Вой сирен нарастал, приближаясь. Машины оперативной группы затормозили у обочины, и оперативники группы «Б», на ходу распахивая дверцы, поспешили к Лян Тинсуну.
Сюй Вэйси отвел взгляд. Опираясь ладонью о сырую землю, он попытался подняться, но покачнулся — действие диазепама еще не прошло, и ступни кололо противным, ватным онемением. Помощи ждать было неоткуда.
Он посмотрел на лежавшую рядом Ян Чжоуюэ. Ее глаза были плотно закрыты. Теперь он, кажется, понял правила этой так называемой игры: понимая, что пути назад нет, Ян Чжоуюэ без колебаний сделала пешкой саму себя, чтобы загнать его в ловушку.
Сюй Вэйси устало вздохнул, глядя на то, как оперативники один за другим вбегают в дом. Решив больше не дергаться, он просто остался сидеть на земле и молча протянул вперед сложенные запястья. Жест был красноречивее любых слов.
Однако полицейские не спешили. Переводя взгляд на застывшего рядом Лян Тинсуна, не проронившего ни единого слова, они не понимали, что происходит, и никто не решался сделать шаг вперед.
Губы Сюй Вэйси дрогнули. Спустя долгую секунду он горько усмехнулся:
— Лян Тинсун...
У Лян Тинсуна перехватило дыхание. Посмотрев на протянутые руки, он медленно двинулся навстречу. Сюй Вэйси зажмурился. Он знал, на что шел, и был готов к холодному прикосновению стали, но на душе все равно скребли кошки.
Но ожидаемого металлического щелчка не последовало. Вместо этого широкая, теплая ладонь Лян Тинсуна крепко обхватила его запястья. Ощутив это внезапное, надежное тепло, Сюй Вэйси резко распахнул глаза и растерянно уставился на мужчину.
— Цел? Подняться сможешь? — Лян Тинсун загородил его своей широкой спиной от любопытных взглядов подчиненных. Теперь в поле зрения Сюй Вэйси не осталось никого, кроме него.
— Ноги... — пробормотал Сюй Вэйси, все еще ошеломленно глядя на него снизу вверх. — Ноги онемели.
— Сначала в машину.
Лян Тинсун потянул его вверх, заставляя подняться. Сюй Вэйси навалился на его плечо, пытаясь удержать равновесие на непослушных ногах. Лян Тинсун скользнул взглядом по оперативникам и скомандовал:
— Группе «Б» провести тщательный обыск на месте.
— Есть!
Лян Тинсун опустил взгляд на прижавшегося к нему Сюй Вэйси. Секунду подумав, он слегка наклонился, ловко закинул его руки себе за шею, а правой подхватил под колени и одним слитным, мощным движением забросил на плечо.
Сюй Вэйси даже пикнуть не успел, как его уже несли к выходу. Металлическая кокарда на погоне Лян Тинсуна ощутимо уперлась ему в живот. Смешанными чувствами созерцая уплывающий назад гравий под ногами полицейского, он безмолвно терпел этот позор, пока его аккуратно не устроили на переднем сиденье патрульного автомобиля.
Лян Тинсун обошел машину, сел за руль и повернул ключ в замке зажигания. Двигатель послушно заурчал. Наблюдая за его уверенными движениями, Сюй Вэйси наконец не выдержал:
— Почему ты не надел на меня наручники? Я ведь главный подозреваемый.
При таких обстоятельствах любой бы счел его хладнокровным убийцей Ян Чжоуюэ.
Лян Тинсун смотрел только на дорогу. Он нажал на кнопку, наполовину опустив стекло со стороны пассажира, чтобы в салон ворвался свежий воздух, и ровно вел машину на четвертой передаче. Проигнорировав вопрос, он лишь скользнул взглядом по зеркалу заднего вида:
— Твой телефон на заднем сиденье.
Лу Цзишан, который до этого притворялся деталью интерьера на заднем сиденье, не отрывая глаз от экрана ноутбука, тут же спохватился и вежливо протянул мобильник Сюй Вэйси обеими руками.
Сюй Вэйси был прав: он являлся ключевым фигурантом дела и главным подозреваемым в убийстве. Сразу после медицинского осмотра его, скорее всего, отправят прямиком в изолятор временного содержания. И все же Лян Тинсун не мог заставить себя надеть на него стальные браслеты. Наверное, потому, что в ту роковую минуту Сюй Вэйси позвал его по имени, а не официальным «офицер Лян». Наручники созданы для преступников, а не для тех, кого любишь всем сердцем.
Хотя машина шла мягко, остатки снотворного в крови провоцировали сильнейший приступ морской болезни. Сюй Вэйси крепко стиснул зубы, с трудом сдерживая подкатывающую к горлу тошноту.
Лян Тинсун то и дело обеспокоенно косился на него. Он порывался съехать на обочину и дать ему перевести дух, но Сюй Вэйси лишь слабо отмахивался, показывая, что нужно ехать дальше.
Они въехали в городские кварталы. До больницы Цинчжоу оставалось минут пятнадцать езды, но в час пик улицы заполнили потоки машин и спешащих с работы людей. Шум клаксонов и навязчивая уличная реклама из динамиков больно били по натянутым нервам, и Сюй Вэйси до упора поднял боковое стекло.
Без свежего воздуха дурнота накатила с новой силой. Спастись от нее можно было только одним — отвлечься, но за окном тянулась унылая вереница красных стоп-сигналов и безликих многоэтажек. Сюй Вэйси опустил руку в карман брюк. Нащупав лежащий там предмет, он облегченно вздохнул. Прохладный металл под пальцами принес долгожданное успокоение.
К счастью, проблесковые маячки на крыше заставляли попутные машины уступать дорогу, и вскоре они припарковались у главного корпуса больницы.
Лян Тинсун заглушил мотор, вышел и распахнул пассажирскую дверцу. Сюй Вэйси поднял на него глаза, затем со скрытой тревогой посмотрел на монументальные гранитные ступени больницы.
— Офицер Лян, можно мне не ходить туда?
— Это просто обычный осмотр, ничего страшного, — мягко ответил Лян Тинсун.
Он прекрасно знал о застарелой неприязни Сюй Вэйси к больницам, но сейчас это было жизненно необходимо. Хрупкая Ян Чжоуюэ не смогла бы одолеть взрослого мужчину без применения транквилизаторов. Если токсикологический анализ крови выявит следы седативных препаратов, это сразу снимет с него часть подозрений. Вот только каждая минута промедления играла против них — организм стремительно выводил токсины.
Сюй Вэйси перевел взгляд на протянутую ладонь Лян Тинсуна, а затем заглянул ему прямо в глаза:
— Я могу поехать домой. И вызвать семейного врача туда. Результат будет тот же...
— Я буду рядом, — не терпящим возражений тоном прервал его Лян Тинсун. Его рука так и осталась висеть в воздухе.
Сюй Вэйси покорно вздохнул и наконец вложил свои пальцы в его ладонь.
Миновав забитый хмурыми пациентами вестибюль, они поднялись по лестнице на третий этаж. У лестничного пролета висел указатель. Сюй Вэйси мазнул по нему глазами — они шли в сторону процедурного кабинета терапевтического отделения.
Благодаря предварительному звонку, дежурный врач, едва завидев форму Лян Тинсуна, без лишних вопросов провел их в пустую смотровую. Следом вошла медсестра с металлическим лотком, полным пробирок и шприцев, и аккуратно поставила его на стул.
Лян Тинсун проверил завибрировавший телефон и тихо вышел в коридор. Процедура не заняла много времени: медсестра быстро наполнила три вакуумные пробирки венозной кровью, прижала к локтевому сгибу спиртовой тампон и аккуратно извлекла иглу.
— Результаты будут готовы через час, — сухо бросила она.
Подержав вату пару минут, Сюй Вэйси выбросил ее в контейнер для медицинских отходов. Он поднялся, подошел к двери и выглянул наружу. Коридор был полон незнакомых людей, но Лян Тинсуна среди них не было.
— Шеф, эти ублюдки заговорили, — раздался в трубке бодрый голос Яо Чжиняня, выходившего из допросной с пухлой папкой документов. Допрос прошел на удивление гладко. Хотя при задержании банда активно сопротивлялась, бросаясь на оперативников с арматурой, под протокол они раскололись в один миг. — Оказывается, Ян Чжоуюэ наняла их исключительно ради того, чтобы устроить потасовку у бара LesL. А похищенных девчонок они высадили еще по дороге, за городом.
Лян Тинсун в этот момент как раз входил в холл больницы, неся в руках шуршащий пакет из ближайшего супермаркета. Окинув взглядом снующих вокруг посетителей, он понизил голос до шепота:
— А про сообщников на черном минивэне они что-нибудь знают?
— Я их тряс по этому поводу. Все в один голос твердят, что ничего не знают. Похоже, это вообще левая банда, никак с ними не связанная, — ответил Яо Чжинянь, садясь в машину и включая громкую связь на приборной панели.
— Понял. Возвращайся в Городское управление, — Лян Тинсун сбросил вызов и поспешил к смотровой.
Обнаружив, что кабинет пуст, он подошел к стойке регистрации и постучал в стекло. Дежурный врач поднял голову:
— Анализы еще не готовы, офицер.
— Вы не видели молодого человека, который пришел со мной?
— Который бледный такой? — Врач на секунду задумался, а затем неопределенно махнул рукой в сторону пожарной лестницы. — Кажется, пошел туда, к винтовому переходу.
— Спасибо, — коротко бросил Лян Тинсун и быстрым шагом направился в указанную сторону.
Сюй Вэйси и сам не понимал, куда его занесло. Какое-то время назад коридорные указатели исчезли, сменившись серыми неокрашенными стенами. Он машинально сунул руку в карман за телефоном, но тут же вспомнил, что оставил его в бардачке служебной машины Лян Тинсуна. Делать было нечего — пришлось идти наобум.
Он оказался в просторном холле нежилого крыла. Вдоль стен сиротливо жались пустые каталки без матрасов. Место походило на строящийся или законсервированный стационар — здесь не было ни души, стояла мертвая, гулкая тишина. Лишь холодный свет люминесцентных ламп ложился на бетонный пол, вытягивая его длинную, угловатую тень.
Сюй Вэйси толкнул ближайшую дверь. Палата встретила его запахом побелки и пыли. Окна были наглухо закрыты, из мебели — ни единой тумбочки. Похоже, это крыло только готовили к сдаче. Он подошел к пыльному стеклу и посмотрел вниз. Внизу, насколько хватало глаз, раскинулся город — хаотичное нагромождение крыш, напоминающее чешую гигантского зверя. Последние лучи заходящего солнца лениво скользили по верхушкам зданий, уступая место густеющим фиолетовым сумеркам.
Здесь, вдали от больничной суеты, мысли наконец прояснились. В памяти зияла огромная дыра — с того самого момента, как его опоили в баре, и до того, как его нашел Лян Тинсун. Приходя в себя в заброшенном бараке, он сквозь пелену перед глазами едва сумел узнать лежавшую рядом Хань Цзянсюэ. В его ладонь тогда насильно вложили нож. Если Ян Чжоуюэ действительно просчитала все до мелочей, то сталь сейчас буквально усыпана его отпечатками пальцев.
Подобный сценарий шил белыми нитками, и до сих пор эта многоходовка не причинила ему реального вреда. Ян Чжоуюэ лишь разыгрывала банальный психологический этюд: ей хотелось посмотреть, как поведут себя влюбленные, столкнувшись с предательством и ложью. Но она совершила фатальную ошибку, не учтя простую истину: доверие необходимо обоим, а не только тому, кто слабее.
Неужели ее безумная игра закончится так просто?
Сюй Вэйси медленно опустился на корточки, привалившись спиной к прохладной стене, и принялся задумчиво чертить пальцем круги на запыленном полу. На лбу прорезалась глубокая складка. Самая главная загадка оставалась нерешенной: где сейчас Линь Юй, та несчастная девочка, которую продали неизвестным покупателям? Удалось ли Лян Тинсуну напасть на их след?
Он тяжело вздохнул, и в этот момент за спиной раздался знакомый, чуть хрипловатый голос:
— И зачем ты сюда забрался?
От неожиданности Сюй Вэйси вздрогнул, потерял равновесие и неловко шлепнулся на пол. Оглянувшись на дверь, он увидел приближающегося Лян Тинсуна с шуршащим полиэтиленовым пакетом в руках.
«Легок на помине», — мысленно усмехнулся Сюй Вэйси. Опираясь руками о пол, он поднялся и принялся небрежно отряхивать джинсы от пыли, но Лян Тинсун внезапно перехватил его руку за запястье. Из-за того, что Сюй Вэйси слишком рано убрал ватный тампон, на локтевом сгибе расплылся уродливый, багрово-синий кровоподтек.
Почувствовав укол неловкости, Сюй Вэйси поспешно спрятал руку за спину и перевел взгляд на пластиковый пакет. Он-то думал, что офицер вернулся к оперативной группе на место происшествия, а тот, оказывается, бегал в магазин.
— Что там у тебя?
— Подумал, что ты с самого утра ничего не ел, вот и взял кое-что перекусить, — Лян Тинсун выудил из пакета бутылку минералки и вложил ему в руки. Памятуя о капризном желудке Сюй Вэйси и его бесконечных гастрономических табу, он не рискнул брать ничего серьезного, ограничившись парой пресных булочек и упаковкой сушеного чернослива.
Сюй Вэйси только сейчас осознал, как сильно у него пересохло в горле. Он сорвал крышку и жадно сделал несколько крупных глотков. Лян Тинсун терпеливо ждал рядом. Когда бутылка опустилась, он негромко произнес:
— Тела Ян Чжоуюэ и Хань Цзянсюэ доставили в Судебно-медицинскую клинику. Вскрытие уже идет.
— Понятно, — безучастно отозвался Сюй Вэйси. Он завинтил пробку, вернул бутылку обратно в пакет и направился к выходу из палаты.
Лян Тинсун не сдвинулся с места. Лишь развернулся корпусом вслед его уходящей фигуре.
— Эксперты закончили работать на месте преступления. Твои отпечатки пальцев нашли повсюду: на входной двери бытовки, на штативе капельницы, на использованных шприцах.
Сюй Вэйси резко замер у самого порога.
— И что с того? Хочешь сказать, на орудии убийства они тоже есть?
— Да.
— Какая глупость... Ян Чжоуюэ могла взять меня за руку и прижать мои пальцы к любому предмету в той комнате, пока я был без сознания, — Сюй Вэйси горько вздохнул и обернулся к нему. За окном догорала узкая полоска багрового заката. Тьма неумолимо вступала в свои права.
Лян Тинсун достал из кармана сложенный вдвое лист бумаги и протянул ему.
— Только что пришли результаты твоего экспресс-теста. В крови обнаружены следы диазепама. Но концентрация слишком мала, для полноценного алиби этого недостаточно...
— Лян Тинсун, ты правда думаешь, что это я убил Ян Чжоуюэ? — резко перебил его Сюй Вэйси. Ему не хотелось слушать сухие юридические выкладки и оценку улик. Ему нужно было знать лишь одно — что у этого человека на уме.
Лян Тинсун промолчал. В повисшей тишине их взгляды встретились.
Не дождавшись ответа, Сюй Вэйси отвел глаза и тихо, самокритично хмыкнул:
— Ах да, совсем забыл. Ты же полицейский. А копы верят только фактам.
— Я верю тебе. — Голос Лян Тинсуна прозвучал одновременно с его словами. Он сделал шаг вперед, крепко сжал его ладонь и увлек за собой в коридор. — Сейчас все улики против тебя. Тебе придется провести несколько дней под арестом в изоляторе, пока мы во всем не разберемся. Но я верю тебе, Вэйси. Безоговорочно.
Сюй Вэйси молча смотрел на их переплетенные пальцы. В заброшенном крыле здания гулко отдавался ритмичный стук их шагов. Лян Тинсун уверенно вел его за собой сквозь лабиринт темных переходов, мимо пустых палат, вниз по неосвещенной лестнице — прочь из этого холодного, всеми забытого склепа к ярко освещенным коридорам действующей больницы.
— Лян Тинсун, — негромко позвал Сюй Вэйси, когда впереди забрезжил теплый свет жилого корпуса. Легкий вечерний сквозняк коснулся их лиц. Одним быстрым движением он вытащил из кармана брюк припрятанный предмет и незаметно скользнул им в карман куртки полицейского. — Я тоже тебе верю.
В этой игре на выживание доверие не должно быть односторонним. Тот, кто берет на себя роль защитника, нуждается в нем ничуть не меньше слабого.
Сжимая в руках пакет с нехитрой провизией, Сюй Вэйси сидел на переднем сиденье и безучастно смотрел в окно. Праздничные огни ночного Цинчжоу сливались в сплошные светящиеся полосы, рассыпались искрами и растворялись в непроглядной темноте.
У входа в изолятор конвоиры преградили ему путь. Сюй Вэйси на секунду замер у порога, обернулся и посмотрел на стоявшего у патрульной машины Лян Тинсуна.
— Не заставляй меня ждать слишком долго.
http://bllate.org/book/36722/5012466
Готово:
