Ся Мань вошла в комнату и села на кровать, чтобы отправить Чэн Ши видеовызов. От усталости ей так клонило в сон, что за те несколько секунд между разблокировкой телефона и нажатием на «видеозвонок» она успела дважды зевнуть.
Связь установилась почти мгновенно.
Она даже переживала — не спит ли он уже.
Но, увидев его, Ся Мань сразу оживилась и с улыбкой спросила:
— Ещё не спишь?
— Думал, мне придётся ждать до самого рассвета.
— А? — на миг Ся Мань опешила, но тут же сообразила и невольно взглянула на время — как раз в этот момент цифры изменились с 23:59 на 00:00.
— С днём рождения! — вырвалось у неё безо всяких размышлений: она и не думала, что успеет в самый последний миг старого дня.
А потом, немного придя в себя, повторила:
— С днём рождения, Чэн Ши.
— И всё? Только эти четыре слова?
Ся Мань поняла его неправильно и, вспомнив свой недавний промах, почувствовала одновременно досаду, неловкость и лёгкое раздражение:
— …Подарок я, конечно, приготовила, но ошиблась с адресом… Хотела, чтобы ты получил его уже завтра.
— А разве в день рождения не поют «С днём рождения»?
— А? — лицо Ся Мань на миг оцепенело, а потом она смущённо улыбнулась. — Я плохо пою.
— Ничего страшного. Главное — твоё желание.
Его слова прозвучали так убедительно, что Ся Мань даже засомневалась.
— Ну… но ты не смейся.
— Хорошо.
Ся Мань поджала ноги, устроившись по-турецки на краю кровати, дважды кашлянула, чтобы прочистить горло, но, заметив, что он всё это время не отводит от неё взгляда, совсем смутилась и не смогла начать. Тогда она положила телефон на постель так, чтобы камера смотрела в потолок.
— Маньмань?
— Если ты смотришь на меня, я не смогу спеть, — объяснила она.
Из динамика донёсся лёгкий смешок:
— Ладно.
Ся Мань глубоко вдохнула и запела.
Ей хотелось, чтобы он был счастлив не только сегодня, но и каждый день своей жизни.
Чэн Ши прислонился к изголовью кровати и смотрел на экран — там была видна потолочная лампа из её комнаты. Свет был мягкий, и её голос звучал так же нежно. Словно водоросли в летнем озере, колыхаемые волной, он обвивался вокруг его сердца, круг за кругом.
Когда Ся Мань закончила последнюю строчку и уже решила, что всё позади, он вдруг сказал:
— Спой ещё раз.
Ся Мань: «?!»
В итоге последнюю песню «С днём рождения» она исполнила трижды — и уснула прямо во время пения.
* * *
На следующее утро Шэнь Янь получил звонок от своего босса.
Тот редко звонил так рано, поэтому Шэнь Янь мгновенно собрался и ответил с почтительной готовностью:
— Босс.
В ответ прозвучала всего одна фраза:
— Забронируй мне билет на самолёт.
Вечером, в десять часов, Ся Мань наконец-то закончила съёмки своей сцены. Она была совершенно вымотана и, опустив голову, плелась к своему жилью.
Прошлой ночью она пела Чэн Ши «С днём рождения» и в какой-то момент просто уснула, даже не отключив видеосвязь. Проснувшись утром, обнаружила, что телефон разрядился и выключился.
И без того она постоянно недосыпала, а на съёмках держалась исключительно на кофе. А тут ещё вчера внезапно исчезнувшая Янь Си вернулась, словно с цепи сорвалась: смотрела на всех, как на врагов, и из-за неё снимали бесконечные дубли.
Ся Мань, которая так долго и упорно шла к своей цели, никак не могла понять подобного отношения к работе. Сначала она злилась, но к концу съёмочного дня сил даже на гнев уже не осталось.
Цюй Ань тоже куда-то исчез.
«Динь!» — раздался звук, и двери лифта открылись. Ся Мань вошла в кабину, где была одна, и, устало прислонившись к стене, надела наушники и открыла видео с Лео, чтобы немного отвлечься.
Глядя, как Лео весь в мыльной пене послушно принимает ванну, Ся Мань снова почувствовала всю радость, которую дарит хозяину домашний питомец.
Она потянулась пальцем и дотронулась до экрана, где был изображён Лео.
Если бы только она могла взять его с собой на съёмки! Тогда бы она сейчас бросилась бы в номер и устроилась бы с ним в объятиях, хорошенько потискав.
Неожиданно ей захотелось домой.
Лифт остановился на её этаже. Ся Мань, не отрываясь от сохранённого видео, шла к своей комнате, опустив голову.
«Пик!» — звуковой сигнал, и дверь открылась.
Ся Мань вошла и вдруг увидела, что в комнате горит свет. Она ещё не успела осознать происходящее, как в уголке глаза мелькнуло нечто, стремительно бросившееся к её ногам.
Она испугалась и инстинктивно отпрянула назад. Но тут же услышала лёгкое, почти детское «гав-гав» и, опустив взгляд, увидела у своих ног прыгающего от радости малыша. Глаза её тут же наполнились слезами.
Только что она смотрела на него лишь через экран, а теперь он был здесь — живой, настоящий.
Ся Мань захлопнула дверь за спиной, наклонилась и подняла Лео на руки. От волнения она не могла вымолвить ни слова — лишь смеялась сквозь слёзы и то гладила его, то зарывалась лицом в его шерсть.
Сердце так переполняло счастье, что слёзы вот-вот готовы были хлынуть потоком, когда в комнате раздался другой голос:
— Вернулась?
Ся Мань подняла глаза. Сквозь слегка размытое зрение она увидела Чэн Ши, стоящего у изножья кровати — того самого человека, которого, по её мнению, должно было отделять от неё расстояние в десятки тысяч ли.
В комнате мягко светил светильник. На нём была белая рубашка с расстёгнутым воротом и закатанными до локтей рукавами. Он смотрел на неё с лёгкой улыбкой.
Ся Мань застыла на месте. Голова ещё не успела осознать увиденное, но тело уже бросилось к нему.
Одной рукой прижимая Лео к себе, она влетела в его объятия.
От такого неожиданного напора лицо Чэн Ши, обычно спокойное и невозмутимое, на миг оцепенело. Но почти сразу в его глубоких глазах вспыхнула улыбка, растянувшаяся до уголков губ.
Чэн Ши уже собирался ответить на её объятие, как вдруг она отстранилась, сияя от радости и сияющими глазами спросила:
— Как ты здесь оказался?
Его рука, зависшая в воздухе, слегка сжалась и опустилась. На лице не дрогнул ни один мускул.
Чэн Ши засунул руку в карман и, с лёгкой усмешкой глядя на неё, сделал вид, будто серьёзно размышляет. Затем произнёс с нарочитой торжественностью:
— Приехал за подарком на день рождения.
Ся Мань рассмеялась.
Она была не настолько глупа, чтобы поверить, будто он проделал такой путь только ради подарка.
Он приехал…
Внезапно ей пришла в голову другая мысль, и улыбка тут же исчезла с её лица.
— Я… я вчера вечером ничего странного не наговорила во сне?
Её память обрывалась на песне, а что было дальше — сказала ли она что-нибудь во сне — она совершенно не помнила.
Увидев, как она напряжённо уставилась на него, не моргая, Чэн Ши чуть приподнял бровь.
Ему бы хотелось, чтобы она действительно что-то наговорила. По крайней мере, это было бы лучше, чем просто слушать её дыхание до тех пор, пока телефон не разрядился и не выключился.
Ся Мань, уловив его двусмысленное выражение лица, сразу почувствовала неладное.
Она старалась вспомнить, но в голове была полная пустота.
Раздосадованная, она уже хотела стукнуть себя по лбу.
Чэн Ши молча наблюдал, как она, явно мучаясь, всё же пытается сохранить видимость спокойствия. В его тёмных глазах медленно разливалась тёплая улыбка.
Он понял, что она неправильно его поняла, но объяснять не собирался. Вместо этого перевёл тему:
— Ужинала?
Ся Мань сегодня днём так разозлилась на Янь Си, что ужинать не могла. После съёмок её приглашали на ночной перекус, но от усталости аппетита не было.
Теперь же, услышав его вопрос, она вдруг почувствовала лёгкий голод и подняла глаза — на маленьком столике у окна стоял заказ из доставки, ещё не распакованный.
— Неужели ты ждал меня, чтобы поесть вместе? — спросила она.
Сегодня был его день рождения, и по логике вещей должна была приехать она. А он проделал такой путь! Ей и так было неловко, а если он ещё и ждал её до самого вечера, чтобы поужинать вместе, она просто умрёт от стыда.
Уловив тревогу в её голосе, Чэн Ши обернулся:
— Я уже поел.
Ся Мань засомневалась — Чэн Ши редко заставлял других чувствовать себя неловко.
— Что именно ел? — допыталась она.
Видя, что она всё ещё сомневается, Чэн Ши не удержался от улыбки. Наверное, только Шу Юнь и она так переживали из-за его еды.
— Мусор я только что вынес. Должен ещё стоять у двери.
Пауза.
— Или хочешь проверить сама?
Проверить?
Ся Мань инстинктивно почувствовала, что это плохая идея, и покачала головой:
— Ладно, раз поел — и хорошо.
Она села за стол и распаковала заказ. Блюда были разнообразные — и мясные, и овощные, суп и гарнир. Настоящий пир.
Только она развернула палочки, как Лео, почуяв аромат, подбежал и, встав на задние лапы, уставился на неё с мольбой в глазах.
Но, как бы он ни умолял, есть это ему нельзя.
Ся Мань уже собиралась сказать ему «нельзя», как вдруг Чэн Ши окликнул:
— Лео, иди сюда.
Лео с сожалением взглянул на неё, но всё же послушно побежал к Чэн Ши.
Тот поднял его на руки и достал заранее приготовленное лакомство.
Ся Мань замерла с палочками в руках, наблюдая за этой сценой.
Чэн Ши стоял боком к ней, одной рукой держа Лео, и, опустив глаза, кормил его. Возможно, из-за особенностей его черт лица — глубоких глаз и резких линий — его взгляд обычно казался пронзительным и даже пугающим, особенно после того, как она видела, как он общается с посторонними. Но сейчас, с опущенными ресницами, он словно убрал всю свою резкость, и даже лёгкая тень нежности в его взгляде заставляла сердце замирать.
Ся Мань так увлеклась созерцанием, что не заметила, как пристально смотрит на него.
Чэн Ши почувствовал её взгляд и повернул голову:
— Что случилось?
В тот же миг, когда их глаза встретились, Ся Мань резко опустила ресницы.
— …Ничего.
И уткнулась в свою тарелку.
Пока Ся Мань ела, Чэн Ши пошёл умываться.
Прежде чем зайти в ванную, он посадил Лео в переноску, чтобы тот не мешал ей есть.
Когда он вышел, переноска уже была пуста.
Ся Мань стояла на коленях у изножья кровати и уложила Лео на спину. Она взяла его лапки и то разводила их в стороны, то сводила вместе.
Малышу, похоже, игра понравилась: он прижимал подбородок к груди и улыбался ей. Ся Мань растаяла от умиления, прижала его к себе, потерлась щекой о его шерсть, а когда подняла голову, увидела, что только что улыбавшийся Лео теперь смотрит на неё с выражением полного оцепенения, будто его только что крепко поцеловали.
Этот растерянный вид так её рассмешил.
Чэн Ши тихо усмехнулся, но, заметив, что еда на столе почти нетронута, его улыбка исчезла, и между бровями легла лёгкая складка:
— Не по вкусу?
Ся Мань подняла глаза и проследила за его взглядом:
— О, нет, очень вкусно. Просто скоро ложиться спать, боюсь, не переварится.
В этот момент цепочка на её шее соскользнула вперёд, и кольцо, висевшее на ней, оказалось на виду. Лео тут же схватил его лапками.
Ся Мань попыталась вытащить цепочку, но малыш упорно не отпускал.
Она нахмурилась и лёгким шлепком по лапкам сказала:
— Лео, нельзя.
Малыш только-только разжал пальцы —
«Тук-тук-тук!»
Внезапно раздался стук в дверь.
Ся Мань подскочила, будто её ударили током.
— Ся Мань-цзе?
Не дождавшись ответа, за дверью окликнули её.
Узнав голос, Ся Мань словно очнулась.
Она в ужасе посмотрела сначала на Лео, потом на Чэн Ши, резко вскочила, схватила Лео и, не раздумывая, запихнула его вместе с Чэн Ши в шкаф.
«Шшш!» — дверца шкафа захлопнулась с глухим стуком.
Чэн Ши: «…………»
Прежде чем за дверью снова постучали, Ся Мань уже открыла дверь и вымучила стандартную вежливую улыбку:
— Что случилось? Чем могу помочь?
Девушка на пороге на миг опешила от её вида, но быстро протянула ей пакет:
— Режиссёр угощает всех ночной едой.
Ся Мань, стараясь сохранять улыбку, взяла пакет:
— Спасибо.
— Не за что. Тогда я пойду.
— Угу.
Ся Мань проводила её взглядом, закрыла дверь и тут же обессиленно прислонилась к ней, опустив плечи и глубоко выдохнув.
Ещё чуть-чуть — и всё бы раскрылось.
Вспомнив о спрятанных в шкафу человеке и собаке, она поспешила обратно, поставила пакет с едой на шкаф и распахнула дверцу.
Гостиничный шкаф был высоким до потолка. Чэн Ши стоял внутри, прислонившись к боковой стенке, и держал Лео на руках. Они молча смотрели друг на друга.
В этой позе Ся Мань почему-то увидела в них обиженных, и ей стало неловко. Она виновато улыбнулась:
— Всё, гость ушёл. Можно выходить.
Чэн Ши повернул к ней голову, но ничего не сказал — лишь слегка ослабил хватку, и Лео тут же прыгнул на пол и радостно побежал по комнате.
http://bllate.org/book/3673/395691
Готово:
