Гарри никогда не любил Рождество. У Дурслей его запирали в чулане, а подарки ограничивались носками и старым свитером Дадли. Но в Хогвартсе всё было иначе.
— Ты чего такой хмурый? — спросила Панси за завтраком. — Рождество же.
— Привычка, — пожал плечами Гарри. — Я не особо жду подарков.
— Зря, — сказала Панси. — В Слизерине дарят не носки. Дарят что-то полезное.
Драко, который сидел напротив и пил чай, фыркнул:
— Полезное — это скучно. Я, например, дарю что-то красивое.
— Ты даришь что-то дорогое, — поправил Теодор. — Это разные вещи.
— Не начинай.
---
Утром Рождества Гарри проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо.
— Поттер, вставай. Ты проспишь всё веселье.
Это был Драко. В зелёной пижаме с серебряными змеями.
— Ты чего? — пробормотал Гарри.
— Подарки. В гостиной. Идём.
Гарри спустился вниз и увидел гору свёртков. Панси уже сидела там, распаковывая что-то блестящее. Теодор методично разворачивал книги. А Драко стоял рядом с небольшим пакетом и делал вид, что ему всё равно.
— Это тебе, — сказал он, сунув пакет Гарри.
Гарри открыл. Внутри была заколка для мантии — серебряная змея с изумрудными глазами.
— Я не ношу заколки, — сказал Гарри.
— Теперь будешь. Ты слизеринец. Пора выглядеть соответствующе.
Панси хихикнула:
— Драко, ты только что сделал ему комплимент.
— Я сделал ему подарок. Это разные вещи.
Теодор, не отрываясь от книги, сказал:
— Это одно и то же.
Драко закатил глаза.
---
Гарри получил ещё несколько подарков: от Панси — блокнот с зелёной обложкой, от Теодора — книгу «Хитрость как искусство», от Гермионы — коробку конфет с запиской «Надеюсь, ты в порядке». От Рона — ничего. От Хагрида — свитер (опять).
Но самым странным был подарок без подписи. Маленькая коробочка, внутри — серебряный медальон с гравировкой: «Тому, кто выбрал свой путь».
Гарри вертел его в руках, не понимая, от кого это.
— Это не я, — сказал Драко, не поднимая глаз.
— Я не говорил, что ты.
— Ты подумал.
— Может быть.
Панси посмотрела на медальон и тихо сказала:
— Это красиво. И загадочно. Как в детективе.
Теодор кивнул:
— Кто-то знает, что ты не просто «мальчик, который выжил». Кто-то видит в тебе слизеринца.
Гарри ничего не ответил, но медальон надел.
---
Вечером, когда все разошлись, Гарри остался у камина. Драко подсел рядом.
— Понравилось Рождество?
— Да. Лучше, чем у Дурслей.
— Это не сложно. У Дурслей, наверное, и ёлка-то была пластиковая.
— Была. И без игрушек. Только одна гирлянда, и та перегорела.
Драко помолчал, а потом сказал:
— Знаешь, я тоже не люблю Рождество. Дома. Там всё… слишком. Слишком много ожиданий. Слишком много «ты должен быть как отец».
Гарри посмотрел на него:
— А здесь?
— Здесь… — Драко замялся. — Здесь нормально. Панси не пытается меня переделать. Теодор вообще молчит. А ты…
— Что я?
— Ты не притворяешься. Это странно. Но приятно.
Гарри улыбнулся:
— Спасибо, Малфой. Это лучший комплимент, который я получал.
— Не привыкай.
— Постараюсь.
Они сидели у камина, и огонь отражался в зелёных глазах Драко. Гарри вдруг подумал, что впервые за долгое время ему не хочется никуда уходить.
— С Рождеством, Драко.
Драко вздрогнул — Гарри впервые назвал его по имени.
— С Рождеством, Гарри.
http://bllate.org/book/36275/4506039
Готово:
