Не успел Хэ Цюньцин перехватить запястье Цзян Тибая, как между ними бесцеремонно вклинилась Чэнь Юйи, растаскивая их в стороны.
— Стоять! Куда это вы собрались? Кого еще тут нести?
Чэнь Юйи с притворной улыбочкой подхватила Цзян Тибая под локоть.
— Быстрее, шевелись, шевелись. Я в тебя верю, сам дойдешь. Соберись.
Цзян Тибай, которого она бесцеремонно тащила за собой, растерянно оглянулся на Хэ Цюньцина. Под этим жалобным, сиротским взглядом Хэ Цюньцин стиснул зубы и поспешил следом.
— Сестра Чэнь, всё нормально, я могу его понести, — попытался возразить он.
— Помолчи лучше, — Чэнь Юйи напрочь игнорировала виснущего на ней Цзян Тибая, словно тот был неодушевленным предметом. Она повернулась к Хэ Цюньцину и веско произнесла: — Бэби, никто не знает, что ждет нас впереди. Береги силы.
Полный немого укора взгляд Цзян Тибая подействовал на нее как теплый весенний бриз — она расплылась в улыбке, но улыбалась исключительно Хэ Цюньцину, глядя поверх плеча своего спутника.
Опасаясь, что парень заупрямится, Чэнь Юйи настойчиво повторила:
— Слушай меня, Бэби. Что касается Цзян Тибая... Ну, подохнет и подохнет. Он и так уже одной ногой в могиле, терять особо нечего. А вот ты — совсем другое дело. Свою жизнь надо беречь.
Цзян Тибай промолчал.
Хэ Цюньцин тоже решил, что благоразумнее будет держать язык за зубами.
— Эх... — Чэнь Юйи тяжело вздохнула, бросив мимолетный взгляд на распахнутый сейф. — Кто бы думал, а ведь Ян Фан оказался прав. За всю эту кучу налички дадут от силы несколько очков выживания.
Цзян Тибай промолчал и на этот раз.
Через несколько минут подъема по лестнице его лицо приобрело отчетливый землистый оттенок. Едва переставляя ноги, он прохрипел:
— Скажи честно, Чэнь Юйи... я в прошлой жизни зарезал твою семью?
Чэнь Юйи поправила выбившуюся прядь волос:
— Переставляй ноги быстрее.
Цзян Тибай лишь обреченно вздохнул.
Шагавший рядом Дан Сюй, изнывая от нетерпения, не выдержал:
— Сестра Чэнь, давайте я понесу босса Цзяна?
Чэнь Юйи смерила его оценивающим взглядом с ног до головы, остановилась и лучезарно улыбнулась:
— Ой, как мило с твоей стороны! Большое спасибо.
Дан Сюй осекся, не зная, что ответить.
Однако благие намерения разбились о суровую реальность. Дан Сюй, кряхтя и багровея от натуги, попытался взвалить Цзян Тибая на закорки. Спустя секунду послышался тихий вздох последнего:
— Вообще-то я все еще стою на земле.
Цзян Тибай мягко отстранил парня и перевел умоляющий взгляд на Хэ Цюньцина. Но Чэнь Юйи тут же бесцеремонно пихнула его в спину, как ни в чем не бывало бросив:
— Раз так, нечего время терять. Идем.
Цзян Тибай только мысленно выругался.
Кое-как добравшись до медицинского кабинета, Чэнь Юйи постучала. Не дождавшись ответа, она подергала ручку.
— Доктора Чжоу здесь нет. Заперто.
Дан Сюй, у которого после фиаско с переноской босса все еще горели уши, почуял шанс реабилитироваться. Он подскочил к двери, сжимая кулаки:
— Выбить?
— Зачем ломать имущество? У нас есть специалист, — Чэнь Юйи грациозным жестом провела ладонью по волосам. Когда она опустила руку, между ее пальцев поблескивали две черные невидимки.
Она вложила шпильки в ладонь едва переводящего дух Цзян Тибая:
— Действуй.
Цзян Тибай обреченно вздохнул. Он взял тонкие металлические полоски, согнул их под нужным углом, опустился на одно колено и принялся ковыряться в замке. Во время этого процесса он то и дело бросал на Хэ Цюньцина тоскливые, глубокие взгляды:
— Бэби, когда мы пойдем обратно, не мог бы ты...
— Бэби, не слушай его, закрой уши, — безжалостно оборвала его Чэнь Юйи.
Она кокетливо уперлась руками в колени, склонилась к самому уху взломщика и зашептала:
— Мастер, ну долго еще? Когда откроешь? Время поджимает, если поторопимся — выживем, а если нет — сдохнем тут все вместе.
Цзян Тибай резко дернул рукой. Раздался негромкий щелчок — замок поддался.
Хэ Цюньцин кашлянул, делая вид, будто искренне поражен этим кустарным мастерством:
— Ого, получилось! Ничего себе... Давай я помогу тебе встать.
— Вот это я понимаю — талант! — восхитилась Чэнь Юйи и первой шмыгнула в темный зев кабинета.
Дан Сюй, переминавшийся с ноги на ногу позади остальных, настороженно вытянул шею. Чэнь Юйи мгновенно растворилась в кромешной тьме кабинета. На его лице отразилось беспокойство.
— Сестра Чэнь, осторожнее! Я помогу! — крикнул он и, расталкивая остальных, поспешил внутрь, словно его и впрямь волновала ее безопасность.
Когда Хэ Цюньцин и Цзян Тибай вошли следом, Чэнь Юйи уже вовсю шуршала вещами, выдвигая ящики и бормоча что-то себе под нос.
Дан Сюй, не зная, за что ухватиться, неприкаянно послонялся по комнате и спросил:
— Босс Цзян, сестра Чэнь, а что конкретно мы ищем?
Цзян Тибай лениво добрел до стеклянного шкафчика с медикаментами:
— Без понятия. Оглядитесь пока. А я поищу какие-нибудь анальгетики.
Хэ Цюньцин с любопытством наблюдал, как тот пытается вскрыть замок на дверце шкафа.
— У тебя что-то болит?
В представлении Хэ Цюньцина, Цзян Тибай, способный без содрогания вгрызаться зубами в труп, давно находился за гранью человеческой выносливости. Лишение базовых физиологических потребностей системой явно не сводилось к банальной боли. И если этот парень всерьез вознамерился заглушить свои страдания таблетками, то какими именно? Ему нужен яд для эвтаназии?
Дверца шкафчика наконец поддалась. Цзян Тибай словно прочитал мысли спутника — одарил его бесстрастным взглядом и совершенно серьезно ответил:
— Пальцы затекли, пока замок ковырял. Суставы ноют.
Хэ Цюньцин промолчал.
Цзян Тибай загреб несколько блистеров и отошел в сторону. Чэнь Юйи, нахмурившись, тут же заняла его место у шкафа и принялась торопливо перебирать упаковки.
— Нет, не то... И это не подойдет... Да что же вообще сгодится? — растерянно бормотала она.
Хэ Цюньцин подсвечивал фонариком телефона инструкцию к таблеткам в руках Цзян Тибая и мимоходом спросил:
— Сестра Чэнь, в чем дело?
Она подняла на него взгляд, но тут же тяжело вздохнула и отвернулась:
— Да так, пустяки.
Цзян Тибай выбросил одну из бумажных инструкций и принялся медленно разворачивать следующую. Не глядя на Чэнь Юйи, он ровным голосом произнес:
— Можешь не искать. Здесь нет ничего, что можно было бы выставить на продажу.
Пока Хэ Цюньцин пытался осмыслить услышанное, Чэнь Юйи, услышав вердикт, досадливо стиснула зубы. Она явно не хотела сдаваться, но ее движения постепенно замедлились.
— И никаких других вариантов? — тихо спросила она.
Цзян Тибай лишь покачал головой.
Дан Сюй неестественно усмехнулся:
— Сестра Чэнь, вы о чем вообще? Мы что, зря здесь все переворачиваем?
— Тебе-то какая разница, — Чэнь Юйи устало опустилась на стул возле рабочего стола и принялась методично перебирать бумаги, заглядывая в папки. — Впрочем, скрывать нечего. Я пытаюсь найти подходящий товар для нашего Бэби.
— Что?.. — Дан Сюй опешил.
Он уже сообразил по обрывкам фраз, что они ищут нечто ценное для продажи в игровом магазине «Судья». Но парень и подумать не мог, что все эти хлопоты — ради какого-то новичка!
Суть этого плана была ясна как день: Чэнь Юйи собиралась выкупить вещь через магазин, чтобы перевести Хэ Цюньцину очки выживания и тем самым спасти его шкуру от неминуемой смерти.
«С какого, спрашивается, перепугу? Зачем так из кожи вон лезть ради балласта, который впервые видит игру?! Это не лезет ни в какие ворота».
Пока они шли сюда, Дан Сюй уже не раз ловил себя на мысли, что Чэнь Юйи ведет себя с Цзян Тибаем непозволительно дерзко. Но теперь ее безумие перешло все границы. Эта баба определенно лишилась рассудка.
Хотя нет. Психами тут были оба.
Сперва Дан Сюй думал, что между ними интрижка, раз Цзян Тибай безропотно сносит все ее капризы. Но реальность оказалась куда более дикой: Чэнь Юйи средь бел дня, прямо на глазах у своего предполагаемого покровителя, вовсю заигрывала с зеленым новичком, бесстыдно воркуя над ним: «Бэби, бэби»!
И Цзян Тибай терпел это? Мало того — он пальцем не пошевелил, когда она решила потратить целое состояние ради спасения этого смазливого придурка!
Да у них обоих крыша поехала! Два высокоранговых игрока, а ведут себя как полные дегенераты.
Ладно еще Чэнь Юйи — она известная на всю игру специалистка по самоубийствам, у нее свои причуды. Но Цзян Тибай? За какие такие заслуги его величают великим богом?
Дан Сюй уставился в пустоту, его так и подмывало высказать им все в лицо, но он вовремя прикусил язык.
Чэнь Юйи мельком взглянула в его сторону, проигнорировав напряженную позу парня. Она повернулась к Хэ Цюньцину, понимая, что тот хочет прояснить ситуацию:
— Бэби, ты ведь уже заглядывал в магазин «Судья»? Чтобы войти туда прямо во время прохождения, нужен какой-нибудь гаджет — телефон или ноутбук. Но Главный Бог принудительно изымает у нас всю технику на входе. Приходится выкручиваться и искать электронику прямо на месте.
— У тебя туго с очками выживания. Я хотела загрузить от твоего имени какой-нибудь ценный предмет на продажу. В кабинете Го Цина мобильников пруд пруди, а вот с достойным товаром беда... Удивительно даже. Подземелье ломится от богатых неигровых персонажей, но ни единой приличной вещицы для обмена! Эх, найти бы сейчас парочку золотых слитков...
— Сестра Чэнь, — Дан Сюй заставил себя улыбнуться, изображая искреннее участие. — Я слышал, что лекарства тоже неплохо ценятся. Тут же целые горы медикаментов...
Раздраженная бесплодными поисками Чэнь Юйи зыркнула на него так, что у парня пропало всякое желание продолжать.
Он судорожно сглотнул:
— Что не так? Если я сморозил глупость, так и скажи.
— Слишком много чести — тебя отчитывать, — отмахнулась она. — Иди матчасть учи. Торговать можно только теми препаратами, которые игроки притащили с собой из реального мира. Местные лекарства, если они не несут в себе особой квестовой ценности, разрешено использовать только в пределах этого подземелья. В магазин их не загрузишь.
— А... Вот оно как, — протянул Дан Сюй, разыгрывая удивление. — Извини, не знал.
Хэ Цюньцин подивился поразительной чуткости Чэнь Юйи. Он не успел задать ни единого вопроса, а она уже все разложила по полочкам, словно предугадывая его мысли.
Даже несмотря на его полную анонимность, она умудрялась тонко улавливать малейшие перемены в его настроении. Поистине женская интуиция...
— Только не влюбляйся в нее.
— А?.. — Хэ Цюньцин вздрогнул.
Цзян Тибай аккуратно сложил бумажный вкладыш и негромко произнес:
— Мы как-то поспорили. Если она до сорока лет останется старой девой, то выплатит мне восемь миллионов очков выживания. Но если она все-таки выскочит замуж... У меня просто не хватит средств на приличный подарок к свадьбе.
Хэ Цюньцин промолчал.
— Я вообще-то все слышу! — донеслось со стороны стола.
— Так что пропускай ее слова мимо ушей и не смей отвечать взаимностью... Хотя ладно, тебе я не верю. Давай так: я плачу тебе пять миллионов, а ты прямо сейчас идешь и даешь ей хорошего пинка, чтобы дурью не маялась.
Хэ Цюньцин предпочел проигнорировать это заманчивое предложение.
Чэнь Юйи тем временем усердно ковырялась в столе. Раздался резкий скрежет — она при помощи невесть откуда взявшейся отвертки взломала запертый ящик.
— Я сама тебе сейчас так врежу, мало не покажется! — прошипела она, не отрываясь от работы. — Пёс облезлый, на себя в зеркало посмотри. Один щелчок — и ты рассыплешься в прах.
Хэ Цюньцин деликатно отвернулся, мысленно заклиная себя не вступать в дискуссии с сумасшедшими. В этот момент Чэнь Юйи замерла. Судя по всему, ее пальцы наткнулись на потайное двойное дно.
Спустя секунду она удивленно цокнула языком:
— Какая прелесть... Го Цин, Чжоу Цзи... Нет, вообще весь этот театр танца «Сичжи» — просто сборище законченных психопатов.
Дан Сюй, до этого бестолково метавшийся по углам, тут же подскочил поближе. Цзян Тибай дождался, пока Чэнь Юйи бегло просмотрит найденную тетрадь, напоминавшую гроссбух, и лишь затем неторопливо приблизился к столу.
Она протянула находку Цзян Тибаю.
— Сестра Чэнь, что там такое? — сгорая от любопытства, спросил Дан Сюй.
Женщина стерла капли пота со лба, полностью проигнорировав его вопрос.
Изучив записи, Цзян Тибай протянул тетрадь прямо над вытянутой рукой Дан Сюя и вложил ее в ладонь Хэ Цюньцина. Тот открыл первую страницу и при свете экрана принялся вчитываться в ровные строчки.
Это оказался операционный журнал доктора Чжоу.
Казалось бы, откуда у простого терапевта, сопровождающего бродячую труппу, столько хирургической практики? Но пожелтевшие страницы давали исчерпывающий ответ на этот вопрос.
Дан Сюй, в очередной раз оставшийся не у дел, поспешно отдернул руку и натянуто улыбнулся Цзян Тибаю. Тот ответил ему холодным, безразличным взглядом.
Парень убрал руки за спину, до боли сжав кулаки. Он жадно косился на злосчастную тетрадь, гадая, что там написано, но этот ключевой предмет почему-то достался жалкому новичку!
Постепенно злость Дан Сюя сменилась глухим недоумением. Этот безликий парень листал журнал со сверхъестественной скоростью — едва страница открывалась, как его пальцы уже подцепляли следующую. Толстый блокнот таял на глазах, Хэ Цюньцин умудрился за считаные мгновения добраться до середины.
«Что он вообще творит?» — злился про себя Дан Сюй.
Разве можно так бегло, по диагонали изучать столь важную улику? Неужели он действительно хоть что-то успевает разобрать в этой мешанине медицинских записей?
Дан Сюй чувствовал, как закипает от раздражения. Неужели в этой игре даже для того, чтобы подлизаться к сильным игрокам, нужно обладать какими-то особыми навыками?
«Чушь собачья!»
Хэ Цюньцин с абсолютно пустой головой методично переворачивал исписанные листы операционного журнала. Честно говоря, ему хватило и первой трети, чтобы составить полную картину происходящего. Желание читать дальше пропало начисто.
Однако две пары глаз буравили его насквозь. Стоило ему на мгновение замедлить руку, как Чэнь Юйи округляла глаза, а Цзян Тибай хмурился, словно безмолвно приказывая: «Читай до конца, если жить хочешь». Пришлось через силу листать дальше.
Закончив чтение, Хэ Цюньцин смахнул со лба несуществующий холодный пот, страшась, что его заставят делиться выводами. К счастью, Чэнь Юйи обратилась напрямую к напарнику:
— Цзян Тибай, давай выкладывай свои соображения. У нас почти не осталось времени.
Цзян Тибай тяжело, устало вздохнул:
— Судя по записям, Цзэн Хайцин была далеко не первой пациенткой на операционном столе Чжоу Цзи. Теперь предельно ясно, почему Го Цин затащил труппу в эту глухомань. Эту идею ему явно подсказал Чжоу Цзи. То, чем они тут занимались — его давний, проверенный бизнес. И это объясняет, откуда у простого врача взялись деньги на спонсирование театра танца «Сичжи».
— Даты проведения операций идеально совпадают с днями свиданий Цзэн Хайцин и Го Цина. Она умело уводила этого ревнивого психопата подальше, обеспечивая доктору целые сутки тишины и покоя. Очевидно, они спелись очень давно.
— Но Чжоу Цзи не предвидел одного: Цзэн Хайцин и Го Цин внезапно решили обручиться. — Голос Цзян Тибая звучал тихо, почти бесплотно, взгляд его был устремлен на пылинки, кружащиеся в луче света. — Его сообщница решила связать себя узами брака с их марионеткой. Насколько это было опасно для бизнеса? Могло ли это разрушить всю схему, выдать их с головой? И вот в один прекрасный день Цзэн Хайцин слегка приболела. Или просто неудачно упала. Ее привели в этот кабинет, и больше она отсюда живой не вышла.
— Чжоу Цзи не стал терять времени даром. Ему нужно было втянуть Го Цина в свое грязное дело.
— Го Цин погряз в долгах, а его невеста была уже мертва. Доктору оставалось лишь сделать ему предложение, от которого невозможно отказаться. Поначалу тот, возможно, сопротивлялся. Но здесь, на отшибе цивилизации, человеческие принципы быстро выветриваются. Го Цин наверняка убедил себя, что Чжоу Цзи любил покойную сильнее него самого. Раз уж доктор ради спасения театра пошел на такое, то почему он, художественный руководитель, должен стоять в стороне?
От усыпляющего, меланхоличного бубнежа Цзян Тибая Хэ Цюньцину показалось, что тьма в комнате сгустилась, а воздух стал ледяным.
О том, как именно Чжоу Цзи обошелся с телом Цзэн Хайцин, в журнале было расписано со всей хирургической точностью. Это была не просто история болезни, а прейскурант: за каждую процедуру стояла четкая сумма.
Доктор не был каким-то безумным экспериментатором или подпольным коновалом. Он был расчетливым дельцом, специализировавшимся на торговле человеческими органами.
А молодая, физически развитая танцовщица после смерти представляла собой колоссальную ценность.
— Получив свою долю от продажи органов невесты, Го Цин сдался. Чжоу Цзи ввел его в курс дела. Но ни один из них не мог предположить, что Цзэн Хайцин... вернется. — Цзян Тибай нахмурился. — Го Цин мертв. А вот насчет Чжоу Цзи у меня есть сомнения. Вполне вероятно, что доктор все еще жив. Поведение Цзэн Хайцин во время нашей последней встречи указывает на то, что ей до сих пор требуются его услуги. Она ведь больше не человек. Ее рассудок затуманен, и Чжоу Цзи вполне мог снова подчинить ее своей воле.
Наступило гнетущее молчание. Дан Сюй не выдержал первым:
— Босс Цзян, а дальше?
Цзян Тибай удивленно приподнял бровь:
— Что дальше?
— Ну, что случилось потом?
— Всё, это конец истории.
— Как конец?! — Дан Сюй вытаращил глаза. — А обвинительный акт? Где обвинительный акт?!
— Ах, это, — небрежно отозвался Цзян Тибай, словно только что вспомнив о главной цели. — Теперь я абсолютно уверен, что Цзэн Хайцин — ключ к выходу из этого подземелья. Значит, обвинительный акт находится у нее.
У Хэ Цюньцина учащенно забилось сердце. В голове пронеслась череда догадок, сменившаяся легким недоумением. «И это все?»
Он уверен на все сто процентов? Но почему документ должен быть именно при ней?
Неужели она таскает его с собой в кармане? Или...
Раздался отчетливый сухой щелчок.
В тишине кабинета этот звук прозвучал подобно взрыву.
Дан Сюй сделал шаг вперед.
В его руке, словно по волшебству, возник пистолет. Черное, зловещее дуло уперлось точно в висок Цзян Тибая.
— Доигрались, — на лице Дан Сюя проступило торжество, сменившееся злорадной ухмылкой. — Теперь вы пойдете со мной. Живее.
Цзян Тибай лишь усмехнулся:
— Может, просветишь меня, при каких обстоятельствах ты решишься нажать на спуск?
— Заткнись, — огрызнулся Дан Сюй и резко перевел оружие на Хэ Цюньцина. В это мгновение предатель сосредоточился как никогда прежде, отчаянно борясь со свойством анонимности новичка. Стоило его вниманию хоть на секунду рассеяться, как образ парня начинал ускользать из памяти. Паникуя, Дан Сюй рявкнул: — Быстро подошел ко мне!
Хэ Цюньцин зажмурился.
Когда дуло пистолета уставилось ему прямо в лоб, перед мысленным взором предстали вовсе не недавние выстрелы Ян Фана. Он вспомнил другой день — когда десятки стволов целились в него со всех сторон. Тот самый день, когда игроки устроили засаду, готовясь выгодно «продать босса».
Сейчас уже бессмысленно выяснять, кто тогда пострадал сильнее, но одно Хэ Цюньцин помнил отчетливо: пули — это чертовски больно, даже если ты босс подземелья.
Воскресив в памяти это ощущение, он медленно выдохнул.
«Да какая к черту разница. Не в первый раз. Пусть стреляет. Даже если он разрядит в меня всю обойму — я и не такое переживал».
— Бэби! — резко выкрикнула Чэнь Юйи. В ее голосе не осталось и следа от привычного кокетства. Лицо женщины стало ледяным и сосредоточенным. — Не глупи. Делай, что он говорит.
Хэ Цюньцин помедлил мгновение, но Цзян Тибай негромко подтвердил:
— Иди к нему.
Тогда Хэ Цюньцин сделал шаг вперед и медленно приблизился к Дан Сюю.
Дан Сюй мертвой хваткой вцепился в его плечо. Теперь ему не нужно было всматриваться в размытые черты лица новичка — его пальцы намертво зафиксировали затылок парня. Предатель выдохнул, чувствуя, как отпускает липкий страх.
— А теперь, Цзян Тибай, Чэнь Юйи, на выход. Мой босс вас уже заждался.
http://bllate.org/book/36656/4882169
Готово:
