Раньше он никогда не стирал вещи. Перелил геля для душа, добавил воды, начал тереть — и получилась целая гора пены. Споласкивал раз пятнадцать, а всё равно не вышло чисто. Если бы это не была рубашка Нань Жуань, он бы уже давно швырнул её в мусорку. Как раз в раздражении, он услышал звонок. Вытер руки о штаны, вытащил телефон и грубо бросил приятелю:
— Говори быстро.
— Ты что, забыл? Мы же договорились поужинать и поиграть вечером. Все уже собрались, тебя одного нет.
— Не пойду, занят.
— Чем занят, Сянь?
Хэ Сянь не ответил и сразу отключился. Скажет он сейчас, что стирает вещи маленькой девчонке, так ему никто не поверит.
У Нань Жуань не было с собой одежды, чтобы выйти на улицу, поэтому ужин они заказали с доставкой. Заметив, что она почти ничего не ест и после двух кусочков жарёных рёбрышек уже собирается в комнату, Хэ Сянь спросил:
— Почему так мало съела? Не по вкусу?
Нань Жуань взглянула на шесть порций еды на журнальном столике и покачала головой:
— Наверное, перекусила слишком много снеков, не голодно.
Вспомнив, что эти самые снеки купил он сам, Хэ Сянь про себя отметил: больше нельзя кормить её сладостями без меры. В такие напряжённые дни подготовки к экзаменам полноценное питание особенно важно.
В последний месяц Нань Жуань начала выравнивать режим: ложилась отдыхать в одиннадцать вечера. Отложив учебники, она посмотрела на Хэ Сяня, который, прислонившись к изголовью кровати, увлечённо играл в приставку, и почувствовала неловкость. Когда она пришла к нему, была так расстроена, что думала лишь о том, как быстро её найдут в доме Хань Лэйи, и совсем не задумывалась, удобно ли это будет.
Глаза Хэ Сяня были прикованы к экрану, но он спросил:
— Уже хочешь спать?
Услышав её тихое «мм», он отложил телефон, сел и сказал:
— Подожди.
Постельное бельё и подушки были не его, а друзей, и Хэ Сянь чувствовал к ним лёгкое отвращение. Он полез в шкаф, достал свой спортивный костюм, расстелил штаны поверх подушки, а куртку положил на простыню, убрал свои вещи и вышел из спальни:
— Спи. Я в гостиной. Если испугаешься — позови.
Как только дверь закрылась, Нань Жуань легла. На одежде Хэ Сяня остался его запах — не такой чистый и свежий, как у Гу Яо с его мятной прохладой, но и не неприятный. Просто настоящий, по-мальчишески естественный. Прижавшись щекой к ткани, она почувствовала смущение.
Заснуть не получалось, и она вышла из комнаты. Хэ Сянь, высокий и длинноногий, неудобно ютился на маленьком диване. Она уже хотела предложить поменяться местами, как он спросил:
— Почему ещё не спишь?
— Мне не спится в комнате. Давай поменяемся.
Хэ Сянь сел, растрепал ей слегка растрёпанные волосы:
— Тогда я пойду спать внутрь.
Он вошёл в спальню, но на кровать не лёг. Как он может спать, если здесь Нань Жуань? Он сел за письменный стол и стал листать её учебники и конспекты. Ему казалось, что её почерк такой же красивый и милый, как и сама она.
Через час Хэ Сянь тихо вышел из комнаты. Нань Жуань уже спала. Он хотел лишь поправить одеяло и уйти, но, сев рядом, не смог заставить себя встать.
Помедлив немного, он всё же лёг рядом с ней и, лёжа на боку, стал любоваться её сном. Диван был узкий, и чтобы не свалиться, им пришлось прижаться друг к другу. В груди у него разлилась нежность. Он осторожно коснулся мизинцем её мизинца и, улыбаясь, закрыл глаза. Это чувство удовлетворения не имело ничего общего с плотскими желаниями, но он не осмеливался по-настоящему заснуть: если не уйти до её пробуждения, всё кончится скандалом…
На следующий день Нань Жуань целый день занималась, а под вечер, медля, сказала, что пора уходить. Увидев, как она неохотно собирается домой, Хэ Сянь предложил:
— Покажу тебе одно классное место.
— Какое?
— Сначала поужинаем. Не съешь целую миску риса — не повезу. Пойдёшь пешком.
Настраение у Нань Жуань было паршивое, и она лишь закатила глаза, без особого энтузиазма перемешивая рис палочками.
Перед выходом она вдруг заметила, что её рубашка постирана, и удивлённо спросила:
— Это ты стирал?
— Как будто сам! Отнёс в прачечную внизу.
— Какая же это прачечная! Всё полиняло и помялось. Эта рубашка мне очень нравилась.
— …
Хэ Сянь порылся в пакете на журнальном столике, вытащил плюшевого мишку, который дали в подарок к желе, и положил его ей в ладонь:
— Моё дело — извиниться. Держи.
Нань Жуань плохо ориентировалась в этом районе и от природы была безнадёжно лишена чувства направления. Хэ Сянь катал её полчаса на мотоцикле, прежде чем она поняла, что они едут не в сторону Педагогического университета. Она постучала ему по спине и спросила, куда он её везёт. Он обернулся и что-то сказал, но на оживлённой улице, среди шума и ветра, она не разобрала слов.
Хэ Сянь подъехал к мосту у моря и спросил:
— Бывала здесь?
Нань Жуань покачала головой. Хань Лэйи любила только шопинг и караоке, а бабушка с дедушкой предпочитали спокойствие и редко вывозили её куда-нибудь.
Он подвёл её к перилам и указал на закат:
— Всё в Чжэньчжоу — лучший вид на закат именно отсюда.
Вдали, где небо встречалось с морем, стоял старинный замок. Его отражение в воде окрасилось розовым от закатных лучей, и с их точки зрения картина напоминала живописное полотно.
— И правда красиво.
— Красивых мест полно. Я буду показывать тебе их одно за другим. Твоя сестра — не главное. Вместо того чтобы злиться и плакать из-за неё, лучше ходи со мной есть, пить и веселиться.
Нань Жуань молчала, глядя вдаль. Наконец она тихо сказала:
— Но все говорят, какая она хорошая. Мне так неприятно, что дедушка с бабушкой заставляют меня перед ней извиняться.
Из-за Нань Жуань Хэ Сянь специально навёл справки о Нань Дай:
— У твоей сестры много друзей, но они постоянно меняются. Никто не дружит с ней долго, потому что всем нравятся искренние и добрые люди. Даже самые плохие люди тянутся к таким. И даже твоя сестра — не исключение. Она сейчас хитрила и заставила тебя страдать, но что получила взамен? В этом огромном мире полно людей, перед которыми можно завидовать. Если она не может принять даже тебя, то сама себя сгубит. Какой в этом смысл?
— У меня был напарник по команде. Его семья жила бедно и рассчитывала на его призовые. Чтобы вытеснить меня и попасть в национальную сборную, он сеял раздор между мной и тренером. Я считал его другом и поверил. Но сильных людей и так полно. Без меня он всё равно бы не пробился. На самом деле мне даже повезло.
— Как это повезло — выгнали из провинциальной команды?
Потому что встретил тебя, — улыбнулся Хэ Сянь, но вслух сказал лишь:
— Тебе повезло ещё больше.
— А мне-то в чём удача? — возразила она. Умная, красивая, из хорошей семьи — всё, о чём другие мечтают, но счастья это не приносило. Больше всего она завидовала Хань Лэйи, у которой в семье царила такая тёплая атмосфера.
Потому что встретила меня, — подумал Хэ Сянь. Через некоторое время он щёлкнул её по лбу:
— Пора домой. Не заставляй дедушку с бабушкой волноваться.
…
Нань Жуань стояла у двери, не решаясь войти. Обернувшись, она увидела, как Хэ Сянь, сидя на заднем сиденье мотоцикла, с насмешливой ухмылкой косится на неё, будто дразнит за трусость. Она сердито фыркнула и тут же стала искать ключи.
Едва она повернула ключ, дверь распахнулась изнутри. Бабушка стояла прямо у порога, схватила её за руку и начала ворчать:
— Я не могла тебя найти, звонила Хань Лэйи — она не берёт трубку! Уже с ума сошла от волнения.
— У неё дома вечеринка.
— Мы с дедушкой ждали тебя и до сих пор не ели.
Дедушка кашлянул:
— Быстрее мой руки и за стол. Сегодня приготовили всё, что ты любишь.
Нань Жуань надула губы:
— Я уже поела, не голодна.
Дедушка встал с дивана, подошёл к ней и ласково спросил:
— А если я извинюсь перед тобой, сможешь проголодаться?
Бабушка строго посмотрела на неё:
— Я ради тебя всех прогнала. Больше не капризничай.
Нань Жуань всё ещё злилась, но когда её усадили за стол и она увидела полное угощений блюдо, подумала: Хэ Сянь прав — ей действительно повезло.
Без Нань Дай дома дни летели незаметно. Казалось, мгновение — и настал день экзаменов. Накануне Хэ Сянь позвонил и велел ждать его у выхода из экзаменационного центра. Однако, выйдя из здания, Нань Жуань сразу увидела Гу Яо.
— Ты как здесь оказался?
— Пришёл поздравить тебя с окончанием экзаменов.
Экзаменационный центр находился далеко от дома, поэтому дедушка с бабушкой заранее забронировали номер в отеле поблизости и сейчас ждали её там. Телефон Нань Жуань остался дома, и она воспользовалась мобильником Гу Яо, чтобы позвонить бабушке.
— Я отлично сдала! Даже лучше, чем на третьем пробном экзамене!
Бабушка облегчённо вздохнула, но, радуясь про себя, спросила:
— Ты внимательно проверила? Нигде не ошиблась?
— Нет, всё в порядке. Я быстро справилась и потом перепроверила всё с самого начала до конца. Ко мне пришёл друг, хочу с ним погулять. Вернусь домой попозже.
Нань Жуань с детства была замкнутой, и бабушка всячески поощряла её общаться с друзьями:
— Иди, только будь осторожна. Не позже девяти вечера.
Нань Жуань отключилась и улыбнулась Гу Яо:
— Хэ Сянь сдавал в филиале Педагогического университета. Велел ждать его у выхода.
Гу Яо взял у неё телефон:
— Оттуда сюда ехать целый час. Поехали.
Нань Жуань подумала, что он везёт её на встречу с друзьями, и спросила:
— Хэ Сянь тоже идёт? Тогда скажи ему, чтобы не приезжал за мной, а сразу шёл туда.
Гу Яо кивнул:
— Парковка далеко. Придётся немного пройти.
Добравшись до парковки, Нань Жуань с удивлением обнаружила, что Гу Яо не на мотоцикле, а за рулём белого Lexus’а — точь-в-точь как у отца, только другого цвета.
— Это твоя машина? Почему ты обычно не ездишь на ней?
Гу Яо кивнул:
— В университете она не нужна.
Машина выглядела скромно, но стоила около миллиона, что для первокурсника казалось роскошью. Неудивительно, что друзья Нань Дай называли Гу Яо «вторым молодым господином».
Салон был таким же безупречным, как и сам Гу Яо: даже коврики были молочно-белыми, и наступать на них было почти стыдно.
Как только Нань Жуань села, Гу Яо наклонился и пристегнул ей ремень:
— Куда поедем?
— Разве не к твоим друзьям? Ты уже сказал Хэ Сяню, что мы вместе? Вы ведь помирились?
Гу Яо пристегнул свой ремень, завёл двигатель и ответил:
— О каком примирении речь? У меня нет времени с ним ссориться.
Экзамены закончились, и Нань Жуань была в приподнятом настроении, поэтому не стала на этом настаивать. Она опустила окно и, положив подбородок на край стекла, стала смотреть на улицу.
Гу Яо молчал, погружённый в свои мысли, и включил радио. Нань Жуань напевала под музыку, но вдруг обернулась:
— В университете интересно?
— Мне кажется, почти как в школе. Ничего особенного.
— Все одноклассники из первого и нашего классов сегодня пошли петь и ужинать, чтобы отпраздновать свободу. Некоторые даже решили не спать всю ночь. Раньше я не очень усердствовала в учёбе, последние три месяца занималась каждый день, но и это не показалось мне тяжёлым. Поэтому не понимаю их. Моя старшая школа была самой счастливой порой — гораздо лучше, чем начальная и средняя. Мне грустно, что всё закончилось… Поэтому я и не пошла на вечеринку к Хань Лэйи. Её результаты слабые, она собирается учиться за границей. Мы долго не увидимся…
— В университете появятся новые друзья. Даже если она уедет, вы сможете общаться каждый день.
— Не то. Когда живёшь в одном городе, можно вместе обедать, гулять, обсуждать одноклассников и Нань Дай. А в разных университетах круг общения изменится, и тем для разговоров станет меньше. Боюсь, у неё появятся другие подруги, и она забудет обо мне… Хань Лэйи такая милая, все её любят.
Увидев, как Нань Жуань надула губки, Гу Яо улыбнулся:
— Когда она уедет, я буду с тобой гулять, обедать и обсуждать твою двоюродную сестру.
Нань Жуань удивилась. Хотя Нань Дай была человеком, которого она ненавидела больше всех, всё же это была родная двоюродная сестра. Она не собиралась обсуждать её за глаза с тем, кто ей нравился, и потому перевела тему:
— Я поеду учиться в Пекин. Не буду поступать в Чжэньчжоуский. Значит, и с тобой нам останется только переписываться.
— Я поступлю в аспирантуру в Пекине.
— Тебе нужно пять лет, чтобы окончить университет. К тому времени, как ты поступишь в Пекин, я как раз заканчиваю четвёртый курс и возвращаюсь в Чжэньчжоу. Мы идеально разминёмся. Я мало где бывала, поэтому хочу учиться в другом городе. Но после выпуска обязательно вернусь: дедушке с бабушкой скоро семьдесят пять, и я должна заботиться о них.
— Тогда я не поеду. Останусь в Чжэньчжоуском.
— Почему передумал? Бабушка говорит, что я часто меняю решения. Оказывается, ты такой же.
— …
После столь явного намёка она всё ещё ничего не поняла. Гу Яо не знал, что и сказать.
http://bllate.org/book/3637/393203
Готово:
