Во время смены караула Шэнь Цзи заметил, как полицейские докладывают вышестоящему начальству. Тот офицер был точь-в-точь как он сам: с черными волосами и черными глазами.
Подкараулив его за углом, Шэнь Цзи вырубил старшего офицера ударом, переоделся в его форму и надвинул фуражку на лоб, чтобы скрыть короткую стрижку.
Нагрудный бейдж гласил на языке гоянцев: Кэдиан.
Шэнь Цзи попытался прикрепить бейдж к форме, но тот распознал ошибку владельца, оттолкнул его и издал сигнал тревоги.
Шэнь Цзи вовремя раздавил устройство силой своей духовной мысли.
— Господин Кэдиан, вы здесь! Гости почти прибыли, начальник просит вас ждать в переднем холле, — внезапно раздался позади чей-то голос.
Шэнь Цзи обернулся и посмотрел на говорившего. Полицейский напротив на мгновение растерялся:
— У вас есть какие-то указания, господин Кэдиан?
Большинство гоянцев страдают своего рода прозопагнозией: они слабо различают лица сородичей и узнают друг друга лишь по поверхностным признакам вроде цвета волос, глаз и одежды.
Тот командир по имени Кэдиан, как и он сам, обладал черными волосами и черными глазами, что среди гоянцев встречалось нечасто.
Из-за этого инцидент с бейджем остался незамеченным.
Шэнь Цзи сунул бейдж в карман:
— Сейчас подойду.
Отец с детства учил его гоянскому языку, так что с акцентом проблем не было.
Он вошел в приемную правительственного здания и увидел за длинным черным столом нескольких стариков в бело-золотых мантиях с величественными лицами.
Вероятно, это были верхи Культа Гигантского Божества.
Стоявший рядом начальник полиции в форме бросил острый взгляд на его грудь, и Шэнь Цзи достал из кармана бейдж, делая вид, будто собирается его приколоть.
Старик успокоился, кивнул и отвернулся.
Шэнь Цзи усмехнулся: гоянцы и впрямь до глупого наивны.
В этот момент в толпе послышался шум. Стоило этому случиться, как Шэнь Цзи понял: на сцену выходит Святой Путь.
Этот парень всегда появлялся в одном и том же стиле, словно его сопровождал какой-то загадочный и грандиозный саундтрек.
Стоя за начальником полиции, Шэнь Цзи увидел, как черные силуэты членов Организации Шасин шагают в холл. Затем они расступились, и все взгляды устремились к входу: белые волосы Святого Путя ярко выделялись на фоне черных одежд свиты.
По заведенному порядку полиция должна была повторно досмотреть процессию на предмет запрещенного оружия вроде пистолетов, действующих за счет духовной силы.
— Все участники обязаны носить контроллеры духовной силы. Прошу отнестись с пониманием.
Святой Путь поднял левую руку, позволяя полицейским закрепить на запястье браслет-контроллер, и перевел взгляд прямо на сидевших напротив стариков из Культа Гигантского Божества.
Лицо его было холодным и бесстрастным, а правильные черты казались зловещими из-за демонического взгляда. Эта пронзительность совершенно не вязалась с образом омеги.
Такая ледяная и запретная аура таинственности не встречалась даже среди энигм.
Пожалуй, именно поэтому его называли демоном.
Старики, измученные его взглядом, покрылись холодным потом и отвели глаза.
Когда всё было закончено, Святой Путь засунул руки в карманы костюма-пальто, обошел длинный стол и направился к своему месту.
Шэнь Цзи стоял за спиной начальника полиции, с предельным вниманием наблюдая за каждым углом и скоростью шага Святого Путя.
Когда Святой Путь поравнялся с начальником полиции, он безо всякого предупреждения остановился.
Шэнь Цзи оказался лицом к лицу с его профилем — практически через край фуражки начальника.
Дьорт, кажется, тот узнал его.
Святой Путь повернул свое холодное, мрачное лицо к Шэнь Цзи, загадочно улыбнулся и приоткрыл рот, высунув кончик языка.
Шэнь Цзи заметил, что на его языке лежит красная конфета в форме звездочки, окрасившая изначально розовый кончик языка в ярко-алый цвет.
Шэнь Цзи: «……»
Глава 5. До дрожи в коленках.
Хотя в зале было много народу, из-за удачного угла эту сцену увидели только Шэнь Цзи и сидевший впереди начальник.
Шэнь Цзи еще ничего не успел сообразить, как старик-начальник схватился за грудь, пошатнулся и чуть не упал.
Видимо, ударное воздействие оказалось слишком сильным: начальник растерянно смотрел в спину Святому Путю, а его лицо неловко залилось легким румянцем.
Шэнь Цзи толкнул его обратно на место: старик, а туда же, весна в голове.
Совещание официально началось.
Слушая их разговор, Шэнь Цзи постепенно понял суть происходящего.
Его родная страна Д была средним по величине государством среди гоянцев, и большая часть ее населения издавна верила в Культ Гигантского Божества.
Пока силы Организации Шасин во главе со Святым Путем не вышли из тени, а скандалы на церковных фресках не стали последней каплей.
Смерть Папы Римского доказала, что влияние Святого Путя уже превзошло Культ Гигантского Божества.
Теперь четверо самых авторитетных старейшин культа метались в панике, предлагая всевозможные условия и щедрые блага лишь бы Святой Путь ушел из страны Д.
Если говорить начистоту, это собрание затевалось ради борьбы за право на веру народа страны Д.
Святой Путь сидел на своем месте, раскинув руки на подлокотниках:
— Я никогда не основывал никаких сект, не говоря уже о каких-либо догмах, способных хоть в какой-то форме сковывать людей.
Шэнь Цзи взглянул на браслет-контроллер духовной силы у него на запястье: момент для идеального покушения, вот только после удара ему было бы трудно скрыться.
— Тогда тебе не следовало появляться в церкви, — гневно бросил старейшина.
Святой Путь оперся локтем на один из подлокотников, чуть подавшись влево, и спокойно посмотрел на него:
— Верно, демон не должен стоять в храме, точно так же как Папа Римский не должен лежать на детской кровати.
Кто-то в зале умолкнул.
— Отдельные подонки не представляют весь Культ Гигантского Божества.
— Бросьте. Люди верят не в сам культ, просто все презирают фальшь, — Святой Путь задрал голову и презрительно усмехнулся.
Он поднялся на ноги, и почти все присутствующие тут же вскочили вслед за ним.
Единственным сидящим оставался старейшина с самым высоким статусом в зале. Холодно глядя на него, он произнес:
— Раз ты не намерен уступать, зачем тогда вообще согласился прийти на встречу?
— Видите ли… — под всеобщими взглядами взор Святого Путя упал на полицейский отряд слева.
Его грудь мерно вздымалась от дыхания, а низкий, роскошный смех эхом ранетки прокатился по залу: — У меня есть маленькая игра: я жду, когда мой самый близкий друг поймает меня.
Все остолбенели.
Шэнь Цзи услышал учащенное дыхание и дрожь в теле стоявшего перед ним старого начальника.
— Я боялся, что он не станет меня искать, поэтому мне и пришлось показаться, чтобы соблазнить его поймать меня.
Проигнорировав изумленное лицо старого начальника, Святой Путь перевел взгляд на Шэнь Цзи, и в его глазах промелькнула редкая, властная нежность:
— Прости, дорогой, я никак не думал, что соберется столько народу, из-за чего тебе будет негде развернуться.
Шэнь Цзи смотрел на него с абсолютно пустым выражением лица.
Психическое состояние этого парня…
Только посмотрите: они просто встретились взглядами в толпе, а улыбка демона уже стала шире, черты лица расслабились, и в глазах зажглось живейшее любопытство.
Стоило ему хоть разок злобно зыркнуть на того, как парня точно затрясло бы от кайфа.
Вдруг грудь Шэнь Цзи тяжело отяжелела: опустив взгляд, он увидел, что старый начальник плашмя, без чувств завалился прямо на него.
Бедный старик попросту не вынес нежных шепотков демона и его хищного взгляда — его бешено колотящееся сердечко вырубило его самого.
Все перепугались, в зале поднялась суматоха: кто-то звал врача, кто-то спешил на помощь, а кто-то бросился охлаждать старого начальника.
Хотя погода стояла нежаркая, вид у старого начальника был такой, будто внутри него бушевало пламя. В его-то годы он умудрился неконтролируемо выбросить феромоны, так что теперь пришлось бы разгонять всех омег и альф.
Совещание пришлось прервать.
Среди суетящейся толпы Шэнь Цзи проводил взглядом удаляющуюся спину Святого Путя, окруженного членами Организации Шасин — виднелась лишь вспышка ослепительно белых волос.
Святой Путь оглянулся на него. Телохранители автоматически расступились, укрывшись в тени черных мантий и заключая его в кокон.
По движению губ Шэнь Цзи смог разобрать слова:
— Иди за мной.
В этом взгляде читался густой подтекст двусмысленности.
Помогнув погрузить старого начальника на медицинский челнок, Шэнь Цзи вернулся на посадочную площадку и швырнул фуражку рядом с настоящим Кэдианом.
Дико хотелось спать — он не смыкал глаз почти сутки напролет, дойдя до состояния, когда валишься с ног.
Шэнь Цзи вернулся в отдельную кабинку небольшой таверны. Стояла самая глухая ночь, в зале вовсю танцевали и пили, стоял невообразимый шум, а Рэй с товарищами сладко спали в кабинке.
Шэнь Цзи рухнул на диван со звуком упавшего трупа.
Во сне ему мерещились глаза Святого Путя.
Проспав так до полудня следующего дня (а ведь с момента переноса прошло уже двое суток и две ночи без крошки во рту, не говоря о чудовищном напряжении и эмоциональных американских горках), элитные ученики секты Байбао чуть не умерли с голоду в чужом мире.
В этот момент Ша Мо вновь вывел на экран свой путеводитель по еде.
В конце концов в таверне заказали лишь лапшу и сухой сыр.
Посетители таверны выглядели на редкость возбужденными, а новостные экраны крутили видео взрыва.
Все четверо старейшин Культа Гигантского Божества погибли вчера в результате взрыва.
Именно тогда, когда после ухода Шэнь Цзи четверо старейшин сели по разным челнокам и отправились в путь, на маршруте грянул взрыв.
Шэнь Цзи вспомнил вчерашний взгляд Святого Путя на старейшин — тот взгляд предрекал им смерть.
— Взорвалось прямо на борту летного челнока, от них даже кровавого тумана не осталось!
— Наверняка дело рук Организации Шасин.
— И говорить нечего, все и так знают.
— А те трупы у Восточных ворот в прошлый раз? Сто пудов тоже Шасин постаралась.
Группа Пайбурга жевала то, что лежало в тарелках, втянув головы в плечи — за исключением Шэнь Цзи.
В этот момент автоматическая дверь таверны отворилась.
Тень полностью закрыла свет перед их столом, и несколько парней, подняв головы, увидели официальные удостоверения.
— Здравствуйте, мы из полиции. Есть пара вопросов, проедьте с нами.
Рэй и остальные переглянулись. Пока они колебались между бегством и подчинением, Лауэсс принял решение первым.
— Хорошо, — он встал с абсолютно спокойным лицом. — Но можно узнать, в чем дело?
Среди четырех товарищей Лауэсс лучше всех владел гоянским языком после Шэнь Цзи.
— Речь идет об уголовном деле с летальным исходом, но не волнуйтесь, все подробности обсудим в участке, — мягко ответила женщина-офицер.
Ша Мо с видом смертника дожевал последний кусок сырной лепешки.
Забравшись в полицейский летательный аппарат, они полетели над красивейшими лесами, реками и городами Гои.
http://bllate.org/book/37016/4606056
Готово:
