Гримаса Чи Няня продержалась едва ли три секунды, после чего он не выдержал и расхохотался, согнувшись пополам.
Смахнув указательным пальцем слезинку, выступившую от смеха, он с весёлой улыбкой помахал в камеру:
— Всем привет, я Чи Нянь! — Он покачал перед собой телефоном с открытой трансляцией. — Съёмочная группа гаджеты не забирала, так что я отлично вижу, как вы обо мне перешёптываетесь!
Зрители к подобной непосредственности не привыкли. Встретив такое проявление душевности, публика мгновенно прониклась к нему симпатией.
Какой простой и приятный парень!
В последние пару лет шоу «Исследование и вызов» стремительно набирало популярность, и приглашаемые звёзды становились всё более заносчивыми. Они регулярно строили недовольные мины в кадре и обращались с персоналом как с прислугой. Отношение аудитории к этим знаменитостям становилось всё хуже, что даже отражалось на рейтингах их фильмов и сериалов.
Если бы зрители не выразили явный протест, продюсеры ни за что не стали бы снижать планку и звать кого-то вроде Чи Няня — полуизвестного артиста без единой заметной роли, которого и популярным-то назвать язык не поворачивался.
Однако игра наперекор ожиданиям неожиданно принесла свои плоды.
В этот раз съёмочная группа вновь поставила не на того: раскрученные звёзды, на рекламу которых ушли немалые деньги, не вызвали особого ажиотажа, а вот Чи Нянь парой фраз моментально вывел себя в топ трендов Вэйбо.
Правда, сам хештег выглядел слегка зловеще.
Многие пользователи, едва перейдя по ссылке и обомлев от жутковатой улыбки Чи Няня, тут же стали рассылать заветную ссылку друзьям — чтобы те тоже подпрыгнули от неожиданности.
Чи Нянь с полнейшим удовлетворением наблюдал, как число зрителей на его трансляции неуклонно растёт.
Талантом он обделён не был, вот только с везением вечно не складывалось. Но дай ему хоть крошечный шанс — и он тут же за него цеплялся.
Высокий эмоциональный интеллект, выработанный за годы прозябания на самых нижних ступенях шоу-бизнеса, в сочетании со знанием свежих новостей и трендовых интернет-мемов позволил ему с легкостью расположить к себе аудиторию. Донаты сыпались один за другим.
Заходившие на стрим новички искренне удивлялись: они ведь пришли посмотреть на жуткое реалити-шоу с паранормальщиной, так почему здесь разворачивается какой-то комедийный стендап?
«Ха-ха-ха! Отлично держится, держи донат, жги ещё!»
В такой непринуждённой и весёлой атмосфере общения с чатом переоборудованный внедорожник семьи Сюэ въехал в глубину безлюдного горного массива.
Здоровье Сюэ Цзиньхэ оставляло желать лучшего, а амортизация у микроавтобусов съёмочной группы была никудышной. Поэтому семья Сюэ предоставила специальный автомобиль с усиленной подвеской, где каждая пружина стоила больше миллиона юаней.
В салоне машина шла настолько плавно, что объектив камеры даже не дрожал. Это разительно отличалось от трансляций других участников, где от безумной тряски у зрителей сносило крышу.
Некоторые пользователи, страдающие от укачивания, даже не рисковали задерживаться на тех стримах — пара минут просмотра вызывала подлинную тошноту.
Глядя на то, как число зрителей на его канале постепенно догоняет показатели топовых участников, Чи Нянь почувствовал такое воодушевление, что ему захотелось крепко расцеловать Сюэ Цзиньхэ.
Он уже начинал сомневаться: действительно ли его взяли в дом Сюэ для обряда призыва удачи и отвращения бед, или это сам Сюэ Цзиньхэ приносил удачу своему партнёру? Стоило выйти за него замуж, как фортуна наконец повернулась к Чи Няню лицом.
Пока он болтал с чатом, пронзительно зазвенел будильник. Чи Нянь тут же спохватился, достал лекарства, открутил крышку термоса с соломинкой и принялся заботливо ухаживать за Сюэ Цзиньхэ, напрочь забыв о публике.
Какое ему дело до зрителей, когда рядом любимый муж! Эти скромные донаты всё равно не сравнятся с его карманными расходами.
Чи Нянь принялся хлопотать вокруг Сюэ Цзиньхэ: перед приёмом таблеток нужно было обязательно перекусить. Он лично развернул упаковку, разломал галету на небольшие кусочки и осторожно отправил их ему в рот.
Закончив с процедурой, Чи Нянь взял телефон и обнаружил, что в чате поднялась настоящая буря.
Толпа завистников разразилась стенаниями.
Чи Няню стало смешно, но он всё же решил пояснить:
— Вообще-то, вы наверняка видели мою свадьбу. Это мой законный супруг. У него слабое здоровье, но он переживал, что мне будет страшно участвовать в шоу одному, поэтому настоял на поездке, пусть даже в инвалидном кресле.
В его голосе звучала откровенная гордость. Никакого наигрыша или кокетства — всё звучало настолько просто и искренне, что ни у кого не возникло сомнений: он говорит от чистого сердца.
Завистники в чате изошли желчью ещё сильнее.
Всем захотелось иметь столь заботливую и красивую половинку!
Только после этого напоминания многие зрители вспомнили, что Чи Нянь — тот самый новоиспечённый спутник жизни из шумевшего в новостях союза.
То, что Сюэ Цзиньхэ пребывал в коме, секретом не было. Но ведь всего месяц назад на церемонии вместо него присутствовал петух, а теперь он спокойно выезжает на съёмки шоу?
Неужели древний обряд отвращения болезни через свадьбу действительно сработал?
Чи Нянь ещё до отъезда обсудил все нюансы с семьёй Сюэ и теперь строго придерживался выработанной версии. Скользнув по теме парой отвлечённых фраз, он быстро перевёл разговор.
В конце концов, это были его съёмки, а Сюэ Цзиньхэ просто сопровождал его, решив проветриться, на что семья Сюэ согласилась с большим трудом. Чи Нянь не смел заставлять молодого господина работать на камеру и быстро отвлёк внимание на себя.
Пока он увлечённо болтал, машину внезапно подбросило на ухабе так, что Чи Нянь едва не взлетел со своего места. Однако, даже не успев толком восстановить равновесие, он первым делом наклонился к Сюэ Цзиньхэ, проверяя, не ударился ли тот.
Сюэ Цзиньхэ слегка вздохнул:
— Я не настолько хрустальный.
— Но и не восстановились окончательно! — возразил Чи Нянь. — Ремни не пережали? В плечах не ломит? Давайте я подложу вам ещё одно полотенце.
Забота Чи Няня была абсолютно искренней. Убедившись, что с Сюэ Цзиньхэ всё в порядке, он попросил водителя ехать ещё тише. Вернувшись к экрану и увидав, что весь чат усыпан сочувствующими мемами с собачками, Чи Нянь смущённо почесал затылок.
***
Члены семьи Сюэ, наблюдавшие за трансляцией у своих экранов, сдержанно кивнули, вполне удовлетворённые его поведением.
Внедорожник пробирался по глухим горным дорогам больше двух часов, пока наконец не остановился перед особняком.
Здание забросили года три назад. Двор сплошь зарос бурьяном выше человеческого роста, а среди травы темнели низкие ветви, усыпанные острыми шипами. Эти растения мало походили на садово-парковые культуры — скорее на колючий кустарник, которым обычно зарастают старые заброшенные могилы.
Впрочем, современные горожане привыкли видеть разве что ухоженные аллеи мемориальных кладбищ, так что вряд ли кто-то мог распознать разновидности этих диких зарослей.
Через весь двор тянулась едва заметная тропинка, протоптанная съёмочной группой. В ширину она не достигала и метра, да и то была наполовину завалена ползучими стеблями. Жутковатое зрелище поневоле наводило на мысль, что из зелёных дебрей в любой момент может выскочить нечто кошмарное.
Организаторы сразу подбросили участникам испытание высокой сложности, отчего лица многих артистов мгновенно потемнели.
Погода стояла жаркая, все переоделись в футболки. Вьюнки и бурьян казались безобидными, но стебли были усеяны мелкими колючками, способными исполосовать кожу до крови.
— Просим не волноваться! — с улыбкой объявил режиссёр Чэнь. — Вся территория двора прошла обработку от змей, насекомых и грызунов. Живых существ здесь точно нет.
«А вот насчёт неживых гарантий никто не давал», — с злорадством добавили в чате.
Проход через подобные заросшие участки с нулевым обзором был стандартным приёмом программы. Организаторы любили запугивать участников: стоило кому-то шагнуть на узкую тропу, как в кустах начинались подозрительные шорохи.
Вовсе не обязательно там таилась реальная опасность — чаще всего срабатывали спрятанные механизмы или выпущенные сотрудниками кролики и птицы. Словом, ничего способного причинить физический вред.
А вот о ментальном здоровье говорить не приходилось — неизвестность пугает сильнее всего.
Артисты топтались на месте, не решаясь ступить на тропу первыми. Тот, кто идёт первым, принимает на себя весь удар.
Чи Нянь сжал рукоятки инвалидного кресла. Хотя кресло Сюэ Цзиньхэ имело электропривод, вести его вручную выглядело куда заботливее.
Будь он здесь один, ему пришлось бы вызваться первым. А даже если бы он промолчал, остальные задавили бы его авторитетом — куда деваться самому нетитулованному участнику?
Но сегодня рядом находился Сюэ Цзиньхэ, и Чи Нянь с чистой совестью игнорировал чужие намёки. Его муж оказал честь шоу своим присутствием, кто из этих звёзд мог сравниться с ним по статусу?
Однако пока Чи Нянь изображал непонимание, Сюэ Цзиньхэ не проявил ни малейшей склонности к закулисным играм. Он просто задействовал рычаг управления и направил кресло прямо к проходу. Чи Нянь даже ахнуть не успел.
«Вот ведь!.. Неужели ему так надоело сидеть дома? Откуда такой азарт?»
Делать нечего, остановить его Чи Нянь не мог, поэтому в два шага обогнал Сюэ Цзиньхэ:
— Я пойду первым.
Он нагнулся, собираясь подобрать какую-нибудь ветку, чтобы раздвигать стебли, но Сюэ Цзиньхэ притормозил и повернулся к съёмочной группе:
— Есть трекинговые палки? Или хотя бы серп?
Продюсеры намеренно не выдавали инвентарь, желая усложнить задачу. Но помня о влиянии семьи Сюэ...
— Есть, — без единого возражения уступил режиссёр Чэнь. — Но за них нужно отгадать загадку.
Чат буквально взорвался:
«Вот она, всемогущая сила денег! Даже лютый режиссёр не смеет перечить молодому господину!»
К этому моменту большинство зрителей уже выяснили, кем является Сюэ Цзиньхэ. Семья Сюэ обладала колоссальным состоянием, а выплата многомиллиардного приданого успела превратиться в сетевой мем. Человек, способный без труда выложить такие суммы, мог ходить гоголем по всему шоу-бизнесу, не то что на каком-то реалити.
Зрители резонно решили, что выпуск выйдет скучным — кто осмелится перечить такому богачу?
Между тем молодой господин с порочным обликом избалованного аристократа лишь слегка вскинул подбородок:
— Задавайте.
Чи Нянь сомневался, сможет ли Сюэ Цзиньхэ ответить на вопрос. Сам Чи Нянь высшего образования не получил, но в своё время одалживал учебники у знакомых и занимался самообразованием, так что базовым багажом знаний обладал.
А вот Сюэ Цзиньхэ... Наследник из богатой семьи, которого берегли как зеницу ока, в восемнадцать лет едва не убился на гонках. С чего бы такому человеку усердно учиться? На отличника он явно не походил.
Оставалось надеяться, что задание не выйдет за рамки школьной программы, ведь высшую математику Чи Нянь точно не осилит!
— Внимание, вопрос! — Режиссёр заставил ассистента принести коробку с карточками и наугад вытащил одну. — Найдите во дворе съедобный плод.
Задание казалось простым, но для избалованных городских артистов, не отличающих пшеницу от ячменя, это испытание выглядело чересчур мудрёным.
К тому же загородный участок забросили пару лет назад, и даже если бы здесь росли фруктовые деревья, они не успели бы дать урожай. Не чистая ли это провокация?
Участники понимали подоплёку, но всё же с важным видом принялись осматривать окрестности — расчищенной тропой всё равно пришлось бы пользоваться всем.
Чи Нянь потёр подбородок:
— Обязательно сам плод? А фруктовое дерево подойдет?
Не ожидая от него такой прыти, остальные уставились на режиссёра.
Однако тот лишь качнул головой:
— Нет, нужен именно плод.
— Эх... — огорчился Чи Нянь. Он как раз заметил дерево мушмулы, но на ветках не висело ни единого плода.
Он уже собрался продолжить поиски, когда Сюэ Цзиньхэ остановил его движение короткой фразой:
— Не ищи. Все съедобные плоды в этом дворе давно убрали. Оставили только один вид, да и тот отсюда не сорвать.
Присутствующие перевели на него взгляды. Чи Нянь тоже удивился, но тут же подыграл:
— То-то я смотрю, на той мушмуле ни одной ягоды! А я уж подумал, деревце слишком молодое.
Организаторы, чью уловку раскрыли в два счёта, смутились.
Этот вопрос изначально задумывался как подсказка для последующих этапов. Чтобы убрать лишние варианты, съёмочная группа заранее очистила двор от прочих плодов.
Но карточки предназначались для использования внутри дома, а никак не у входа!
Кто бы мог подумать, что этот нежащийся в роскоши молодой господин с одного взгляда раскусит замысел съёмочной группы?
Разве это справедливо? Не слил ли режиссёр ответы заранее?
Режиссёр Чэнь и сам пребывал в замешательстве, подозревая, не продал ли кто-то из персонала подсказки семье Сюэ. Но спорить с наследником было себе дороже.
— Что ж... — протянул он. — Назовите место, где растёт этот плод, и мы выдадим инструмент авансом. А сорвёте его уже внутри дома.
Сюэ Цзиньхэ неопределённо повелел рукой в сторону здания:
— Им усыпана вся стена внешней пристройки.
Все дружно повернулись в указанном направлении. Но особняк стоял слишком далеко, так что даже операторам пришлось приблизить зум.
Кто-то из артистов пробормотал:
— Разве плоды плюща съедобны?
Об этом распространённом вьюнке слышали многие, но познания большинства ограничивались лишь названием.
— Это не плющ... — начал было Сюэ Цзиньхэ, но его жёстко прервал покашливанием режиссёр.
— Ответ принят! Выбирайте инструмент: трекинговая палка или серп?
Сюэ Цзиньхэ слегка нахмурился. На его лице отразилось недовольство, и он наградил постановщика ледяным взглядом.
Режиссёра Чэня внезапно обдало знобящим сквозняком. Прежде чем он успел осознать причину, по коже побежали мурашки.
Постановщик искренне изумился: дом ведь проверяли, никакой чертовщины тут быть не может. Откуда же взялся этот холод?
Показалось. Определённо показалось.
Чи Нянь тоже остался в недоумении. Этот режиссёр проявлял крайнюю дерзость, обрывая молодого господина на полуслове! Не боится, что его карьеру закроют в один день?
Переведя взгляд на Сюэ Цзиньхэ, он обнаружил, что тот тоже смотрит на него.
— Что тебе нужно?
— А... я выбираю? — Чи Нянь быстро оценил предложенный инвентарь и указал на палку.
Искать себе лишнюю работу он не собирался. Его и так вынуждали идти впереди, с какой стати он станет прорубать просеку для всей группы? Он им не батрак.
Забрав палку, Чи Нянь шагнул перед креслом, но Сюэ Цзиньхэ протянул руку:
— Отдай. Иди за мной.
— Как-то неловко...
Ответственный мужчина выглядит невероятно привлекательно!
Чи Нянь-то решил, будто Сюэ Цзиньхэ предлагает ему выбор, чтобы он сам расчищал дорогу. А тот вознамерился ехать впереди и принимать на себя удары колючих стеблей!
Просто загляденье, его муж — настоящая драгоценность.
В итоге Чи Нянь действительно пошёл следом. Сюэ Цзиньхэ продвигался на электрокресле, отжимая в стороны густые заросли, а Чи Нянь пригибался сзади, лишь иногда отмахиваясь от свисавших сверху стеблей.
Они благополучно добрались до крыльца особняка, где дежурили операторы со стационарными камерами. Участникам надлежало дождаться остальных, чтобы продолжить вместе.
У входа припекало солнце, и Чи Нянь заботливо уточнил у персонала, можно ли им подождать в тени. Сам-то он жару переносил легко, а вот слабому организму Сюэ Цзиньхэ перегрев был противопоказан.
Сотрудники мгновенно уступили его просьбе, проявляя удивительную сговорчивость.
В чате тем временем бушевали зрители, обвиняя шоу в подсуживании. Пара дошла до финиша безо всяких приключений — они даже не запнулись о мелкий камушек, не говоря уж об испуге!
А вот идущим следом пришлось несладко. На кого-то напала пролетавшая ворона, кого-то задела по спине затаившаяся колючая ветка. Бурьян возвышался над головами, узкая тропинка виляла, а из зарослей доносился постоянный подозрительный шорох. Операторы внутрь не пошли, заставив артистов снимать себя самостоятельно.
Выбравшиеся из зарослей участники выглядели один плачевнее другого: одежда помялась, в волосах застряла трава, а голоса сорвались от крика. Глядя на спокойно отдыхающую в тени пару, они едва сдерживали раздражение.
— Хорошо быть особыми гостями, всегда можно рассчитывать на привилегии, — процедил один из артистов, нервно поправляя причёску.
— Да бросьте, — спокойно отрезал Чи Нянь. — У нас вообще никакого экшена, зрители со стрима наверняка разбегаются.
Его логичный ответ заставил ворчуна умолкнуть. Все пришли сюда за охватами, а явные поблажки могли спровоцировать волну хейта в сети.
Замолчав, артист принялся разглядывать вьюнки на стене.
Чи Нянь смерил его взглядом, но предостерегать не стал. Этот тип только что огрызнулся на его мужа, а Чи Нянь отличался злопамятностью!
Парой минут ранее Чи Няня тоже заинтересовали эти сухие плоды. Он хотел сорвать парочку, чтобы сдать задание, но Сюэ Цзиньхэ велел их не трогать, и Чи Нянь послушно отдёрнул руку.
От нечего делать остальные участники тоже начали срывать со стены сушёные ягоды.
— Это что, инжир?
— Похоже, только высохший.
Раз уж съёмочная группа подтвердила съедобность, один из артистов разломил плод и попробовал его на вкус.
— Тьфу-тьфу! Какая гадость, никакой это не инжир!
— Серьёзно? А есть-то его точно можно?
Человеческое любопытство неизменно толкает людей на глупости.
Когда из зарослей выбрался последний участник, съёмочная группа собрала всех вместе и символически забрала несколько плодов в качестве платы за трекинговую палку.
— Данный особняк...
Предоставив артистам время прийти в себя, ведущий перешёл к истории дома и легендам о живущих здесь призраках.
Ранее в особняке проживала семья из четырёх человек, усыновившая осиротевшего родственника. Они считались крупнейшими предпринимателями в округе. Поселившись здесь, семейство активно развивало местную экономику, расширив производство сельхозпродукции на несколько регионов.
Однако благополучие длилось недолго. Члены семьи один за другим свалились с редким недугом и вскоре скоропостижно скончались. Усыновлённый ребёнок бесследно исчез, а роскошная усадьба осталась без хозяев.
По идее, на такое богатое наследство должны были слететься прочие родственники, но дурная слава дома отпугнула даже самых алчных.
Погибшие бизнесмены являлись лишь вторыми владельцами особняка. Первыми была семья из трёх человек — их дальние родичи. Супруги умерли вскоре после новоселья, оставив единственную дочь. Эту девочку и забрали к себе вторые хозяева, но спустя пару лет погибли сами. Две семьи подряд вымерли подчистую! После такого претендовать на дом не рисковал никто, и особняк окончательно пришёл в запустение.
Поговаривали, будто изредка здесь пытались ночевать бездомные. Но даже средь бела дня в окнах мелькали смутные тени, а по ночам раздавались исполненные злобы проклятия и леденящие душу рыдания. В итоге даже самые отчаянные бродяги бежали отсюда без оглядки.
Задумка организаторов заключалась в том, чтобы участники выяснили причину паранормальных явлений. За раскрытие тайны гибели вторых владельцев полагался особый приз.
На дворе стоял май, солнце палило так, что коже было больно. Однако у дверей особняка ощущалось непрерывное дыхание сырого холода, и солнечные лучи словно теряли всю свою силу.
Слушая мрачную историю, артисты чувствовали, как по спине пробегает мороз.
Две семьи выкосило под корень! С таким обычные привидения явно не справятся!
На этом сопровождение операторов закончилось. Внутри дома были расставлены стационарные камеры, а самим участникам выдали экшен-камеры. Им предстояло прожить в особняке целую неделю, собирая улики.
— Что ж, прошу внутрь! — объявил режиссёр Чэнь. Глядя на побледневшие лица артистов, он наконец почувствовал, что взял реванш.
Пусть Сюэ Цзиньхэ и раскусил первую загадку, даже зная о декорациях в комнате страха, человек всё равно поддаётся испугу. А подготовленные внутри сюрпризы гарантированно лишат молодого господина его надменного спокойствия!
Сценаристы не сомневались: никто не способен сохранить хладнокровие в подобной атмосфере.
Одна из юных актрис уже готова была расплакаться — и вовсе не из-за трусости. Двери ещё не открыли, а от них уже доносился тихий, жалобный плач.
— Да это всё трюки! — заявил один из мужчин, указывая на щель под дверью. — Старое дерево повело от времени, вот ветер и гудёт в щелях.
Он заслонил щель носком ботинка, и стонущие звуки действительно стали тише.
Все облегчённо вздохнули. Достав полученный от организаторов ключ, участники отперли тяжелые створки.
На них тут же вырвалось облако пыли.
Чи Нянь среагировал мгновенно, оттянув инвалидное кресло назад и защитив Сюэ Цзиньхэ от пылевой завесы.
Остальным повезло меньше. Участник, страдающий аллергией, тут же зашелся в удушливом кашле, вытирая слёзы и сопли.
— Апчхи! Апчхи!
Громкое чихание эхом разнеслось по просторному холу. На дворе стоял день, и оконные проёмы не закрывали шторы, но внутри господствовал мрак. В воздухе висел тяжелый запах плесени и старой пыли, копившейся годами.
И им предстояло провести здесь целую неделю!
Настроение у всех окончательно испортилось. Глядя на толстый слой грязи на полу, никто не решался сделать первый шаг.
— А-а-а-а!!! — внезапно пронзительно визгнул один из артистов.
Народ вздрогнул не столько от обстановки, сколько от этого дикого вопля.
— Ты чего орёшь?! — поморщился стоявший рядом коллега, зажимая ухо.
Молодой поп-идол застыл, уставившись в тёмный угол прихожей, и его дрожащий палец указывал в темноту.
— Там... — пробормотал он со слезами в голосе. — Там только что стоял ребёнок... и улыбался мне!
http://bllate.org/book/36061/4561858
Готово:
