После загрузки карты Пика Линъян доступная для исследования территория значительно расширилась, а количество заданий в Системе постепенно возросло. Однако награды за ежедневные и случайно возникающие квесты были весьма ограничены. Пару дней назад он тщательно просмотрел список заданий и обнаружил, что только это побочное задание сулит по-настоящему щедрое вознаграждение.
Это побочное задание появилось в интерфейсе автоматически после обновления карты. Изначально оно подсвечивалось синим, что означало «доступно для принятия», но позже сменило цвет на серый — «не активировано». И лишь сегодня на рассвете оно внезапно загорелось вновь.
Все потому, что в тот день, на глазах у Се Хуайцина, его задание провалилось.
— На самом деле, у меня нет каких-то особых требований к своим ученикам. Я лишь хочу, чтобы вы были здоровы, невредимы и жили в свое удовольствие.
Се Хуайцин улыбался, переводя взгляд с одного ученика на другого. — Сегодня я позвал вас двоих только для того, чтобы немного поболтать. В конце концов, я вышел из затвора лишь три дня назад, а мы не виделись уже больше года.
— Ученик понимает.
— Раз понимаешь — хорошо. — Се Хуайцин опустил голову и, тихонько хмыкнув, принялся вертеть в руках веточку грушевого цвета. — Ну что, придумали, как будете оправдываться? Кто из вас начнет первым?
Взметнулись полы одежд — это Мэн Чанъин опустился на колени среди опавших лепестков.
Опустив взгляд, он произнес: — Ученик самовольно вторгся в Запретный лес Секты Цинъюэ. Прошу Учителя наказать меня.
— О, неудивительно, что барьер у задней горы пришел в движение. — Се Хуайцин подпер щеку рукой и вздохнул. — И ты был один?
Мэн Чанъин кивнул: — Ученик был ранен потоками мечей в Запретном лесу и потерял сознание в одной из пещер на три дня. Пропуск занятий был вынужденной мерой. В то время…
Чэнь Мулюй стоял, опустив голову. Неизвестно, было ли это вызвано движением яда гу в крови или сильным волнением, но его сердце словно пропустило удар.
Мэн Чанъин ударился лбом о землю и, четко выговаривая каждое слово, произнес: — Ученик… никого другого не видел.
Чэнь Мулюй тихо выдохнул: Система всё-таки оказалась полезной. Мэн Чанъин действительно ничего не помнит о тех хаотичных трех днях и трех ночах.
— Чанъин, ну что ты такое вытворяешь? Твой характер мне прекрасно известен. — Се Хуайцин смотрел на своего упрямого ученика и печально вздохнул. — На земле холодно, вставай скорее. Ты не ранен?
Когда показалось, что дело вот-вот будет замято, камень, давивший на сердце Чэнь Мулюя, всё еще не сдвинулся с места: он увидел, что коленопреклоненный человек даже не шелохнулся.
Мэн Чанъин продолжал стоять на коленях, его голос звучал глухо: — Благодарю Учителя за беспокойство, Чанъин не сильно пострадал. Но в любом случае, факт моего проникновения в Запретный лес и непреднамеренного пропуска занятий остается фактом. Я нарушил законы секты, прошу Учителя покарать меня.
Се Хуайцин пристально посмотрел на него: — Законы нельзя нарушать, и наказание, разумеется, последует. Но не стоит торопиться. Мулюй, как считаешь?
— А… да, конечно! — Чэнь Мулюй, внезапно оказавшись в центре внимания, натянуто улыбнулся и подхватил: — Действительно, так оно и есть. По-моему, Мэн Чанъин, тебе лучше сначала вернуться и как следует подлечиться, а о наказании можно подумать, когда поправишься.
— Но…
Мэн Чанъин нахмурился, собираясь возразить, но Се Хуайцин с улыбкой прервал его: — Ох, довольно! Здесь, перед своим Учителем, не нужно вести себя как в Зале Дисциплины, вставая и опускаясь на колени! Скорее поднимайся!
— Вот именно! Что за привычка чуть что — сразу взывать к уставу! — поспешно вставил свои пять копеек Чэнь Мулюй.
Учитель и ученик пели в унисон, и Мэн Чанъин, немного помолчав, поднялся на ноги.
Се Хуайцин по-прежнему улыбался, и в его персиковых глазах вновь воцарилась прежняя мягкость: — Я уже попросил для вас семидневный отпуск в академии. Думаю, вам обоим незачем больше ходить в Павильон Десяти Тысяч Книг, так что просто отдохните эти два дня.
— Учитель, это…
— Учитель, правда? Это просто замечательно!
Мэн Чанъин закрыл рот, бросил взгляд на некоего крайне возбужденного субъекта рядом, затем посмотрел на лицо Се Хуайцина и больше ничего не сказал.
— Я ведь не разрешаю вам просто так бездельничать. — Се Хуайцин со смехом посмотрел на своего восторженного младшего ученика и пояснил: — Через несколько дней мне нужно кое-что уладить в Городе Фаньцзин у подножия горы. Но из-за множества государственных дел я не могу отправиться туда лично, поэтому решил отправить вас двоих вместо себя. Тогда, Чанъин, ты сможешь искупить свою вину. Как тебе такое?
Мэн Чанъин на мгновение замолчал, после чего поклонился и ответил: — Для ученика большая честь разделить заботы Учителя.
Глава 9
Се Хуайцин не стал их задерживать и тем более не стал допытываться, явно желая выгородить их и ограничившись лишь легким нагоняем, чтобы спустить дело на тормозах.
Чэнь Мулюй согласился на поездку, и в этот же момент в его голове всплыла подсказка Системы: [Текущий прогресс задания 99%, пожалуйста, хозяин, продолжайте стараться~]
Видя, что полоса прогресса почти заполнилась, Чэнь Мулюй расслабился и уже собирался вместе с Мэн Чанъином откланяться, как вдруг беловолосый юноша приподнялся с кушетки, словно о чем-то вспомнив, и снова окликнул их.
Се Хуайцин мягко улыбнулся: — Вы проделали долгий путь до вершины, и у меня нет ничего особенного, так что позвольте подарить вам по веточке грушевого цвета.
Он взмахнул рукавом, и ветерок, прилетевший из облаков, заставил древнее дерево покачиваться, осыпая их дождем из лепестков.
Две ветки груши отломились от дерева и, медленно покачиваясь в воздухе, опустились прямо в их руки.
Чэнь Мулюй успокоился: — Благодарю Учителя.
— Ступайте, я не буду вас провожать. — Се Хуайцин с улыбкой убрал кушетку и снова прислонился к стволу дерева.
Чэнь Мулюй, не питая подозрений, уже собрался уходить, как вдруг услышал, что Се Хуайцин называет его имя.
Он обернулся, но на земле осталась лишь куча снежно-белых лепестков — юноши в фиолетовых одеждах и след простыл.
Он держал в руках распускающуюся ветку груши, и на полпути вниз с горы получил уведомление от Системы.
[Текущее задание: скрыть правду о Запретном лесе от Учителя.]
[Прогресс задания: 99%]
[Дзынь — текущее задание провалено. Система обнаружила отсутствие условий для активации побочного задания, оно замораживается… Хозяину следует дождаться удобного момента для спуска с горы.]
[Побочное задание: Тайна Души созерцания Луны (0/5) [Заморожено]]
[Содержание задания: до наступления ночи полнолуния помогите Мэн Чанъину обрести Душу созерцания Луны.]
Заходящее солнце окрашивало небо в багрянец.
Бессмертная ладья долго летела по небу, и лишь к вечеру группа Чэнь Мулюя достигла Города Фаньцзин.
Город Фаньцзин, расположенный в тысяче ли от Секты Цинъюэ, был небольшим городом, отрешенным от мирской суеты и почитающим учение Будды. Священная река буддистов протекала через город, внутри которого было множество озер и прудов, заросших священными лотосами. Вода там была неподвижна, словно зеркало, отсюда и название — Фаньцзин.
В городе было много буддийских культиваторов и еще больше простых жителей, поэтому использование большинства магических искусств было под запретом, а Бессмертная ладья не могла войти внутрь напрямую.
Около почтовой станции на окраине города ладья медленно остановилась в тихой роще.
— Младший дядя, разве мы не должны вести себя скромнее? — Шэнь Чуньлин осторожно огляделся, убедившись, что поблизости нет чужих глаз.
Изначально в поездку должны были отправиться только Чэнь и Мэн, но как только Сун Уцзинь узнал, что его двоюродная сестра освобождена от занятий в академии и скоро отправляется вниз с горы, он тут же начал требовать взять его с собой.
В итоге добродушный глава Секты Се действительно согласился и, махнув рукой, присовокупил к ним еще и внука-ученика Шэнь Чуньлина.
— Вы четверо должны беречь друг друга, — наставлял их Се Хуайцин. — Чанъин, присмотри за младшей сестрой, а Сяо Шэнь, следи за Сяо Суном.
Жизнь показала, что, хотя глава секты и был в почтенном возрасте и редко вмешивался в дела, проницательности в людях он не терял.
Шэнь Чуньлин уже давно переоделся в обычную одежду, при себе имея лишь Лунную Бусину и Нефритовый жетон передачи звука. Но стоило ему обернуться…
Он молча разглядывал увешанных драгоценностями Чэнь Мулюя и Сун Уцзиня: — Дядя, младший брат, мы ведь в пути, не стоит одеваться так вызывающе.
— Где же тут вызывающе? Разве это не скромно? Я всегда так одевался, когда был в Обители Бессмертных Хуацзин. — Сун Уцзинь моргнул и, раскинув руки, с мелодичным звоном украшений покрутился перед ним. — Чуньлин, разве не красиво? Я с таким трудом выпросил это у сестры!
Шэнь Чуньлин: …
Его взгляд прошелся по кольцам, поясам и магическим артефактам на талии Сун Уцзиня, а затем упал на золотые и нефритовые украшения Чэнь Мулюя — все они были в стилях, которых он раньше не видел, и не нужно было обладать особым умом, чтобы понять: хранилище украшений младшего дяди пополнилось еще одной партией бесценных сокровищ.
Шэнь Чуньлин не знал, что и сказать. В уме он перевел стоимость всех этих украшений в Духовные камни и молча ахнул.
Единицы, десятки, сотни, тысячи, десятки тысяч, папа.
Если посчитать время, да, как раз конец месяца. Наверное, Обитель Бессмертных Хуацзин только что прислала своему маленькому наследнику карманные деньги.
Сам наследник невозмутимо пожал плечами и убрал Бессмертную ладью в кольцо для хранения: — Учитель сказал лишь, что нельзя раскрывать свою личность. У нас на лбу не выбито клеймо Секты Цинъюэ, так почему это не скромно?
Весомый аргумент. Если бы на девушке не было одежды высшего класса и подвески с защитным нефритом высшего качества, это звучало бы еще убедительнее.
Шэнь Чуньлин благоразумно решил промолчать.
Сун Уцзинь обнял Шэнь Чуньлина за плечи: — Ну ладно-ладно, лучше подумай, что мы будем делать, когда войдем в город. В Фаньцзине нельзя летать на мечах, не собираемся же мы идти пешком?
— Конечно, не заставлю тебя идти до упаду, — Чэнь Мулюй бросил на него взгляд. — Лошади, паланкины, повозки — разве что-то из этого не подойдет?
— А? Сестра, ты хочешь ехать верхом? — Сун Уцзинь опешил.
Чэнь Мулюй приподнял веки: — Нельзя?
— Но сестра, разве ты не боишься лошадей больше всего на свете? — Сун Уцзинь был озадачен. — Разве ты не упала с бессмертной лошади в детстве и не восстанавливалась три года, после чего больше никогда не садилась верхом?
Едва он договорил, раздался резкий и неприятный электронный звук: [Внимание! Внимание! Отклонение от роли пушечного мяса достигло 1%! Пожалуйста, хозяин, скорректируйте свой образ!]
— Я имел в виду, что вы поедете верхом, а я поеду позади в повозке. — Чэнь Мулюй смотрел на него с натянутой улыбкой, но сигнал тревоги в голове не умолкал, продолжая звучать с новой силой.
Сделав глубокий вдох, чтобы унять головную боль, он с бесстрастным лицом отвесил Сун Уцзиню увесистую пощечину по плечу: — К тому же, если я боялась раньше, это не значит, что я боюсь сейчас, понял?
— А… а? — Сун Уцзинь хотел еще что-то сказать, но, увидев выражение лица сестры, лишь осторожно кивнул. — О, хорошо.
Звук тревоги начал постепенно стихать.
http://bllate.org/book/36328/4512823
Готово:
