Юй Цинмэй вздохнула:
— Вечером немного выпила, а он устроил скандал — непременно захотел к тебе… Я с Си Юэ так переживали, что я сама его сюда привезла.
Гу Вэйань холодно посмотрел на неё:
— Ты становишься всё более беспечной.
Юй Цинмэй горько улыбнулась, перевела взгляд за спину Гу Вэйаня и тепло сказала:
— Маленькая Чжэ? Давно не виделись, всё такая же милая.
Она всегда называла Бай Чжэ «милой».
«Маленькая Чжэ? Какая прелесть!»
«Вэйань, твоя сестрёнка Чжэ чересчур мила — пусть выходит замуж к нам!»
…
И тому подобные шутки.
Бай Чжэ, будто её хвост наступили, шагнула вперёд и вежливо улыбнулась Юй Цинмэй:
— Сестра Цинмэй по-прежнему так прекрасна, как и раньше.
— Я пришлю машину — отвезут вас домой, — сказал Гу Вэйань. — В таком состоянии вам нельзя ехать вдвоём.
Юй Цинмэй не возражала, но Гу Цинпин всё ещё не сводил глаз с Бай Чжэ.
Гу Вэйань не стал вмешиваться лично. Он вызвал людей, которые полувели, полутащили Гу Цинпина прочь, оставаясь настолько спокойным, будто тот вовсе не его родной брат.
У Бай Чжэ не было особых чувств по этому поводу. Она прекрасно знала: Гу Цинпин — бездарь и лентяй, а сегодняшний визит к Гу Вэйаню — чистое самоуничижение. Даже она сама не могла тягаться с Гу Вэйанем, не говоря уже о Гу Цинпине — сыне богатого, но глупого помещика.
Про себя она язвительно подумала об этом, а Ляо Икэ, почуяв неладное, сама предложила уйти отдыхать.
Когда в комнате остались только они вдвоём, Гу Вэйань окликнул Бай Чжэ:
— Чжэ.
— А? — отозвалась она.
— Сегодня ты спишь в главной спальне, — сказал он, — со мной.
Это неожиданное заявление заставило Бай Чжэ подкоситься — она чуть не упала и поражённо уставилась на него.
— Мне захотелось отведать мяса, — спокойно произнёс Гу Вэйань, заставляя Бай Чжэ всё больше краснеть, — даже если нет жаркого, дай хоть немного фарша.
— А?.. — выдохнула она.
Сегодня Гу Вэйань вёл себя странно. В ушах Бай Чжэ снова зазвучал сигнал тревоги.
— Нет, — долго колеблясь, решительно отказалась она. — Я не хочу.
Ей не нравился секс без чувств. Он заставлял её чувствовать себя всего лишь инструментом.
В прошлый раз всё шло гладко, и казалось, что можно… Но в самый последний момент в голове снова всплыла мысль: «Так вот, я всего лишь инструмент», — и это было невыносимо.
Бай Чжэ больше не хотела так.
Гу Вэйань не стал настаивать. Он всегда был человеком с сильным чувством собственного достоинства.
Дважды за вечер получив отказ, он лишь кивнул и спокойно сказал «хорошо», после чего ушёл, не выказывая ни тени эмоций.
—
Ляо Икэ: [???]
Ляо Икэ: [Так я что, не создала для вас идеальных условий для бурной ночи???]
Ляо Икэ: [Знаешь, Чжэ, согласно опросам, девяносто процентов женщин на планете обожают мужчин с прессом, но при этом восемьдесят процентов мужчин с прессом любят других мужчин.]
Ляо Икэ: [Ты встретила мужа с прессом, красивого и богатого — почему не занимаешься с ним сексом?]
Бай Чжэ: [Потому что мне не нравится секс без любви.]
Бай Чжэ: [Если отношения строятся только на гормонах, то чем мы отличаемся от животных?]
Ляо Икэ: [??? Вы же раньше встречались, разве нет?]
Бай Чжэ долго смотрела на это сообщение, прежде чем ответить.
Она уже набрала:
Бай Чжэ: [Но он никогда не говорил мне «я люблю тебя»]
Фраза была готова к отправке, но в последний момент она остановилась.
Бай Чжэ удалила текст посимвольно и написала заново:
Бай Чжэ: [Разве ты не знаешь? Обычно, когда люди упоминают бывших, те уже в земле.]
Бай Чжэ: [В земле Вэйань.]
Ляо Икэ: […]
Ляо Икэ: [За каламбуры штрафуют!]
Бай Чжэ, прочитав ответ подруги, фыркнула и рассмеялась.
Ляо Икэ: [Ничего страшного! Пропустишь этот киоск — найдёшь другой магазин сети!]
Эта фраза мгновенно вернула Бай Чжэ боевой дух.
Новая система управления отделом гостиничных номеров ещё не была утверждена — это серьёзная реформа, которую нельзя проводить опрометчиво.
Бай Чжэ уже собиралась уходить, как вдруг получила уведомление в WeChat.
Открыв его, она увидела запрос на добавление в друзья.
Отправитель — Юй Цинмэй.
Её аватарка — собственное фото на фоне бескрайнего поля белоснежных цветов гардении.
У Бай Чжэ дёрнулось веко.
Она не знала, чего хочет Юй Цинмэй, но сначала приняла запрос и решила ждать дальнейших действий.
Пролистав чуть ниже, она увидела уведомление в групповом чате: всем новичкам нужно готовить выступление на корпоративе.
Бай Чжэ: «…»
Согласно традиции «Цзюньбай», каждый новый сотрудник обязан выступить на новогоднем вечере.
А Бай Чжэ как раз устроилась в этом году.
Она открыла список — её имя действительно значилось там.
Более того, было особо отмечено: «Ввиду высокой должности выступление должно быть сольным».
Музыкальных способностей у Бай Чжэ не было вовсе. В школе, когда она пела, Гу Вэйань насмешливо сказал: «Ты поёшь так, будто Ли Куй, вооружённый топорами, едет на горном велосипеде по пустыне… причём колёса у него квадратные».
Петь — отпадает.
А что насчёт инструментов?
Бай Чжэ подумала и решила скромно попросить совета у Гу Вэйаня.
Он наверняка что-нибудь придумает.
Бай Чжэ: [Тык]
Бай Чжэ: [Ты онлайн?]
Он ответил почти сразу.
Гу Вэйань: [Ещё жив]
Бай Чжэ: [На корпоративе от меня требуют номер от новичка. У тебя есть идеи?]
Бай Чжэ: [Что-нибудь вроде музыкального инструмента, которому можно быстро научиться?]
Через две секунды пришёл ответ.
Гу Вэйань: [Деревянная рыба]
Гу Вэйань: [Треугольник]
Гу Вэйань: [Оба тебе подойдут]
Бай Чжэ с трудом сдерживала желание срочно вызвать такси и приехать, чтобы разнести ему голову.
Бай Чжэ: [Ок]
Бай Чжэ: [Забудь про фарш! Теперь ты даже не увидишь мяса!]
Чувствуя себя недооценённой, Бай Чжэ кипела от злости — и эта ярость достигла пика, когда она узнала, что одного из сотрудников отдела избили гости.
Пострадавшая — новенькая девушка по имени Нин Чжицяо, уборщица.
Она прижимала окровавленный лоб, глаза её были красными от слёз:
— Я заметила, что дверь в 1321 не до конца закрыта, хотела подойти и прикрыть… но, как только вошла, увидела двоих… ну… я сразу захотела уйти, но меня схватили и избили. Они ударили меня вазой.
Бай Чжэ тут же громко позвала медсестру, чтобы та обработала рану.
К счастью, рана была неглубокой и костей не задела.
Судя по всему, у Нин Чжицяо финансовые трудности — она не жаловалась, лишь сдерживала слёзы и даже сама сказала Бай Чжэ не вступать в конфликт с гостями.
Бай Чжэ разозлилась ещё больше:
— Даже если они гости, они не имеют права избивать персонал!
Она встала и велела Нин Чжицяо сидеть и отдыхать:
— Я сама пойду разберусь. Ты получишь справедливость.
Старший администратор испугался. Он чувствовал себя виноватым и осторожно посоветовал Бай Чжэ подумать дважды, тихо добавив:
— Менеджер Бай, у них очень влиятельные связи. Это парень Гу Си Юэ из Группы «Шиань». Вы точно пойдёте?
Бай Чжэ холодно усмехнулась:
— Тем более пойду.
Нужно защищать своих сотрудников.
Даже в сфере услуг никто не заслуживает такого обращения.
Бай Чжэ решительно подошла к двери 1321 и вежливо постучала.
Вскоре дверь открыла незнакомая красивая девушка в махровом халате, явно раздражённая:
— Опять вы?
Улыбка Бай Чжэ не дрогнула.
Отлично.
Это не Гу Си Юэ.
Парень Гу Си Юэ изменяет ей.
При мысли об этом неверном ухажёре Бай Чжэ разозлилась ещё сильнее.
Она вежливо заговорила:
— Я менеджер отдела гостиничных номеров Бай Чжэ. Прошу вызвать господина Ма. Он только что избил нашего сотрудника, и мне нужно обсудить с ним дальнейшие действия.
Незнакомка закатила глаза и повернулась, крикнув внутрь:
— Эй, молодой господин Ма, тебя зовут!
Через тридцать секунд послышался стук тапочек. Ма Цянь выглянул наружу и, увидев Бай Чжэ, оживился — его взгляд стал таким же грязным, как старое масло на прилавке жареных пончиков.
Прежде чем он успел что-то сказать, Бай Чжэ повторила свои слова с той же вежливой улыбкой и добавила:
— Вам нужно оплатить медицинские расходы и компенсацию за моральный ущерб нашему сотруднику. Если лицо пострадает, вам придётся покрыть и расходы на восстановление.
— Мне платить? — Ма Цянь с интересом посмотрел на Бай Чжэ, потом презрительно фыркнул: — Ты вообще знаешь, кто мой отец?
— Господин, — всё так же улыбаясь, ответила Бай Чжэ, — этот секрет вам лучше уточнить у вашей мамы.
Ма Цяню потребовалась целая минута, чтобы осознать, что его только что обхитрили и оскорбили.
Хотя он и любил красивых женщин, но не до такой степени. Сейчас он был и зол, и раздражён. Взглянув на Бай Чжэ, он холодно усмехнулся:
— Ваша горничная самовольно ворвалась в номер! Я даже не стал подавать на вас в суд — уже милость! А вы ещё требуете компенсацию?
Бай Чжэ стояла твёрдо:
— Я не согласна с вашим утверждением о «самовольном вторжении». Если у вас есть возражения, мы можем проверить записи с камер наблюдения.
Ма Цянь замолчал на секунду:
— Хватит болтать.
Он попытался захлопнуть дверь, но Бай Чжэ кивнула стоявшему рядом человеку — тот вовремя упёрся в дверь. Администратор, уже оцепеневший от страха, через пару секунд всё же собрался с духом и не дал Ма Цяню закрыть дверь.
Раньше он никогда не делал ничего подобного — обычно в таких случаях администрация предпочитала замять конфликт.
Он потел, извиняясь и одновременно удерживая дверь.
Ма Цянь окончательно вышел из себя. Он был человеком, измотанным вином и развратом, и не мог противостоять даже такому слабому сопротивлению.
— Что ты делаешь? — закричал он.
Бай Чжэ взглянула на часы:
— Через две минуты приедет полиция. Лучше всего, чтобы этим занялись они.
Ма Цянь усмехнулся:
— Пусть приезжают! Посмотрим, кого они арестуют — меня или ваш отель!
Но тут же пожалел о сказанном.
Если приедет полиция, ему придётся тщательно скрывать сегодняшний инцидент.
Главное — чтобы об этом не узнала ревнивая Гу Си Юэ.
Он соврал ей, что уехал в командировку, а на самом деле договорился с девушкой, встреченной вчера в баре, «отдохнуть». Он только начал наслаждаться, действие препарата ещё не прошло, и он собирался продолжить — как вдруг всё это прервали, да ещё и полицию вызвали!
Ма Цянь подумал, что у него есть знакомые, которые могут помочь, но не был уверен. К тому же, действие препарата ещё не спало — всё вокруг казалось синеватым, и он не мог успокоиться. Если приедет полиция, может вскрыться нечто похуже…
Лучше бы просто заплатил.
Подумав так, Ма Цянь недовольно бросил:
— Ладно, ладно.
Он велел девушке принести кошелёк, зажал сигарету в зубах и небрежно вытащил несколько купюр, намеренно унижая Бай Чжэ — бросил их вверх, чтобы деньги медленно падали на ковёр.
— Забирайте и убирайтесь, — надменно посмотрел он на Бай Чжэ. — Я не стану с вами церемониться.
Бай Чжэ не шелохнулась:
— Господин Ма, полиция уже в пути. Подождём ещё немного.
Ма Цянь нахмурился:
— Да ты что, совсем глухая? Ладно, я не буду здесь останавливаться! Отмените номер!
Бай Чжэ кивнула администратору, и тот привёл охрану:
— Извините, но до приезда полиции вы не можете покинуть отель.
Ма Цянь окончательно заволновался и начал нервно ходить взад-вперёд. Вернувшись в номер, он стал звонить за помощью.
Связь установилась быстро.
Ма Цянь сказал:
— Алло? Цинпин, у меня тут небольшая проблема… Только не говори Си Юэ… Да, в участке Хуа Мао… У тебя нет знакомых там?.. Да, я тут случайно толкнул одну горничную, а отель устроил целый цирк с вызовом полиции… Да, в «Цзюньбай», отеле «Цзюньбай»… Что? Не поможешь? Алло!
Ма Цянь услышал гудки и чуть не швырнул телефон об пол.
Что с Гу Цинпином?
Как только услышал «отель «Цзюньбай»», сразу велел не устраивать скандалов и спокойно ждать полицию.
Чёрт!
Ма Цянь, конечно, знал, что дочь Группы «Цзюньбай» вышла замуж за Гу Вэйаня, но дело в том, что эта менеджерша отдела — не дочь «Цзюньбай», а всего лишь сотрудник! И она осмелилась так с ним разговаривать?
А сегодняшняя ситуация и вовсе щекотливая — да ещё и полицию вызвали.
http://bllate.org/book/3628/392547
Готово:
