Почти добежав до этого человека, Вэй Сюнь унял зачастившее сердце, затаил дыхание и замедлил шаги, боясь издать хоть малейший звук и потревожить эту музыку, казалось, доносившуюся с небес.
Шагах в десяти от незнакомца Вэй Сюнь остановился и, застыв на месте, навострил уши, погрузившись в слушание.
Мелодия была подобна ночному «Лунному свету»: ясная и туманная, зыбкая и чистая, она пленяла и опьяняла.
Позже Вэй Сюнь узнал, что это была пьеса Дебюсси «Лунный свет».
Много времени спустя Вэй Сюнь поступил в лучшую консерваторию страны и стал первой скрипкой оркестра. Долгими ночами он бесконечно играл эту мелодию снова и отново, порой доводя пальцы до профессионального увядания от тренировок, но так и не смог извлечь из инструмента звучание той ночи.
Незаметно музыка стала тише, растворилась вдали, и даже последние отзвуки растаяли в завываниях зимнего ветра.
— Пак-пак-пак-пак!
Вэй Сюнь что есть мочи захлопал в ладоши, отчего его ладони покраснели и опухли.
Услышав неожиданный звук, Дэн Хэн обернулся и, заметив неизвестно когда появившегося маленького мальчика, чуть приподнял брови.
Ему нравилось практиковаться здесь по ночам — в тишине этого безмятежного мира его игра приобретала особую прелесть. Раньше здесь всегда было пусто, но сегодня, словно в лотерею выиграл, откуда-то взялся ребёнок.
Дэн Хэн приехал на лечение в этот небольшой городок с мягким климатом. Ещё через год ему предстояло лететь на другой конец света ради трепанации черепа — стоило ему взобраться на операционный стол, как шансы на выживание сокращались всего до десяти процентов.
Врачи семьи Цзи разработали для него паллиативный курс лечения: хотя это и позволило бы ему прожить ещё несколько лет, он предпочёл бы умереть немедленно, чем провести остаток дней в жалкой дрожи перед лицом смерти.
Скрипкой в руке он шаг за шагом подошёл к Вэй Сюню, присел на корточки и спросил:
— Понравилось?
Вэй Сюнь тяжело кивнул два раза — вздумай он качнуть головой хоть чуть-чуть сильнее, шея перестала бы удерживать голову.
Его глаза неотрывно уставились на инструмент, словно нечто похитило его душу.
Дека была янтарного цвета, с симметрично расположенными по бокам эфами. Струны — от тонких к толстым — аккуратно лежали на подставке, тянулись к колковой коробке, а завиток на её конце изгибался завитками морской раковины, до чего же красиво.
Проследив за взглядом мальчика, Дэн Хэн хмыкнул:
— Нравится?
Вэй Сюнь снова тяжело кивнул два раза:
— Как она называется?
У мальчика были огромные круглые глаза — чистые и ясные. Дэн Хэн вгляделся в этот лишённый всякой фальши взгляд, и в его голове мелькнула мысль.
— Она? Это скрипка, — Дэн Хэн слегка качнул инструментом. — Хочешь научиться?
Вэй Сюнь широко распахнул глаза:
— Я... разве я могу?
— Конечно.
— А... смогу ли я издавать ею такие же звуки, как ты? — Вэй Сюнь осторожно указал на скрипку.
К тому моменту Дэн Хэн уже был всемирно известным победителем престижных международных скрипичных конкурсов, и во всём мире мало кто мог с ним сравниться. Он кивнул:
— Можешь.
— Меня зовут Дэн Хэн, а тебя как?
— Меня зовут Вэй Сюнь.
— Ну что... давай познакомимся?
Дэн Хэн протянул свою большую руку, а Вэй Сюнь протянул свою маленькую ручку. Большая ладонь сомкнулась с маленькой, и с этого момента они были знакомы.
В этот момент торговец жареным бататом закончил торговлю и теперь медленно катил тележку по другую сторону улицы. В воздухе расплывался тёплый, уютный аромат печёных клубней.
— Гур-гур... — живот Вэй Сюня самым бессовестным образом издал громкий звук.
— Проголодался?
Тут уж позор был несмываемый. Вэй Сюнь торопливо прикрыл живот руками и сделал вид, будто ничего не произошло:
— Нет.
Дэн Хэн про себя усмехнулся и произнес:
— А вот я что-то проголодался. Не хочешь перекусить печёным бататом?
Не дожидаясь кивка от Вэй Сюня, Дэн Хэн взял его за маленькую ручку, перевёл через улицу, окликнул старика и купил два клубня.
Двое — один большой, другой маленький, один высокий, другой низкорослый — не стали чикаться и принялись есть прямо на обочине.
Умирающий от голода Вэй Сюнь уже не думал о манерах и вовсю запихивал в рот батат, даже не заметив, что вокруг рта осталась золотистая кашица.
В мгновение ока клубень размером с половину его головы был уничтожен подчистую. Тележка торговца ещё не успела далеко отъехать, а Вэй Сюнь уже жадно вытягивал шею, глядя вслед старику.
Словно фокусник, Дэн Хэн извлек сухую салфетку, вытер рот Вэй Сюню и с деланным огорчением произнес:
— Похоже, этого мало. Я бы ещё один купил, а ты?
Эти слова пришлись как раз по душе Вэй Сюню. Он закивал без остановки и потащил Дэн Хэна к тележке с бататом, боясь, что если они замешкаются, старик уйдет слишком далеко.
На этот раз Вэй Сюнь наконец наелся досыта. Поглаживая круглый живот, он то и дело оглядывался, прощаясь с Дэн Хэном. Они договорились встретиться здесь же завтра в то же самое время.
-
«Динь-линь-линь!»
В семь утра зазвонил будильник, резко выдернув Вэй Сюня из сна.
С большим трудом ему привиделся тот человек, но даже полноценного сновѝдения ему не досталось.
С застывшей на ресницах слезинкой и зажмуренными глазами Вэй Сюнь отчаянно пытался удержать образ гостя из снов.
Всё было тщетно. Фигура того человека оказалась хрупче отражения луны в воде: стоило зазвонить будильнику, как он растаял туманной дымкой, не оставив после себя ни единого следа.
Следом в памяти Вэй Сюня постепенно всплыло другое лицо — человек, который под проливным дождём шёл к нему под огромным зонтом и говорил: «Дождь слишком сильный, я провожу тебя домой».
Вэй Сюнь резко распахнул глаза и со злостью — словно со смертным врагом — смахнул будильник, ненавидя его за то, что прервал сладкий сон и не умеет поворачивать время вспять.
Еще с полминуты посидев на постели в оцепенении, он потёр пульсирующие виски и горько усмехнулся про себя: Эх, Вэй Сюнь, Вэй Сюнь, они просто похожи чертами лица, и не более того. О чём ты вообще думаешь?
Глава 5. Проявите самоуважение
Следующую целую неделю Вэй Сюнь больше не ходил на выступления «Лунный свет».
Днём нужно было посещать занятия в институте и репетировать в оркестре, к тому же предстояло готовиться к отборочному туру на Кубок Цзиньюнь, который должен был пройти через три месяца. Всё это выжимало из него последние соки, и на ночные выступления у него просто не оставалось сил.
http://bllate.org/book/36138/4483005
Готово:
