Причиной, по которой Су Хао унаследовал Горную усадьбу Юэ, помимо того, что он был рожден законной женой, стало главным образом то, что он обладал высоким боевым мастерством. Горная усадьба Юэ в конце концов оставалась усадьбой, утверждавшейся в Цзянху благодаря боевым искусствам. Хотя она и не образовывала отдельную секту, ее статус в Цзянху был весьма высок. Су Хао отличался благородным характером, ценил верность и справедливость, любил спасать людей и помогать тем, кто попал в беду, а его репутация была безупречной. Особенно учитывая, что люди Цзянху всегда отличались страстностью в любви и ненависти, глубокое уважение Су Хао к своей жене и его верность лишь одной ей вызывали у девушек из Цзянху величайшее восхищение. Каждый надеялся выйти замуж за столь прекрасного и желанного мужа.
Однако в том, что касалось повседневных мирских дел, Су Хао вовсе не был столь же талантлив, как в боевых искусствах, и мог лишь с трудом поддерживать порядок. Но подобных мелких хлопот было слишком много, и от них у него жутко болела голова.
Поэтому, услышав от Госпожи Сюй, что Су Юй хочет приобщиться к делам, связанным с торговлей, Су Хао лишь с легкой жалостью подумал о сыне: — Не станет ли ему от этого слишком тяжело?
А затем добавил: — Впрочем, ему действительно пора соприкоснуться с этими мирскими делами. Основы его боевых искусств уже заложены, но теперь ему требуются закалка и возможности, чтобы выйти на новый уровень.
Заметив поддразнивающий взгляд Госпожи Сюй, Су Хао смущенно легко кашлянул: — Кхм, я сначала пойду найду Юэ-эра, а потом сразу приведу его сюда к обеду.
Су Хао можно было назвать убегающим в испуге. Подойдя к месту, где сын занимался боевыми искусствами, он остановился в галерее и посмотрел на сына, упражнявшегося посреди тренировочной площадки. Он слишком хорошо знал своего ребенка: тот всегда был послушным и разумным, а также сам подгонял себя к скорейшему взрослению. И хотя Су Хао болело за него сердце, он никогда не проявлял излишней мягкости. Горная усадьба Юэ лишь внешне казалась тихой и мирной, но в ее глубинах все еще таились грязные интриги и коварные замыслы. Сын был еще слишком юн и пока не понимал всей серьезности происходящего.
Особенно учитывая, что в настоящее время у него был лишь этот единственный сын, Су Хао не мог не заставить его как можно раньше приобщиться к подобным делам. Они с Госпожой Сюй были еще молоды, но новости всё не появлялись, и если было суждено иметь лишь одного сына, ему приходилось заранее разбираться со всеми темными делами и судебными тяжбами. Нельзя было ставить на кон единственного наследника.
Когда Су Юй заметил вернувшегося отца, его глаза ярко вспыхнули, и он в несколько шагов бросился к нему. Но приблизившись, он вдруг осознал собственную поспешность, поспешно одернул одежду и почтительно поприветствовал отца.
Су Хао протянул руку и потрепал сына по голове — тот уже вырос и доставал ему до бровей: — Прием с ударом ногой, который ты только что отрабатывал, имеет слишком большую брешь. Ты должен прочно стоять в стойке мабу и остерегаться атак противника снизу. Если не обращать на это внимания во время самостоятельных тренировок, то в поединках вне дома легко поплатиться. Находи свободное время, чтобы чаще спарринговаться с другими старшими и младшими соучениками из усадьбы, будь при этом смиренным — у них гораздо больше опыта реальных боев.
— Слушаюсь, отец. Отец, вы только что вернулись? Можем ли мы сегодня провести спарринг? Вчера я бился с Ли старшим соучеником, и он сказал, что я добился успехов. Моя внутренняя сила теперь тоже усовершенствовалась, прежних внезапных застоев внутренней силы больше не возникало, и теперь управлять ею становится все легче и удобнее.
— Ха-ха, хороший мальчик, отлично, не зря ты мой сын! Иди сюда, давай-ка сегодня мы с тобой, отец и сын, скрестим мечи!
С этими словами Су Хао вместе с Су Юем вернулся на тренировочную площадку, снял верхнюю одежду, и оба они принялись обмениваться ударами.
Госпожа Сюй ждала-ждала в комнате, но никого не дождалась, и догадалась, что отец с сыном опять застряли на тренировочной площадке и никак не могут уйти. Это случалось далеко не в первый раз — стоило ему только вернуться, как он даже не думал об отдыхе.
Госпожа Сюй уже собиралась отправиться на тренировочную площадку, чтобы вытащить их оттуда, как вдруг у входа послышался смех отца и сына.
Она торопливо велела слугам подавать на стол: — Живо зовите барышню, сколько уже времени, почему они до сих пор не идут ужинать?
Помогая Су Хао и Су Юю вымыть руки, Госпожа Сюй села за стол и с легким упреком покосилась на Су Хао: — Знала же я, что вы затеете спарринг. Только вернулись, даже не отдохнули как следует, с какой стати так спешить на тренировочную площадку? Дали бы организму хоть немного передохнуть. И Юэ-эр тоже хорош, не отговорил отца.
Су Хао остановил Су Юя, который уже собирался подняться и принести повинную: — Этот мальчик воспитан твоей матерью донельзя вежливым. Всякие правила приличия существуют для чужих людей, перед своими не стоит так церемониться. Да со мной всё в порядке, я не устал, а спарринг с вами — это тоже способ снять напряжение, на душе сразу стало намного легче. Не слушай ты ее.
Пока они разговаривали, в комнату ворвалась Су Юэ и бросилась прямо в объятия Су Хао: — Папа, папа, папа, папа! Ты наконец-то вернулся, Юэ-эр так по тебе скучала! Ты привез мне подарок? Где мой подарок?
Су Хао подхватил Су Юэ на руки и принялся щекотать ее щетиной на лице, доводя дочь до звонкого смеха: — Разве мог папа не привезти тебе подарок? Я велел твоей маме всё спрятать, погоди, она сейчас покажет.
Видя, как отец с дочерью устроили такую возню, Госпожа Сюй поспешно прервала их: — Ну всё, хватит, на кого это похоже? Юэ-эр, быстро иди мыть руки, садись за стол.
Вся семья наконец собралась вместе и за ужином насладилась долгожданной трапезой.
После ужина Су Хао, попивая чай, неторопливо завел с Су Юем разговор о принятии на себя мирских дел усадьбы: — Тебе действительно пора узнать кое-что о повседневных делах. Хотя наша усадьба держится благодаря боевым искусствам, на самом деле именно доходы от сопровождения караванов, лавок и поместий служат нашей главной опорой. Во всем этом есть немало тонкостей, с которыми ты раньше не сталкивался. Не спеши, двигайся постепенно, прояви ту же стойкость, что и в освоении боевых искусств. Поспешишь — людей насмешишь, в любом деле это правило неизменно. В незнакомой сфере больше расспрашивай, прислушивайся, меньше отдавай приказов, но в то же время нельзя позволять слугам водить тебя за нос, сочетай милость и строгость. Тебе уже тринадцать лет, мы с матерью со временем состаримся, и тебе придется постепенно учиться брать всё это под свой контроль. Отныне выделяй по два часа ежедневно, чтобы разбирать дела усадьбы вместе со мной. Время на учебу и тренировки распределяй сам, но береги здоровье, не перенапрягайся. Помни, что тело, волосы и кожа достаются нам от родителей, а забота о себе — это тоже проявление сыновней почтительности.
Су Юй отрывисто ответил: — Есть.
Вечером Су Юй не стал продолжать учебу и рано вернулся в свою комнату, где встретился взглядом с Ло Лин.
Су Юй: Еще успеется сбежать отсюда?
Ло Лин: Опоздал уже, голубчик!
Ло Лин откашлялась и заговорила первой: — Молодой господин сегодня так рано вернулся. Желаете умыться и готовиться ко сну?
Видя непринужденный вид Ло Лин, Су Юй почувствовал, что ему самому не пристало строить сердитую физиономию: — Эм-м, в последнее время учебная нагрузка великовата, вот и пришел чуть позже.
Сказав это, Су Юй тут же захотел прикусить собственный язык — надо же было ляпнуть такое, прозвучало прямо как отчет о собственном расписании.
Ло Лин, впрочем, не обратила на это внимания. Сейчас ее мысли занимал исключительно вопрос о ее положении Наложницы-служанки, и она ломала голову над тем, как бы завести этот разговор вежливо и неловко.
Не успела она заговорить, как Су Юй сам выпалил: — Кхм, насчет того давнего разговора матушки… о статусе наложницы… то есть обо мне… в общем, не бери это в голову, у меня пока нет таких мыслей.
Говоря это, Су Юй украдкой косился на выражение лица Ло Лин и, заметив ее удивленный взгляд, поспешно добавил: — Дело не в том, что ты мне не нравишься, просто мы оба еще молоды, да и забот у меня полно, некогда об этом думать. Ты очень хорошая, правда.
Наблюдая за тем, как Су Юй сбивчиво оправдывается, Ло Лин вдруг поймала себя на мысли, что это даже забавно, и ей захотелось подразнить этого юношу: — Хоть ты так и говоришь, но отказ делать меня наложницей явно означает, что я тебе не нравлюсь. К тому же госпожа уже перевела Гу Юй в кабинет, и если я не стану наложницей, мне и вовсе некуда будет деваться — меня сошлют во внешние дворы выполнять самую грязную работу.
Увидев, как у Ло Лин покраснели глаза и она собиралась расплатиться слезами, Су Юй тут же впал в панику: — Вовсе нет, ты мне нравишься, ты мне очень нравишься! Я не позволю выгнать тебя из двора, только не плачь!
Услышав это, Ло Лин даже слегка удивилась: — Это он сейчас в любви мне признается? Ребенок вообще понимает, что значит нравиться, и разбрасывается такими словами?
Су Юй и сам осознал, что сболтнул лишнего, густо покраснел и пробормотал: — Я… нет, в общем, ты мне не противна. Давай просто не будем никому ничего говорить и станем общаться так же, как и раньше.
Теперь Ло Лин искренне находила Су Юя весьма неплохим парнем — его вполне можно было назвать благородным мужем. Как жаль только, что такому прекрасному ребенку суждено пережить столь страшную трагедию.
Заметив, как взгляд Ло Лин постепенно тускнеет и омрачается тоской, Су Юй поспешно произнес: — Я просто… сейчас я еще мал, а вот когда немного подрасту, когда подрасту до конца… — на этих словах Су Юй и сам умолк, готовый сквозь землю провалиться от стыда.
Ло Лин посмотрела на Су Юя, и на душе у нее стало чуточку теплее — этот юноша пытался ее утешить.
— Договорились тогда. Никому ничего не скажем и продолжим общаться по-старому. А когда подрастем, тогда и решим, быть нам вместе или нет.
Ло Лин понимала, что подобное скрыть вряд ли удастся надолго, но Су Юй сейчас был загружен делами похлеще собаки, а в прошлый раз Госпожа Сюй даже присылала людей предостеречь ее, чтобы она не соблазняла Су Юя и не вредила его здоровью, так что в ближайшее время возвращаться к этой теме та явно не станет.
Была не была, проживем день — и ладно. Во всяком случае, до той ужасной катастрофы оставалось еще три года. Сама же она привязалась к этой усадьбе всем сердцем: пусть иногда Гу Юй и портила ей настроение, но за пять лет жизни здесь Ло Лин пустила корни, и теперь ей было невыносимо смотреть, как эти живые люди гибнут на ее глазах. Правда, до сих пор она так и не выяснила, при каких обстоятельствах всё это произошло и где крылся корень зла.
Расследовать это было совершенно негде, оставалось лишь действовать постепенно, шаг за шагом обдумывая каждый шаг.
http://bllate.org/book/36860/4586990
Готово:
