Цэнь Чжиюань склонил голову набок, его улыбка была неоднозначной:
— Брат, ты всё не так понял. Я не собираюсь рвать связи с семьёй Цэнь и сжигать мосты. Считай, что смена фамилии и увольнение — это просто способ избежать лишних проблем.
Он редко называл Цэнь Чжисэня братом. Чаще всего обращался либо по имени, либо просто Цэнь-гэ, а когда в его речи вдруг проскальзывало брат, это почти всегда означало, что он язвит.
Как сейчас.
Цэнь Чжиюань всегда считал, что раз Цэнь Чжисэнь его на дух не переносит, то и обращение брат должно его раздражать. Это было по-детски, но осознание того, что Цэнь Чжисэню не по себе, доставляло ему самому немалое удовольствие.
Цэнь Чжисэнь остался невозмутим — должно быть, уже привык.
— Хорошо, если ты всё обдумал. Отец не молодеет, здоровье у него уже не то, так что при случае заезжай навестить.
— Знаю, — Цэнь Чжиюань поднялся. — Не будем больше об этом, я пойду.
Уже собираясь уходить, он о чём-то вспомнил и добавил:
— Кстати, спасибо за то, что было раньше.
Он не знал, чем руководствовался Цэнь Чжисэнь, заступаясь за него — может, просто хотел прочитать нотацию младшему, — но Цэнь Чжисэнь никогда не казался ему человеком, способным быть хорошим старшим братом. По крайней мере, по отношению к нему.
Впрочем, неважно, что там у Цэнь Чжисэня на уме. Сам он не хотел оставаться в долгу, а потому поблагодарить стоило.
Цэнь Чжисэнь, похоже, не придал его благодарности особого значения и лишь сухо отозвался:
— Угу.
Цэнь Чжиюань вышел на улицу. Начался мелкий дождь. Его машина стояла у обочины, а не на парковке, но просить зонт он не стал — дошёл до неё за пару шагов.
Садясь в салон, он небрежно откинул назад отросшие за последние месяцы волосы. Капли дождя с чёлки стекали по его лицу и срывались с подбородка.
Цэнь Чжисэнь, стоя у окна, наблюдал за этой сценой. С сигаретой в зубах и потемневшим взглядом он долго не двигался.
Лишь когда машина Цэнь Чжиюаня отъехала, он опустил глаза, глубоко затянулся и затушил окурок в стоявшей рядом пепельнице.
***
Прошла неделя.
Выйдя из отдела регистрации, Цэнь Чжиюань держал в руках новые документы. Всё прошло гладко и быстро, и теперь по паспорту его звали Нин Чжиюань.
Он постоял на улице, выкурил сигарету и уже собрался садиться в машину, когда услышал, что его кто-то окликнул.
Нин Чжиюань обернулся. Позади его машины остановился розовый «Бентли», и из окна водительского кресла выглянула девушка:
— Цэнь Чжиюань! И правда ты! Садись скорее!
Двадцать минут спустя они уже сидели в уличном кафе. Девушка рассматривала свой свежий маникюр, а затем перевела взгляд на Нин Чжиюаня, сидящего напротив, словно увидела что-то невероятное:
— Как так? Я уехала за границу всего на пару месяцев, а вернулась — и тут такое! Ты что, правда вылетел из семьи Цэнь?
Нин Чжиюань лениво откинулся на спинку дивана:
— Вылетел — громко сказано. Я сам сменил фамилию.
Девушка ахнула и перестала дурачиться:
— Неужели правда?
Нин Чжиюань отпил кофе и невозмутимо ответил:
— Раз даже ты уже знаешь, значит, правда.
Девушку звали Тан Шици. Они были знакомы с самого детства, росли вместе, и их можно было назвать первыми влюблёнными друг друга.
В те времена, ещё в начальной школе, их роман был не более чем детской игрой, пока Цэнь Чжисэнь не положил этому конец. Он застукал их, рассказал обо всём брату Тан Шици, и вскоре об их интрижке узнали обе семьи. На этом их первая любовь и закончилась.
Став взрослыми, их родители пытались свести их снова, но они оба не питали друг к другу чувств, и всё сошло на нет. Впрочем, в последние пару лет у Нин Чжиюаня мелькали мысли на этот счёт: компания семьи Тан тесно сотрудничала с Цэньань, и брак с Тан Шици был бы ему выгоден. Но он не успел воплотить эту идею в жизнь, как сам ушёл из Цэньань.
— Слышала, ты и уволился? Чем думаешь заняться? — спросила Тан Шици.
Нин Чжиюань завёл руки за голову, ещё больше расслабляясь в кресле. Неожиданно он вспомнил, что в кабинете Цэнь Чжисэня тот задал ему точно такой же вопрос.
— Не знаю. Буду действовать по обстоятельствам.
— Может, придёшь в нашу компанию? Будешь работать с моим братом, — предложила Тан Шици.
Нин Чжиюань рассмеялся и покачал головой:
— Брось. Твой брат с Цэнь Чжисэнем одного поля ягоды. Не хватало мне прыгать из одного пекла в другое.
— Пф, — девушка махнула рукой. — Ладно, забудь. Сделай мне одолжение: сходи со мной сегодня вечером на вечеринку, притворись моим парнем.
Нин Чжиюань приподнял бровь.
Тан Шици пояснила, что положила глаз на одну новую игрушку, но тот оказался беспросветным чурбаном, вот она и решила подтолкнуть его к решительным действиям.
К ночи самый большой ночной клуб в этом районе был полон людей.
Стоило Нин Чжиюаню войти, как Тан Шици тут же подбежала, интимно взяла его под руку и потащила на танцпол:
— Милый, ты так долго, я заждалась!
Девушка намеренно изменила голос, добавив в него кокетства. Нин Чжиюань еле сдержал смех:
— И где тот человек, ради которого всё это?
— Не спрашивай, — прошептала Тан Шици. — Просто подыгрывай мне, танцуй, веди себя так, будто мы очень близки.
Нин Чжиюань огляделся. Тан Шици, похоже, пришла одна, её спутника не было видно. Лишь неподалёку, метрах в нескольких, маячил мужчина в костюме охранника, который не спускал с них глаз.
Заметив на себе недобрый взгляд, Нин Чжиюань спросил:
— Это ещё кто?
Тан Шици мельком взглянула туда и поморщилась:
— Мой новый телохранитель, не бери в голову.
Оказавшись в центре танцпола, Нин Чжиюань перестал сопротивляться.
Над головой вспыхивали ослепительные огни, в ушах гремела оглушительная музыка, вокруг толпились люди, жаждущие веселья. Тан Шици прильнула к нему, её мягкое тело то и дело касалось его.
Нин Чжиюань одной рукой придерживал её за талию, другую спрятал в карман брюк, слегка покачиваясь в такт музыке. Его движения были ленивыми и какими-то небрежными.
Он давно не выбирался в такие места. Всё последнее время он только и делал, что отсыпался дома, а когда просыпался — смотрел наугад выбранные фильмы, словно пытаясь наверстать тот сон, которого лишился, работая на износ последние годы.
С того самого дня, как он вернулся из-за границы и устроился в Цэньань, он будто натянул внутри себя невидимую струну. Она всегда была натянута до предела, напоминая ему, что он не имеет права отставать от Цэнь Чжисэня, день за днём, год за годом.
http://bllate.org/book/36460/4529066
Готово:
