Она преградила путь Цзян Сюйяню, не стала ходить вокруг да около и заговорила напрямую.
Цзян Сюйянь шевельнул носом и невозмутимо отступил на шаг назад.
Пять минут спустя Су Иньинь и он сидели за тем самым столиком, где ранее договаривались о встрече с Чэн Е.
Су Иньинь вежливо обратилась к трем рослым мужчинам напротив:
— Заказывайте всё, что душа пожелает, я оплачу счет.
К счастью, место было просторным, так что трем крупным мужчинам, сидевшим в ряд, вовсе не было тесно.
Бровь Цзян Сюйяня слегка дрогнула: раз уж кто-то угощает, он отказываться не станет.
Как раз удастся сэкономить на еде.
Се Вэньчу сначала тоже мялся и колебался, заказав лишь самую дешевую минеральную воду.
Про себя он ворчал: «Вот же проклятая забегаловка-обдираловка! Стакан воды со льдом стоит сто восемьдесят юаней?! Туда что, золота насыпали?»
Он скосил глаза на Цзян Сюйяня и, помедлив немного, все же выбрал комплексный обед.
Пусть сам он может и не есть, но А-Янь слишком худой, его нужно подкормить!
Глава 14
Двадцать минут спустя весь стол был заставлен изысканными блюдами.
Се Вэньчу поднял взгляд на красавицу напротив и произнес с благодарностью:
— Спасибо за угощение, мы не будем церемониться.
Едва договорив, они с Цун Е синхронно подхватили палочки и потянулись к самым крупным морепродуктам.
Се Вэньчу скосил глаза и пригрозил ему взглядом:
— Это для А-Яня, не отбирай.
Цун Е кивнул, разжал палочки, перевел взгляд на Цзян Сюйяня, который вполне мог сойти за близнеца Маленькой Лоли, и, шевельнув губами, сказал что-то неразборчивое.
— #＊＊#＊
Цзян Сюйянь: ?
У Су Иньинь дважды дернулось веко, и она поманила Цзян Сюйяня рукой:
— Садись со мной, так будет удобнее общаться.
Цзян Сюйянь поджал губы, не стал отказываться, поднялся и сел рядом с ней.
Глядя на красивое лицо, находившееся на расстоянии вытянутой руки, Су Иньинь на мгновение потеряла дар речи.
Дело было вовсе не в ее легкомыслии — просто лицо Цзян Сюйяня оказалось донельзя совершенным: нежная кожа, на которой не было заметно пор, изящные и красивые черты лица, и ни единого изъяна под любым углом.
Она выпалила:
— Твои родители, наверное, очень красивые люди?
Цзян Сюйянь уже и не помнил, как выглядели те, кого называли его родителями, даже несмотря на то, что видел их сегодня утром.
Тратить время на любезности с совершенно чужими людьми он не собирался и запечатлевать их лица в памяти не стал.
И что с того, что они биологические родители? Что с того, что между ними есть кровное родство? Ему все равно.
Выросший в детском доме с малых лет, он отличался холодным и отстраненным нравом, а сочувствием и вовсе обделен.
Если выражаться точнее, хорошим человеком его назвать было нельзя.
По крайней мере, он считал свою натуру порочной, а добрых дел за столько лет совершил всего горстку.
Ему выпало пережить немало трудностей и невзгод, но самый тяжелый период уже остался позади, и будущее сулило немало хорошего.
Хотят, чтобы он пожертвовал костный мозг?
Исключено.
Свое восемнадцатилетие он встретил в полном одиночестве.
Денег в кармане тогда почти не было, и праздновал он лишь с маленьким залежалым пирожным, которым сжалился поделиться хозяин пекарни, — вот так бестолково и вступил во взрослую жизнь.
Он поставил перед собой грандиозную цель.
Как только его сбережения достигнут пятидесяти миллионов, он тут же отойдет от дел и с этой огромной суммой отправится путешествовать по всему миру.
Этого с лихвой хватит, чтобы наслаждаться жизнью в одиночку до самой старости.
А женится ли он в будущем — в его планы вовсе не входило.
Когда денег нет, деньги превыше всего.
Когда деньги есть, на первом месте он сам.
Выражаясь словами одного назойливого фаната-поклонника, Маленькая Лоли — это «самоуверенная и корыстная стяжательница».
Цзян Сюйянь был вполне согласен с этим и признавал, что любить деньги — вовсе не позор.
Он и впрямь был законченным меркантильным парнем.
Ради денег он мог без стыда и совести переодеваться в женское платье.
Ради денег он мог притворяться наивным дурачком, обводя вокруг пальца толпы прямолинейных парней и заставляя их раскошеливаться на переводы и красные конверты.
Но разговор увлекся не туда, пора было возвращаться к настоящему.
Молчание Цзян Сюйяня подсказало Су Иньинь, что она сболтнула лишнего, и она тут же сменила тему:
— Давай для начала обсудим всё вкратце, а детали потом обговорим в WeChat.
При упоминании денег в глазах Цзян Сюйяня мелькнул яркий огонек.
— Роль, которую тебе предстоит сыграть, занимает примерно двадцатую часть всей драмы. Хотя экранного времени у твоего персонажа немного, он способен заставить толпы фанатов сходить с ума — и все благодаря потрясающей красоте героя.
Далее Су Иньинь принялась расписывать главного героя, второго главного героя, третьего, четвертого и целую кучу второстепенных персонажей, и только о главной героине не упомянула ни слова.
Хотя Цзян Сюйянь нашел это странным, расспрашивать дальше ему не хотелось — в конце концов, к нему это имело мало отношения.
Пока платят деньги, он был готов сыграть даже пушечное мясо, чье появление на экране длится ровно три секунды.
— Верно, всего будет около десяти появлений, и каждое совсем недолгое, от силы две-три минуты.
— При этом кульминацией станут сцены поцелуев и постельные сцены.
Су Иньинь говорила без малейшего смущения на лице и учащенного пульса. Испугавшись, что он станет возражать, она поспешно добавила:
— Сцены поцелуев можно снять с помощью ракурсов, а в постельной сцене обнаженным будет только торс, сложность невысокая.
Цзян Сюйянь нахмурился:
— То есть этот персонаж вытворяет с главным героем столь чересчур интимные вещи еще во время учебы?
Су Иньинь слегка кашлянула:
— Мы должны уважать первоисточник, раз автор так написал, значит, у него были на то причины.
Цзян Сюйянь задумался на пару секунд и прямо спросил:
— За сцены поцелуев и постельные сцены платят больше?Су Иньинь очень понравилась его прямолинейность, она кивнула и сказала: — Естественно, остальные небольшие кадры стоят по две тысячи за раз, сцены поцелуев — три тысячи, а постельные сцены — пять тысяч.
Цзян Сюйянь про себя прикинул: за десять съемочных дней набежит около двадцати с лишним тысяч юаней.
— Когда можно приступить к съемкам?
Если только не ночью, в остальное время всё обсуждаемо.
Брат Си неизвестно с чего вдруг взбесился и прислал сообщение с требованием каждый вечер с десяти до одиннадцати устраивать часовой видеоразговор.
Будучи Маленькой Лоли, которую взяли на содержанье, он, разумеется, не мог отказаться.
В конце концов, один крупный перевод от брата Си позволял ему несколько лет не работать.
— На данный момент не хватает еще одной роли, как только найдем всех, можно будет начинать съемки. Не переживай, самое позднее — не пройдет и недели.
— Что касается времени и места съемок, мы сообщим тебе в WeChat.
Договорив, Су Иньинь взглянула на часы, перевела взгляд на двоих, которые, сгрудившись вместе, сосредоточенно пятебли в экраны телефонов, и вежливо произнесла: — Время уже поздно, у меня скоро дела, увидимся как-нибудь в другой раз.
Се Вэньчу поднял взгляд и с неловкой вежливостью кивнул в ответ.
Стол представлял собой сплошной беспорядок — кругом валялся мусор, оставленный им и Цун Е.
Любой посторонний мог подумать, что они люто голодали последние лет десять.
Когда Су Иньинь ушла, Се Вэньчу наконец выдохнул: — А-Янь, мы случайно не слишком много съели?
Цзян Сюйянь опустил взгляд на заваленный остатками еды стол и прямо ответил: — Для представительниц прекрасного пола это, пожалуй, перебор, но для тебя — вполне нормально.
При таком высоком росте и аппетит соответствующий.
— Вы с ней были заняты делами и почти ничего не съели, так что я оставил тебе кое-что вкусненькое.
Се Вэньчу взял миску, доверху наполненную крабовым мясом, протянул руку и поставил её перед ним: — Ешь, миска чистая, а мясо я очистил в перчатках.
Цзян Сюйянь странно на него посмотрел и наконец задал вопрос: — Почему ты так добр ко мне?
Се Вэньчу весь напрягся, в голове у него мгновенно образовалась пустота, и он заикаясь произвел: — Мы же теперь соседи... Разве взаимовыручка — это... ненормально?
Цун Е поправил очки и со смутным подозрением посмотрел на выглядевшего крайне виноватым мужчину, мысленно размышляя: такое отношение бывает разве что к девушкам! Или окружающие вокруг слепы и глухи?
Цзян Сюйянь равнодушно бросил: — Ешьте сами, у меня аллергия на морепродукты.
Пережив в прошлом тяжелейшую аллергическую реакцию, из-за которой он чуть не задохнулся насмерть, он прекрасно помнил те ощущения на грани гибели, оставившие глубокий след.
Поэтому он никогда не притрагивался ни к каким аллергенам.Се Вэньчу в изумлении замер, а затем с досадой хлопнул себя по лбу. Как он мог узнать о столь важном деле только сейчас! Настроение Се Вэньчу упало, и аппетит пропал вовсе. Выйдя из ресторана, троица заглянула в супермаркет за предметами первой необходимости, после чего отправилась по домам.
Тем временем Чэн Е, вернувшись домой, первым делом отправился в душ. Аромат духов Су Иньинь оказался слишком приторным и начал его раздражать, даже одежда пропиталась этим запахом. Спустя полчаса он, обернув белое полотенце вокруг бёдер, неспешно вышел из ванной и опустился на диван. До видеозвонка оставался ещё целый час. Он открыл приложение Момо и небрежно отправил сообщение своей интернет-подруге.
Стрелки часов медленно приближались к десяти вечера. Цзян Сюйянь заперся в своей комнате и, следуя требованию своего спонсора, надел сине-белый матросский костюм. Он взял телефон и проверил сообщение от брата Си.
С: Готов?
С: Даю тебе пять минут, ответь мне.
С перевел вам 6666 юаней.
Цзян Сюйянь принял перевод и тут же вывел деньги, почти не моргнув глазом, после чего с каменным лицом набрал ответ:
Бунтующая Маленькая Лоли: Братик, я готова.
В ту же секунду, как сообщение было доставлено, от брата Си поступил запрос на видеозвонок.Цзян Сюйянь поправил парик, чуть выше подтянул воротник, неторопливо подошел к подоконнику, сел и принял видеовызов от брата Си.
На противоположной стороне экрана по-прежнему царила кромешная тьма — сразу было видно, что брат Си — некий великий урод, который не может показаться на свету.
Цзян Сюйянь легко выдохнул.
Пока брат Си не включает камеру, он может действовать непринужденно.
Он помахал в сторону объектива, приподнял уголки губ и изобразил стандартную улыбку с обнаженными зубами:
— Братишка, добрый вечер.
Его прохладный голос благодаря программе-модулятору превратился в мягкий, липкий женский голосок.
Раздался низкий, бархатный голос брата Си:
— Мм, поддвинься поближе, я посмотрю на твои глаза.
Раньше во время прямых трансляций Цзян Сюйянь никогда не носил цветные линзы — встроенные в приложение фильтры красоты автоматически улучшали цвет зрачков.
Он очень послушно подался вперед, неподвижно глядя в объектив, и слегка приоткрыл пухлые алые губы:
— Братишка, разглядел?
Из телефона донесся чуть тяжеловатый вздох, который отчетливо прозвучал в тишине комнаты.
Очевидно, что этот мерзавец брат Си наверняка прижался губами к самому экрану.
Цзян Сюйянь невольно вообразил, как этот похотливый урод на противоположном конце вытягивает губы, пытаясь поцеловать экран, и у него мгновенно онемел затылок, а по рукам побежали мурашки.
http://bllate.org/book/36183/4489895
Готово:
