Густая, похожая на туман тьма окутывала редкие строения. Впереди шла Чэнь Юйи, прорезая полумрак тонким лучом фонаря.
С сырым, пронизывающим до костей воем метался ночной ветер — то влево, то вправо. Мелкая изморось, попадая в луч света, кружилась безумным роем испуганной мошкары, гонимая порывами ветра в безмолвном, хаотичном танце.
Четыре пары ног шагали по шуршащему гравию, пока дорога не сменилась узкой бетонной тропинкой, ведущей к репетиционному залу. Стоило подошвам Чэнь Юйи хлюпнуть по мелкой лужице, как шедшие следом за ней люди тоже зашагали звонче, ломая тишину ночи.
Округу заполнял лишь этот неровный шаг. Впереди, у самого края видимости, чернел репетиционный зал. Выстрелы там давно стихли, и теперь сквозь щели освещенных дверей просачивалась лишь мертвая, зловещая тишина.
Хэ Цюньцин покорно шел вперед, задрав руки. Дуло пистолета, упиравшееся ему в затылок, заставляло вести себя тише воды ниже травы. Однако с каждым шагом юноша все яснее понимал: Дан Сюй давно питал к нему зуб. Иначе с чего бы конвоиру то и дело грубо пихать его в спину, хотя он даже не думал сопротивляться?
Когда Хэ Цюньцин в очередной раз запнулся и едва не полетел носом в грязь, Чэнь Юйи не выдержала. Она резко обернулась, полоснув лучом фонаря прямо по лицу Дан Сюя.
— Эй, Дан Сюй! — Чэнь Юйи нахмурилась, в ее голосе так и сквозило раздражение. — Кончай палку перегибать. Земля круглая, еще встретимся. Не забывай: это подземелье закончится, но за ним будет следующее. То, что ты спелся с Ян Фаном, подставил меня и теперь тычешь стволом — ладно, спишем на жажду выжить. Я могу даже закрыть на это глаза, в конце концов, таких приспособленцев я на своем веку навидалась сотни, если не тысячи.
Она перевела взгляд на силуэт Хэ Цюньцина, которого Дан Сюй держал на мушке, и в ее глазах блеснула холодная угроза:
— Но не делай того, о чем потом горько пожалеешь. Договорились?
Дан Сюй вроде бы заколебался, обдумывая ее слова, но в следующую секунду резко вскинул ногу.
Раздался глухой удар. Дан Сюй с силой пинком впечатал ботинок в подколенный сгиб Хэ Цюньцина. Тот сдавленно охнул, колени подогнулись, и он тяжело рухнул на одно колено.
— Бэби! — вырвалось у Цзян Тибая.
Хэ Цюньцин судорожно втянул сквозь зубы холодный воздух.
Грудь его тяжело вздымалась от боли. Упершись ладонями в мокрый бетон, он попытался подняться. Заметив боковым зрением, как к нему стремительно направляется разъяренная Чэнь Юйи, он поспешно крикнул, останавливая ее:
— Сестра Чэнь, не надо! Я в порядке... Все нормально, не лезь на рожон, не...
Дан Сюй резко ткнул дулом пистолета прямо в макушку Хэ Цюньцина, заставив того умолкнуть на полуслове.
— Да плевать мне на твою «круглую землю»! — загоготал Дан Сюй. — Раз уж встрял в это болото, отступать некуда. Скажу вам как есть: Ян Фан пообещал мне либо две тысячи очков выживания, либо один обвинительный акт на выбор, если я вытяну из вас зацепки. Чэнь Юйи, для тебя две тысячи очков — мелочь карманная, верно? Но даже если ты предложишь мне больше, предавать Ян Фана я не стану! В конце концов, пусть мы и заперты в этой чертовой преисподней, мы все еще люди, а не эти твари из подземелий. Какое-никакое благородство и верность слову у нас должны оставаться!
— Вот как? — лениво подал голос Цзян Тибай.
Его затуманенный, сонный взгляд скользнул по стоящему на коленях Хэ Цюньцину. Тонкие брюки не уберегли кожу от жесткого удара о бетон, и в грязной воде под его коленом уже расплывалось мутное багровое пятно. И даже сейчас этот дуралей умудрялся удерживать Чэнь Юйи, метавшуюся вокруг него, словно наседка над цыпленком. Тонкая, бледная нога Хэ Цюньцина заметно дрожала, отчего кровь из свежей ссадины текла еще сильнее, пачкая штанину. Но сам парень, казалось, был слишком упрям или глуп, чтобы вообще заметить собственную рану.
Цзян Тибай остался стоять в стороне, не сделав ни шагу навстречу Чэнь Юйи. Его фигура почти полностью растворилась во тьме, и лишь глаза, уловив слабый отблеск фонаря, холодно поблескивали из-под длинных ресниц. Он пристально, не мигая, смотрел на Дан Сюя.
— Значит, больше очков тебе не нужно? — вкрадчиво поинтересовался он. — Десять тысяч? Сто тысяч? Полмиллиона? Мало? Ну, тогда как насчет миллиона?
Голос Цзян Тибая звучал негромко, почти небрежно, но каждое его слово ложилось на плечи Дан Сюя неподъемной тяжестью. Лоб конвоира покрылся крупными каплями пота.
— Хех... — Дан Сюй шумно выдохнул, его былая спесь мгновенно испарилась. — Высокоранговые игроки действительно могут позволить себе все что угодно... Миллион...
— Неужели миллиона мало? — Цзян Тибай стоял неподвижно, его бледное, словно вырезанное из бумаги лицо тонуло в полумраке, придавая ему сходство с призраком. Голос оставался абсолютно ровным. — За миллион очков можно купить не одну жизнь новичка. За него отдадут сотни, тысячи таких жизней. Я даю тебе шанс. Подумай хорошенько: сколько на самом деле стоит твоя преданность?
Под этим ледяным взглядом Дан Сюй невольно вздрогнул. И все же в его груди зашевелилась жадность. Да что там Дан Сюй — у самого Хэ Цюньцина внутри все перевернулось.
«Один миллион очков выживания?..»
С одной стороны, его покоробило то, с каким пренебрежением Цзян Тибай назвал новичков «товаром», словно какую-то вещь. Но с другой... если у того действительно был лишний миллион очков, Хэ Цюньцин с радостью забрал бы его себе. За такие деньжищи он бы сам согласился отправиться на тот свет вместе с Дан Сюем.
— Босс... босс Цзян, — Дан Сюй сдался почти мгновенно. Он заискивающе оскалился. — Я ведь тоже не хотел, чтобы все так обернулось. Сами понимаете, нам, низкоранговым игрокам, выживать ничуть не легче, чем зеленым новичкам. Я просто...
Вдруг со стороны репетиционного зала донесся тяжелый скрип распахивающейся двери.
Дан Сюй мгновенно осекся.
На пороге, подпирая плечом косяк, возник коренастый силуэт. Мужчина стоял против света и молча всматривался в темноту.
Дан Сюй тут же притих. Лицо его приняло угодливое выражение — он словно пытался продемонстрировать свою безграничную преданность Ян Фану даже сквозь разделяющее их расстояние.
Наконец силуэт пришел в движение.
Скрип...
Тяжелая деревянная створка качнулась от его толчка.
— Дан Сюй? — глухо донесся издалека бесстрастный голос Ян Фана.
— Босс! — встрепенулся Дан Сюй.
— Подмога нужна?
— Нет! — крикнул он в ответ. — Все под контролем, я держу Цзян Тибая и остальных.
— Хорошо, — коротко бросил Ян Фан, не сводя с них глаз. — Живее тащи их сюда.
Дан Сюй покосился на Цзян Тибая и Чэнь Юйи. Его палец на спусковом крючке заметно дрожал. Под прицелом хозяйского взгляда он понимал: даже если бы он очень захотел согласиться на заманчивое предложение в миллион очков, время упущено.
И тут его осенило.
— Миллион очков? — прошипел он с ядовитой злобой. — За идиота меня держишь? Да ты просто зубы мне заговариваешь! Стал бы великий Цзян Тибай швыряться миллионами ради какого-то сопляка! И не думай шутить со мной! А ну вставай!
Хэ Цюньцин начал подниматься, но не успел он выпрямиться, как Дан Сюй снова грубо толкнул его в спину, вымещая злость.
К счастью, на этот раз парень ожидал подвоха. Резким движением плеча он перехватил чужую руку и наотмашь отпихнул Дан Сюя от себя.
Хэ Цюньцин лишь хотел убрать от себя наглого конвоира и силу не рассчитывал. Однако Дан Сюй от этого толчка едва не потерял равновесие. Его лицо мгновенно побледнело от страха упустить добычу, а в следующую секунду исказилось в дикой ярости. Кое-как удержавшись на ногах, он вскинул пистолет и нажал на спуск, целясь прямо в грудь Хэ Цюньцину!
Чья-то железная хватка мертвой петлей сомкнулась на предплечье Хэ Цюньцина. Невероятная, чудовищная сила буквально сдернула его в сторону.
Грохнул выстрел!
Юноша покатился по грязи, в ушах нестерпимо звенело от близкого разрыва пороховых газов. Гнев диким зверем проснулся в его груди.
За долю секунды он сориентировался в темноте и выхватил взглядом фигуру Дан Сюя. Упершись ладонями в землю, Хэ Цюньцин уже приготовился к прыжку, но та же непреодолимая сила каменной плитой обрушилась ему на спину, намертво прижав к мокрому бетону.
Он сдавленно пискнул, распластавшись по земле.
— Мх-х!.. — задыхаясь от тяжести, парень попытался вырваться. Его пальцы скребли по цементу, но ладони лишь беспомощно скользили по грязной жиже и мокрому гравию.
— Тихо. Не рыпайся, — раздался прямо над ухом тихий, хриплый шепот Цзян Тибая.
Глаза Хэ Цюньцина округлились от изумления. Он готов был поверить, что на него навалился какой-нибудь кошмарный монстр из подземелья, но никак не ожидал, что эта неподъемная тяжесть принадлежит Цзян Тибаю.
«Да ты...»
У Хэ Цюньцина просто не нашлось слов. Он так и знал, что вся эта немощность и бледность старшего игрока были чистой воды притворством!
— Стоять! Не стрелять!
Не успел Хэ Цюньцин высказать все, что думает, как перед ними выросла бледная, задыхающаяся от ярости Чэнь Юйи. Фонарь в ее дрожащей руке метался из стороны в сторону. Она заговорила скороговоркой, преграждая путь Дан Сюю:
— Ян Фан идет сюда! Дан Сюй, без нас вы не найдете обвинительный акт! Ты уверен, что хочешь устроить бойню прямо сейчас?!
Стрелять снова Дан Сюй, конечно же, не смел. На самом деле он испугался собственного выстрела в ту же секунду, как палец нажал на курок.
Он затравленно оглянулся на репетиционный зал. Ян Фан уже отдавал приказы своим людям на входе, отправляя к ним подмогу. От этого зрелища лицо Дан Сюя сделалось совсем серым.
— Встать! Быстро встали оба! — закричал он, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Цзян Тибай, жить надоело?! Живее поднимайтесь!
Цзян Тибай, никуда не торопясь, еще раз выдохнул в самое ухо Хэ Цюньцина:
— Бэби... без глупостей.
Хэ Цюньцин лишь стиснул зубы.
Убедившись, что напряженное тело юноши обмякло и тот не собирается совершать глупостей, Цзян Тибай не спеша ослабил хватку и медленно поднялся на ноги.
Хэ Цюньцин подождал, пока чужой вес полностью уйдет, и только тогда встал, опираясь на протянутую руку Чэнь Юйи.
— И это ты просил меня не лезть на рожон? — сердито проворчала женщина, хотя в ее глазах все еще читался пережитый страх. Оглядев парня с ног до головы, она спросила: — Как нога? Идти можешь?
Только теперь Хэ Цюньцин почувствовал жгучую боль в колене. Опустив взгляд, он заметил, как тонкая струйка крови бежит по голени, впитываясь в серый носок.
Он осторожно согнул и разогнул ногу, а затем принялся отряхивать ладони от жидкой грязи.
— Нормально... Обычная ссадина.
— Вот и славно. И не смей злиться на этого ублюдка, — тихо шепнула Чэнь Юйи, успокаивающе похлопав его по плечу. — Он твоего мизинца не стоит.
Цзян Тибай равнодушно отвел взгляд. Со стороны здания послышался частый топот тяжелых ботинок — подоспели люди Ян Фана.
В окружении нескольких вооруженных игроков троица наконец переступила порог репетиционного зала.
Еще снаружи Хэ Цюньцин почувствовал, как спазм сжимает горло от одного взгляда на залитые светом окна. Но когда его подошвы коснулись скользкого, багрового пола, а в нос ударил невыносимо густой, удушливый запах свежей крови и железа, его едва не вывернуло наизнанку. Повсюду валялись бесформенные, сочащиеся сукровицей куски плоти. Ноги парня мгновенно сделались ватными. Обливаясь холодным потом, он едва удержался на ногах, согнувшись пополам в судорожном кашле и силясь не дышать этим кошмарным воздухом.
Судя по всему, Ян Фан устроил здесь тотальную «зачистку». Жертвы, превращенные в груду безжизненного мяса, были свалены посреди зала. Их головы лежали в стороне — чья-то больная воля аккуратно сложила их в единую жуткую пирамиду. Прекрасные, некогда утонченные лица актеров теперь застыли в гротескных гримасах предсмертного ужаса. Остекленевшие глаза мертвецов, казалось, все еще упрекали живых.
— Босс... Сестра Чэнь... — раздался слабый, дрожащий голос из угла.
Бухгалтер Линь Куан сидел прямо на грязном полу, бледный как полотно. Рядом с ним стоял вооруженный охранник Ян Фана, а у ног валялась тяжелая совковая лопата, густо измазанная багровой жижей. Страшно было представить, через какой кошмар парню пришлось пройти за эти часы.
— Ян Фан... — процедила сквозь зубы Чэнь Юйи, и ее всю затрясло от отвращения. — Какая же ты все-таки гнида. Из какого ада ты вылез?
Ян Фан лишь презрительно усмехнулся и повернулся к Дан Сюю:
— Выкладывай. Что они делали? Что нашли? Мне нужны все подробности, до мельчайших деталей.
Дан Сюй прятал глаза. Его лицо пожелтело от тошноты, а по вискам катились крупные капли пота. Как бы он ни готовил себя к худшему, реальность превзошла все его самые мрачные ожидания. Запинаясь и путаясь в словах, задыхаясь от паники, он вывалил все, что успел узнать: рассказал о поисках Цзян Тибая и Чэнь Юйи, перечислил найденные улики и высказал их общую догадку о том, где спрятан обвинительный акт.
— Цзэн Хайцин? — Ян Фан недовольно нахмурился и оглянулся на груду расчлененных тел. На его лице впервые отразилось замешательство. — И кто из них Цзэн Хайцин?
Во время предыдущих кругов смерти он каждую ночь проводил в административном корпусе и ни разу не заглядывал в этот зал. О том, что Цзэн Хайцин превратилась в монстра, он понятия не имел. Теперь же опознать кого-либо среди этого кровавого месива было задачей почти невыполнимой — все они превратились в безликие куски плоти.
— Чэнь Юйи, — скомандовал Ян Фан. — Иди и найди ее тело. Дан Сюй... нет, ты слишком жалок. Эй, ты! Да, ты, иди с ней.
Хэ Цюньцин, тяжело дыша и опираясь на колени, поднял голову. Из толпы подручных Ян Фана вышел игрок. К удивлению Хэ Цюньцина, это оказался Новичок А.
Вся открытая кожа Новичка А была покрыта запекшейся коркой крови. С его тяжелой, пропитанной насквозь рабочей одежды при каждом шаге на пол срывались темные, вязкие капли.
Впрочем, тело Цзэн Хайцин они обыскали еще до этого. Если бы при ней действительно был обвинительный акт, они бы его нашли. Чэнь Юйи вместе с Новичком А лишь перевернули несколько изуродованных останков, но поиски не принесли никаких результатов.
Ян Фан молчал несколько секунд, а затем разочарованно вздохнул:
— Ладно. Я так и думал.
Резким движением он вскинул руку. Раздался сухой, щелкающий звук передернутого затвора. Черный зрачок пистолетного дула уставился прямо в лоб стоящему у дверей Цзян Тибаю.
— Не дергайся, Сяо Цзян, — холодно бросил Ян Фан. — Я не стану убивать тебя прямо сейчас, это было бы слишком легкой смертью. Дан Сюй, бери напарника и свяжите его! Что значит «нет веревки»?! — Ян Фан вдруг побагровел и сорвался на бешеный крик: — Вы что, совсем дебилы?! Если нет веревки, раздерите на тряпки шмотки этих трупов! Мне вас элементарным вещам учить надо, идиоты?!
Выплеснув злость, он тяжело задышал и пятерней зачесал назад взмокшие волосы, пытаясь вернуть самообладание.
Один из головорезов, наскоро содрав с чьего-то тела тренировочный костюм, направился к Цзян Тибаю. Ян Фан буравил пленника взглядом, словно выжидая какой-то реакции — мольбы о пощаде или паники. Но вместо этого он внезапно почувствовал на себе странные, полные недоумения и скрытого страха взгляды остальных игроков.
— Вы чего вылупились?! — прикрикнул Ян Фан, озираясь по сторонам. — Быстро вяжите его! Слышите меня?!
В зале воцарилась гробовая тишина. Мужчина закрутил головой, и в его груди шевельнулось нехорошее предчувствие.
И в этот самый момент прямо из-за спин двух игроков, собиравшихся скрутить Цзян Тибая, отчетливо донесся металлический щелчок.
Звук взводимого курка.
— Прости, Ян Фан, — негромко, своим обычным ленивым голосом произнес Цзян Тибай. — Похоже, ты меня с кем-то перепутал.
http://bllate.org/book/36656/4912479
Готово:
