Цзян Сюй задумчиво посмотрел на Хэ Сяньсина, а тот, поймав его взгляд, слегка покраснел и спросил:
— Что такое?
— Какого ты роста? — спросил Цзян Сюй.
Хэ Сяньсин немного замялся и ответил:
— Сто восемьдесят три, наверное?
— Если честно, в последнее время у меня действительно возникла небольшая проблема.
— А?
Вопрос сорвался с губ сам собой. Похоже, Хэ Сяньсин никак не ожидал, что его сразу же о чём-то попросят, и невольно пробормотал:
— Цзян Сюй, мы ведь сотрудники правоохранительных органов, верно?
— Не переживай, всё абсолютно законно и регламентировано.
Цзян Сюй говорил с абсолютной уверенностью.
·
Вечером несколько дней спустя Хэ Сяньсин смотрел в зеркало на своё отражение в длинном искусственном парике, а затем перевёл взгляд на Цзян Сюя:
— Цзян Сюй, всё это, конечно, законно и по регламенту, но кажется не слишком разумным.
Цзян Сюй подошёл ближе, наблюдая, как Хэ Сяньсин неуклюже тянет за край юбки и едва может сделать шаг. Черты лица у Хэ Сяньсина были мягкими, почти детскими, конечности — тонкими и длинными, а кожа — очень светлой, так что в женской одежде он выглядел вполне гармонично. Протянув руку, Цзян Сюй поправил чёлку парика на лбу Хэ Сяньсина, встретился взглядом с его круглыми опущенными глазами и улыбнулся:
— Очень даже неплохо выглядишь, инспектор Хэ.
— Оказывается, ты всё ещё помнишь, что я инспектор!
Хэ Сяньсин сдул чёлку парика, закрывавшую обзор, скрестил руки на груди и с недовольным видом плюхнулся на диван в комнате Цзян Сюя. Мог ли он представить, что под помощью, о которой говорил Цзян Сюй, подразумевается необходимость переодеться в женское платье и вместе с ним пойти на детский праздник в конце месяца, приуроченный к семейному дню в детском саду Тунтун.
— У меня просто не осталось других вариантов.
Цзян Сюй присел на кровать — в комнате был всего один диван, и тот занял Хэ Сяньсин.
— На этот раз в детском саду заявили, что присутствие обоих родителей обязательно при любых обстоятельствах.
— Это уже перебор! Совершенно не учитывают чувства неполных семей!
— На самом деле Тунтун не хочет, чтобы кто-то знал о неполной семье, поэтому воспитатели в саду тоже не в курсе нашей ситуации.
— Вот оно как… — Хэ Сяньсин немного подумал и утешительно произнёс:
— Тунтун еще совсем малышка, так что это вполне нормально.
— Угу.
Цзян Сюй вытащил из ящика стола маленькую коробочку и, протягивая её Хэ Сяньсину, сказал:
— Вообще-то я думал нанять кого-нибудь со стороны, чтобы просто отбыть номер.
— Ха… тогда с чего вдруг выбор пал на меня?
Цзян Сюй посмотрел на Хэ Сяньсина в платье, немного подумал и ответил:
— Мы соседи и коллеги, хорошо знакомы; Тунтун уже общалась с тобой и, кажется, ты ей нравишься; к тому же, со слов воспитательницы, на празднике будут какие-то детско-родительские эстафеты, а ты окончил С-ский полицейский университет, так что твоя физическая форма и реакция хоть как-то гарантированы.
— И не скажешь, что у тебя такая сильная жажда победы, — поддразнил его Хэ Сяньсин.
Цзян Сюй едва заметно улыбнулся и лишь обронил:
— Если мы победим, Тунтун тоже будет рада.
— Тогда… — Хэ Сяньсин протянул гласную, — во сколько ты оцениваешь мои услуги в качестве вознаграждения?
Цзян Сюй пропустил это мимо ушей:
— Материальное вознаграждение от подчинённого к вышестоящему лицу может быть квалифицировано как дача взятки.
— Хм, я подам на тебя в суд за должностные домогательства.
Хэ Сяньсин слегка приподнял подол юбки, накрывавшей его бёдра, но Цзян Сюй нажал на его руку сверху и заодно легко пнул разведённые ноги:
— Разве не инспектор Хэ сам вызвался помочь?
— Если бы я знал, что это за помощь, я бы предпочёл позволить тому одолжению гнить в животе до конца дней.
— В противном случае, может, просто забрызгаться омега-спреем? Тогда не придётся надевать женское платье.
— О нет-нет-нет… — на лице Хэ Сяньсина застыло выражение крайнего отказа. — От этого запаха у меня в голове всё болит, так что это платье мне вполне нравится, в нём довольно просвежающе.
Среди зимы он изобразил движение, будто обмахивается юбкой как веером.
Цзян Сюй оставил это без комментариев:
— Будь добр, примерь ещё вот это.
Хэ Сяньсин открыл небольшую коробочку в своих руках, внутри лежала пара синих контактных линз. У него было отличное зрение, и подобными вещами он никогда не пользовался.
— Я не умею их надевать.
— Давай я помогу.
Вымыв руки, Цзян Сюй взял мягкую линзу из коробочки и поднёс к лицу Хэ Сяньсина. Тот сидел на диване и инстинктивно зажмурился, отстраняясь.
— Инспектор, подними голову.
Хэ Сяньсин закинул голову назад, а Цзян Сюй склонился над ним, мягко придерживая пальцами его веки. От ладоней Цзян Сюя исходил слабый запах мыла вперемешку с утончённым ароматом табака. Вдохнув этот смешанный запах, Хэ Сяньсин подумал, что он очень приятный, и открыл глаза.
Они находились совсем близко. На лице Цзян Сюя не было особого выражения, он опустил взгляд на янтарные зрачки Хэ Сяньсина, а затем его пальцы сместились ниже.
Почувствовав, как чужое дыхание на мгновение замерло, он успокаивающе произнёс:
— Потерпи немного.
Затем длинные ресницы Хэ Сяньсина дрогнули, и синяя линза растворилась в прозрачной глубине глаз.
— Всё? — спросил Хэ Сяньсин.
Цзян Сюй убрал руку:
— Остался ещё один.
Он помог надеть линзу на второй глаз. Хэ Сяньсин, видимо, ещё не привык и несколько раз подряд моргнул. Глаза у него покраснели, и при свете ламп казалось, будто он только что плакал — они так и блестели от слёз.
— Готово, инспектор Хэ.
— А, подожди!
Зажмурив один глаз, Хэ Сяньсин протянул вперед обе руки, упхнув ладони на пояснице Цзян Сюя, и резко потянул его на себя:
— Не уходи.
Цзян Сюй от неожиданности опустился на колени Хэ Сяньсину. В комнате работал кондиционер на обогрев, но ноги Хэ Сяньсина были голыми — на нём ничего не было, и обнажённая кожа вплотную прижалась к заднице Цзян Сюя. Однако он, похоже, ещё не осознавал, насколько двусмысленной была их поза, и продолжал крепко обнимать Цзян Сюя за талию, не давая подняться:
— Этот глаз всё ещё сильно болит.
Его влажные глаза хлопали раз за разом, а левый глаз был совершенно красным.
— Сначала дай мне встать.
Цзян Сюй бросил взгляд назад — рука Хэ Сяньсина на пояснице жгла кожу.
— Не хочу, сначала помоги мне закончить!
Цзян Сюю ничего не оставалось, как, смирившись с этой странной позой, снять линзу.
— Кажется, надел наизнанку.
Цзян Сюй капнул немного раствора для ухода, потёр линзу пальцами и снова наклонился к лицу Хэ Сяньсина. Руки на талии чуть сильнее сжались:
— Не напрягайся.
Тем не менее хватка не ослабела, и Цзян Сюй с горькой усмешкой вновь принялся вставлять контактную линзу.
— Получилось? — спросил он, наклонив голову.
Ладони Хэ Сяньсина качнулись, а затем словно от удара током отскочили от поясницы Цзян Сюя. Покраснев, он ответил:
— Всё.
С этими словами он встал, подошёл к зеркалу за дверью и покрутился на месте.
Цзян Сюй, скрестив руки на груди, стоял позади него. Они встретились взглядами в отражении, и неизвестно, кто первым хихикнул, но когда они пришли в себя, Хэ Сяньсин уже держался за живот и смеялся так, что не мог разогнуться. Кое-как утерев слёзы в уголках глаз, он сбросил улыбку и принял строгий вид:
— Цзян Сюй, если кто-нибудь из участка это увидит, я тебе до конца жизни не прощу!
— Праздник продлится всего день, просто будь аккуратнее, когда пойдём из дома, проблем быть не должно.
В этот момент дверь спальни приоткрылась. Оба синхронно повернулись и увидели стоявшую на пороге в пижаме Тунтун. Её большие глаза хлопали, неотрывно уставившись на Хэ Сяньсина.
Хэ Сяньсин смущённо спрятался за спину Цзян Сюя, чтобы хоть как-то прикрыть своё платье.
Цзян Сюй несколько растерянно произнёс:
— Тунтун, это… дядя Хэ, с которым мы на днях ели торт, помнишь?
Он ещё раздумывал, как бы получше объяснить всё ребёнку, а Тунтун уже подошла к ногам Хэ Сяньсина. Ему пришлось присесть на корточки, склонить голову и неловко улыбнуться.
— Тунтун.
Цзян Сюй ладонью погладил девочку по макушке. Тунтун ухватилась за прядь каштанового парика Хэ Сяньсина, свисавшую у него на груди, и сжала в кулачке, не желая отпускать. Долгое время она молча поднимала маленькое личико, хлопая глазами на Цзян Сюя, а затем робко спросила:
— Это мама?..
Цзян Сюй отчего-то почувствовал саднение в груди, кивнул и произнёс:
— Да, это мама.
Заметки автора:
Глава 6. Бывший муж, вернувшийся на родину
На следующий день Цзян Сюй, отправляясь на работу, случайно столкнулся с Хэ Сяньсином. Раньше, пока он не знал, что тот живёт по соседству, они вообще не пересекались, но в последнее время количество их случайных встреч почему-то заметно возросло.
Они пошли в участок пешком. После Нового года резко похолодало, и Хэ Сяньсин посмотрел на легко одетого Цзян Сюя:
— Тебе не холодно?
Цзян Сюй покачал головой: на нём была лишь старая куртка, а под ней по-прежнему тонкая светло-голубая служебная рубашка сотрудника охраны порядка и чёрные брюки.
— Я слышал, что зима в городе Д всегда очень тёплая, с чего это в последние дни так подморозило? — пожаловался Хэ Сяньсин.
Он замотался в шарф, однако кончик носа и уголки глаз всё равно покраснели от холода.
Цзян Сюй бросил на Хэ Сяньсина косой взгляд из-под опущенных ресниц и невзначай спросил:
— Ты так боишься холода?
— Ага, замёрзну насмерть.
Тон Хэ Сяньсина был преувеличенным, и в глазах Цзян Сюя мелькнуло странное выражение:
— Ты второй человек из всех, кого я знаю, кто так боится холода.
— А кто был первым?
— Не помню.
— Эй, врёшь!
Хэ Сяньсин скривил губы, а через секунду снова склонил голову, выглядя крайне озадаченным:
— Кстати, как по-твоему, при каких обстоятельствах нам лучше познакомиться?
— При каких еще обстоятельствах? — Цзян Сюй не понял его слов.
— Я же теперь «мама Тунтун», — Хэ Сяньсин наигранно покашлял. — Если на празднике другие родители вдруг спросят, как мы познакомились, что отвечать? Если заранее не договоримся, мы же проколемся.
— Кто станет заниматься такой ерундой?
— Не стоит недооценивать тягу к сплетням!
Цзян Сюй поднял голову, глядя на серое небо:
— Инспектор ведь тоже окончил С-ский полицейский университет?
— Точно.
— Тогда скажем, что познакомились во время учёбы.
Хэ Сяньсин немного подумал и кивнул:
— Давай так: если спросят, скажем, что ты мой старшекурсник, а я твой ярый фанат, как идея?
Цзян Сюй не знал, плакать ему или смеяться, покачал головой и вздохнул:
— Раз тебе нравится, будь по-твоему.
Хэ Сяньсин с энтузиазмом принялся дорабатывать легенду о себе как о «маме Тунтун». Цзян Сюй молча слушал его сбоку, изредка вставляя замечания, и вскоре они дошли до главного входа в районное отделение.
На наземной парковке отделения стоял чёрный седан с номерами города С. Город Д вскоре должен был перейти под юрисдикцию города С, и в последнее время приезжие оттуда люди то и дело мелькали тут и там, так что в этом не было ничего удивительного. Вот только для служебной машины этот автомобиль выглядел слишком роскошно.
Они вошли в здание участка. Кабинеты рядовых сотрудников охраны порядка располагались на первом этаже, чтобы было удобно отправляться на дежурства, а кабинеты лиц с более высокими званиями — преимущественно на третьем этаже и выше.
http://bllate.org/book/36382/4519092
Готово:
