— Это имя, которое дали мне, когда я был Владыкой Демонов, или же то, что придумал человек, приютивший меня в свое время?
Неизвестно почему, но с того самого мгновения, как их взгляды встретились, Цзян Цю почувствовал, словно его собственные глаза оказались намертво прикованы к глазам Вэй Циня — он никак не мог отвести взор.
Следом за этим его сознание и способность говорить перестали подчиняться, словно у него в голове два буддийских монаха принялись неистово колотить в деревянные барабаны.
Дун-дун-дун...
Лицо Цзян Цю побелело, он с силой сжал виски, а его рука невольно потянулась, чтобы оттолкнуть плечо Вэй Циня. Однако тело словно было парализовано магической точкой: он застыл на месте, не в силах даже пошевелиться.
Вэй Цинь не моргнул ни разу, в его зрачках метался темный свет.
Это было ментальное воздействие — излюбленный прием демонов. Стоило лишь успешно подавить волю человека, как можно было получить любые ответы на свои вопросы.
Раз уж человек не желает говорить правду, он выпытает её силой.
Это была привилегия, доступная лишь могущественному Владыке Демонов: он имел право знать всё, что пожелает.
— Отвечай, с чего бы мне вообще появиться... Э-э, кх-кх!
Увы, состояние ментального контроля продлилось всего несколько секунд. Вэй Цинь внезапно ощутил во рту привкус крови, поспешно отвел взгляд и, согнувшись, зашелся в кашле.
Плохо дело. Слишком мало магической силы, его хватило лишь на эти несколько мгновений!
Привилегии могущественного Владыки Демонов пропадают, как только он теряет свою силу — мир был невероятно жесток.
Вэй Цинь тихо чертыхнулся, снова обхватив живот рукой, и свернулся калачиком в углу полицейской машины, перестав обращать на Цзян Цю всякое внимание.
Ничего невозможно сделать — никакой свободы!
***
К тому моменту, как сознание Цзян Цю прояснилось, полицейская машина уже доставила их в отделение неотложной помощи ближайшей больницы.
Тело Вэй Циня было на пределе: стоило закончиться желудочным спазмам, как началась кровавая рвота. Весь он был покрыт ужасающими пятнами крови, выглядел так, будто только что совершил убийство.
В больницу его занесли на носилках — он уже был без сознания. Перед тем как пациента отправили в реанимацию, Цзян Цю специально предупредил: У него довольно вспыльчивый характер, возможно, он не будет сотрудничать с лечением. Только поэтому медперсонал не стал пытаться привести его в чувство насильно.
Пока Вэй Циню промывали желудок, невысокий полицейский взял у Цзян Цю краткие показания.
— Вы хотите сказать, что он не пытался совершить ограбление, а просто из-за отравления и галлюцинаций перепутал ваш дом с чьим-то еще?
Цзян Цю, не краснея и не сбиваясь с ритма дыхания, выдал небольшую ложь:
— Именно так.
Полицейский долго смотрел на него с сомнением, но, так и не заметив в выражении лица Цзян Цю ничего подозрительного, неохотно принял эту версию.
— Как бы то ни было, хорошо, что вы сразу позвонили в полицию, — высокий полицейский с хлопком закрыл блокнот и обратился к Цзян Цю: — Однако нам все равно нужно завести дело, и еще...
Полицейский оглянулся на дверь реанимации и спросил:
— Вы уверены... что хотите остаться здесь, чтобы присматривать за ним?
— Да, — слегка улыбнулся Цзян Цю. — Благодарю вас. Если появятся какие-то новости, я сообщу вам в первую очередь.
Полицейский кивнул:
— Хорошо. Чуть позже подойдите на стойку регистрации, чтобы дополнить данные. Ищите офицера Цзо Янь, а я пойду домой, моя смена окончена.
В конце концов, когда Вэй Циня привезли в больницу, он был без сознания, и Цзян Цю ничего не знал о его личности — оставалось сначала спасти человека, а уже потом заполнять бумаги.
Когда Цзян Цю закончил со всеми делами, Вэй Циня как раз вывозили из операционной.
На самом деле, во второй половине процедуры промывания желудка Вэй Цинь уже пришел в себя. Едва открыв глаза, он увидел два ярких светильника, а вокруг — кучу людей в зеленых масках.
Он терпеть не мог, когда на него так смотрели сверху вниз. Ему хотелось выругаться, но в горле торчала трубка, рот плотно закрыть не получалось, а тело было привязано кожаными ремнями к кровати — более жалкого зрелища и представить было нельзя.
Всё пропало. Добрая слава Владыки Демонов была окончательно погублена.
Когда Вэй Циня вывозили, Цзян Цю заметил, что хотя тот и открыл глаза, взгляд его был абсолютно тусклым.
Величайший позор уже успел убить в Вэй Цине всякую волю к жизни.
Цзян Цю ничего не понял, но проследовал за ним до палаты. Когда кровать зафиксировали, медсестры суетливо приподняли изголовье, чтобы Вэй Цинь мог сидеть.
Чтобы не мешать промыванию желудка, длинные волосы Вэй Циня медсестры собрали в небольшой узел, и теперь он выглядел даже послушнее.
Жаль только, что язык у него оставался таким же ядовитым, как и прежде.
— Ты все еще здесь? Собираешься посмеяться над Бэньцзо? — бесстрастно произнес Вэй Цинь. — Что ж, ты победил. А теперь проваливай.
Цзян Цю с трудом сдержал улыбку и спросил:
— Ты так сильно не хочешь меня видеть?
Вэй Цинь ледяным тоном отозвался:
— Мне самому любопытно, почему ты вечно ходишь за мной?
— Я хожу за тобой? — Цзян Цю покачал головой. — Кажется, это ты ходил за мной. Это ты ворвался в мой дом.
— Повторяю еще раз: я не врывался в твой дом, — Вэй Цинь злобно сверкнул глазами на Цзян Цю. — Это ты, ты призвал меня в свой дом.
Цзян Цю уже привык к этому бреду Вэй Циня. Поразмыслив немного, он задал вопрос, не имеющий к делу никакого отношения:
— Сколько тебе лет?
Вэй Цинь с раздражением ответил:
— Двадцать. Двадцать один. Не помню.
Говорит так, будто прожил сотни лет.
— Значит, совершеннолетний, — приподнял бровь Цзян Цю. — Почему же тогда у тебя синдром восьмиклассника?
Вэй Цинь нахмурился:
— Что это за болезнь — синдром восьмиклассника?
— Болезнь, которой страдают только дети, — ответил Цзян Цю.
— Ты шутишь с Бэньцзо?
— Нет.
Вэй Цинь ему не поверил и решил больше не разговаривать.
Люди! Везде люди одинаково противны!
И те, кто приютил его когда-то давно, и те, кто победил его недавно, и этот человек, что призвал его сейчас — все они лжецы, умеют врать даже лучше демонов, просто безобразие!
Чем больше Вэй Цинь думал об этом, тем сильнее злился, а от злости заболел живот.
Цзян Цю, напротив, сохранял завидное спокойствие, словно уже привык к такому переменчивому настроению. Поправив очки, он продолжил выведывать, кто же такой этот Вэй Цинь:
— Ты не учишься? У тебя есть где жить?
Как ответить на такой вопрос? Раньше было, теперь нет, но рано или поздно — обязательно будет. Вэй Цинь не верил, что люди способны его понять, поэтому отказался отвечать.
— Я мангака, — видя, что тот молчит, Цзян Цю принялся рассказывать сам. — На самом деле, то, что ты говоришь... я ведь тоже не совсем не понимаю. В детстве я любил читать мангу и всегда представлял себя великим Владыкой Демонов, который правит всем миром.
Вэй Цинь бросил на него взгляд и угрюмо спросил:
— Что такое манга?
Цзян Цю удивился:
— Ты не знаешь, что такое манга? В детстве не читал?
— Я еще не успел детально изучить здешнюю цивилизацию, — наконец, соизволил ответить нормально Вэй Цинь. — Но когда я стану здесь правителем, я обязательно во всем разберусь.
Цзян Цю замолчал.
Он правда не понимал, о чем говорит Вэй Цинь. Играет ли он или у него действительно какая-то болезнь, он разобрать не мог. Казалось бы, в таком возрасте это просто невозможно...
И все же, он чувствовал, что не может его бросить.
Возможно, из-за того странного обмена взглядами в машине, Цзян Цю не покидало ощущение, что он знаком с Вэй Цинем. Эта манера речи, этот «синдром восьмиклассника» — все это казалось до странности знакомым.
В глубине души у Цзян Цю внезапно возник импульс. Он посмотрел на Вэй Циня, немного поколебался, а затем осторожно предложил:
— Так вот... если тебе негде жить, может, поживешь пока у меня?
Вэй Цинь по-прежнему лежал, не говоря ни слова.
За эти несколько часов общения Цзян Цю уже успел изучить повадки Вэй Циня: на подобные предложения «помощи» тот из гордости никогда не согласится.
Тогда Цзян Цю сменил тактику:
— Я как раз обдумываю новый проект, мне очень нужна твоя помощь. Ты не согласишься?
Эта фраза действительно заставила Вэй Циня дрогнуть. Он украдкой глянул на Цзян Цю и со скоростью молнии отвел взгляд.
— Подумай пока, — Цзян Цю не торопил его. Он поднялся и, как бы между прочим, спросил: — Кстати, как тебя зовут? Теперь-то можешь сказать? Мне нужно дополнить данные в больнице.
При упоминании имени взгляд Вэй Циня снова потух.
Но на этот раз он помолчал лишь мгновение, а затем спокойно ответил:
— Вэй Цинь. Имя, которое дали мне восточные люди.
— Вэй Цинь...
Цзян Цю тихо повторил это имя. Очень непривычно, он никогда его не слышал. Видимо, это действительно не тот человек, которого он знал когда-то.
Тревога в душе Цзян Цю немного улеглась. На его губах снова появилась улыбка, и он произнес:
— Значит, ты готов помочь мне?
Вэй Цинь промолчал.
Видя это, Цзян Цю вздохнул и решил сначала выйти, чтобы зарегистрировать пациента у медсестер. Он собрал с тумбочки бумажный стаканчик и термометр, взял поднос и направился к выходу.
В тот самый момент, когда он совершал это движение, до его ушей донесся приглушенный голос:
«Что ж, можно и согласиться».
Хм?
Цзян Цю посмотрел на Вэй Циня и обнаружил, что тот изящно подпер щеку рукой и прикрыл глаза, отдыхая, и даже не открывал рта.
— Слишком много бессонных ночей, начались слуховые галлюцинации?
Цзян Цю покачал головой, пробормотал что-то себе под нос и продолжил уборку.
Закончив, Цзян Цю наконец выпрямился и снова перевел взгляд на Вэй Циня. Тот спал спокойно, и даже больничная пижама смотрелась на нем так, будто он только что сошел с обложки модного журнала.
Только...
Цзян Цю перевел взгляд выше и его зрачки сузились.
Поднос в его руках выпал, с грохотом ударившись об пол, что разбудило других пациентов в палате.
Но он сам застыл на месте, с недоверием глядя на Вэй Циня.
Потому что прямо над головой Вэй Циня из ниоткуда возник овальный черно-белый пузырь с текстом, словно лист бумаги, зависший в воздухе и совершенно не вписывающийся в реальный мир.
На нем красовались огромные иероглифы:
«Сделаю одолжение, помогу ему. Думаю, это возможно. Поиграю с ним в эту игру в дочки-матери».
«В любом случае, он понятия не имеет, что Бэньцзо собирается превратить его дом в Новый Замок Короля Демонов. Будем считать это компенсацией».
Теперь... кажется, уже имеет.
Уголок рта Цзян Цю дернулся, и он мысленно пробормотал:
— Понял.
http://bllate.org/book/36886/4590554
Готово:
