С тех пор как Цзи Наньчэнь научился запоминать себя, ему еще не доводилось видеть столь очаровательных фруктов.
Он взял вилку и на мгновение даже растерялся, не зная, с какой стороны подступиться.
В конце концов он все же подцепил один кусочек и отправил его в рот.
Яблоко, только что извлеченное из холодильника, приятно холодило, а во вкусе гармонично сочетались сладость и свежесть, утоляющие жажду. Ароматная сладость замерла на губах и на зубах, вызывая приятный выброс дофамина.
Впрочем, оно было капельку излишне сладким — обычно он не стал бы есть такое больше пары кусочков.
Цзи Наньчэнь отложил вилку и продолжил просматривать отчеты...
Секретарь то и дело напоминал ему о необходимости хорошего отдыха, а потому во время восстановления все дела, кроме самых важных, обходили его сторону.
Закончив разбираться с делами за целый день, Цзи Наньчэнь бросил взгляд на часы и попутно прихватил с собой пустую тарелку из-под фруктов.
По дороге вниз он издалека заметил хлопочущую туда-сюда фигурку — весь первый этаж наполнял аппетитный аромат еды.
— Господин Цзи, — Сунь Чжиань заметил пустую тарелку в руках Цзи Наньчэня, и лицо его озарилось радостью. — Вам понравилось?
Он подошел, забрал тарелку из рук Цзи Наньчэня, и в его голосе зазвучала неприкрытая гордость:
— Раньше детишки тоже просто обожали фрукты, которые я нарезал!
— Правда? — Цзи Наньчэнь чуть улыбнулся.
Он сел за стол: миски, палочки для еды и все блюда были уже расставлены. Еда выглядела потрясающе и источала такой аппетитный аромат, что у любого потекли бы слюнки.
Глядя на Сунь Чжианя, послушно устроившегося напротив него, Цзи Наньчэнь слегка изогнул губы в улыбке:
— Благодарю за труды, давай поедим.
Сунь Чжиань без всякой задней мысли принялся за еду. А сидевший напротив Цзи Наньчэнь смотрел на него с легкой, едва заметной улыбкой в глазах.
Детишки тоже очень любили? Но он-то прекрасно помнил.
В подробном досье на Сунь Чжианя не было ни слова о том, что тот занимался какой-либо работой, связанной с детьми...
Вечером Цзи Наньчэнь оставил лишь самую малую часть работы.
Его режим всегда отличался строгим постоянством, и ровно в половине десятого он начал готовиться к водных процедурам и отходу ко сну.
Только зачинив ноутбук, он вдруг перевел взгляд на монитор.
На первом этаже.
Сунь Чжиань только что устроился на диване.
Как раз недавно вышел новый фильм с хорошими отзывами, и стоило ему включить телевизор, как раздался звонок от Цзи Наньчэня.
Звонил он по внутренней линии, прямо из кабинета на втором этаже.
Голос мужчины, прошедший через мембрану динамика, стал еще более низким и бархатным, отчего у Сунь Чжианя даже слегка зачесались уши.
— Не мог бы ты подняться наверх и набрать мне ванну? — в голосе Цзи Наньчэня проскользнула доля беспомощной досады. — Я повредил руку, и мне правда ужасно неудобно...
Не успел мужчина договорить, как Сунь Чжиань решительно и громко отозвался:
— Я сейчас же поднимусь!
Судя по тону Цзи Наньчэня, он уже живо вообразил, как тот внезапно поранил руку, а теперь испытывает растерянность и страх.
Однако присущая ему в обычное время сдержанность заставила его тысячу раз сомневаться, и лишь в самый последний момент он был вынужден сделать этот звонок.
Бедный, жалкий белоцветочный юноша — разве можно к нему остаться равнодушным!
С этими мыслями Сунь Чжиань поправил свой крошечный фартук и быстро-быстро затопал наверх.
Он слегка приоткрыл дверь и, едва подняв взгляд, встретился с чуть покрасневшими глазами Цзи Наньчэня.
И правда, расстроился до того, что даже глаза покраснели...
Сердце Сунь Чжианя снова было поражено в самое спердце, и жалость к хозяюшке дома переросла все мыслимые пределы.
Цзи Наньчэнь от природы был красив, хотя и возвышался над ним почти на полголовы, а его мышцы выглядели весьма внушительно.
Но, согласно извечным канонам всех авторов историй о большой и чистой любви между двумя парнями.
Неважно, высок ли утонченный белоцветочный герой или миниатюрен, беден или богат, его автор непременно одарит покрасневшими от слез глазами и кожей, на которой остаются следы от малейшего сжатия.
...Какая же это дьявольская и порочная слабость!
В этот момент те самые глаза смотрели на него из-за пелены теплого света, и сердце Сунь Чжианя окончательно растаяло.
Его голос стал еще мягче:
— Ты не бойся, я сейчас же...
Глядя на удаляющуюся спину молодого человека, Цзи Наньчэнь слегка поморгал — глаза немного щипало от закапанных капель.
Кажется... его в чем-то неправильно поняли?
Это поместье находилось на некотором расстоянии от центра города, и Цзи Наньчэнь обычно приезжал сюда только тогда, когда хотел расслабиться.
Поэтому, прождав какое-то время и рассчитывая, что Сунь Чжиань зайдет в ванную набрать воду, он совершенно забыл про лежащие на виду секретные документы. И лишь когда понял, что прошло подозрительно много времени, он вдруг сообразил...
Сунь Чжиань, скорее всего, всё перепутал и отправился на самый верх, в особую комнату с горячим источником?
Разумеется, подождав еще немного, он наконец дождался этого прыгающего от радости крольчонка.
На сей раз Сунь Чжиань не стал стучать и просто протиснулся в приоткрытую дверь.
Его одежда слегка помялась, а выбившиеся на лоб прядки волос от влажного пара прилисли ко лбу, торча на макушке смешным хохолком.
Глаза Сунь Чжианя сияли, казалось, они вечно излучали неиссякаемую энергию и предвкушение.
Он неотрывно смотрел на Цзи Наньчэня:
— Господин Цзи, я всё набрал, идите скорее наверх!
Он впервые видел столь роскошную купальню с горячим источником. Формально это вроде бы комната, но на деле она занимала едва ли не половину верхнего этажа.
Полуоткрытое помещение было оформлено в новом китайском стиле, по периметру его окружали прозрачные стеклянные панели, а потолок венчал купол, напоминающий звездное небо.
Когда огромный бассейн наполнился водой, поднимающиеся клубы пара создавали густую дымку, отрезая это место от остального мира и превращая в обитель бессмертных.
Сунь Чжиань сглотнул слюну: боже мой, как же это круто — принимать ванну в таком месте!
Цзи Наньчэнь, разумеется, понятия не имел, о чем тот думает. Бросив взгляд на подготовленные бумаги, он на мгновение задумался.
— Хорошо, я поднимусь сам. Если что-то понадобится, я тебя позову.
Сунь Чжиань послушно кивнул и спустился вниз.
Посидев какое-то время у телевизора, он заметил, что наверху по-прежнему царит тишина.
Он не был уверен, станет ли Цзи Наньчэнь звать его снова, а по телевизору как раз началась реклама какого-то кулинарного шоу.
Красный перец чили, наваристый бульон, огромные ломти свежего мяса...
— Ур-р... — предательски заурчало в животе у Сунь Чжианя.
http://bllate.org/book/36295/4507986
Готово:
