Гу Синчи тоже наклонился ближе, чтобы посмотреть. В научно-исследовательском институте он систематически изучал немало языков, поэтому примерно смог перевести этот текст: Похоже на какую-то… легенду.
Нанские иероглифы насчитывали великое множество черт и были совсем мелкими. Тесно сбившись в кучу, они заставляли Гу Синчи изрядно напрягать глаза, так что он мог разобрать лишь общий смысл: Вероятно, здесь говорится о том, что они хотят поблагодарить некоего бога по имени Фуналуона. Этот бог забирает их болезни и дарует им радость, поэтому они приносят здесь в жертву Фуналуоне самое ценное, что у них есть.
Фуналуона?
Божество какого религиозного течения?
Имя звучало так, будто в нем чувствовались черты буддизма или индуизма, к тому же оба эти учения изобиловали бесчисленными божественными ликами, так что Гу Синчи не мог с уверенностью сказать, относится ли это к какому-то из них.
— Всё? — спросил Бай Юйцзин.
— Остались последние две строчки, — нахмурился Гу Синчи. — Мой перевод не слишком точен, но, кажется, там говорится, что после каждого их жертвоприношения божество дарует им что-нибудь.
Дарует им что-то, что приближает к божеству. Они очень счастливы и хотят стать слугами божества, чтобы вечно оставаться подле него.
Закончив читать, Гу Синчи слегка изменился в лице. Он задумался: Как ты думаешь, это дарование им чего-либо — не отсылка ли к тем трехруким зомби?
На первый взгляд трехрукие зомби напоминали дань уважения многорукой Гуаньинь, но Гуаньинь — тоже своего рода божество, и возможно, Фуналуона обладал схожими чертами. А те странные трупы, созданные руками людей, по сути своей были извращенной демонстрацией — демонстрацией того, что это божество и впрямь явилось в мир и оставило людям свои дары.
Бай Юйцзин не совсем понимал: Но ведь их руки пришиты.
Это никак не связано с божественными дарами, всецело рукотворная вещь.
Гу Синчи щелкнул пальцами: Сейчас у меня есть два предположения.
Первое: давным-давно это божество спустилось на землю, оно кое-что дало своим последователям, и эти вещи действительно возымели чудесное действие. Кто-то узнал об этом, но не смог снова отыскать бога, поэтому просто-напросто начал подражать божественным дарам, желая при помощи установленных рук и глаз достичь уровня этого божества. Вот они и проводили эксперименты — то, что лежит в шахте, и есть их подопытные образцы.
Второе: это божество и впрямь спускалось в мир, только вот эти его дары невозможно сотворить своими силами, требуется помощь человеческих слуг — ну, например, кому-то руку приладить, кому-то глазное яблоко вставить и всё в таком духе. А за теми Золотыми вратами, пожалуй, находится цех по обработке божественных даров.
Потому-то те трехрукие трупы в переулке тогда и не стали преследовать его до конца: скорее всего, они хотели загнать его куда следует для вторичной обработки, чтобы он пополнил ряды одаренных богом.
Чем больше Гу Синчи рассуждал об этом, тем интереснее ему становилось. Если говорить на чистоту, то обладай те трехрукие и треглазые существа истинными чертами божественного дара, на деле они оказались бы совершенно бесполезны. Особенно в невежественную эпоху лишний палец на руке могли счесть дурным знамением, не говоря уже о целой лишней руке — вероятность того, что их примут за нечисть, была куда выше, чем за божество. А значит, в этом цехе по обработке божественных даров определенно упустили суть, или, иначе говоря, правда заключалась далеко не только в том, что являли собой образцы из шахты.
Экспериментальные образцы под землей — лишь прикрытие, а истинный божественный дар они еще не видели.
К тому же, если это нанские иероглифы… Если то место, где это божество появилось впервые, находилось где-то в Юго-Восточной Азии…
Гу Синчи вздохнул: В 1921 году в Гуандоне был основан наш Научно-исследовательский институт. Сначала он занимался изучением обычаев Наньяна, и лишь по мере развития постепенно сместился на север, приняв нынешние масштабы.
От этих мыслей у него слегка заболела голова: Чем больше говоришь об этом, тем сильнее чувствуешь неразрывную связь между всем этим.
Бай Юйцзин взглянул на него, словно что-то понял: Ты не хочешь, чтобы институт был связан с подобными вещами.
Гу Синчи призадумался, и его выражение лица стало несколько холодным. Сам по себе он человек весьма обаятельный, и большинство людей рядом с ним теряют бдительность, но зачастую именно самые мягкие люди свирепеют круче всех, когда меняют гнев на милость, и чем ниже чужие моральные устои, тем страшнее бывает обратная реакция: Как только здесь замешивается подобная связь, природа многих вещей в корне меняется. Кто знает, может, мы перестанем быть профессионалами, изгоняющими нечисть и призраков, а вместо этого превратимся в соучастников, калечащих чужие жизни.
Бай Юйцзин понимал его смысл, но в то же время чувствовал, что дело не только в этом. Перемены в настроении Гу Синчи объяснялись не только досадой от того, что его водили за нос и обманывали, в них крылось что-то еще, чему Бай Юйцзин не мог подобрать описания. Его собственная эмоциональная сфера была настолько бедна, что он совершенно не знал, как это выразить, поэтому мог лишь успокоить спутника: Это всего лишь предположение.
Гу Синчи кивнул и шумно выдохнул; неприятный, леденящий душу холодок немного отступил. Он принялся дальше ковырять засохшую корку, надеясь отыскать хоть какие-то новые зацепки, но в конце концов потерпел полную неудачу.
Однако Бай Юйцзин, пристально вглядываясь в этот небольшой кусочек плоти, смутно разглядел нечто странное: Похоже, это вовсе не кусок мяса.
Это похоже на кусок Тай-суя.
Гу Синчи отнесся к этому скептически: Впрямь? У созревшего Тай-суя такой запах?
Бай Юйцзин выдал потрясающую вещь: У Тай-суя, выросшего на мясе, будет именно такой запах.
Гу Синчи подавился, подумав про себя, что от куска обычного мяса это мало чем отличается.
Бай Юйцзин, будто что-то вспомнив, потянул Гу Синчи за руку: В той машине, что привезла нас в больницу, кажется, была эта штука.
Тогда Гу Синчи чувствовал себя скверно, и у Бай Юйцзина не было ни настроения, ни привычки разглядывать обстановку в салоне. Но всю дорогу от машины то и дело исходил какой-то смутный, еле уловимый душок. Впрочем, учитывая, что за рулем сидел водитель-мужчина, а зимой окна особо не открывали для проветривания, легкий запах казался вполне обычным делом, так что он не придавал этому значения. Но теперь, если подумать, тот душок был очень похож на запах этого куска плоти.
Услышав это, только что вспыхнувший боевой задор Гу Синчи снова угас. Он потеребил пальцы Бай Юйцзина: Мы даже не знаем ни имени, ни фамилии водителя, не говоря уже о том, где он сейчас находится. Знать, что в его машине есть Тай-суй, бесполезно, с ним банально не связаться… Что это??
Увидев, как Бай Юйцзин извлекает из кармана визитку, Гу Синчи на секунду опешил: Он оставил тебе свои контакты? Почему ты мне не сказал?!
Бай Юйцзин склонил голову набок: Забыл.
Гу Синчи прищурившись уставился на него. Бай Юйцзин отвернулся, с живым интересом разглядывая мусорку, и лишь изредка украдкой бросал короткие взгляды на Гу Синчи, тут же стремительно отводя глаза. Чувствовалось, что совесть его все же немного мучила, но совсем капельку.
— Ладно, — вздохнул Гу Синчи и в конце концов легко простил его: — Дай-ка взглянуть…
Он вчитался в слова на визитке и на мгновение умолк:
— Ты уверен, что в машине этого мастера Ли Дачжоя, профессионально чистящего кухонные вытяжки, может оказаться целый таз Тай-суя?!
Руководствуясь правилом никогда не судить человека по внешности и уж тем более по имени, Гу Синчи все же набрал номер этого мастера Ли. И кто бы мог подумать, что этот номер окажется несуществующим.
Гу Синчи почуял неладное. Скрестив руки на груди, он искоса взглянул на Бай Юйцзина: Отвечай честно, что еще этот Ли Дачжой тебе наговорил? Только не говори, что он положил глаз на чужую жену?!
Бай Юйцзин вытянул визитку из его пальцев, перевернул другой стороной и вложил обратно в руку Гу Синчи: Вот здесь.
— Ох-ох.
Лишь теперь Гу Синчи заметил на обратной стороне визитки написанный от руки ряд цифр. Заново вводя номер, он поинтересовался: Зачем Ли Дачжою понадобилось оставлять тебе свои контакты? Ты ведь правда не собираешься мне рассказывать?
Выражение лица Бай Юйцзина стало каким-то затворническим. Чем сильнее он замыкался в себе, тем холоднее становилось на сердце у Гу Синчи, который уже думал: неужто этот Ли Дачжой — любовная заноза из прошлой жизни его жены до потери памяти?!
Вызов пошел, раздались долгие гудки, продолжавшиеся до тех пор, пока звонок не сбросился автоматически.
Гу Синчи посмотрел на неудавшееся соединение, озадаченный и беспомощный: Он что, издевается над людьми?
Бай Юйцзин ничего не ответил, но вдруг резко поднял голову, уставившись куда-то за спину Гу Синчи. Его взгляд был острым, словно он мгновенно уловил нечто ускользающее.
— Что такое? — Гу Синчи обернулся вслед за ним.
Позади, за узкой проезжей частью, находилась станция переработки мусора. Мусоровозы то и дело въезжали и выезжали, создавая вокруг изрядную суматоху.
— За нами следят, — произнес Бай Юйцзин.
Почти одновременно с этим телефон Гу Синчи гулко завибрировал — пришло смс-сообщение.
Отправителем значился Ли Дачжой.
Всего одно слово:
[Беги.]
***
Гу Синчи не понимал, что имеет в виду мастер Ли, но на сердце уже скреблись предчувствия неминуемой беды — подобные приказы без каких-либо предупреждений пугали по-настоящему. Он поднял телефон, собираясь показать сообщение Бай Юйцзину, как вдруг боковым зрение заметил в придорожных кустах какое-то движение.
В тот самый миг, когда он перевел туда взгляд, эта штука стремительно выскочила из кустарника. Движения фигуры были невероятно ловкими — сразу чувствовалось, что человек прошел профессиональную подготовку.
— Елы-палы!
Внезапный выпад прямо в лицо здорово напугал Гу Синчи. Рефлекторно занеся ногу для удара, он так и замер, когда Бай Юйцзин подхватил его поперек талии, развернул на пол-оборота и единым движением отбросил себе за спину.
Острый клинок со свистом рассек воздух в опасной близости от одежды, кажется, высечь пару искр об асфальт. Гу Синчи понял, что противник не только явился сюда подготовленным, но и замышлял недоброе — удар был нанесен со страшной силой, и если бы не Бай Юйцзин, отдернувший его в сторону, ему запросто могло бы отрубить голень.
Бай Юйцзин холодно глянул на нападавшего и, не дожидаясь, пока тот взмахнет клинком для нового удара, оттолкнулся от плеча Гу Синчи в прыжке. Его колено с сокрушительной силой врезалось в верхнюю левую часть живота противника; удар был настолько мощным, что того буквально отбросило назад, и он тяжело рухнул прямо в кусты.
Гу Синчи отчетливо видел, что Бай Юйцзин бил на поражение, целясь прямо в селезенку недруга — если она и не разлетелась вдребезги, то треснула наверняка. Но не успели они перевести дыхание, как из станции переработки хлынули новые фигуры. Все они двигались с поразительной быстротой — явно вышколенная банда.
— Черт побери, этот Ли Дачжой часом не злостный должник из какого-нибудь черного списка? — Гу Синчи увернулся от летевшего в лицо кулака, заехал нападавшему в пах и, пользуясь тем, что противник скорчился от боли, отвесил ему звонкую пощечину. — Твою мать, чувствую я, дело нечисто!
Тем временем Бай Юйцзин уже сбил с ног троих, по инерции используя переворот: опершись одной рукой о землю, он выдал еще один круговой удар ногой, отправив в полет еще двоих. Спокойно и непринужденно расправляясь с врагами, он бросил Гу Синчи: Я тоже так считаю.
Гу Синчи вовсе не заметил у Бай Юйцзина тени сомнения, ему даже показалось, что тот получает изрядное удовольствие, раскидывая налево и направо эту толпу. Однако тратить время здесь было нельзя — если они привлекут полицию, ситуация станет еще более запутанной.
Подумав об этом, Гу Синчи выразительно переглянулся с Бай Юйцзином. Тот мгновенно уловил намек: в этот момент кто-то ринулся на них с фронта, но Бай Юйцзин даже не утрудился уклониться. Просто протянув руку, он схватил нападавшего за плечо и с сухим хрустом, словно ломая детскую игрушку, вывернул тому сустав.
— Прекратится ли это, если мы убьем вас?
Грубо притянув к себе перекошенного от боли нападавшего, Гу Синчи зажал его плечо одной рукой, а между пальцами зажал тот самый обломок Золотого Дерева Девяти Жиров, уперев его в яремную ямку на грудине врага: Если я сейчас проткну твою трахею, как думаешь, спасет ли тебя твой бог?
http://bllate.org/book/36537/4540095
Готово:
