты что, считаешь, что я медленно хожу, и сделал это специально?
Тот отрезал:
— Я не специально.
— Тогда ты просто завидуешь, что тетя Ли выделяет меня, поэтому и вредничаешь!
Цюань Фэнфэн, видимо, оглохший от криков мальчика, покачал головой и снова запротестовал:
— Я не нарочно тебя задел, я же ничего не вижу.
— Разве слепота глухоту заменяет? — мальчик даже не думал менять свое отношение из-за чужих врожденных дефектов, ведь у него у самого были проблемы.
Испугавшись, что эта парочка сейчас сцепится, студенты принялись улаживать конфликт и угомонить мальчика. Тот поначалу ни в какую не хотел идти на уступки, но, услышав, как студентка пообещала угостить их арбузом, выдвинул новые требования и наотрез потребовал отвести его в гамбургчную.
Так или иначе, у этих студентов водились деньги, они сегодня здесь, завтра их след простынет, так что напоследок следовало выбить из них хоть какую-то выгоду.
В этот самый момент человек, сосредоточенно толкавший тележку, внезапно перевел на него взгляд. Сердце мальчика невольно ёкнуло. Этот человек был немногословен, а лицом вышел холодным — из всех взрослых этот тип пугал его больше всего.
Стоило тому приподнять веки и бросить в его сторону равнодушный взгляд, как мальчик тут же вспомнил ледяную воду из труб детдома холодной зимой.
Он торопливо отвел глаза и услышал голос этого человека:
— Разве учителя не объясняли вам, зачем на тротуаре желтой краской выкрашены дорожки для слепых?
Поддавшись на его намек, мальчик опустил голову и только теперь сообразил, что наступил на тактильную плитку. Заикаясь, он произнес:
— У-учили.
Он торопливо сошел с дорожки, но от спешки и без того не слушавшиеся ноги резко подкосились, и он мгновенно потерял равновесие. Уже готовясь рухнуть на землю, он почувствовал, как кто-то подхватил его на лету и вернул в вертикальное положение, придерживая в объятиях.
Эти объятия нельзя было назвать теплыми — в испепеляюще жаркое лето от них веяло разве что прохладой.
Да и мягкими их тоже не назовешь: помнится, воспитательница в детстве брала его на руки, и тогда казалось, будто погружаешься в пушистое облако, а не натыкаешься на жесткое препятствие, пусть даже мимолетное.
И тем не менее, несмотря на столь короткий физический контакт, в словах этого человека ему почему-то послышалась нотка нежности.
— Аккуратнее, — произнес парень в бейсболке.
Мальчик тихонько выдавил из себя «угу» и остаток пути вел себя на редкость тихо.
К сожалению, эта бесценная тишина продержалась лишь до тех пор, пока они не разложили товар.
Цзи Буцзи вместе с другим спутником обустроили место для торговли. Девушка достала из сумки вязаные изделия, а мальчик извлек свое грандиозное творение, созданное на этой неделе под руководством мудрого наставника.
А именно — тех самых несуществующих у него в реальности непутёвых родителей.
Финансовое положение жителей старого района оставляло желать лучшего, и многие, завидев четырех молодых людей с четырьмя детьми-инвалидами, предпочитали обходить их стороной. Простояв под палящим солнцем добрую половину дня, они сумели продать лишь одну-единственную картинку.
И то лишь благодаря тому, как мальчик приукрасил и расписал красками историю о своем предательстве родителями. Казалось, вместе с закрывающейся дверью бог распахивал для него окно: мальчик обладал поистине превосходным даром речи и живописующие трагедию рассказы помогли ему растопить сердце одного из прохожих.
Цюань Фэнфэн ничего не видел и потому поинтересовался:
— Что ты там нарисовал?
— Моих маму и папу, — гордо ответил мальчик.
— Разве тебя не привезли в приют на западе города сразу после рождения? — удивился Цюань Фэнфэн. — Ты же никогда в глаза не видел своих родителей.
— Да-да, конечно, видел только ты! Ну-ка расскажи, как они выглядели? — судя по всему, отношения в приюте у них и раньше были не ахти. Мальчик вновь рассвирепел, и его шея залилась густой краской.
Цюань Фэнфэн был брошенным ребенком, в памяти которого смутно сохранились детские впечатления о жизни с родными мамой и папой до шестилетнего возраста. Он порой заводил в приюте разговоры о родителях, совершенно не подозревая, что это может вызывать у кого-то зависть и черную зависть.
— У тебя что, тоже с головой не в порядке? Я же слепой, как я могу знать, как выглядят родители?
И тут они сцепились. Точнее, это было одностороннее избиение со стороны мальчика. Едва его кулак взметнулся в сторону Цюань Фэнфэна, как Цзи Буцзи перехватил движение и на лету поймал худенькую руку задиры.
— Зачем ты бьешь своего друга? — спокойно спросил Цзи Буцзи.
Мальчик повысил голос:
— Он мне вовсе не друг!
— А я-то думал, мы хорошие друзья, — тихо пробормотал Цюань Фэнфэн. — Зря я только согласился звать тебя братцем Луном.
Совершенно не ожидав от него таких слов, мальчик остолбенел.
Цзи Буцзи отпустил его руку, присел на корточки и мягко произнес:
— Лун Вэньцзэ, а ты знаешь, что означает твое имя?
— С чего это ты помнишь мое имя? — ошеломленно выдохнул мальчик.
— Разве оно не написано на обратной стороне твоего рисунка? — отозвался Цзи Буцзи. — Полагаю, тот, кто давал тебе это имя, искренне надеялся, что ты будешь относиться к людям мягко и нести благо всему миру.
Лун Вэньцзэ замер на месте:
— Тетя Лю думала именно так?
Цзи Буцзи понятия не имел, кто такая тетя Лю, о которой он говорил, но всё же кивнул:
— Я думаю именно так.
Точно так же он бесчисленное количество раз размышлял над смыслом имени Ши Эньцы.
Девушка сбегала за большим пакетом с напитками. Простояв на жаре несколько часов, все порядком изголодались по влаге и тут же обступили её.
— Сегодня такой духотище, точно дождь собирается... А ты чего не берешь? — девушка раскрыла пакет перед Цзи Буцзи. Тот выбрал бутылку минеральной воды, свернул крышку и только поднес ко рту, как краем глаза заметил идущую к ним по другую сторону дороги женщину.
Она была в строгом темном костюме, шла твердой поступью. Как раз когда Цзи Буцзи отставил бутылку, женщина подошла к прилавку, окинула взглядом разложенные вязаные поделки и внезапно произнесла:
— Всё это сделали дети из детского дома?
Наконец-то объявился хоть какой-то клиент, и девушка поспешила ответить:
— В основном дети, но кое-что сделали и мы, студенты.
Женщина поинтересовалась:
— Сколько с меня за всё? Я беру всё.
— Всё? — девушка от удивления лишилась дара речи, никак не ожидав, что эта дамочка окажется столь щедрым покупателем.
— Моей младшей сестренке это нравится, — она мягко улыбнулась, и при упоминании сестры её лицо смягчилось. — Она ничего не видит, но очень любит трогать такие вот мелкие вещицы.
Ребята собрали все ручные поделки и упаковали для неё. Цюань Фэнфэн, не имея возможности помочь, сидел на маленьком табурете и спросил:
— Ваша сестренка тоже слепая?
Женщина повернулась к нему и мягко ответила:
— Да, она слепая, совсем как ты. Но несколько дней назад ей сделали операцию по пересадке сетчатки, и сейчас она восстанавливается в больнице. Надеюсь, тебе улыбнется такая же удача и ты дождешься помощи от донора.
Цюань Фэнфэн вежливо поблагодарил её.
Цзи Буцзи повернул к ней экран с QR-кодом для оплаты, а когда она, подхватив пакеты, уже собралась уходить, спросил:
— Могу я узнать имя донора?
Глава 9
Женщина покачала головой:
— Простите, это касается частной жизни донора, я тоже...
http://bllate.org/book/37051/4610687
Готово:
