Почувствовав, видимо, что мальчишка пал духом, Бай Ичэнь мягко погладил его по голове — и тут же встретил укоризненный, протестующий взгляд. Тот лишь тихо усмехнулся, убирая руку: волосы у мальчугана и впрямь оказались невероятно мягкими, шелковистыми — ровно так, как он и представлял.
Ли Хао с превеликим недоумением смерил взглядом скромную кучку вещей, уложенных возле сиденья Ань Жаня.
— Мелкий, ты что, с одним этим барахлом едешь?
Крошечный рюкзак да небольшой аптечный сундучок — неужто это все его пожитки?
— Угу, мне хватит. Не переживай, — серьёзно ответил мальчик, мельком глянув на Ли Хао.
«А ведь он, оказывается, не такой уж и плохой, пусть и языком мелет что попало», — подумал Ань Жань.
«Кто о тебе переживает?! Я же просто над твоей нищетой угараю!» — с досадой сплюнул про себя Ли Хао. И как только у этого мелкого мозги устроены? Что за странная логика?
— Будешь со Вторым братом — сиди тихо и слушайся! На улице полно дрянных людей, сцапают и продадут, ахнуть не успеешь! — Не преуспев в насмешках, Молодой господин Ли решил зайти с другой стороны и припугнуть мальчишку.
— Я буду послушным, — пообещал Ань Жань. Он твердо решил не доставлять Бай Ичэню лишних хлопот. — К тому же поймать меня не так-то просто.
«Не просто нелегко — попробуй ещё поймай...» — мысленно усмехнулся Бай Ичэнь, глядя на самоуверенную физиономию Сяо Аня. Вспомнив проломленную деревянную ножку стола в старом поместье семьи Ань, он невольно поджал собственные ноги.
Ли Хао от таких слов аж фыркнул от смеха:
— Слышь, ты? С твоими-то ручонками и ножонками? Да в тебе веса с гулькин нос! Веришь, нет — я тебя одной левой укатаю.
— Не верится, — на полном серьёзе покачал головой Ань Жань.
Он уже давно прикинул боевой потенциал собеседника: вот ему-то уложить этого типа одной левой действительно не составит труда.
— Не веришь — давай проверим! — продолжал нарываться парень.
А Бай Ичэнь, верный своему принципу «чем больше хаоса, тем веселее», тут же подлил масла в огонь с абсолютно невинным видом:
— Сяо Ань, ты с ним не связывайся, а то боком выйдет. Ли Хао тхэквондо занимался, говорят, драться умеет.
Ань Жань беспомощно посмотрел на Бай Ичэня: до чего же коварный тип, прямым текстом подбивает парня на взбучку.
— Вот Второй брат меня понимает! Я в тхэквондо мастер. У нас в провинции N меня разве что мастера спорта укатают, а среди остальных мне равных нет, — воодушевлённо разгалделся Ли Хао, размахивая руками, стоило только вспомнить свои «триумфы». — Слышь, мелкий, ты вообще знаешь, что такое тхэквондо?
— Знаю, в интернете видел, — задумчиво ответил Ань Жань и выдал, по его мнению, самое точное определение: — Это вид спорта для ног, идеальный для тех, кто громко орёт.
И не надо думать, будто он дремучий деревенщина и ничего в этой жизни не понимает!
Ли Хао от возмущения едва не подавился. Вы только послушайте, что этот малец несёт! Точно ведь намеренно издевается, хочет опозорить его перед Вторым братом!
— Мелкий, вылезем из машины — устроим спарринг. Покажу тебе, что такое настоящее тхэквондо. А проиграешь — громко и чётко скажешь: «Молодой господин Ли, я был не прав!» Понял?
— Не хочу, — отрицательно помотал головой Ань Жань. — Учитель говорил: слабых обижать нельзя.
Заметив, как у Ли Хао победоносно задрался нос — мол, струсил мелкий, — мальчик поспешил уточнить:
— Я всегда слушаюсь учителя. Так что тебя обижать мне нельзя.
«Молодец, Сяо Ань!» — Бай Ичэнь про себя уже просто катался по полу от хохота. Мальчишка оказался сплошным ходячим удовольствием: даже подстрекать не нужно, пару фраз — и Ли Хао уже доведён до белого каления. Шоу обещает быть отменным!
— Чан Хуэй, тормози! — взревел Ли Хао. Смешного он не видел ни грамма, у него уже от злости в глазах темнело.
Едва машина приткнулась у обочины, он выскочил наружу:
— Эй, вылезай! Посмотрим, на что ты способен. Не боись, из уважения ко Второму брату костей тебе ломать не стану.
Глядя, как Ли Хао с видом задиристого петуха вышагивает около машины, Ань Жань удручённо перевёл взгляд на Бай Ичэня, надеясь, что тот угомонит своего приятеля.
Чан Хуэй тоже с некоторой тревогой подал голос:
— Молодой господин Бай, может, успокоите Молодого господина Ли? Ань Жань ведь совсем ребёнок...
— Всё в порядке, — отмахнулся Бай Ичэнь, явно не намереваясь гасить конфликт. Напротив, он многозначительно шепнул мальчику: — У него отец — секретарь провинциального комитета партии.
«Так что смотри, калекой не сделай».
«И ты после этого подбиваешь меня драться?! У тебя же на лбу прямо написано: "Хочу зрелищ!"»
Ань Жань недовольно взглянул на подстрекателя. Сперва он надеялся замять дело и потянуть время, но Ли Хао снизу орал так, что уши закладывало. Делать нечего — под сочувственным взглядом Чан Хуэя мальчик вяло выбрался из салона.
Бай Ичэнь и впрямь вознамерился преподать Ли Хао урок. Вспоминая, с какой кривой ухмылочкой тот встретил его по приезде в Наньцзян, Второй Бай так и норовил утереть ему нос. И дело тут вовсе не в злопамятности — просто Ли Хао давно пора отучаться судить о людях по одёжке. Пусть-ка усвоит, что такое скромность и сдержанность. А не то в августе, когда поедут в Пекин на юбилей к деду, этот торопыга снова натворит дел, а ему потом расхлёбывать.
С улыбкой наблюдая, как мальчишка нехотя плетется к Ли Хао, Бай Ичэнь бросил водителю:
— Мотор не глуши, они быстро закончат.
Чан Хуэй лишь онемел в ответ.
Надо признать, дар предвидения у Бай Ичэня имелся: схватка и впрямь завершилась мгновенно.
***
Когда машина снова тронулась, ехали они куда неспешнее прежнего. Чан Хуэй сжимал руль и с непроницаемым лицом смотрел на дорогу, хотя в душе у него бушевала буря от увиденной трагикомедии. Всё произошло с какой-то сюрреалистичной быстротой: Ань Жань подошёл к Ли Хао — поединок начался — Ли Хао крутанулся в размашистом боковом ударе ногой — Ань Жань сделал шаг назад, лёгким хлопком задев его голень — поединок окончен — Ли Хао на одной ноге поскакал обратно к машине.
Вспомнив их давешний разговор о «защите слабых», Чан Хуэй еле сдержал смешок. Впрочем, нарываться на неприятности и становиться мишенью для сидевшего рядом обиженного «слабака» ему совершенно не хотелось, так что он с самым серьёзным видом впился взглядом в трассу.
Зато Бай Ичэнь сочувствовал с сочной, откровенной ехидцой:
— Ты как там, Хао-цзы? Связки растянул или сустав выбил? Эх, ты... Сразу в бой рванул, а размяться забыл!
Чан Хуэй крепко прикусил губу, изо всех сил давя рвущийся хохот. Размяться! Ну Второй молодой господин Бай и мастак язвить, слов нет! Это что же получается: перед уличной дракой по тхэквондо надо у противника пять минут на разминку просить? Пока крутишь суставы, тебе все зубы выбьют — аккурат разомнёшь поясницу, когда будешь их с земли собирать!
Вот только пострадавший подвоха не уловил, решив, будто Второй брат за него вступается. Корчась от боли и растирая икру, Молодой господин Ли пытался сохранить лицо:
— Да ты не понял, Второй брат! Мелкому просто повезло! Он когда уворачивался, случайно рукой мне по нерву попал. Вот икроножная до сих пор и онемевшая...
Виновник сей невзгоды, Ань Жань, посмотрел на него с легким сочувствием и чистосердечно просветил:
— Это точка Си-гуань, а не просто «нерв».
Бай Ичэнь, с удовольствием подначивавший приятеля, заинтересованно переспросил:
— Си-гуань? Сяо Ань, ты что, сейчас акупунктурный удар нанёс?
Движение мальчишки действительно показалось ему стремительным и выверенным, словно тот бьёт строго по точкам.
— Ну... в некотором роде, — подтвердил мальчик.
— Чего?! — Ли Хао от такой наглости аж задохнулся. — «В некотором роде»?! Ты тут из себя героя уся-фильмов корчишь, что ли? Си-гуань у него, ишь ты! То есть меня парализовало, потому что ты мне точки перекрыл? В кино, между прочим, после такого вообще шевелиться не могут! А я как, по-твоему, до машины добрался?
— Ты прискакал на одной ноге, и я ещё помогал тебе залезть в салон, — безжалостно обличил его лживые речи Ань Жань, после чего обернулся к Бай Ичэню и терпеливо пояснил: — В сериалах всё сильно преувеличивают. Настоящее воздействие на точки — это запечатывание каналов. Удар перекрывает ток внутренней энергии и циркуляцию крови, отчего конечность мгновенно немеет и перестаёт слушаться. Точка Си-гуань не относится к глубоким меридианам, так что если не вкладывать силу, достаточно немного растирать её, как он сейчас и делает.
— Ого, уже и про «внутреннюю энергию» запел! Завязывай сказки травить, мелкий! Да если б мне сегодня катастрофически не везло, фиг бы я тебе попался! Спроси у любого в провинции: кто из спортсменов сможет свалить Молодого господина Ли?!
Вспомнив свои подвиги на татами, парень захотел рявкнуть прямо над ухом мальчишки: «Слепец, ты хоть понимаешь, перед кем стоишь?!»
«Ещё бы! — мысленно ухмыльнулся Чан Хуэй. — Ты же единственный сын секретаря провкома! Кто в здравом уме решится наносить тебе реальные удары?»
— Выходит, в своей секции ты самый сильный? — абсолютно ровным тоном уточнил Ань Жань.
Бай Ичэнь чутьём понял: сейчас мальчишка выкинет нечто грандиозное. Он расторопно прикрыл нижнюю часть лица журналом — неважно, сдержит ли он хохот или фыркнет, заслониться явно не помешает.
— А то! Среди всех учеников я лучший! — Распалившись, Ли Хао даже про онемевшую ногу забыл. Он с упоением брызгал слюной: — В нашей секции, если кто бросал вызов — всегда я выходил! Ни одного поражения! Нынче просто день не задался, а не то ты бы у меня в слезах уползал.
— Понятно... Тогда тебе лучше туда больше не ходить, — с глубоким сочувствием, точно на полного лопуха, посмотрел на него мальчик. — Твой учитель — обычный шарлатан, а тебя просто обвели вокруг пальца. Иначе как такой слабый ученик может быть лучшим? А даже если и не шарлатан, бросай эти занятия: у слабого учителя ничего путного не выучишь.
«К тому же драться совершенно не умеет, а сам нарывается на неприятности — прямо-таки напрашивается на хорошую трепку».
Эта убийственно-наивная словесная атака довела Ли Хао до такого каления, что ему захотелось на стену лезть. Кто, чёрт возьми, воспитывал этого мальчишку?! У него же яд изо рта льётся без малейшей запнушки!
Не успел Ли Хао подобрать достойные выражения для ответа, как Ань Жань нанес ему сокрушительный контрольный удар, окончательно обнулив весь запас его терпения:
— К тому же я видел выступления по тхэквондо в интернете. Постоянные вопли приводят к кислородному голоданию мозга. Со временем человек становится вспыльчивым, раздражительным и теряет самообладание. Тебе лучше бросить эту ерунду, никакой пользы от неё нет. А если так хочется поддерживать форму, лучше займись утренней зарядкой — заодно и руки развернёшь.
Ли Хао был настолько раздавлен, что у него даже сил злиться не осталось. Он бессильно обернулся к водителю:
— Чан Хуэй, веди ровнее, я посплю.
Зажмурившись, он мысленно умывался горькими слезами: «С глаз долой — из сердца вон! Не зря говорят, глушь да дичь порождают сплошных хамов. Не стану я, господин, опускаться до споров с несмышлёным малолеткой».
— Ну всё, Сяо Ань, довольно, — в Бай Ичэне проснулась редкая жалость к поверженному другу, и он решил остановить эту «добивающую атаку». — Ты сегодня рано встал, измотался за день. Поспи немного, я разбужу, когда приедем.
http://bllate.org/book/36379/4588272
Готово:
