Перед тем как войти в маленький дворик, Лу Енье первым делом поставил вариться рис. В этот раз он подготовил порцию, которой с лихвой хватило бы на четверых взрослых: если сварить побольше, завтра утром Сяо Лу сможет позавтракать, а из остатков получится отличный жареный рис на обед.
Для жареного риса с креветками требовались сами креветки, морковь, кукуруза, зеленый горошек и ветчина. Однако ветчины дома не оказалось, а зеленый горошек Лу Енье не любил, поэтому он решил обойтись без этих ингредиентов.
Жареный рис — это настоящая народная еда: как его ни готовь, всегда получается вкусно.
А вот для супа с рыбной лапшой в качестве приправы требовался сельдерей.
Так что на этот раз целью Лу Енье во дворике были крупные креветки, сельдерей, морковь и кукуруза.
Не прошло и двух дней, как он отсутствовал, а многие овощи во дворике уже успели созреть.Лу Енье не спешил приниматься за работу. На лозе, обвивавшей опору, красовались гроздья темно-фиолетовых ягод. Лу Енье протянул руку, сорвал одну гроздь и отправил ягоду в рот.
В тот же миг, как кожица лопнула, во рту разлился медово-сладкий сок.
Лу Енье ел ягоду за ягодой, и вскоре от целой грозди ничего не осталось. Но этого ему показалось мало, и он потянулся за следующей. Не успела его рука коснуться желанной грозди, как сама лоза плавно подалась вперед, поднося плоды прямо к его лицу.
Картина выглядела совершенно волшебно.
Такое обычно показывают только в телесериалах, причем в тех, что крутят по детским каналам со сказками.Ты куда пропал в последние два дня? — спросил появившийся перед Лу Енье белый дух.
Обычный человек при виде него наверняка обратил бы внимание на ветвистые рога на голове, но только не Лу Енье — его взгляд приковал к себе изнеженный лик.
В тот самый момент, когда Лу Енье увидел это лицо, к нему вернулись некоторые позабытые воспоминания, и прикинуться дурачком уже не получалось.
Вместе с воспоминаниями Лу Енье вспомнил и его имя — Бай Цяо, о котором тот уже упоминал ранее.
С чего же всё началось...
А началось всё с местных обычаев. Согласно преданию, на Горе Сяоцин обитает Божество Горы, и в знак благодарности за его покровительство жители окрестных селений ежегодно устраивали Праздник Божества Горы.
На этом празднике требовался человек, который бы исполнился роли невесты Божества Горы.
В силу тех или иных, а также всяких разных причин Лу Енье переоделся в женское платье, сыграл свадьбу с Божеством Горы и стал его супругом. Поначалу он совсем не принял это всерьёз, а вскоре вообще вернулся в университет.
Позже Лу Енье побывал на студенческой вечеринке, которая проходила в баре. Там произошло самое обыкновенное знакомство на почве взаимной симпатии, и Лу Енье поддался страсти с явившимся к нему Бай Цяо.
Так он официально стал Супругой Божества Горы.
После бурной ночи они провстречались с месяц, и всё, что следовало знать, Бай Цяо ему практически рассказал.Но позже, то ли из-за того, что Лу Енье оказался слишком буйным, то ли еще почему, в тот вечер он высосал всю жизненную силу из Бай Цяо. Тело Бай Цяо ослабло, и тогда он сказал Лу Енье, что собирается погрузиться в спячку на некоторое время, хотя причину тоже объяснил.
Но по мере того как Бай Цяо погружался в сон, воспоминания Лу Енье о нем тускнели.
В его размытых воспоминаниях всякие там жертвоприношения Божеству Горы давно задвинулись в дальний угол: он просто закрутил заурядный роман на одну ночь в баре, а потом забеременел — и всю ту первую любовь длиной в месяц он напрочь забыл!
И хотя он всё забыл, на подсознательном уровне Лу Енье продолжал хорошо питаться и пить, заботясь о малыше в своем животе и ожидая возвращения Бай Цяо.
Истинным хозяином этого удивительного небольшого двора был Бай Цяо, а Лу Енье, будучи Супругой Божества Горы, также получил право им пользоваться.
Истинной формой Бай Цяо был Белый Олень, а Белые Олени — это знамение благополучия, так что для Лу Енье, носившего в чреве оленьего детеныша, выиграть в лотерею было вполне нормальным делом.
Тот Бельный Олень, которого Лу Енье видел всего пару дней назад, тоже был Бай Цяо.
Бай Цяо собирался преподнести Лу Енье сюрприз, в пятницу обернулся человеком и стал ждать во дворе, но в итоге…
Лу Енье повернулся и уехал в родные края, а Бай Цяо вот так прямо прождал целых два дня, полный горькой обиды.
Услышав это, Лу Енье кашлянул, чувствуя необходимость оправдаться: «Ну, понимаешь, я же тебя не вспомнил». И ведь правда!
Это же не его вина!
Кто же виноват, что у него тогда была амнезия?
Бай Цяо прижался к Лу Енье, обнял его, прижавшись грудью к груди, и ласково произнес: «Я так по тебе скучал».
«Я тоже по тебе скучал». Эту фразу Лу Енье произнес без тени смущения.
Он ведь все эти годы тоже очень тосковал по тому роману из бара.
А кем был тот ночной гость из бара, как не Бай Цяо? Если подумать, то получалось, что он, Лу Енье, все это время тосковал именно по Бай Цяо!
«Ты можешь убрать эти рога?» Лу Енье потрогал рога Бай Цяо, немного озабоченный — белые волосы и брови еще можно было списать на альбинизм, но вот с этими рогами объясняться было трудно.
Стоило прикоснуться к кончикам оленьих рогов, как Бай Цяо весь вздрогнул, едва выдержав это прикосновение.
«Могу».
Словно по мановению волшебства, большие рога растворились в сиянии и исчезли. Лу Енье погладил Бай Цяо по голове — не осталось и следа, просто удивительно.
«Пойдем, твой сын уже так вырос, а отца еще не видел. Иди покажись ему». Лу Енье подвел Бай Цяо к Лу Бай.
Эти двое, большой и маленький, выглядели так, будто их отлили по одной форме.
Очутившись в одном кадре одновременно, они выглядели так, будто кто-то применил спецэффекты, сведя вместе человека в детстве и в зрелые годы.Когда Лу Бай впервые увидел Бай Цяо, он сразу почувствовал невероятную близость и у него появилось множество вопросов, которыми хотелось поделиться, но…
Лу Енье не позволил.
Лу Енье был очень строг: неужели у тебя есть время болтать, когда уроки еще не сделаны?
Как только Лу Бай закончил с заданиями, Лу Енье тут же погнал его спать: Тебе завтра в школу, чего ты еще не спишь!
Лу Бай кипел от негодования, но молчал — папа всё врет!
Разве он не имел права просто побыть рядом с мамой, которую увидел в первый раз, и хоть немного поговорить с ней?
Ладно, раз нельзя разговаривать, то можно хотя бы поспать вместе с мамой.
Лу Бай озвучил свою просьбу: Папа, можно я сегодня поспать с мамой?
Лу Енье ответил безжалостно: Нет, мама будет спать с папой.
Лу Бай протер глаза, в которых тут же заблестели слезы, и жалобно посмотрел на Бай Цяо: Мама…
Бай Цяо перевел взгляд с большого на маленького, совершенно не зная, что делать — он оказался в крайне затруднительном положении.
Супруга Божества Горы… — жалобно позвал Бай Цяо.
Тебе пора учиться быть самостоятельным, Сяо Лу. — Лу Енье одной рукой обнял Бай Цяо, а другую упер в бок, глядя на Лу Бая сверху вниз с высокомерным видом. — Скажи-ка мне, Сяо Лу, ты что, все еще трехлетка, которому нужно, чтобы папа и мама спали рядом?
Лу Енье был настолько бесстыден, что даже гордился тем, как задирает ребенка!
Используя свои познания первоклассника, Лу Бай тут же попытался применить логику самого Лу Енье, чтобы дать отпор, но лазейка была мгновенно перекрыта.
Лу Енье добавил: Сяо Лу, ты же знаешь: папа всегда спит с мамой, это никак не связано с тем, взрослый ты или ребенок!
Лу Бай: И-и-и!
Этот вопль был весьма эмоциональным, но…
Совершенно бесполезным.
Лу Бая выпроводили прочь, и он отправился спать, затаив обиду. Ребенок заснул, а дальше…
Настало время взрослых, хе-хе-хе!
Ты ведь понимаешь, о чем я~
…
На следующее утро Лу Бай сонно сел на кровати. Ему показалось, что он видел сон, будто мама вернулась.
По привычке Лу Бай сам приготовил себе завтрак, а когда наелся, вдруг окончательно проснулся!
Подождите-ка!
Сяо Лу вовсе не видел сон!
Вчера вечером мама действительно вернулась!
С рюкзаком за спиной Лу Бай с грохотом бросился к спальне папы, однако…
Дверь, которую обычно никогда не запирали, сегодня была заперта накрепко.
Лу Бай не стал долго раздумывать и принялся барабанить в дверь: Папа, папа! Пусти меня, пусти! Мама вчера вернулась, да?!
Мелкий паршивец только портит атмосферу, — фыркнул Лу Енье, натянул штаны и пошел открывать.
Причем открыл дверь лишь на узкую щелку, настоящий скряга.
Лу Бай собирался проскользнуть внутрь, как только дверь приоткроется, но щель оказалась такой маленькой, что он никак не мог втиснуться!
Лу Бай задрал голову, глядя на отца: Папа, мама там?
Тебе пора в школу. — Тело Лу Енье наглухо перекрывало проход, он ни за что не собирался пропускать Лу Бая.
Что с этим папой такое?
Почему он такой бестолковый?
Почему он раньше этого не замечал?
Лу Бай попытался вразумить Лу Енье: Папа, я хочу, чтобы мама проводила меня в школу.
Лу Енье был непреклонен: Школа прямо рядом, не нужно провожать.
Лу Бай смотрел на Лу Енье, Лу Енье смотрел на Лу Бая. Раз уж ты, папа, ведешь себя не по-людски, не вини меня, Сяо Лу, в отсутствии вежливости!
Лу Бай крепче сжал рюкзак, слегка расставил ноги и, не сказав ни слова, собрался упасть навзничь!
А-а-а…
На полпути к воплю его схватил Лу Енье. Лу Бай изо всех сил упирался, пытаясь сесть на пол, но ничего не выходило.
В этот момент Лу Енье отпустил дверь, и за его спиной показался Бай Цяо.
На Бай Цяо была одежда Лу Енье, длинные волосы заправлены за уши. Глядя на готовых начать войну отца и сына, он слегка улыбнулся: Давай я провожу Сяо Лу в школу.
Ура! — радостно воскликнул Лу Бай. Это была победа Сяо Лу!
Однако он упустил одну деталь.
Их дом находился прямо возле школы, от порога до ворот школы не требовалось и минуты…
Хорошо учись! — помахал ему рукой Лу Енье.
Лу Бай: …
Почему-то кажется, что папа сделал это нарочно.
Бай Цяо, подражая жестам Лу Енье, помахал Лу Баю: Сяо Лу должен хорошо учиться.
Все-таки кое-что Лу Бай унаследовал от отца.
Эта любвеобильность — один в один!
Если те же слова говорил Лу Енье, то явно нарочно, а вот когда их сказал Бай Цяо…
Лу Бай послушно ответил: Пока, мама.
Что ж, этот сын нам больше не нужен, Бай Цяо, давай вернемся и постараемся завести Эр Тай.
Шутка.
Маленький накормлен, но нельзя же оставить голодным большого.
Прошлой ночью было потрачено много сил, поэтому утром, конечно, нужно хорошо поесть.
Честно говоря, прошлой ночью именно Лу Енье был тем, кто оказался снизу, и после целой ночи усилий он должен был чувствовать ломоту в пояснице.
Только так и выглядит настоящий нежный и хрупкий «уке».
Но что происходит?
У него не только не болит поясница, он даже может пронести Лу Бая на руках восемьсот метров?
Неужели он настолько одарен от природы?
Лу Енье погрузился в раздумья.
Послушный Бай Цяо, ожидающий еду, скромно скрыл свою заслугу.
http://bllate.org/book/36237/4499495
Готово:
