У этого человека весьма своеобразный способ отдыха: если устал читать на китайском — переходит на английский, утомляют английские тексты — берется за французские, а когда надоедают французские — переключается на немецкие, а если и те начинают раздражать — читает отрывки на вэньяне.
Посмотрите только на такие способности, на такое рвение к делу — идеальный сотрудник, о котором мечтает любой начальник.
Услышав это восторженное замечание Янь Лэи, Янь Лянчжоу с явным недовольством отложил в сторону отчет: Дело в том, что он не счастлив.
Не счастлив? — Янь Лэи распластался на столе с видом человека, потерявшего всякий интерес к жизни. Ему-то как раз казалось, что Шэнь Юйчуань настроен весьма оптимистично: каждый день он с воодушевлением корпел над работой, а по вечерам, получая уведомление о переводе от бухгалтерии, загадочно улыбался.
В отличие от него самого, которого эта парочка загнала в такой ритм, что рабочие часы увеличились до предела, и он чувствовал себя выжатым как лимон.
Когда это ты научился читать по лицам? — Янь Лэи возмутился, чувствуя, что его кузен, чьи дела на личном фронте еще даже не сдвинулись с мертвой точки, уже начал действовать в ущерб интересам семьи. — Ну так посмотри на меня, я сейчас выгляжу счастливым?
Янь Лянчжоу, не отрываясь от документов своей компании, вскользь бросил: Ты выглядишь вполне довольным. Я просил тебя выяснить, почему он не счастлив, ты узнал что-нибудь?
Хотя внешне Шэнь Юйчуань не подавал виду, с самого первого дня его появления в студии звукозаписи Янь Лянчжоу почувствовал, что с его настроением что-то не так, и попросил Янь Лэи разузнать, не приключилось ли с тем чего-нибудь в последнее время.
Янь Лэи уткнулся лицом в руки: Откуда мне знать, почему он не в духе? Если у него зуб заболел во время обеда, я тоже должен из-за этого переживать?
Кузен. — Янь Лянчжоу бросил на него недовольный взгляд.
Ладно, ладно, — под холодным взглядом никудышного кузена затылок Янь Лэи начал пощипывать от нервозности, и он с неохотой ответил: Вообще-то он должен был работать в съемочной группе, но его роль вырезали, возможно, именно поэтому он и расстроен.
Кто это сделал? — Янь Лянчжоу медленно нахмурился.
Это дело рук людей внутри Тэнъюэ. На первый взгляд кажется, что это Цзян Цзюньда, но на самом деле вряд ли. У тех, кто это устроил, очень глубокие связи, к тому же они заранее заплатили съемочной группе за молчание. Но я полагаю, что это те же самые животные, только им вечно нечем заняться.
Взгляд Янь Лянчжоу стал озадаченным.
Заметив это, Янь Лэи почувствовал себя неловко и виновато: Это дело… возможно, связано со мной. Ты ведь раньше просил меня собрать данные о Шэнь Юйчуане, чтобы помочь ему расторгнуть контракт с Тэнъюэ? Вот я и решил сделать это за тебя заодно.
В итоге информация утекла, и эта банда щенков прибежала ко мне с расспросами, не положил ли я глаз на Шэнь Юйчуаня. Я, разумеется, все отрицал, но они не поверили. А потом… думаю, они из зависти решили увести его, но напрямую связываться со мной побоялись, вот и накинулись на него толпой, чтобы досадить.
Янь Лянчжоу глубоко вдохнул: Удалось выяснить, кто именно слил информацию?
Тут выражение лица Янь Лэи стало серьезным: Твой помощник, Сяо Мао.
Сяо Мао был одним из тех, кто работал с Янь Лянчжоу уже много лет. Он отличался живостью характера и сообразительностью, и в команде помощников Янь Лянчжоу пользовался большим авторитетом. Даже у Янь Лэи сложилось о нем неплохое впечатление, никто и подумать не мог, что он допустит такую оплошность.
Когда Янь Лэи впервые напал на след, он сам не мог в это поверить, но после тщательной проверки вынужден был признать правду и рассказать все Янь Лянчжоу.
Янь Лянчжоу закрыл глаза: Я понял.
Янь Лэи протянул ему стакан воды: Остынь, он не хотел ничего плохого. Просто на обеде с группой журналистов перебрал лишнего и случайно сболтнул лишнее. Он потом пытался спасти ситуацию, просил репортеров не публиковать это, но в узких кругах слухи все равно расползлись.
Ничего страшного не случилось, существенного ущерба тоже нет. — Янь Лэи взглянул на Шэнь Юйчуаня, сосредоточенно работающего в студии. — Если чувствуешь себя виноватым, я выпишу парню дополнительную премию.
Никакого ущерба? Янь Лянчжоу так не считал. Он вспомнил, как молодой человек смотрел на него в саду тем вечером — возможно, именно из-за услышанных сплетен у того возникло недопонимание.
К тому же Шэнь Юйчуань уже чувствует себя несчастным. Он переродился в надежде защитить эту сияющую улыбку, а в итоге лишь добавил человеку проблем.
На мгновение Янь Лянчжоу показалось, что он снова слышит те полные ненависти и злобы голоса.
Это все твоя вина… Если бы не ты… Все из-за тебя… Эти голоса, то отдаляясь, то приближаясь, словно призрачные проклятия из самого ада, насмехались над ним, кричали и тянули его вниз, шаг за шагом.
Если Бог уготовил мне несчастную судьбу, я с помощью меча, копья, всей своей крови и тяжелого тела докажу Ему свою несгибаемую волю и упорство сердца…
Как раз в тот момент, когда перед глазами начало темнеть, в наушниках раздался ясный голос из студии.
Шэнь Юйчуань читал небольшое стихотворение.
Этот голос, подобный легкому бризу под чистым лунным светом, подобный горному ветру, морским волнам или дождю, проливающемуся с небес, разогнал злобный шепот, звучавший в ушах, и позволил Янь Лянчжоу вновь обрести спокойствие.
С тобой все в порядке? — Бледность Янь Лянчжоу напугала Янь Лэи не на шутку.
Я же говорил, не стоит так волноваться, расслабься. — Янь Лэи опасался, что кузен снова начнет накручивать себя, и затараторил: Посмотри на Шэнь Юйчуаня, какой он выдержанный, ведет себя так, будто ничего не произошло, как ты, посторонний человек, можешь так из-за этого беситься…
Он всегда был таким. — пробормотал Янь Лянчжоу. В какой бы ужасной ситуации ни оказывался Шэнь Юйчуань, он всегда… сохранял невозмутимость. Даже когда сам был болен…
Внезапно Янь Лянчжоу словно осенило. Он взял лежащий на столе список книг, быстро просмотрел его и крепко сжал лист, так что костяшки пальцев побелели: Кузен, замени список литературы для записи. Выбери какие-нибудь длинные романы, чем длиннее — тем лучше.
А? — Янь Лэи не понял, к чему это, но, видя мрачное лицо кузена, не стал расспрашивать и тут же отдал распоряжения.
Янь Лянчжоу отложил список, не давая никаких пояснений.
Он лишь внезапно вспомнил, что в прошлой жизни, с самой первой их встречи, доктор Шэнь всегда носил с собой книги с короткими текстами: сборники эссе, стихи, рассказы.
А ведь длинные истории гораздо лучше помогают поддерживать разговор и вызывают ожидание, как в Тысяче и одной ночи, разве нет?
Может быть, он с самого начала знал, что у него не будет тысячи и одной ночи, и уж тем более понимал, что однажды внезапно уйдет.
Но он невозмутимо оставался рядом, и его последней нежностью было то, что он не оставил после себя ни одной незаконченной истории.
*
Шэнь Юйчуань закончил записывать очередной тонкий сборник стихов и, собираясь встать, чтобы размяться, услышал стук в дверь.
Продюсер, запыхавшись, принес ему целую стопку книг: Учитель Шэнь, клиент сменил список литературы, просят записать вот это.
Шэнь Юйчуань мельком просмотрел книги и обнаружил, что это в основном длинные романы: Отверженные, Воскресение, Анна Каренина и тому подобное.
Он приподнял бровь: Для таких масштабных романов с множеством персонажей и широким контекстом лучше было бы привлечь нескольких чтецов для разных ролей, не находите? К тому же я не профессиональный актер озвучки и не смогу менять голоса.
Продюсер перевел дыхание: Ничего страшного, клиент сказал, что вам достаточно прочитать все самому, и если при переворачивании страниц будут слышны звуки бумаги — это не страшно.
Такая уступчивость?
Шэнь Юйчуань сохранял легкую улыбку, глядя, как продюсер закрывает дверь и уходит.
Он так и знал, что та сторона не даст ему так легко заработать кучу денег. Вот, на четвертый день начали ставить палки в колеса, пытаясь усложнить задачу.
Но, опять же, грех не заработать, когда дают. Пока деньги капают в карман, все остальное терпимо. В любом случае, в ближайшее время он не собирается на съемки, так что может коротать время здесь.
Шэнь Юйчуань сел обратно в кресло и неторопливо взял Воскресение.
Уж извините, но русский он тоже знает. Пытаться смутить его этим — просто выставлять себя на посмешище. ^＿^
Глава 12
Хотя Шэнь Юйчуань и владел русским в совершенстве, все же литературный язык — это не разговорная речь. Прочитав добрую порцию текста, он вынужден был признать, что устал.
С тяжелой головой он поднялся, решив выйти из кабинки и немного прогуляться. Продюсер все равно постоянно твердил, что, пока он не покидает здание компании, рабочие часы ему засчитываются, и даже приглашал осматривать все помещения.
Кто бы мог подумать, что, как только он выйдет, Янь Лэи возблагодарит небеса. Тот уже столько раз намекал, что Шэнь Юйчуань может филонить и отдыхать, но тот оставался непреклонен.
Теперь, когда он наконец соизволил сдвинуться с места, его измученный компаньон мог перевести дух.
Янь Лянчжоу посмотрел на пустую студию звукозаписи, поджал губы и промолчал.
Однако как только Янь Лэи собрался сходить развлечься, его прилежный секретарь подкинул ему новую работу: Господин Янь, пришел Вэй Дэцзя, агент господина Лянчжоу. Говорит, нужно обсудить дела по кинопроекту, он уже давно ждет вас в кабинете.
Только не это… — простонал Янь Лэи. Он уткнулся лицом в документы на столе, отчаянно жестами указывая в сторону Янь Лянчжоу: Разбирайся с ним сам!
Его лучший секретарь поправил очки и ответил таким же подергивающимся взглядом, мол, он не смеет.
В этот момент Янь Лянчжоу, который с тех пор, как Шэнь Юйчуань исчез из поля зрения, излучал ледяной холод, а на лице у него словно было написано: Все люди равны, не подходи ко мне, — величественно и холодно поднялся: Я пойду с тобой.
Янь Лэи остался сидеть, но, так и не успокоившись, спросил: Ты ведь просил моих людей связаться с режиссером Чэном по поводу контракта для Цзянху, он пришел не скандалить из-за этого?
Буквально вчера, за стеклянной перегородкой этой самой студии, он передал Янь Лянчжоу контракт, тщательно выверенный его командой, и тот его подписал.
В нормальных обстоятельствах этими делами должен был заниматься Вэй Дэцзя.
Я говорил ему, но он не хочет, чтобы я брался за эту роль. Он не желает меня слушать, поэтому я не хочу его лишний раз беспокоить. — Янь Лянчжоу был невозмутим.
Он совсем страх потерял! — Янь Лэи нахмурился. — Он наемный работник, еще чего, хочет, чтобы ты его слушался? Если он посмеет устроить скандал из-за этого, ты должен проявить твердость.
Нет. — Янь Лэи не находил себе места. — Лучше я пойду с тобой.
Янь Лянчжоу остановил его: Я сам справлюсь. К тому же, если ты пойдешь, спор станет только жарче.
Он знал, что все эти годы кузен, чтобы не ставить его в неловкое положение, старался не говорить с Вэй Дэцзя в его присутствии.
http://bllate.org/book/36244/4500472
Готово:
