Лу Юйчжоу замер на пару секунд, затем взял себя в руки, глухо буркнул что-то невнятное и, опустив голову, принялся разворачивать и складывать заново свои листы с речью.
Ся Ян, дождавшись, пока студсовет отойдет на безопасное расстояние, резко обернулся и заметил, что у обоих парней какой-то странный вид, да и обстановка вокруг накалилась. Поломав голову над этим, он решил представиться:
— Это Шэн Юй, новенький. Мы с ним как-то вместе играли в онлайн-карты. — Затем он повернулся к Шэн Юю и добавил: — А это недовольное лицо позади тебя — Лу Юйчжоу. Не смотри, что он сейчас такой хмурый, обычно он выглядит ещё хуже.
Ради приличия Шэн Юй обернулся, на мгновение встретился взглядом с Лу Юйчжоу и тут же отвернулся.
Ся Ян не понял, что происходит. «Вы что, расстались, что ли? Чего такие зажатые?»
Разбираться в этом он не стал. Перешагнув через Шэн Юя, он спросил у Лу Юйчжоу:
— Ты чего вернулся? Разве у тебя не выступление через пару минут?
— Те, кто был до меня, затянули, — Лу Юйчжоу кивнул на край трибуны, где стоял директор. — Нашу часть отменили.
Ся Ян хмыкнул, посмотрел на Шэн Юя и пояснил:
— Старина Лу взял первое место на олимпиаде. По плану сегодня должна была быть его речь, но начальство любит почесать языком, вот и вытеснили нас из расписания. Бывает.
— ... — Шэн Юй не знал, как на это реагировать.
— Ты теперь свободен? — снова спросил Ся Ян.
— А что? — отозвался Лу Юйчжоу.
— Я пойду учебники новенькому получать. Если будут перекличку делать, скажи, что я по приказу смылся.
Лу Юйчжоу, который как раз складывал бумагу в форме кораблика, вяло ответил:
— Не буду. Мое выступление всё равно отменили, чего мне тут торчать?
— Ври больше! Ты сейчас в режиме ожидания, вдруг директор еще вызовет? Свалил бы ты уже давно, если б мог!
— ... — Это задело Лу Юйчжоу за живое. Лицо его стало еще холоднее, и он бросил: — Проваливай.
Ся Ян расплылся в улыбке, поблагодарил его шутливым поклоном и, пригнувшись, нырнул в толпу других классов, через пару мгновений скрывшись из виду.
Шэн Юй проводил его взглядом, немного помялся, но всё же не сдержался:
— Зачем он к клумбам побежал?
Лу Юйчжоу поднял на него равнодушный взгляд:
— Если идти позади, студсовет поймает. Там вдоль клумб есть тропинка, по ней можно прямо к учебному корпусу выйти.
— Он же сказал, что по приказу уходит.
— В глазах студсовета всё, у чего нет пропуска, считается мятежом.
— ...Понятно, — ответил Шэн Юй.
Пока они говорили, Ся Ян уже добрался до края ограждения спортивной площадки. Там росла низкая живая изгородь. Ся Ян покрутил головой, убедился, что никто не смотрит, раздвинул ветки и юркнул внутрь.
Шэн Юй во все глаза смотрел, как этот силуэт, словно крыса, быстро перемещается внутри кустов. «Разве нормальный человек додумается до такого маршрута?»
Шэн Юй был в шоке. Его мысли унесло в сторону, и он не сдержался:
— Ты тоже иногда так ползаешь?
Лу Юйчжоу вскинул брови, будто его ни с того ни с сего укусила собака.
— Прости, не стоило спрашивать.
Красавцы всегда притягивают взгляды, а когда их двое — это настоящий пир для глаз. Привыкнув быть в центре внимания, они не особо реагировали на окружение и не замечали, как украдкой на них поглядывают окружающие.
В подростковом возрасте трудно скрывать эмоции: обычные взгляды, повороты голов, попытки заговорить и обернуться, украдкой брошенные или испуганно отведенные глаза — всё это было пропитано симпатией и восхищением. В толпе шептались, выясняя, кто такой этот новенький, и сравнивая, кого из двух красавцев в конце строя первого класса проще «захомутать».
Однако судьба переменчива. Через несколько минут обоих «центров внимания» выдернул из строя завуч по воспитательной работе, записывая их имена.
Один — за длинные волосы.
Другой — за отсутствие школьной формы.
Глава 9. Стоять в углу
Как уже говорила Линь Цзяцзя, к ним скоро приедет съемочная группа с телевидения.
Дело, затрагивающее имидж школы, всегда влечет за собой период строгих проверок. Качество обучения в Первой школе и так на высоте, поэтому руководство решило сфокусироваться на внешнем виде учеников.
Директор во время своей речи особо подчеркнул, что в ближайшее время школа будет строго следить за прическами и дисциплиной после уроков.
И надо же было такому случиться: едва он закончил про дисциплину, как трое учеников сбежали со строя.
Завуча по воспитательной работе звали Хоу, но за глаза его называли Обезьяной, а иногда — Царем обезьян. Хоу обладал острым зрением и был быстр на подъем. Заметив три подозрительные фигуры, он, словно огненный вихрь, бросился в погоню и схватил сорванцов.
Разъяренный мужчина не желал ничего слушать. Разобравшись с «бегунами», он устроил зачистку во всех классах, вылавливая всех «неопрятных».
Шэн Юй и Лу Юйчжоу стояли в самом конце, поэтому стали первыми кандидатами на вылет.
— ...
«День не задался», — подумал Шэн Юй, которого вывели на наказание раньше, чем он успел хоть слово сказать в свое оправдание.
Завуч Хоу был непреклонен. Учеников, выловленных из разных классов, выстроили в первые ряды перед строем в качестве «примеров для подражания». Многолюдная церемония поднятия флага в мгновение ока поредела наполовину — в некоторых классах наказанных оказалось больше, чем тех, кто остался в строю.
Первому классу повезло с дальновидной Лю Жун: и мальчики, и девочки выглядели прилично — если не считать лентяя Лу Юйчжоу. Перед каникулами Лю Жун просила его подстричься, но он пропустил её слова мимо ушей, а теперь вот — попался.
В других местах перед строями была толкучка, а у первого класса стояли только двое высоких парней, выглядело это довольно уныло.
Чуть позже Линь Цзяцзя, пользуясь суматохой, подбежала к ним. Она посмотрела на Шэн Юя — слова застряли у неё в горле; перевела взгляд на Лу Юйчжоу — снова замялась.
— Я пыталась объяснить, но Хоу велел мне проваливать... Вам еще повезло. Учителя физики из соседнего класса тоже только что схватили, — она кивнула на тень от дерева. — Если бы у него не было с собой удостоверения преподавателя, стоял бы сейчас вместе с учениками.
Учитель физики из второго класса пришел полмесяца назад, выглядит молодо, как старшеклассник, его постоянно на входе не пускают.
Шэн Юй вздохнул, утомленный солнцем, и спросил:
— А учительница Лю? Она же может за нас заступиться.
Линь Цзяцзя посмотрела на него с еще большим сочувствием:
— Учитель Лю уехала в город на совещание как представитель нашего потока... Вернется только после десяти.
Лу Юйчжоу, стоявший рядом, засунув руки в карманы, подал голос:
— Я могу уйти?
Линь Цзяцзя:
— Валяй, если придумаешь причину.
Лу Юйчжоу:
— Я учитель.
Линь Цзяцзя:
— ...Ты с ума сошел?
В глазах Лу Юйчжоу не было ни тени шутки:
— У директора тоже нет удостоверения директора. Если у меня нет корочки учителя, почему я не могу им быть?
Шэн Юй прислушался и поймал себя на мысли, что эта теория кажется ему подозрительно знакомой.
Линь Цзяцзя остолбенела, а потом выдавила:
— Тогда иди и скажи это Хоу...
Лу Юйчжоу шагнул вперед.
Сердце Шэн Юя екнуло. Он инстинктивно ухватил его за полу рубашки, оттаскивая этого смельчака назад, и повернулся к Линь Цзяцзя:
— Извини, он просто несет чушь.
Линь Цзяцзя впервые видела Лу Юйчжоу, который «несет чушь».
В Первой школе на каждом потоке было по два-три экспериментальных класса, по сути — классы для отличников. Состав менялся каждый семестр: кто входит в сотню лучших, переходит в экспериментальный, кто вылетает — в обычный.
Линь Цзяцзя не была коренным жителем экспериментального класса, она пробилась сюда только в этом году, стиснув зубы. Когда она попала в первый класс, Лу Юйчжоу уже два года как был там «гвоздем программы». Пока остальные одноклассники ломали голову над пробными тестами, он уже готовился к олимпиадам и программам поддержки талантов.
Такой авторитет в глазах одноклассников был окружен ореолом таинственности. К тому же он не стремился заводить друзей, общался лишь с парой человек, и эта дистанция только добавляла ему очков в глазах других.
То, что Шэн Юй так запросто дернул его за рубашку, было сродни тому, чтобы вырвать клок шерсти у тигра.
На мгновение у Линь Цзяцзя сорвалось с языка: «Вы знакомы?», но здравый смысл удержал её. Она с ужасом смотрела на них обоих.
Шэн Юй решил, что ей просто нехорошо на солнце:
— Иди уже, с нами всё будет в порядке.
Линь Цзяцзя ушла, постоянно оглядываясь.
Может, из-за того, что день не задался, Лу Юйчжоу сегодня не был таким неприступным и позволил Шэн Юю держать себя, лишь когда Линь Цзяцзя отошла достаточно далеко, бросил:
— Отпусти.
Шэн Юй отпустил.
Они стояли под палящим солнцем. Шэн Юй не выдержал:
— Если бы я тебя не остановил, ты бы правда пошел к завучу нагло врать?
«Нагло врать»?
Что за выражения?
Лу Юйчжоу искоса посмотрел на него.
Взгляд был спокойным, Шэн Юй не уловил в нем раздражения, скорее, некое «смирение».
— У Обезьяны плохая память, — Лу Юйчжоу кивнул на завуча. — Я бы спросил, и сразу ушел. Кто знает, куда бы он велел мне проваливать?
Шэн Юй:
— ...
Может, он и вправду гений?
— Я попробую, — Шэн Юй повернулся, собираясь испытать удачу.
Лу Юйчжоу был быстрее — он ухватил его за воротник и притянул обратно.
— Поздно.
Лу Юйчжоу снова кивнул в определенном направлении. Завуч Хоу указывал пальцем на убегающего со всех ног парня и орал: «Я не разрешал ему уходить! Я не разрешал!»
План гения провалился.
Обезьяна любил принцип «вместе веселее», поэтому, записав имена, не давал никому уйти, заставляя их стоять перед трибуной, как обезьянок в зоопарке. До самого конца церемонии, когда все разошлись, завуч Хоу вернулся с микрофоном и с черным лицом отчитывал их:
— Посмотрите на себя! Разве вы похожи на учеников?!
Классические нотации. Даже Шэн Юй, который всегда был прилежным учеником, воспринимал это равнодушно.
Завуч хотел устроить показательную порку, чтобы задать стандарт, но на самом деле не собирался их всерьез наказывать. Он записал всех поименно, велел классным руководителям забрать своих подопечных и проследить, чтобы те привели в порядок волосы и форму. До следующей линейки.
http://bllate.org/book/37009/4605390
Готово:
