Она тихо произнесла:
— Я здесь живу, можно не запирать.
— О-о, хорошо, понял.
Сотрудник разжал пальцы и повернулся, чтобы уйти.
Тому, чему суждено было случиться, не миновать. Сюй Мэнбай набралась решимости и толкнула дверь.
В знакомой гостиной, к которой она так привыкла за последнее время, выросла стопка картонных коробок. Перед ними, спиной к двери, стояла изящная девичья фигура и занималась распаковкой вещей.
Сюй Мэнбай собралась с духом и поприветствовала гостью:
— Привет!
Новая соседка обернулась, посмотрев на неё. Увидев, как лицо Сюй Мэнбай после мгновенного оцепенения исказилось точно предсказуемым шоком — словно у зависшего компьютера, — уголки губ новой соседки приподнялись. В её глазах плескалось веселье, и с полуулыбкой-полуусмешкой она протянула:
— Привет, учитель Сюй.
Бросив взгляд на коробки в гостиной, она продолжила:
— Я только что отправляла тебе сообщение в WeChat, спрашивала, смогу ли занести вещи в общежитие в обед. Ты так и не ответила, а заставлять компанию по переезду ждать я не могла, поэтому взяла на себя смелость отпереть дверь и войти сама. Извини.
Сюй Мэнбай ничего не ответила и так и замерла на месте, погрузившись в оцепенение.
Стоявшая позади Фань Синьмэй, которую загораживала Сюй Мэнбай, заметив, что та молчит, толкнула её в бок:
— Ты чего, Мэнбай, остолбенела?
— А.
Сюй Мэнбай пришла в себя, её взгляд забегал туда-сюда — она не смела больше смотреть на новую соседку. Запнаясь, она ответила на только что заданный вопрос:
— Ничего, всё в порядке.
Фань Синьмэй шагнула вперед и наконец разглядела Гао Мэй. Мысленно восхитившись тем, какая красавица-учительница к ним пожаловала, она в то же время поймала себя на мысли, что лицо той кажется ей смутно знакомым. Не будучи мастером светской беседы, Фань Синьмэй неловко бросила:
— Привет.
Новая соседка как раз опустила взгляд на Сюй Мэнбай, но, услышав голос Фань Синьмэй, перевела на неё взор и ответила:
— Привет.
Атмосфера царила до того тихая, что даже Фань Синьмэй стало не по себе. Собрав по крупицам остатки своих социальных навыков, она заговорила:
— А как тебя зовут?
Новая соседка улыбнулась. Её взгляд, полный живого блеска, скользнул по по-прежнему опускающей голову Сюй Мэнбай, после чего она неторопливо произнесла:
— Меня зовут Гао Мэй.
Сюй Мэнбай на мгновение потеряла счёт времени, и далёкие, занесённые пылью обрывки воспоминаний ворвались в её сознание.
— Роза, растущая на вершине высокой горы... Какое красивое имя, тебе не кажется?
Дразнящий голос донёсся прямо до уха:
— А ты? Сюй Мэнбай, целыми днями витающая в облаках?
Ей ответил собственный раздражённый окрик:
— Гао Мэй!
Команда переехала во Вторую среднюю школу Таоюань.
— Меня зовут Гао Мэй.
— Оу.
Фань Синьмэй почесала в затылке, смутно припоминая, что имя это ей вроде бы знакомо, но раздумывать над этим не стала и представилась сама:
— Я Фань Синьмэй, а она — Сюй Мэнбай.
Гао Мэй слегка улыбнулась и мягко произнесла:
— Я знаю.
— Знаешь?
Глаза Гао Мэй блеснули, однако истинную причину она называть не стала, предпочтя объяснение:
— Я утром заглядывала к доске с фотографиями преподавателей и запомнила вас обеих.
Услышав её ответ, Сюй Мэнбай погрузилась в полутранс. Разве она её не помнит? Почему она ни слова не говорит о том, что они были знакомы раньше? Делает вид, что незнакома, или и впрямь забыла?
Впрочем, всё верно. То были лишь смутные, еле теплившиеся в школьные годы чувства — вряд ли они стоили того, чтобы помнить их спустя столько лет.
Промелькнуло время — прошло уже восемь лет.
Сюй Мэнбай подавила нахлынувшую меланхолию, наконец-то избавившись от былой скованности. Собравшись с духом, она подняла взгляд на Гао Мэй и, натянув неловкую улыбку, произнесла:
— Учитель Гао, вы только сегодня пришли в школу?
Учитель Гао — это обращение заставило обеих испытать странное замешательство. От школьного «ученицы Гао» до «учителя Гао» — казалось, не изменилось ничего, и в то же время изменилось абсолютно всё.
— Да, последние пару дней были дела.
Гао Мэй не стала вдаваться в подробности, окинула их взглядом и поинтересовалась:
— Если я не ошибаюсь, моя соседка по комнате — учитель Сюй?
— Ах, да.
Фань Синьмэй вспомнила об этом и, глядя на доброжелательное лицо Гао Мэй, подумала, что та вряд ли станет возражать. Она тут же спросила:
— Мне в обед не слишком удобно ездить домой, можно я останусь отдохнуть здесь, у Мэнбай? Ничего страшного, если я побуду с вами?
Гао Мэй прищурилась:
— Здесь, у учителя Сюй?
Фань Синьмэй кивнула:
— Угу, угу.
Гао Мэй провела языком по зубам:
— Вы спите с учителем Сюй на одной кровати?
Фань Синьмэй:
— Ага!
Улыбка на лице Гао Мэй стала ещё ярче, а голос прозвучал мягко:
— Прошу прощения, но это неудобно.
— Спасибо-спасибо.
Фань Синьмэй по привычке закивала в ответ и лишь секунду спустя сообразила, что Гао Мэй вообще-то отказала.
Сюй Мэнбай почувствовала неловкость и тут же поспешила вмешаться:
— Ничего страшного, давайте не будем доставлять неудобства учителю Гао.
— Да-да, извините.
Фань Синьмэй пришла в себя и поспешно поддержала подругу. Раз уж человек считает это неудобным, она не из тех, кто станет навязываться, хотя перспектива каждый день в обед ездить домой её несколько удручала.
Поразмыслив и не желая портить отношения излишней холодностью, Гао Мэй добавила:
— Я могу помочь учителю Фань подать заявку на временную комнату для дневного отдыха.
— Да нет, не стоит.
Фань Синьмэй поспешно отказалась: она не любила утруждать других людей, к тому же прийти к Сюй Мэнбай она хотела именно ради того, чтобы поболтать с подругой, а если жить здесь нельзя, то и затея теряла всякий смысл.
Видя, что та действительно не нуждается в помощи, Гао Мэй не стала настаивать. Учитывая, что время было уже позднее, она подавила лёгкое внутреннее раздражение и продолжила:
— На сегодня ничего страшного.
— Отлично, спасибо!
Фань Синьмэй повеселела, благодарно глянула на Гао Мэй и, ухватив Сюй Мэнбай за руку, собралась уходить в её комнату.
Сюй Мэнбай на мгновение замерла на месте и, окинув взглядом гору чемоданов в гостиной, вежливо поинтересовалась:
— Учитель Гао, вам нужна помощь?
Услышав это, Гао Мэй прервала свои сборы. Краем глаза заметив, как Фань Синьмэй держит Сюй Мэнбай за руку, она на мгновение задумалась и произнесла:
— Хорошо. Пусть учитель Сюй мне поможет, а учитель Фань может идти отдыхать.
Фань Синьмэй вытаращила глаза. Она-то знала, что недавняя фраза Сюй Мэнбай была лишь проявлением вежливости, но никак не ожидала, что Гао Мэй ответит не по правилам. До чего же удивительная эта новая учительница!
Раз уж дошло до этого, Сюй Мэнбай молча кивнула. Фань Синьмэй больше не стала препираться и сама ушла в комнату Сюй Мэнбай.
Стоило им остаться вдвоём, как Сюй Мэнбай снова охватило напряжение.
Она подошла к Гао Мэй — на расстоянии пары шагов — и тихо спросила:
— Что мне делать?
Голос её был столь тих, что не следи Гао Мэй за ней постоянно, она бы вряд ли что-то расслышала.
Гао Мэй обернулась и не сразу нашлась с ответом.
Лишь заметив, как от волнения у Сюй Мэнбай начинают разбегаться глаза, Гао Мэй улыбнулась и сказала:
— Сначала протри, пожалуйста, шкаф, а потом достань из вон тех коробок рядом с ним одежду и развесь её в платяном шкафу. Сможешь?
— Смогу, — тут же отозвалась Сюй Мэнбай.
Она нетерпеливо схватила тряпку и принялась за работу.
Сначала она тщательно вымыла шкаф, насухо протёрла его салфетками, а затем вооружилась ножницами, чтобы разрезать скотч на коробках. Открывая их одну за другой, она невольно думала: а у Гао Мэй не так уж развито чувство личных границ — вот так запросто позволить чужому человеку разбирать её одежду.
Планировка этой комнаты была почти такой же, как у Сюй Мэнбай: кровать, шкаф да стол со стулом заполняли пространство почти до отказа.
Подойдя к шкафу, Сюй Мэнбай стала вынимать вещи одну за другой и вешать на плечики.
При встряхивании одежды в воздухе тонким шлейфом рассеялся прохладный аромат. Сюй Мэнбай не удержалась и вдохнула глубже, после чего запоздалая волна жара прокатилась от затылка до самого лица. Мысленно обозвав себя извращенкой, она больше не позволяла себе подобных вольностей и принялась за работу с абсолютной сосредоточенностью.
К счастью, кое-какие понятия о личной интимности у Гао Мэй всё же имелись: ничего чересчур личного на глаза ей не попалось.
Занимаясь своими делами, Сюй Мэнбай краем уха слышала, как Гао Мэй возится у стола. Украдкой скосив глаза в сторону, она бросила на неё быстрый взгляд.
Стоял самый разгар полудня, и солнечные лучи косыми полосами падали из окна, заставляя и без того безупречно белую кожу Гао Мэй буквально светиться. Густые чёрные локоны были заправлены за уши, а в мочках покачивались жемчужные серёжки, вспыхивая искрами на солнце. Светло-голубая повседневная рубашка в сочетании с кремово-белой юбкой в пол придавали её облику невероятную мягкость — словно сошедшая с небес богиня милосердия, зрелая, величественная и исполненная грации.
Этот образ никак не вязался с той красивой девчонкой в мешковатой сине-белой школьной форме, что сохранилась в её памяти. Сюй Мэнбай тихо выдохнула, и в её взгляде невольно промелькнула растерянность вместе с лёгкой горечью утраты.
— Нравится?
Неизвестно когда, но Гао Мэй уже поймала её взгляд, в упор глядя на неё светло-карими глазами.
Сюй Мэнбай пришла в себя. Подумав, что сегодняшняя порция неловкости и так перешла все мыслимые границы, она не стала мямлить:
— Нравится.
— И насколько сильно? — не унималась Гао Мэй, допытываясь до ответа.
Списав всё на то, что Гао Мэй просто очень заботится о своей внешности, Сюй Мэнбай почувствовала, как смягчилось её сердце. Подумав как следует, она честно ответила:
— Среди всех учительниц нашей школы, что я видела, вы — самая красивая.
Несколько секунд в комнате стояла тишина, а затем раздался негромкий, приятный слуху смех.
В глазах Гао Мэй играли весёлые искорки. Она больше не стала смущать девушку и, отвернувшись, продолжила распаковывать вещи.
Больше они не перемолвились ни словом, и вскоре большая часть багажа была разобрана.
Видя, что время приближается, Гао Мэй велела Сюй Мэнбай идти отдыхать, а с остальным пообещала справиться сама.
— Хорошо.
Когда Сюй Мэнбай вернулась в свою комнату, Фань Синьмэй уже погрузилась в мир снов, оставив ей ровно половину кровати.
Коротко приведя себя в порядок, Сюй Мэнбай легла. Ей казалось, что в голове всё ещё звучит смех Гао Мэй, а когда она заснула, ей послышился смех той же Гао Мэй, но совсем юной, из школьных лет.
В те времена Сюй Мэнбай преподавала вовсе не здесь, а в соседнем городе — во Второй средней школе Таоюань, альма-матер Гао Мэй.
Изначально их пути никак не пересекались: Гао Мэй училась в старшем классе первой ступени, а Сюй Мэнбай вела уроки у второклассников старшей школы. Они принадлежали к разным параллелям, и даже несмотря на то, что Сюй Мэнбай часто видела в учительской заходившую к другим преподавателям Гао Мэй, они почти никогда не разговаривали друг с другом.
И тем не менее Сюй Мэнбай знала эту ученицу. Классным руководителем Гао Мэй была Чэнь Шаньюэ, сидевшая с ней в одной учительской. Судя по её тошущим шуточкам, звучавшим время от времени среди коллег, эта классная руководительница испытывала к Гао Мэй одновременно сильную привязанность и жгучее раздражение.
Гао Мэй была необычайно хороша собой — пожалуй, для многих она воплощала образ той самой недосягаемой первой любви из школьных лет. Даже в бесформенной школьной форме она выглядела так, будто та стоила в разы дороже. Почти каждый день Сюй Мэнбай наблюдала, как Чэнь Шаньюэ конфискует любовные послания, адресованные Гао Мэй.
http://bllate.org/book/36515/4537618
Готово:
