Тот парень казался не слишком-то заботящимся об ответах, но в его глазах читалось упрямство — он уставился на неё, настойчиво добиваясь ответа.
Она слегка закусила губу. Если ответить сейчас честно, этот парень может подумать, что ему выпал шанс; но если не ответить, он, пожалуй, потеряет лицо, а потом станет распускать по классу дурные слухи, и, чего доброго, ученики решат, что она мелочная и с ней трудно сойтись.
Почему она снова попадает в такую ситуацию? Сюй Мэнбай чувствовала страшную усталость. Будь на её месте Гао Мэй, она наверняка с лёгкостью разрешила бы подобное затруднение.
Сюй Мэнбай отнюдь не умела искуссно лгать, однако сейчас ей приходилось это делать. Напустив на лицо как можно более милое выражение, она произнесла:
— Пока ещё нет, но скоро будет.
Подразумевалось, что у неё кто-то есть на примете, они любят друг друга и вскоре будут вместе.
По классу прокатился шёпот — ученики зашумели так, будто внезапно узнали какую-то сенсационную сплетню. А тот парень, что задал вопрос, с напускным спокойствием сел на место, но на его лице застыло нескрываемое отчаяние.
Сюй Мэнбай с облегчением выдохнула, чувствуя, что ей чудом удалось миновать опасное препятствие.
Никто из присутствующих даже не заметил, как новый заместитель завуча проходил мимо задней двери класса и неизвестно сколько всего успел услышать.
После окончания уроков во второй половине дня у Сюй Мэнбай начался двухдневный выходной. Радость от наступления каникул позволила ей не зацикливаться на утреннем инциденте, и она принялась с наслаждением отдыхать.
Вечером, после душа, она сидела на диване в гостиной и читала книгу, а Гао Мэй ещё не вернулась.
Дочитав до середины, Сюй Мэнбай почувствовала жажду и собралась налить себе воды, как вдруг лежавший на журнальном столике телефон завибрировал.
Не спеша брать трубку, она сначала налила воды, промочила горло и лишь потом заглянула в экран. Оказалось, ей написала Бай Юй, с которой они уже некоторое время не поддерживали связь.
Сестрица Юй: Заглянешь завтра ко мне в лавку посидеть?
Сюй Мэнбай открыла клавиатуру и напечатала: С удовольствием!
Сестрица Юй: Хорошо (улыбка)
Речь её была лаконичной, как всегда, в самом стиле Бай Юй.
Глядя на присланный в ответ жёлтый смайлик с улыбкой, Сюй Мэнбай улыбглась сама: эта рожица тоже прекрасно отражала характер Бай Юй.
Бай Юй исполнилось тридцать шесть лет, но при этом она оставалась невероятно современной: любила ультрамодную одежду, дерзкие причёски и стильные аксессуары, да и в мыслях легко поспевала за молодёжью. Вот только в интернет-переписке у неё сохранялись некоторые привычки из восьмидесятых.
Сюй Мэнбай до сих пор помнила свой первый день знакомства с Бай Юй: та выделялась в толпе с первого же взгляда.
Тогда она устроилась в Старшая школа Сяньхэ совсем недавно, и её часто одолевали растерянность из-за незнакомого места, а также упадочнические, пессимистичные мысли о жизни. Иногда, чтобы проветрить голову, она бесцельно бродила по улицам.
Бай Юй перехватила Сюй Мэнбай как раз у входа в собственную кофейню. Зажав в зубах сигарету и заметив проходящую мимо их заведения погружённую в уныние Сюй Мэнбай, она машинально вытянула листовку из рук стоявшего рядом нанятого на полставки мальчишки-раздатчика, раскрыла её перед глазами Сюй Мэнбай и спросила:
— Эй, не хочешь зайти посидеть?
Сюй Мэнбай никак не ожидала, что её остановят. Постояв секунду в растерянности, она перевела взгляд на листовку, где значилось: Не хочешь завести друга?, а затем посмотрела на женщину с короткой стрижкой под ежик, густо накрашенную и одетую в на редкость женственное длинное платье. Только тогда она заметила позади кофейню — судя по воздушным шарам и цветам у входа, она только что открылась.
Видимо, клиентов в новом заведении не было, вот хозяйка и вышла на улицу заманивать прохожих.
Сюй Мэнбай, извечно не умевшая отказывать людям, заглянула через стекло внутрь, увидела там лишь несколько человек, немного посомневалась и всё же вошла.
Позже она узнала, что Бай Юй открыла эту кофейню чисто ради забавы, совершенно не заботясь о прибылях, а в тот день остановила Сюй Мэнбай просто по наитию.
Щелчок открывающегося замка вернул Сюй Мэнбай из воспоминаний. Повернувшись, она увидела, как Гао Мэй отворила дверь и вошла в прихожую. На губах Сюй Мэнбай невольно появилась улыбка, и она произнесла:
— Ты вернулась.
— Угу, — отозвалась Гао Мэй, скинула туфли и прошла вглубь комнаты. Подняв глаза, она увидела, что Сюй Мэнбай перегнулась через спинку дивана, подперев голову тыльной стороной ладони, и смотрит на неё сияющими глазами. Выглядела она донельзя послушной и даже чуточку забавной.
Гао Мэй тихонько усмехнулась, подошла к Сюй Мэнбай и ткнула её пальцем в щеку, после чего Сюй Мэнбай резко отпрянула назад, глядя на неё испуганным взглядом перепуганного зверька.
— Ты чего?! — широко распахнула глаза Сюй Мэнбай, очевидно, шокированная выходкой Гао Мэй.
— Да ничего особенного, — склонила голову набок Гао Мэй, убирая руку за спину. В месте, скрытом от глаз Сюй Мэнбай, она с некоторым удовольствием потерла пальцы, напустив на лицо самое невинное выражение.
— Тебе, между прочим, двадцать шесть лет, — выставив указательный палец, Сюй Мэнбай поочерёдно указала на Гао Мэй и на себя. — А мне — тридцать два! Ведёшь себя так, будто старших ни во что не ставишь!
Её лицо казалось слегка заведённым, напоминающим строгой занудливой учительницей старой закалки, что вызвало у Гао Мэй невольную улыбку.
Однако спорить с Сюй Мэнбай она не стала и покорно согласилась:
— Хорошо, я виновата.
(И в следующий раз поступит точно так же).
Сюй Мэнбай кивнула и серьёзно произнесла:
— Больше так не делай. Если позволишь себе подобное с другими преподавателями, тебя ведь и отругать могут.
На этот раз Гао Мэй не стала следовать её словам. Уставившись на неё светло-карими глазами, она внезапно бросила:
— Я не стала бы так делать с другими преподавателями.
Сюй Мэнбай запнулась от столь внезапного заявления. Она прекрасно понимала, что этой фразой Гао Мэй выражает своё особое к ней отношение.
Однако именно из-за этого понимания Сюй Мэнбай почувствовала ещё большую растерянность. Она опустила голову, избегая смотреть на Гао Мэй, и в смятении думала, как же ответить на эти слова.
Гао Мэй, уже уловившая её намерения, не дала ей возможности озвучить ответ и просто сменила тему:
— А Сюй-лаоши уже ужинала?
На этот вопрос ответить было легко, и Сюй Мэнбай тут же откликнулась:
— Ужинала.
— Тогда не составишь мне компанию ещё на один приём пищи? — с лёгкой улыбкой глядя на неё, спросила Гао Мэй, словно вовсе не оставляя предыдущую тему позади и ничуть не заботясь о том, что только что сказала.
Взглянув на улыбку в её глазах, Сюй Мэнбай не смогла отказать и согласилась.
— Ну что, пойдём? — Гао Мэй кивнула на дверь.
Пока они шли следом за Гао Мэй к торговой улице позади школы и усаживались за маленький столик у входа в закусочную под открытым небом, Сюй Мэнбай всё ещё пребывала в легком оцепенении, не до конца понимая, почему она, уже принявшая душ и собиравшаяся лечь спать, вдруг сидит здесь.
Вблизи школы всегда легко встретить учеников. С тех пор как они сели, с Сюй Мэнбай уже успели поздороваться трое ребят.
Гао Мэй работала в школе недавно, и учеников, видевших её, пока было мало. Поэтому почти каждый школьник, поприветствовав Сюй Мэнбай, не удержался и с любопытством бросил взгляд на эту незнакомку — необыкновенно красивую женщину, сидевшую напротив.
Один посмелевший парень даже прямо спросил Сюй Мэнбай:
— Это новая учительница?
Заметив, что сидящая напротив Гао Мэй моргает, глядя на неё и явно не собираясь представляться самостоятельно, Сюй Мэнбай с досадой кивнула:
— Да.
Она умолчала о том, что это новый заместитель завуча, опасаясь до смерти напугать мальчишку.
У Сюй Мэнбай был мягкий нрав, и ученики её почти не боялись. Парень автоматически решил, что раз эта новая учительница молодая, то и характер у неё должен быть похожим на мягкий нрав Сюй Мэнбай.
Он мялся на месте, явно намереваясь задержаться подольше, и при этом то и дело украдкой поглядывал на Гао Мэй.
Совсем ещё малец, а в голове столько мыслей.
Гао Мэй холодно усмехнулась и неторопливо произнесла:
— Бело-зелёная форма, ты ведь из выпускного класса? Завтра у вас занятия, а сегодня ещё не выходной. Если мне не изменяет память, общежитие в это время уже закрывается на ночь. Выходит, ты ученик на дневном обучении?
Глава 7. Просто будь собой
При этих словах лицо парня мгновенно побледнело. Он вовсе не был дневным учеником — он просто тайком выскользнул погулять после отбоя. Если его поймает учитель, ему конец! Забыв про всякую красоту чужой внешности, он забормотал что-то невнятное и тут же испарился.
Как раз в этот момент хозяин заведения принёс приготовленные на мангале мясные закуски.
Гао Мэй небрежно взяла одну шпажку, откусила кусочек и, взглянув на сидевшую напротив Сюй Мэнбай, заметила, что та выглядит несколько ошеломленной.
Помахав рукой перед глазами Сюй Мэнбай, она спросила:
— Ты чего?
Опомнившись, Сюй Мэнбай смущённо ответила:
— Ты только что... выглядела так внушительно.
Если подумать, во Второй средней школе Таоюань Сюй Мэнбай, кажется, вообще никогда не видела Гао Мэй сердитой. Та всегда улыбалась всем подряд и производила впечатление человека с на редкость мягким и приятным характером.
Временами, вспоминая об этом в последние годы, Сюй Мэнбай думала, что, возможно, по своей сути они с Гао Мэй одинаковы — обе отчаянно пытаются угодить окружающим.
Но теперь Гао Мэй словно изменилась, став иной: покладистые бутоны её характера вдруг выпустили шипы, превратившись в неприступную розу.
А может быть, она просто никогда по-настоящему не знала, что за человек скрывается внутри Гао Мэй?
Сюй Мэнбай тихонько вздохнула про себя.
— Вот как? — Гао Мэй, не ведая о её мыслях, с изяществом продолжала уплетать шашлычки из говядины и подбросила ей вопрос: — И как по-твоему, это хорошо? Или плохо?
Сюй Мэнбай долго и серьёзно размышляла над ответом, прежде чем произнести:
— Для твоей нынешней должности — определённо хорошо.
— А если бы я не была заместителем завуча, а оставалась обычным учителем? Мне следовало бы быть мягче, изо всех сил стараться ладить со школьниками и поддерживать образ доброго преподавателя? Даже если ученики ведут себя дерзко, я обязана прощать им это без всяких условий?
Гао Мэй произнесла это с улыбкой. Ей не хотелось заставлять Сюй Мэнбай возвращаться к утренним событиям и уж тем более выдавать, что она стала свидетелем всего происходящего, вгоняя коллегу в краску и смущение.
Просто когда Гао Мэй вспомнила, как стояла у задней двери класса и слушала, как тот парень, ничуть не заботясь о положении Сюй Мэнбай как преподавателя, в открытую задавал ей подобные вопросы на уроке и ставил в тупик, она всё равно не могла унять накатывающую волну гнева.
Сюй Мэнбай не до конца понимала смысл слов Гао Мэй — разве всё это не само собой разумеющееся? Ученики ещё совсем дети, и многие поступки совершают по неосторожности. Разве не должен учитель проявлять снисходительность к детям?
http://bllate.org/book/36515/4537623
Готово:
